Никто, кроме тебя

Пават был в неважном настроении. Ещё бы — сегодня пришлось вставать аж в пять утра, чтобы полдня тупо репетировать походку, хотя сам показ начинался вечером. Он уже освоился на новом подиуме и сейчас откровенно маялся скукой, лениво листая ленту в соцсети. Когда он впервые принимал участие в показе, всё было интересно, необычно и захватывающе даже. Но со временем наряды слились в цветные пятна, глаза болели от света софитов и вспышек камер, а ожидание начала шоу наводило тоску. Вот Нанону, с его увлечением, наверняка скучно не бывает никогда, — с некоторой завистью подумал Пават. Ом, студент третьего курса, случайно, можно сказать, ради смеха, подал заявку на участие в конкурсе Mister Global. На спор, блять. Друзья, подбившие его на эту авантюру по пьяной лавочке, так и не пожалели потом о своих действиях. Ом улыбнулся про себя при этой мысли — вот сволочи. Корн так вообще постоянно его троллил. Пават привозил им сувениры, иногда откровенно дурацкие, из каждой страны, в которой бывал по воле контракта, в благодарность за новую жизнь. В том конкурсе его броская внешность и спортивная фигура позволили ему войти в четвёрку лучших. Но всё равно он очень удивился, когда через некоторое время известное модельное агентство предложило ему контракт. А почему бы и да? — подумал он тогда и согласился. Перевёлся на заочное и стал работать моделью, участвовать в показах. Было тяжело. Учёба в школе моделей ему нравилась, хотя сначала глаза лезли на лоб от количества упражнений на походку и осанку. Да ещё приходилось самому готовиться к сессиям, разбирать жуткий почерк Корна, у которого он брал конспекты лекций, и ходить в тренажёрный зал. Но Ом не жаловался. Чем больше занятий, тем лучше. Тем легче ему не думать постоянно о Наноне. Хотя, кого он обманывал. Нон всегда был в его мыслях, всегда как будто рядом. Ом даже мысленно разговаривал с ним, рассказывал о своих делах, советовался. Когда они так глупо поссорились, Ом сильно переживал, коря себя за несдержанность, за то, что сам бросил лучшего друга и своего парня. Сколько раз он порывался написать Нанону в соцсети, попросить прощения, но каждый раз останавливал себя, сомневаясь, что тот захочет снова с ним общаться, сможет простить. Но Нанон всё равно редко заходил на свою страницу и ещё реже выкладывал посты. А сам Ом в попытке отвлечься от тяжёлых мыслей ударился в разбитную вольную студенческую жизнь и каждый день его страница пополнялась новыми фото, видео и селфи. Как он при этом успевал хорошо учиться, он и сам не понимал. И вот он — новый этап жизни. Пават нравился дизайнерам, он не стеснялся краситься и показывать своё тело, одинаково охотно надевая и деловые, и купальные костюмы, и вообще всё, что хотели дизайнеры. Высокий рост и королевская осанка позволяли ему выглядеть потрясающе в любом образе. Нравился менеджерам агентства — отсутствием капризов, трудоголизмом и ответственностью. Публике он нравился фирменным взглядом — при бесстрастном выражении лица в глазах прыгали чёртики, и за что его просто обожали — неожиданно подмигивал или широко улыбался. И кому какое дело, что этот взгляд появлялся у него при мыслях о Наноне. Глаза блестели, а сердце сжималось каждый раз от боли и чувства вины. Чёрт побери, Нанон, как я тебя люблю. Я помню всё, каждый взгляд твой, твои руки, твои губы... И он снова невольно улыбался, ощущая незримое присутствие друга.