Взгляд Ждущего и Вера Ищущего

— А ещё эта баранья задница иногда поёт по ночам! — не в меру перебравший выпивки Нариндер пустился во все тяжкие. Шамура, согласившийся «на один бокальчик», уже немного пошатывался. — Как убого… Но всё же давай продолжим нашу беседу! — Калламар, в не менее «воодушевлённом» виде доказывал трехглазому, что он, Бог Болезней, куда сильнее Смерти. Ведь, по сути, именно от болезней умирают! — Хм, — улыбаясь во всю свою дьявольскую улыбку, Нари установил на уровне своих глаз шпажку. — Слухай сюда, ушастый, — и про себя усмехнулся — Калламар из иного мира имел уши. Пока что. — Я тя на эту штуку посажу и запью вот этим пойлом, понял? — и с хохотом он залил в себя ещё стакан золотистой жидкости. Калламар насупился, но тоже пропустил бокал. — Ты невыносим… — Шамура глубоко вздохнул. — О, Шамура, к тебе у меня тоже выгодное предложение! — наполняя опустевший стакан многоглазого, Нариндр хитро улыбнулся: — Вот Ова планирует возобновить свой род… А что насчёт тебя? — Ахаха, Брат мой, угомонись, — но тут же отвёл взгляд в сторону. Потому как пересекаться глазами с безумной пьяной до смерти...... Может ли Смерть напиться вусмерть? — Ты… Ты че задумал… — А давай деток заведем, а? — уже глазки поплыли, а морда растянулась в довольной улыбке. — Физиология не позволит, — Шамура закрыл рот стаканом чтоб не сболтнуть лишнего. — Ну-у, — протянул Нари. — Может тогда просто… — Заткнись, — прервал его Шамура. — Ты посмотри, какая недотрога, — надул губки Нариндер. — Дело не в этом. Там бараны опять начали… — не успел паук договорить, как Нариндер вскочил из-за стола с воплями: «ПОУБИВАЮ ВСЕХ» и нецензурной бранью бросился разнимать дерущихся. Шамура, ещё сохраняющий рассудок, поспешил спасать бешек. — Слушай сюда, чернявый, я тя на углях зажарю, если ты ещё раз тронешь моего белого дурака, ты меня понял?! — крики трехглазого могли бы разбудить деревню, если бы бараны предусмотрительно не начали воевать в лесу. Держа Яшку за ногу, Нариндер тряс им как ребёнок трясёт погремушкой. — Оставь его в покое, молю тебя… — Шамура подоспел как раз вовремя и отобрал игрушку у разбушевавшегося Нариндера. Трехглазый заворчал что-то, но вместо чёрного Шамура сунул ему белого барашка: — Развлекайся. Агнец захлопал ихоровыми глазками, глядя на Нариндера. А тот, пьяный вусмерть, переминал его шерстку коготками, довольно урча.

***

— Ова, свет моих очей! — сильные мира сего вернулись за свой стол со своими бешками. Вот только сами барашки немного пугливо поглядывали на разбушевавшегося не на шутку Нариндера. Шамура про себя молился, чтоб его наконец забрали Аим и Баал, но что-то не получалось. «Скорее всего сами где-нибудь квасят», — думал паук. — Ова! — не удосужившись ответа, Нариндер надул губы. — Тебе что, меня мало? — попытался разрядить атмосферу Агнец, зажатый в крепких лапах трехглазого. — Ась? Ты че задумал, а? — Ничего! Клянусь, ничего! — под злым взглядом Нари Агнец быстро заткнулся и принялся гладить его руку — единственное, до чего мог дотянуться в своём положении. А то ведь и придушит ненароком. — Я Ове хотел предложить Шамуру в качестве ездовой лошадки, — уже спокойнее происнес Нари, но эти его слова бросили в краску и паука, и овечку. — Ты дурной?! — вскочила Ова. — А ну цыц, мясо, — рыкнул на неё Нари. — Ты хоть и можешь повелевать мужиками и их… — Кхм, — кашлянул Шамура. Нариндер бросил на него многозначительный вгляд: — Мужиками и их мозгами… — продолжил он, но перед этим пробурчал под нос «у некоторых они меж ног болтаются», — но это не значит, что ты не ляжешь от моих щупалец первой! — Звучит не особо приятно, знаешь ли, — вставил своё слово Калламар. — Тебя вообще не спрашивали, закуска, — оскалился на него Нари.

***

— Когда до этого докатилось? — Агнец смотрел на дерущихся Нари и Калламара. Один шипел и царапался, второй издавал булькающие звуки и шлепал своими конечностями. Остальные же сидели за столом и молча наблюдали. — Не спрашивай, — Шамура залпом выпил стакан (впервые!). — Пусть дерутся, я хоть отдохну от всего этого… М… — взгляд его проскользнул по трём барашкам. — Ова, Яшка, может, вы заберёте Калламара с собой? А там потом в кустике где-нибудь уединитесь? — Шамура, ты в порядке? — беспокоилась Ова. — Да вот, рассуждаю, — а глазки-то поплыли… — Яшка высокий, сильный, крепкий… Для продолжения рода самое то, а детишек мы все поможем вырастить… А Агнца мы с Нари под своё крылышко возьмём, — он грустно посмотрел в свой пустой стакан. — А что… Нари уже предлагал… Агнец сидел ни живой, ни мёртвый. Что этот трехглазый опять учудил?! Что он задумал?! — А, вот вы где, — послышался голос. — Аим, Баал, как я рад вас видеть! — Агнец накинулся на шею первого, чем заставил его скривиться: — Слезь с меня. Господин, вам пора отдыхать. — Хсссс, — зашипел на него Нариндер. Отпинав Калламара так, что тот встать не мог (или это он так набулькался?), трехглазый стоял, шатаясь. — Господин! — Аим стиснул зубы. Вера не позволяла ему пойти против Нариндера. — Мы вам барашка положим. И Арасета. И господина Шамуру, если захотите, — мило промурлыкал Баал. — Э, а меня спросить?! — воскликнул со своего места паук. Аим обнажил меч: — Если господин прикажет — мы принесем любого ему на блюдечке! — Хы, — довольно улыбнулся трехглазый. — Сегодня я хочу остановиться на этой милой троице, — и он указал в сторону сначала Агнца, потом своих мальчишек.

***

— И что потом? — Ова очень волновалась за мальчиков. — Да ничего, мы притащили его домой, он и вырубился спать, — пожал плечами Баал. — Агнца только схватил в охапку и не отпускал до самого утра. Мурлыкал, — Баал немного покрылся румянцем. — А так ничего такого… — Понятно… Яшка помог мне дотащить Шамуру до ближайшей койки, а Калламара утащили другие последователи. Не стоит их оставлять столь надолго… — Согласен. Пойду я приготовлю что-нибудь от похмелья. А то наши господа скоро проснутся и будут болеть. А это ой как нехорошо, уж поверь, — и Баал направился в сторону лечебницы.