Ты такой любимый, но такой одинокий.

      Два брата от разных матерей жили с отцом. Тот недавно развёлся со второй женой из-за того, что та ему изменяла. Изменяла с его другом, а потом и вовсе перестала уделять время семье.       Осаму и Чуя были хоть и братьями, но вражда была у них мировая каждый день. Вечно крики, драки, споры и в конечном итоге расходились по своим комнатам, дуясь друг на друга. Их отец пытался как-то сблизить мальчиков, чтобы они ладили, но каждая попытка провалилась — отец тяжело вздыхал. Но мужчина всё же надеялся, что эти двое когда-нибудь смогут поладить.       Чуя был старший сын, Осаму — младший. Всего на 4 года. Одному 16, другому 12. Однако Осаму выше Чуи — стебет его из-за роста: это одна из причин их драк.       Однако всё же иногда были такие моменты, когда они могли спокойно провести время вместе, позаботиться друг о друге. Это было правда приятно, и даже колкие шутки Осаму были тогда не такие ужасные, но это такая редкость… Отец, видя такие моменты, искренне радовался за них. — Осаму, ты опять взял мою кофту?! А ну, верни мне быстро! — заходит в комнату шатена рыжий, открывая дверь с ноги и крича на того, кто сейчас мирно спал в кровати даже после таких оров — казалось, что звуки Чуи могли разбудить пол Йокогамы. — Быстро поднимайся! Отец ждёт нас!       Чуя подошел к кровати парня и потянул за одеяло, срывая с него. Он сразу пожалел об этом, и закрыл глаза. Какой дурак будет спать полностью голый, даже без нижнего белья.? — Какого хрена ты спишь голый?! — Это полезно. Тело должно дышать ночью. И вообще, мне так удобно, — фырчит шатен на Накахару, поднимаясь с мягкой и тёплой постели. Не очень как-то ходить без одежды по дому, когда ты не один живешь. Будет неловко, еще и отец точно пошлет Осаму одеть хотя бы шорты.       Какие они всё же разные.       Дазай одевается не спеша, после чего вырывает из рук Чуи одеяло и бросает его на кровать. Правда оделся он не в школьную форму, а в обычную домашнюю одежду — футболка длинная и шорты. Сегодня он скорее всего не пойдет в школу по причине плохого самочувствия. — Не брал я твою кофту, Чуя. Либо ты её закинул в дебри, либо папа её отнёс в стирку. Всегда первым делом я у тебя виноват, — закатывает глаза парень. Вот всегда, если у Чуи что-то пропадает, что-то он не находит, что-то лежит не на своем место — виноват вечно Дазай, никто иной. Но Чуя такой гордый, чтобы потом извиниться, что зря обвинил его. Это было чем-то тяжелым для Накахары — всего лишь попросить прощения. — Тц… Ладно, зря быканул. Завтрак тебя ждёт на первом этаже, — рыжий уходит из комнаты в свою, чтобы переодеться. Он знает, что несправедливо обвинил Осаму, когда не нашел кофту, но смелости не хватит нормально извиниться — тот может снова пошутить, как обычно– Чуя и Осаму снова поцапаются, как кошка с собакой.       Осаму спускается на первый этаж, на кухню, где сидел отец за столом и пил свой кофе. Шатен сел на свое место и помешал молочную кашу в тарелке. Аппетита как-то даже нет совсем сегодня. «Наверно из-за плохого самочувствия» — думает Осаму, продолжая ковыряться в этой чертовой тарелке с кашей. — Пап, можно я сегодня не пойду в школу? — спрашивает Дазай, поднимая взгляд на мужчину. Тот же отрывается от своего телефона, переводя взгляд на сына. — Почему? Что-то случилось? Плохо себя чувствуешь? — их отец был понимающим и давал всё, что надо двум сорванцам, в том числе и заботу с любовью. У каждого из сыновей было всё нужное, никто ни в чем ни нуждался, как бездомные в крыше над головой. Чуя с Осаму растут просто в отличных условиях. И отношения с отцом у них просто прекрасные. — Да… Мне кажется, что у меня температура. Жарко очень, слабость и голова болит. Кажется, простудился. — Тогда не иди, мы поедем в больницу и оформим тебе больничный. Сначала Чую только отвезу в школу. А ты пока померяй температуру. — Хорошо, — он кивает и всё же начинает есть. Не доедая кашу в тарелке, шатен уходит зал, где из шкафа достаёт аптечку, а после градусник.       Вернувшись в комнату, он лёг в кровать и измерил температуру. 38,7. Этого ему еще не хватало. Большая температура — понятно почему ему так плохо. С кровати вставать было также проблематично, потому что было ощущение, что по голове ударили молотком, а ноги словно сделаны из ваты. Как вообще можно жить, когда ты болеешь: у тебя высокая температура, что голова кажется каким-то камнем тяжелым? Так и хочется ее оторвать и скинуть груз с себя.       Осаму ждал приезда отца — дождался с не легким трудом. Родитель проверил еще раз температуру Осаму после чего повез на машине его в поликлинику, где после осмотра врача ему оформили больничный и назначили список лекарств. После поликлиники они заехали в больницу и в супермаркет. Фрукты бы Дазаю не помешали сейчас.       Вернувшись домой, парень сразу полез в свою комнату, в теплую постель, предварительно переодевшись в домашнюю одежду. Пока отец готовил что-то на обед Осаму, второй решил вздремнуть — может ему станет немного лучше: даже ходить проблематично.       Часов в 5 вечера домой пришел Чуя. Весь уставший и грустный: что-то, наверно в школе случилось у него, — подумал Дазай. Осаму лежал в зале на диване и смотрел телевизор, пока на столике перед диваном стоял стакан с водой и лекарства. — Сынок, ты чего такой грустный? Что-то случилось? — выглянул отец с кухни, услышав, что входная дверь хлопнула не слабо. — День был ужасный. То проверочная по теме, которую я не понимаю, а этой училке просто всё равно. «Не понимаешь — так пойми». Ну, объясни ты нормально, корга старая! — Чуя кинул свой рюкзак на пол и пнул его куда по дальше. Бесит, что ничего не дают, а просят еще какой-то отдачи от учеников. — А у нее еще и система оценивая слишком завышенная! Было шесть заданий, и тройку она ставит, если ты решил 5 заданий! Думает, что математика самый важный предмет в мире! Долбанутая! — Ну-ну, Чуя, не злись. Потом исправишь свою двойку. Может тебе нужен репетитор по этому предмету, чтобы ты не отставал и смог исправить работу на хорошую оценку? — Было бы неплохо… Я совсем не понимаю эту тему. Она объясняет так, что не понятно ничего и говорит так тихо, что и микрофон не поможет даже. Кстати, а чего Дазай не пошел в школу? Эй, мелкий шатенчик, ты прогуливаешь школу? — Чуя подошел к дивану и сел на край, рядом с Осаму. Тот лишь фыркнул, но всё же решил ему ответить. — Вообще-то я на больничном теперь. Подцепил где-то заразу, похожую на тебя, вот и заболел. Всё, не мешай мне, — Дазай снова уставился в телевизор, прибавив на нем звук — чтобы не слышать этого карлика рыжего рядом. Чуя уже только хотел накинуться на него, но тут отец сказал свое слово. — Ребята, не ссорьтесь. Вы же братья. — Мой брат настолько маленький и не понимающий, что аж кажется, что младше он. — Ах ты гад… А ну, иди сюда! Защекотаю до смерти! — Чуя придвигается к нему ближе, после начинает щекотать бока парня, зная, как тот боится щекотки. Осаму в свою очередь пытался отбиться от рук Накахары, чтобы наконец-то прекратить свои мучения. Хотя вскоре тот сам перестает и отстраняется от него. — Ладно, я в душ, переодеваться и приду. Достала физкультура. — Чуя уходит прямиком в ванную, где принимает теплый душ, а после уходит в свою комнату одеваться. Уже спустя полчаса приблизительно он приходит на кухню, где за столом уже сидели Осаму и их отец, что-то обсуждая и едя заодно. — Сплетничаете без меня здесь? — Уши не грей. Мы уже закончили. — Ну, Осаму, чего так грубо к нему? Он тебе ничего не сказал плохого. — Потому что он меня бесит. — Взаимно. — Чуя закатывает свои голубые глаза и садится за стол, чтобы наконец-то поесть после длительного дня в школе и физкультуры, где его загонял физрук по полной. Он рад, что наконец-то может что-то поесть и утолить свой голод.       Дазай доел самый первый и ушел к себе в комнату. Он устроился на кровати, накинув на себя излюбленный теплый и мягкий плед. Он сидел и рисовал в своем блокноте. Не сказать, что он был художником, но у него получались неплохие рисунки, которые он потом вешал на свою стену, прикрепляя железными кнопками. Отец был не против.       Ближе к вечеру Осаму отложил свой скетчбук и включил лишь ночник, который тускло освещал комнату шатена. Нет, он не боялся темноты, он попросил его купить, чтобы полностью вечерами свет не включать. Тусклый, неяркий свет был куда лучше вечером и ночью, когда хотелось просто расслабиться, отдохнуть.       Однако его покой нарушил еле слышный стук в дверь, а после голос Чуи, который просил разрешения войти в комнату младшего. — Отец просил принести тебе воды, чтобы ты выпил сейчас лекарства. Ты знаешь какие пить, он сказал. — Чуя заходит в комнату со стаканом обычной воды и подходит к кровати, пока Осаму в свою очередь берет нужные таблетки, доставая их из пластин. Берет у Чуи стакан и запивает таблетки, что оказались просто ужасными и горькими. — Спасибо, а-то я уже и забыл о них… — он ставит стакан на свою тумбочку у кровати, где лежат лекарства и тот самый скетчбук. — Как ты себя чувствуешь сейчас? — спрашивает Чуя, присаживая на кровать Осаму. Выглядит тот каким-то грустным что ли… — Нормально. Правда голова болит, от температуры, наверно. — обнимая свои колени, проговаривает тихо Осаму, укладывая на них же голову и смотря на Чую. — А чего ты такой грустный тогда? Что-то случилось? — А, нет, ничего, все хорошо. Просто немного грустно и одиноко. Лучше иди, ты же не любишь всё это нытье. — Чуя на эти слова придвигается к нему ближе и обнимает, предлагая положить голову ему на плечо, что Осаму и делает. — Знаешь, у меня есть некая идея, как поднять тебе настроение. Я сейчас приду. — Чуя удаляется в комнату ненадолго, после возвращается с большой коробкой. — Здесь у меня старые вещи, которые уже не нужны мне, но выкинуть не могу, вот и храню их. — он открывает коробку и достает из нее всяко разные вещи: старые наушники для игры, пару планет, некоторые старые вырезки из бумаги цветной, игрушки свои старые маленькие. — Я думал, ты это все уже давно выкинул. — Осаму берет вещи по очереди и разглядывает. Они даже не пыльные, вау. — Что ты хочешь с ними сделать? — Сейчас увидишь. — он вытаскиевает все до последнего, после применяет свою способность. Все предметы по очереди поднимались к потолку. С тусклым светом от ночника и странным потолком, что был похоже на звездное космическое небо, объекты сочетались просто прекрасно. Это была такая приятная и спокойная атмосфера. Осаму даже улыбнулся. Красиво было.       Чуя стоит на кровати, поднимая предметы к потолку. — Это так красиво выглядит, Чуя… — шатен завороженно смотрит на это зрелище и восхищается, какая у Чуи замечательная все же спобность. — Согласен. Впервые так делаю. Эти вещи явно ждали этого момента. — Да… Люблю тебя, братик. — И я тебя, Осаму. Несмотря на то, что ты такой вредный у меня. — Чуя улыбается ему, а Осаму в ответ.