Fallout Impact

      Как давно в этом месте позабыли слово «мечта»?       Наверное, уже много десятков, если не сотен, лет назад. Впрочем, это уже не так важно, потому что жить или вспоминать прошлое — просто самоубийство. Витая в своих недосягаемых «мечтах» ты рано или поздно зазеваешься, и проклятие пронзит твоё сердце, поглощая всю твою сущность до последней капли, пока ты будешь биться в конвульсиях, пытаясь вырваться и постепенно теряя свою жизнь.       Всё ещё хочешь тянуться в неизведанность? Однажды ты канешь в бездну, и кто же тебя вспомнит? Никто. Это место не щадит никого с того самого дня.

* * *

      Тот самый день. Что это значит?       Это значит «смерть и разруха». Никто доподлинно не помнит, что тогда произошло. Это не было запечатлено на камеры фотоаппаратов. Это не было зарисовано на белых, чуть потёртых холстах. Это не было записано на чистых страницах старых книг.       Те, кто видели этот ужас своими глазами или погибли в тот день, или умерли от старости. Единственное, что осталось — размытые воспоминания, передававшиеся из уст в уста уже как пятьсот лет.       Тот день стал роковым для всего Тейвата. Когда люди нарушили негласные законы небесного порядка, парящий остров, именуемый пристанищем Богов — Селестией, опустился к земле.       Артерии земли трепещали от потоков энергии, испуская ужасные импульсы и руша землю, оставляя на ней трещины. Солнце исчезло за облаками, а небо было укрыто кроваво-красным одеянием. Это было похоже на ад, поднявшийся из глубин земли.       Когда алые языки пламени распространялись по траве, пожирая её и оставляя после себя лишь клубы едкого непроглядного дыма с серым пеплом, появилось проклятие. Проклятие высших Богов, которых не могли остановить даже Архонты.       Из разломов, оставленных артериями земли, вылезло множество тварей, которые рвали людей на части, а после снова уползали в щели, подальше от света огня. Их сопровождали целые арки из странных кубов чёрного, как смоль, цвета испещерёнными древними рисунками ярко-винного цвета. Ни один человек не знал, за что была такая кара, но единственное, что было ясно — от неё не укроется никто, и даже дары самих Богов — Глаза Бога и гнозисы. Расколов их, последние знаки небес разнеслись воющим ветром по всему Тейвату.       Много, кто погиб тогда от рук Богов, которые стали всем ненавистны, попросту усеяли землю своими трупами, которые разлагались из-за проклятия целые годы. Артерии земли и всякая гармония была нарушена и сломлена, заставив землю обрасти природными ловушками, опасными растениями, монстрами и проклятием. Удивляет лишь то, что кому-то удалось выжить после судной ночи, сгруппировавшись и укрывшись в пещерах.       Люди, потерявшие надежду и мечты, заключённые в сверкающих камешках, именуемых подарками небес, чуть ли не сходили с ума, пока к ним не явились их Архонты — быть может, они и потеряли свои сердца Бога, но только не разум. Собрав остатки своих сил и объединившись с людьми, они вручную воздвигли убежища — подземные прочные сооружения со скрытыми входами в них. Там люди смогли обрести покой — в обмен на свою безопасность они без устали трудились, создавая по нескольку убежищ на каждое разрушенное королевство.       Спустя пятьсот лет наука уже давно забыла о существовании и ценности таких вещей, как Глаза Бога — агитационные плакаты твердили, что нужно забыть о таких несбыточных мечтах, как управление огнём или электричеством. Нужно тянуться к науке и знаниям —к тому, что действительно досягаемо. Гнозисы всё ещё являлись мощнейшими катализаторами элементальной энергии, но, к большому сожалению, они были уже давно утеряны и, скорее всего, вогнаны в землю теми страшными импульсами в тот роковой день.       Теперь весь Тейват был погружён в одну большую цель — выжить. Те, что находились в убежищах, прикладывали все свои усилия, чтобы создать роботов и изобретения, которые помогут земле восстановиться. Те, кто находились вне, казалось, жили в другом мире. В мире опасностей и подлостей. Пока под землёй все неустанно трудились, на поверхности процветали работорговля, насилие, убийства и даже каннибализм. Это ещё не весь список того, что можно встретить на поверхности Тейвата, которая теперь звалась Пустошью.       Но прислушавшись к свисту ветра, гулявшему по разрушенным землям вот уже пятьсот лет, можно почувствовать неприятное ощущение. Кажется, что потоки ветра словно шепчут Вам о том, что это не все ужасы, которые можно встретить в новом, бездушном Тейвате.

* * *

      — Итэр! Стой! Верни мне моего брата! — Когда девичьий крик разрезает воздух, словно яркая вспышка молнии, на языке появляется омерзительное чувство железа. Обзор мутнеет, и не ясно, почему — из-за множества слёз, скопившихся в закрывающихся глазах, или из-за скоротечной потери сознания. В любом случае, битва была проиграна. Но, кажется, это не последнее её сражение.