Благие знамения на Бейкер-стрит

      — Здравствуйте! — поздоровался мимо проходивший уборщик, шаркая подошвами.       — Ага, привет… — буркнул Андерсон, едва подняв голову от кофемашинки.       Раздался стук. Аппарат никак не поддавался манипуляциям и не хотел выдавать кофе. Минут десять назад, когда кофе брал другой сотрудник, всё работало прекрасно.       — Ну давай, работай! — снова хлопок по боковой панели.       — Это и к тебе тоже относится, Андерсон. Доброго дня, сегодня не забудь занести отчёты, — махнул рукой инспектор полиции Грэг. Тот самый тип руководства, которое не опаздывает, а задерживается. Дверь в кабинет бесшумно захлопнулась и оставила в коридоре лишь перебивающееся пищание и нервные чертыхания.       Кофемашинка до сих пор не хотела выдавать оплаченный заказ. Андерсон ощущал, как он весь промок, рубашка липла к нему, а по волосам стекали капли.       — Ну, давай!       Последовал удар сильнее предыдущего и аппарат затрясся, закряхтел, пропиликал, полетели искры. Взбунтовавшись, кофемашина на последнем издыхании выплюнула из себя остатки кофе с холодной водой и заглохла.       Весь свет поблизости погас.       Андерсон на секунду замер, а потом одним движением схватил свой выплеванный кусок кофе и вылетел из участка. Стеклянная дверь поддалась с трудом и скрипом. Но загнанный в угол пленник неудач всё же вышел на небольшую площадку Скотланд-Ярда.       Свежий ветер дунул ему в лицо и охладил пылающие уши и щёки. Ещё тупее он себя не чувствовал за последнее время.       Табло позади показывало крупными красными цифрами 12:00 по Лондону. Но через мгновение они исчезли.       Андерсон вздохнул, понюхал содержимое стаканчика и выпил один залпом. Лицо сморщилось.       — Какая гадость.       Стаканчик полетел в сторону мусорки, но не долетел и небольшими отскоками помчался вниз по лестнице. Можно было попытаться догнать его, но попав в поток, пластик уже мчался по проезжей части.       Грянул гром.       На асфальте стали появляться небольшие потемневшие следы. Ветер дул сильнее, асфальт становился всё темнее.       Андерсон приобнял себя руками и потёр плечи. Небо затягивало грозовыми тучами. Воздух в Лондоне становился чище и в то же время более странным. Словно плотнее и соображать становилось тоже сложнее.

Неделя обещала быть увлекательной.