Гости культа. Птичья стая: Клонек, Хару, Кудай
20 ноября 2022 г., 06:00
Я уже привык к тому, что каждый день в культе появляется кто-то новый из гостей. Но я не ожидал, что придут все знакомые птички Агнца.
Клонек, Кудай и даже Хару! Вот это компания!
Клонек, только завидев меня, предложил разложить карты таро. Я вежливо отказался и поспешил уйти подальше.
Кудая в культе любили. Когда война епископов закончилась, он начал ковать лопаты, грабли и тяпки. В общем, занимался выплавкой хозинвентаря. И делал это настолько искусно, что многие завидовали.
Хару же приходила рассказывать сказки. О четырёх епископах, обо мне, о легендах… Её всегда слушали, затаив дыхание. А её приятное урканье отдавалось в моём нутре чем-то очень приятным…
Я всё мечтал вцепиться в неё когтями и узнать, чем она издаёт эти звуки.
— Карты предупреждают не делать того, что ты задумал, — Клонек, черт бы тебя побрал!
— Напугал! — эта огромная птица не умела ворковать как Хару, зато знатно мог напугать, подойдя со спины. Тихий и незаметный. Не то, что Кудай — его всегда выдаёт звон орудий труда.
— Всё так, как и должно быть, — он прикрыл глаза. Ах, как же мне хочется сейчас вцепиться в его птичью шею!
— Агнец прошёл большой путь, не так ли? — продолжал он, будто не видел, в каком я сейчас состоянии.
— Да, большой, — фыркнул я.
— Как и ты. Как и все мы, — он достал из колоды карт одну и протянул мне. — Карты сказали своё слово.
Это была карта возлюбленных. Никогда нельзя напрямую понимать карты Клонека. Иначе можно поверить в то, что карта смерти на самом деле принесёт тебе смерть. Вскоре к нам подошёл Кудай. Осматривая этих двоих, мне невольно хочется назвать их братьями. Или хотя бы родственниками. Уж шибко сильно они похожу друг на друга.
— Хару, нам пора. Идём! — позвал расказчицу Кудай. Хару отклонялась жителям культа и подошла к нам: — История меняется…
— Как и предсказали карты, — кивнул головой Клонек.
— Так, учёные, пошли уже, нам ещё к Шамуре успеть до ночи, отдать инструменты. Ну, бывай, — помахал мне Кудай.
— Брату моему привет передавай.
— Обязательно, — и троица покинула культ.