Злая карма или очень неловкая ситуация

- Пять-пять – меланхолично проговорила Джил, делая глоток горячего шоколада. В опасной близости от эркерного окна, где на мягких подушках разместились Клэр и Джил, пролетел очередной снежок со стороны улицы. - Мама, они играют не с НАМИ! – раздался возмущенный голос четырехлетнего Томаса Рэдфилда, который неуклюже стаскивал с себя теплую куртку, шапку, перчатки и ботинки, после того, как закрыл парадную дверь. Оливия Роуз Кеннеди, будучи на 3 месяца моложе своего кузена, лишь молча стянула ботинки и направилась к матери, даже не утруждая себя попытками снять верхнюю одежду, ожидая, что ее родительница сделает это сама. - Ну папам иногда нужно… – Джил замялась в попытке подобрать правильное слово – выпустить пар. Клэр лишь хмыкнула, стягивая со светлых волос дочери шапку, снимая перчатки и теплую розовую куртку, небрежно бросая вещи на пол. - Пять-шесть – успела заметить движение за окном Клэр Кеннеди. Томас наконец-то высвободился из верхней одежды и влез на колени матери. Оливия попыталась сделать тоже самое, но Клэр осторожно усадила ее рядом, обнимая: - Полегче, Оливия. Иначе сейчас твоя сестренка начнет снова активно пинаться. Клэр погладила большой живот, надеясь, что этого не произойдет. Будущая Сиена Мари Кеннеди была чрезвычайно активной находясь в утробе матери и Клэр с трепетным ужасом ожидала, что такой же активной она будет и после рождения. - По-моему, шесть-шесть – неуверенно проговорила бывшая Валентайн. А ведь все начиналось совершенно безобидно. Эта зима в Вашингтоне была на удивление очень снежной и несколько нетрадиционные семейные выходные в доме Кеннеди с приглашением четы Рэдфилд проходили в мирной и дружественной обстановке. До тех пор, пока младшее поколение не предложило выйти и слепить снеговиков. Клэр, будучи на 8,5 месяце беременности наотрез отказалась покидать теплый и уютный дом, Джил поддержала родственницу, поэтому миссия слепить снеговиков целиком и полностью легла на… отцовские плечи. Крис лепил неприлично большого снеговика. Леон, будучи отцом девочки, лепил… красивого и аккуратного снеговика. Дети, заботливо одетые своими матерями невероятно тепло, лишь немного… помогали. Поэтому, когда оба снеговика были закончены и соответствующе украшены, Крис решил объявить конкурс на самого лучшего снеговика. Естественно самым лучшим был признан самый большой снеговик. Светловолосый мужчина, защищая честь красивого снеговика, с ним не согласился. Так что все началось с шутливого спора, когда Рэдфилд в нечестной борьбе решил немного испортить снеговика Кеннеди. Таким образом, первый снежок прилетел Крису точно в лицо. А потом была объявлена полноценная… война. Передний двор перед большим домом из серого камня четы Кеннеди был превращен в настоящее поле боя. Взрослые мужчины, которые не раз спасали этот мир от различных биологических опасностей, превратились в маленьких детей. Вот только исходные физические данные были отнюдь не детские. Поэтому игра в снежки носила скорее характер не игровой, а серьезный, стратегически-военный. Мужчины осторожно перемещались между припаркованной машиной Рэдфилдов, парой декоративных каменных заборов, идеально служащих укрытием и даже большим снеговиком, который также превратился в оборонительную позицию. Томас и Оливия сразу потеряли интерес к такой игре и направились домой, жалуясь матерям на такую несправедливость. - Шесть-семь – проговорила Клэр, наблюдая, как ее муж отряхивает теплую шапку от точного попадания весьма крупного снежка. Оливия прижалась к ней намного ближе, обнимая большой живот: - Папа ведь не проиграет, да? Клэр усмехнулась, бросая озорной взгляд на Джил. - Не переживай, родная. Это противостояние длится не первый год. В конце концов они просто объявят ничью. - Они оба проиграют – мрачно добавила миссис Рэдфилд, поглаживая по голове Томаса – когда попытаются попасть в дом, а мы их не пустим, за их ребяческое поведение. - Да пусть развлекаются – усмехнулась Клэр – я даже рада. Врач не рекомендовал нам… - она оглядела две пары юных ушей – очень активно играть друг с другом на этом этапе беременности, так что пусть Леон выпускает пар хоть таким образом. Но если хочешь, я могу оставить за порогом Криса. Он… в чем-то провинился? Джил позволила себе лишь усмехнуться: - Да, но я оставлю его небольшое прегрешение между нами. - Как знаешь, но я надеюсь, что это действительно маленькое прегрешение, иначе я… Все сидящие на мягких подушках вздрогнули, потому что об оконное стекло разбился снежок, чудом не повредив его. Оливия даже умудрилась захныкать от испуга. В окне появилось извиняющееся лицо Кеннеди. Клэр безусловно любила мужа, но мысль оставить их с ее братом на улице теперь показалась ей… чрезвычайно привлекательной. Кеннеди исчез из поля зрения и женщины увидели Криса, который в очередной раз отплевывался от снежка, запущенного младшим мужчиной. - Семь-семь – вздохнула Клэр, осторожно отстранив Оливию, и направилась… закрывать парадную дверь. Потом, подмигнув Джил, она также неспешно побрела закрывать вторую дверь, расположенную на кухне и закончила свой маршрут около третьей двери – ведущей из просторного гаража… - Не очень-то любезно было оставлять нас с Крисом на морозе – пожаловался Леон, стягивая с себя влажное полотенце и скрываясь в гардеробной. - Не любезно, зато очень эффективно – Клэр удобнее устроилась на мягких подушках выдавливая немного увлажняющего крема на руки и растирая его. Ее глаза неотрывно следили за мужем, вышедшим из гардеробной только в пижамных штанах и с ленивой улыбкой направляющемуся к их кровати – зато Вы с Крисом снова вспомнили, что Вы одна семья и заключили перемирие. И слепили чудесного, большого и красивого снеговика, продемонстрировав нашим детям умение работать в команде. Верно? Мужчина неохотно кивнул, забираясь в кровать и притягивая жену в свои объятия. - Видели ли бы Вы свои потрясенные лица, когда дверь не открылась – хихикнула Клэр, устраиваясь удобнее в жарких объятиях. - Ты ранишь меня в самое сердце. Никогда бы не подумал, что Вы с Джил и детьми будете махать нам из окна с самыми дружелюбно-ехидными улыбками в мире. Женщина улыбнулась, предпочтя больше не комментировать их маленькую шалость и перехватила руки мужа, пробирающиеся под хлопковую футболку: - Если ты сейчас разбудишь Сиену, и она начнет пинаться, то я не смогу уснуть, а если я не смогу уснуть, то и ты спать не будешь… - Ну разве это плохо? – усмехнулся Кеннеди.