мам, купи вертолëт

я на льдине машу флажком, обнимаю в кровати термос. я ищу себе старый дом, чтоб погибнуть там захотелось. я устала ужасно, мам. мне сырая земля виднелась. а над ней вертолёт пархал и убогое солнце грелось. мне приветы кричали сверху, но не звали с собой в полëт. я танцую мольбу для смеху, зло кусая красивый лëд. по ночам меня всю ломает, по частям иногда трясëт, я сознанье со мной играет и в лицо кислотой плюëт. временами тревожит гнилью чувства редкие на груди. и гори всë спокойно-синим, лучше пропадом пропади. мам, прости, я не буду сильной. ты, пожалуйста, не гляди, бьëтся кровной струëй обильной. дьявол прошлого впереди. остров становится меньше. кажется, я тону, но послушно влюбляю холод в леденящем тупом бреду, мам, я знаю, ты не поможешь, я с оружием отойду, небо ватное, уши гложешь по пути допьяна пойду, захлебнуться тугой слюной рту бессловному: "гу-гу-гу" и ходить научу себя, как слугу за большим "агу". плакать тихо — секрет. в углу звать ладонью кошмарный сон. вертолëт унесëн в туман. под ногами скребëтся звон. мам, смотри, атаман идëт это — я и мой детский тон. там воляется вертолëт. он большущий, как будто слон. а горит, что старик иль род, лысых скучных старейшин-крон.