Amore infinito

***

      Я знаю, однажды я стану       Тем, что делает тебя счастливой,       Я знаю, я заставлю тебя смеяться       Майя бежала по тротуару чистых солнечных улиц Сиэтла, улыбаясь не то людям, не то своим теплым мыслям. Ее тело стройное и сильное, плавно и легко смещалось с каждым шагом, словно ее нес ветер. Прохожие не могли не ответить улыбкой этой молодой красивой девушке с живыми веселыми голубыми глазами.       Буду твоим солнцем в пасмурный день       Ощущением прекрасной волны,       Что обрушивается на твоё лицо!       Да, я знаю, однажды, однажды...       Бишоп мимолетно взглянула на экран Apple Watch. Пульс 135 ударов в минуту, такой сильный, что она чувствовала его в ушах. Пройдено пути — 8 миль. Много, но это не ее предел. Вся тренировочная одежда насквозь промокла, но это именно то, чего Майя хотела — выжать из себя как можно больше. Девушка не могла представить своей жизни без спорта. Майя чувствовала себя прекрасно, так здорово, что умудрялась подпевать песням, что играли в ее AirPods. Пара симпатичных девушек, которые так же вышли в то утро на пробежку, недвусмысленно подмигнули ей, но Майю они не интересовали. Она уже бежала обратно к той, что стала центром ее Вселенной.       Птицы снаружи споют мне песню сегодня ночью.       Я знаю, это как раз вовремя, вовремя.       Слышен свист, да-да-да...       Жизнь пролетает мимо луны и полуночного неба,       Что направляет меня к тебе, к тебе...

***

      Несмотря на то, что Майя потратила на пробежку больше часа, все еще было раннее утро, поэтому она старалась бесшумно пройти в душ и не разбудить Карину. Она была так увлечена мыслями о душе, что не заметила в гостиной фигуру на полу. Сполоснувшись и завернувшись в махровое полотенце, девушка тихими шагами направлялась в спальню. Но не успев сделать пару шагов, услышала тихие всхлипывания. Сердце ушло в пятки, когда она увидела Карину, которая с головой укуталась в огромный плед и сидела на полу, облокотившись на диван в гостиной. Девушка еле слышно плакала.       — Карина? С тобой все хорошо, любимая? — голос Майи чуть дрожал, в голове крутились плохие мысли, что, возможно, что-то случилось с малышом. Майя хотела идти быстрее, но ноги стали свинцовыми.       Карина высунула голову из-под пледа и смотрела на Майю взглядом, полным тревоги.       — Я просто... Чертовы гормоны... мне приснилось кое-что ужасное... ты, пожар, какие-то люди, скорая помощь, наша уже взрослая малышка посреди всего этого хаоса, совсем одна и ищет нас, зовет... Я проснулась еще на рассвете, а тебя нет... — на последних словах девушка совсем расклеилась и уже не могла сдержать поток слез. Майя в ту же секунду оказалась рядом с любимой и взяла ее лицо в свои ладони.       — Не плачь, это просто сон, он прошел, Белла, посмотри на меня, — Майя аккуратно смахнула слезы с щек Карины. Она не могла спокойно смотреть на это трогательное выражение в глазах Карины. Блондинка села рядом с ДеЛюкой, скинула тяжелый плед в сторону и обняла ее, нежно обвив руки вокруг ее живота и спины.       — Ti amo... Sono contento che sei venuto, — Карина положила голову на плечо Майи. Ее успокоило присутствие жены. С Кариной в последнее время часто происходили такие тяжелые эмоциональные эпизоды. В нынешнем положении она была очень ранимой и впечатлительной. Особенно это проявлялось в отсутствии Майи, когда та была на работе. Но Бишоп не могла часто отпрашиваться, бежать по первому зову брюнетки. У Майи были обязательства и она их старалась выполнять на совесть. Но с недавних пор, Майя подумывала о том, чтобы выйти в отпуск на неопределенный период, чтобы быть рядом с Кариной. Ведь буквально через пару дней они с Кариной станут родителями. Майя будет рядом и будет во всем для нее опорой. Так и должно быть. ДеЛюка была женским врачом, она по симптомам уже чувствовала, что осталось совсем немного и случится это — рождение их малышки.       — И я тебя люблю, la mia anima, — Майя вздохнула свободнее, когда Карина перестала дрожать и обняла ее в ответ. От итальянки шла энергетика тепла и нежности, Майя улыбнулась этой ее способности, — ты меня напугала, Бамбина, я столько всего передумала за эту минуту,— Бишоп поглаживала живот жены и чувствовала легкие толчки. Это умиляло Майю до глубины души, она аккуратно спустилась и прикоснулась губами к округлому животу. Девушка оставила легкий поцелуй и приложила ухо к животу.       — Мне жаль, что я такая нестабильная и впечатлительная. И учитывая, что ты делаешь все, чтобы я меньше нервничала и переживала, мне становится очень стыдно, — итальянка снова расстроилась, угрызения совести не оставляли ее в покое, но Майя не хотела допускать продолжения этого.       — Ш-ш-ш, не нужно, все хорошо, мы не просто так друг у друга есть. И в горе и в радости до самой старости, помнишь? — Майя перешла на шепот, она по-прежнему наслаждалась тем, что малышка толчками касалась ее, — давай лучше решим какое из двух выбранных нами имен подойдет этой маленькой озорнице.       — Скоро мама Карина и мама Майя встретятся с тобой, мой ангел, — последние слова Бишоп адресовала малышке, снова оставив поцелуй в районе толчков. Карина гладила Майю по голове, тонкие чувствительные пальцы итальянки игрались с ее еще влажными после душа локонами.       — В прошлый раз я была за то, чтобы назвать ее Даниель, но думаю твой вариант все же больше подходит этой неутомимой малышке, — Бишоп ждала ответ жены. Карина не торопилась с ним. Она мечтательно задумалась об их будущем втроем.       — Стефания... Да, мне нравится это имя, оно красивое и милое. Но в имени Даниель есть больше стержня, оно сильное... — Карина рассуждала и со свойственной итальянцам черте жестикулировала.       — Стефания. Да. Так ее зовут, я теперь ни на какое другое имя не соглашусь, — Бишоп встала и, протянув обе руки, взяла за руки жену и помогла ей встать. Майя чуть отошла от Карины, чтобы обозреть Карину в полный рост. Девушка, которая стояла перед ней была не просто красивой, она была восхитительно нежной, прекрасной, она была мамой. Солнце заполнило всю комнату, будто зажгли тысячи лампочек, но главным светилом в этом месте для Майи была Карина. Итальянка улыбалась, милые ямочки улыбались с ней и глаза искрились теплом.       — Vieni da me, — позвала Карина свою любимую. Майя не испытывала затруднений, когда жена говорила с ней на своем родном языке. Она понимала итальянский уже на интуитивном уровне. Блондинка обожала акцент жены. Она приблизилась к Карине, девушки взялись за руки. Обеих поражал тот факт, что им удалось сохранить в их отношениях душевность, нерушимую ментальную связь и внутреннюю искру.       Майя была преисполнена сердечными чувствами, по телу бежали мурашки от интимности момента, она обняла жену, шепча ей в ухо:       — Мой ангел, ты словно с другой планеты. Бишоп не отпускала Карину, вдыхала запах ее волос, она впитывала в память каждый изгиб ее тела. Карине хотелось сказать так много, но она молчала, за нее говорили глаза. Итальянка обвила руки за шеей жены и унесла ее в мучительно нежный поцелуй.