***
В какие моменты мы начинаем новую жизнь?
Только, когда мы разумом осознанно прислушиваемся к своему телу, которое уже битые месяцы кричит нам на почти недосягаемой частоте, о своей невыносимой боли. Когда принимаем эту боль, пропуская её через каждую клеточку, волосинку, шрам и приходим к тому, что достойны — лучшего, большего, хорошего. «Скотское отношение на работе/дома/с «друзьями"/в метро — это не то чего я хочу и чего заслуживаю». Каждый человек сталкивается с этими мыслями от которых не убежать и не скрыться.
В одно прекрасное, слегка холодноватое августовское утро. Придя с работы, Джос не смогла убежать от этих мыслей. Раздавленная, после шестнадцати часовой смены на любимой работе, но с не любимыми людьми, она наконец-то решила встретиться со своим телом и его мыслями один на один. Зайдя в свою квартиру, она аккуратно положила сумку на пол и как в самых заезженных фильмах, медленно по стенке спустилась вниз. Тихонько упадя на колени, опираясь на руки, она склонила голову к полу, её бледное лицо прикрывали каштановые, кудрявые волосы. Она смотрела в одну точку на полу, полностью расслабленные губы выдали тяжелый вздох и из её серых, как пепел от недавно скуренной сигареты, глаз, хлынули слезы.
— Я так больше не могу.Просто не могу. Прошептала Джос сама себе.
Самая высшая точка человеческого отчаяния — это шепот. Когда мы открываем свою душу, даже сами себе, наша речь становится тише, как-будто мы боимся признаться себе в том, что мы испытываем и наши чувства важны. Когда мы кричим, бросаем вещи и срываемся на близких — это значит, что у нас еще есть хоть какие-то силы бороться, но когда мы тихонько говорим о своих чувствах, плача без звука — это ощущается, как наживую, из места чуть ниже груди, медленно достают битое стекло, каждый кусочек которого связан с прошлым, каждый разрывает душу и плоть, как в первый раз. И чтобы полностью излечиться, нужно достать всё.
Встав с пола, оставив минутную слабость позади и пройдя на балкон, Джос стала наблюдать, как первые лучи ярко-оранжевого солнца отражались в окнах домов и с каждой минутой, свет играл в разных окнах, казалось солнце хочет оповестить всех и каждого, что новый день настал. Закурив очередную сигарету и держа перед лицом телефон, она все же решилась.
— «Привет Тём! Знаю, я поступаю некрасиво, однако к этому все шло. Я сегодня не выйду на работу. Я увольняюсь. Мне не интересны никакие дежные прибавки на этой работе. Свои вещи заберу чуть позже, когда будет свободное время. Всего доброго.»
*Отправить*
*Сообщение отправлено 04:32*
Руки Джос задрожали, а на лице выступила легкая, едва заметная полуулыбка, в глазах пробежали искры. Она смотрела уже не на экран телефона, а куда-то сквозь него. В её голове крутилась одна мысль:
«Я правда смогла это сделать». Проведя минуту в таком приятном шоке, она почувствовала резкое непонятное ощущение в животе. Ощущалась, как что-то среднее между пульсирующей болью и тяжестью. В голову полезли дурные, но вполне допустимые мысли:
«Что ты наделала? Где ты найдешь работу с такой хорошей зарплатой?!», «На что ты будешь жить?», «У тебя нет ни семьи, ни друзей, ни второй половинки, кто тебе поможет?!». Эти мысли заставили Джос на мгновение усомниться в правильности своего решения, но лишь на мгновение. Докуривая сигарету, она чуть слышно сказала:
«Я никогда ни на кого не рассчитывала в своей жизни. Я всегда надеялась только на себя. Я хочу хорошего отношения, хочу идти на работу с радостью, даже не смотря на не большую зарплату. Я хочу спокойствия, а не работать по шестнадцать часов, пять дней в неделю. Мне двадцать пять лет, а у меня уже седина, тремор и синяки под глазами составляют восемьдесят процентов моего лица. Я со всем справлюсь, немного денег есть, а там уже разберусь, в конце концов хорошие пекаря нужны всем.» С этими мыслями Джос выкинула бычок в окно и пошла спать.
Когда мы принимаем мысли своего тела и отпускаем его боль, на первое место всегда выходит — Я. «Я знаю себе цену», «Я знаю чего хочу, а чего нет», «Я знаю, как со мной нужно обращаться».
Проспав где-то семнадцать часов, Джос с трудом открыла глаза, телефон откидывал свет на потолок её комнаты. Взяв телефон в руки, она сразу же посмотрела на время. Пятнадцать минут десятого. Прикрыв правый глаз, она начала заниматься самым ужасным, что может случиться после пробуждения — считать.
— Я проспала все утро, день и половину вечера. Вот это я решила отоспаться на год вперед, пробурчала она сама себе, как бы пытаясь осознать сказанное. На телефоне было двенадцать пропущенных от Тёмы и десятки сообщений с просьбами и угрозами выйти на работу. Не став утруждать себя прочтением сообщений, Джос лениво встала с кровати и направилась делать себе «утренний» кофе. Включив чайник, она отправилась на балкон выполнять после сонный ритуал. Достав предпоследнюю сигарету из пачки и прикурив её, она устремила взгляд на горизонт, где сквозь дома можно было разглядеть, как последние лучи солнца тонкими ярко-розовыми мазками размывались в ночном небе, обнажая свет первой звезды. Докурив, она сделал себе кофе и отпив не много, пошла за телефоном.
Зайдя на сайт для поиска работы и вбив в поиске «Пекарь-вакансии» её взору предстали десятки вакансий от разных работодателей и производств. Листая ленту с предложениями и оправляя резюме практически каждому, она уже решила для себя, что первый кто ответит, там она и будет работать. Так или иначе, по уровню зарплаты они все даже близко не стояли с прошлой работой. Зависнув на тридцать минут, выполняя монотонные действия. Джос решила, что на сегодня хватит. Проходя мимо зеркала ей овладел дикий ужас от того, что за «нечто» в нем отражался.
— Ну уж нет! Так дело не пойдет. Строго сказала Джос своему отражению, как бы отчитывая его за внешний вид. Зайдя в комнату она взяла полотенце и пошла набирать ванную. Пока вода набиралась, Джос ходила по квартире собирая все нужное для релакса в горячей ванной. Сигареты, чашка кофе и портативная колонка — лучший набор чтобы расслабиться после тяжелого безработного дня. Подключив колонку к телефону и включив «Uŋdīsçºvèrēd Cøŀorś — The Flashbulb» на бесконечном повторе, она зашла в приложение, в слабой надежде на то, что кто-то посмотрел её резюме. К сожалению ни одного ответа.
— А что ты хотела Джос? Время близилось к десяти вечера. Какой нормальный работодатель будет до ночи ждать твое резюме? Ладно, завтра будет день — будет пища.
Клубы пара от горячей воды стремились к потолку, затуманивая не только пространство, но и мысли. Опираясь на свои сильные руки, покрытые татуировками и шрамами, держась за бортики ванны, она медленно погружала тело в воду, которая обволакивала сначала ноги, покрытые ожогами и порезами, а затем и всё тело. Секунда невыносимой боли от обжигающей воды, которая тянулась, как сироп, и наконец-то долгожданный релакс. Откинув голову назад и прижав её к стене, была прикурена уже вторая и последняя сигарета за вечер. Сделав глубокий вдох и задержав дым в легких, она расслабленно выдохнула. Клубы дыма вырвались из её рта и перемешались с паром, от чего в ванной стало максимально душно. Закрыв глаза, Джос наслаждалась сигаретой, крепким кофе и, что было редкостью, полным отсутствием каких либо мыслей. Но так продолжалось не долго, в её памяти резко всплыло воспоминание и звенящих голос матери, казалось эхом отражался в голове.
-"Ты не к чему не можешь относиться ответственно! Ты только просишь и теряешь всё. Как?! Как можно так халатно относиться к вещам на которые, я между прочим, работаю день и ночь! От неожиданности и не подготовленности окунуться в прошлое, Джоселин резко выпрямила спину, вцепившись руками в ванную. Глаза открылись максимально широко, капилляры в них полопались от напряжения, а зрачки расширились. Легкие отказывались принимать кислород, из-за чего она задыхалась. В отчаянной попытке захватить хоть немного воздуха, Джос начала дышать через рот, мысленно пытаясь заглушить этот голос различными мыслями. Пара минут, как вечность, потребовались ей, чтобы восстановить дыхание. Сделав последний «Успокоительный» выдох, едва слышный шепот наполнил пространство:
— Это было не большое портативное радио, синего цвета с блестящими, серебряными вставками. Я обожала слушать радио, волну 103.2, казалось у меня есть вечно позитивный друг, который сидит в маленькой коробочке и всегда знает какая погода на улице. Поэтому утром с большим трудом, но я все же уговорила отца купить мне его. Аргументы были просты: «чтобы мне не было так скучно одной за городом» и к сожалению в этот же день оно у меня сломалось. Из-за страха того, что оно сломалось из-за меня, я соврала и сказала, что его потеряла. Дикий крик матери по поводу моей безответственности и мои семилетние слезы, сопровождали тот вечер. Смотря в одну точку и слегка покачивая из стороны в сторону, Джос прокручивала эту историю в своей голове раз за разом, стараясь вспомнить все мельчайшие детали.
Проведя в таком состоянии какое-то время, она вышла из ванной и остановилась посреди коридора. Её внимание привлек экран телефона, который периодически мигал. Недоуменно подойдя к нему, её взору предстал экран блокировки, на котором высвечивалось сообщение от собеседника «А». следующего содержания:
«Джоселин Р. Приглашаем вас на собеседование по ул.Ст-на 16 к 11:00.»
Быстрым движением взяв телефон в руки и открыв приложение она зашла в чат, чтобы узнать, какой пекарне повезло найти такого чудесного пекаря. На странице уважаемого «А». не было ничего, за что можно зацепиться. Не названия пекарни или производства, не поисков других сотрудников, не его имени, просто заглавная буква «А». Это не могло не вызывать сомнений, однако в противовес можно было сказать, что вдруг это новое незаезженное место, которое только-только встает на ноги и набирает сотрудников? А если оно новое, значит там с меньшей вероятностью можно встретить ненужных, старых, пекарских знакомых.
— Решено! Завтра схожу на собеседование и своими глазами посмотрю, что за место. Так или иначе других откликов пока нет. Я же ничего по сути и не потеряю, однако странно то, что уважаемый «А» даже не написал какие документы нужно взять с собой. Сказала Джос сама себе и с этими мыслями пошла в кровать. Включив будильник на девять утра, в предвкушение нового дня она начала погружаться в сон. Последняя мысль которая осела в её голове, до момента, когда мысли превратились в кипящий бульон из последних эмоций пережитых за последние сутки, было:
«Наконец-то начнется новая жизнь».
