Пёс Агентства

      — Акутагава-семпай, — Хигучи села рядом с Акутагавой, кладя какую-то стопку бумаги рядом. — Собрание насчет ситуации в порту, и босс, кажется, недоволен.       — Откуда знаешь? — он не смотрел на нее, думая о своем. Если и правда о ситуации в порту, главное, чтобы его с Ацуши не видели. Но ничего хорошего точно не будет. Если собрание — Накаджиму увидели. Попался на камерах, это точно. Акутагава, конечно, разобрался с записями, и остаться ничего не могло. Неужели, что-то пропустил? Либо, кто-то их увидел, решив нажаловаться.       В комнату зашел Мори Огай, сразу садясь за свое место. Все сидели, боясь даже дышать. Он сложил руки в замок, положив на них подбородок и осматривая всех участников, некоторые даже засыпали, например, Тачихара, за что сразу получал от Гин.       — И так, всем доброе утро. Такое неожиданное собрание связано с ситуацией в порту. Наверное, вы помните, что туда отправлялись Акутагава с Хигучи.       — Я был один.       Акутагава перебил босса, и сразу все взгляды устремились к нему. Чуя, сидящий рядом с ним, немного толкнул его плечом, намекая замолчать и не перебивать. У многих в Мафии было множество вопросов насчет Рюноске, которого до сих пор не выгнали. Может идти против босса, действовать по-своему, и до сих пор ему ничего не сказали. Но Мори немного приулыбнулся, продолжая свою речь.       — Да? А где Хигучи потерял? — но ответа ждать не стал, продолжая. — Но, что же, очевидцы доложили мне, что видели участника Агентства — Ацуши Накаджиму. Видимо, они плохо поняли запрет на посещение наших мест. Придется их наказать и разобраться с ними.       Наказать? Акутагава повернул голову к Гин, которая была в шоке и уже смотрела на брата. Он то хорошо видит ее эмоции. Как бы он не хотел признавать, но, видимо, Ацуши ей полюбился. Да и наказать… Точно ничего хорошего не значит. Несколько вариантов событий: Мафия или Ящерицы нападут на Агентство, либо начнется снова ловля тигра. А кому сейчас это надо? Никому.       — Мы работали вместе, — всё сразу повернулись к Акутагаве, что его раздражало. Всё внимание приковано к нему, как к экспонату. — И он спас меня, когда на корабле произошел взрыв. Если бы не он, то скорее всего убили бы меня, а потом перешли бы к Накахаре-сану, к Ящерицам, а потом и к вам. У Агентства уже была информация о том, кто за этим стоит, и, если бы мы стали их игнорировать, мы бы давно знали предателя, который у нас работает.       В комнате воцарилось молчание, а Гин смотрела на брата с восхищением и радостью. Не думала она, что Акутагава будет защищать Ацуши, а не просто помолчит. Да и вообще, это первое собрание, где Рюноске так много говорит. Раньше просто со всем соглашался, кивал и всё. Это была интересная перемена, которая заставляет задуматься.       — Что же, значит, вы снова напарники? И что с тем предателем?       — Мы… Да, напарники. А тот предатель успел покинуть страну, к сожалению, но за ним ведется слежка, если вдруг вернется сюда, мы узнаем.       Тачихара с Гин сразу выдохнули, понимая, что войны против Агентства не будет. Насколько Гин в красках рассказывала парню о том, что может быть, если Акутагава и Ацуши всё-таки проигнорируют друг друга и не одумаются, то всё будет очень-очень плохо. Настолько плохо, что лучше даже не думать об этом. Мичидзо вообще было всё равно на них и то, что там происходит, но Гин впутала его в это, что ему уже самому интересно следить за происходящим.       На доброй ноте собрание окончилось и всех отправили работать. Спать хотели все до единого, но домой Огай никого не отпустил, и даже домой раньше он не отпустит, а Акутагаве теперь писать отчет о задании в порту, так еще объяснительную с отчетом, почему они не работали с Ацуши. Как в школе. Рюноске хотелось смеяться от того, что его отругали за это. И всё из-за глупого Тигра, который без мозгов, сразу побежал говорить Дазаю, что они не напарники. А ему теперь отчитываться. И что ему писать в объяснительной? «Тигр обиделся, что я сказал ему не лезть в мою жизнь, и побежал расторгать сотрудничество к Дазаю». Прекрасно, боссу точно понравится.       Выйдя из кабинета, его сразу поймала Гин, думая сначала обнять, но не стала, зная, что он не любит такое, поэтому ограничилась словами.       — Рю, молодец! Спас Ацуши, мы уж думали, что опять на него охота начнется…       — Я его не спасал. И мне всё равно, что там бы было.       — Ладно, не спасал. Но ты умничка всё равно!       — Под «мы» ты имеешь ввиду себя и парня, который стоит и чего-то ждет? — Акутагава повернулся к Тачихаре, который стоял в дверном проеме. Сразу он встрепенулся, разворачиваясь и уходя, будто никого не ждал, а Акутагава нахмурился.       — Тему то не переводи, братик, — она посмеялась. — Ладно, удачи с объяснительной, потом расскажешь, что написал там!       Гин ушла, оставив Акутагаву одного в коридоре. Хотя, как одного, к нему сразу подбежала Хигучи, что-то говоря, но он пропускал это мимо ушей. Ему не интересно. Что ему писать?

***

      — Ацуши-кун! — в здание забежал Дазай, который размахивал каким-то листком. Но не успел он добежать до блондина, как листок у него вырвали.       — Хватит орать! Тут всё работают, в отличии от некоторых! — Куникида попытался успокоить Дазая, но как всегда вышло не очень.       — Ацуши-кун, представляешь, — Осаму подставил стул рядом с парнем, садясь.— Мне сказали, что Акутагава сказал, что вы напа-а-арники! А я не знал?       — Что Акутагава сказал?.. — Ацуши шокированным взглядом уставился в отчет, который писал. В голове появилось множество мыслей, а рука поневоле начала трястись и не поддавались. Напоминание о мафиози немного пугает. Особенно в таком плане.       — Ты же всё слышал! Да, так и сказал. А его наругали и заставили писать множество отчетов и… — Дазай замолчал, ожидая реакцию парня.       — И…?       Всё Агентство ждало ответ. Всем стало интересно, кроме Рампо, который уже знал, что он скажет.       — И…объяснительную! Прям как настоящему школьному хулигану. И отругали его хорошо, факт!       На этом жизнь Ацуши можно заканчивать. Акутагава САМ сказал, что они напарники? Зачем? Для признания Дазаем? Да, скорее всего, так и есть. На большее он не рассчитывает. И теперь из-за него Акутагава сидит и думает, что написать в объяснительной! Или так и напишет: «Ацуши нытик». Точно так напишет. Лучше бы написал правду, что он сам виноват и довел Накаджиму! Но почему же наругали Акутагаву, если Ацуши сказал, что они больше не напарники?       Дальше работа не шла никак. В мыслях только и крутилась эта ситуация и то, что Ацуши остался по итогу не при делах, а обвинили ВСЕ Акутагаву. Даже Кёка. Ему очень хотелось перед ним извиниться за происходящее, но возможности нет. А, точнее, номера. Идти к Мафии… Нет! Но, он знает, где он живет… Если он зайдет один раз, плохо же никому не будет?       И уже вечером, после работы, Ацуши сказал Кёке идти в общежитие одной, что он придет потом, а сам он пошел в магазин. Нужно же что-то купить в качестве извинений. За время, проведенное в доме Акутагав, он узнал многое. Например то, что Акутагава обожает инжир. Всегда, когда Гин приходила из магазина, в пакете с покупками был этот фрукт. Еще он узнал то, что Акутагавы до невозможности ценители чая. В шкафу он видел несколько десятков разнообразных видов чая, он даже названий таких не знал до этого момента. Кто именно из этой семьи такое чаеман, он не понял, но то, что чай они любят, это факт. Одно название, которое он запомнил, он загуглил, лучше бы не делал этого. Глаза чуть не лоб не полезли, а кошелек истерически заплакал. То, что зарплата в Портовой Мафии большая, он знает, но тратить такие деньжища на чай… И вот что Ацуши купить им?! Прийти без всего? Нет. Но у них всё есть, причем, самое дорогое. В итоге, он остановился на покупке небольшого, но очень вкусного, шоколадного тортика и немного инжира. Он ни разу не видел, чтобы Гин покупала что-то сладкое, но он уже просто не знал, что купить еще.       Спустя два часа прогулок по магазинам, он пошел к дому Акутагав. С каждым шагом сердце билось еще быстрее, а в мыслях крутилось, что ему стоит уйти обратно. Но уже поздно. Он уже стоит у двери и ему остается только позвонить. Время десять часов вечера, а вдруг спят… Хотя, когда он тут жил, они только приходили домой в это время, значит, всё хорошо…?       Поборов себя, он тихо постучал. Очень тихо, надеясь, что никто не услышал, и он просто уйдет. Но, услышав шаги у двери, он понял, что побег не удастся и это конец. Дверь открыла сонная Гин, которая потирала глаза, еще не понимая, кто пришел.       — А…Э… Привет! Я тебя… разбудил? — заметил он. Видимо, правда разбудил. Они все уже спят? Так рано? Какой стыд то! Ацуши не подумал и всех разбудил!       — Ацуши? Ты чего здесь? — она зевнула. — Спим, да… Сегодня в Мафии были с такой рани… Пришли, сразу в сон свалились.       — О боже, прости меня! — он наклонился, протягивая пакет с покупками. — Это я купил вам, хотел извиниться перед Акутагавой, но уже не буду заходить, вот…       Гин удивлённо посмотрела, но пакет забрала.       — Спасибо…? Я ему передам. А за что извиняешься?       — За всё, — он выпрямился, неловко потирая затылок.       — Ладно. Спокойной ночи, — она уже хотела закрывать дверь, но Ацуши резко остановил.       — Ты… можешь дать мне номер Акутагавы? Я не скажу, что это от тебя! Хочу сам извиниться…       Вот тут Гин знатно офигела и сон, как рукой сняло. И она согласилась, записав ему в телефон номер брата, так еще и свой, если вдруг что-то будет нужно спросить. Ацуши был вдвойне благодарен, и, попрощавшись и пожелав спокойной ночи, пошел в общежитие. У него номер Акутагав! Теперь можно сообщением писать Рюноске, а не в лицо говорить, боясь, что его одарят злым взглядом или проткнут Расёмоном.       Рано утром Кёка с Ацуши уже сидели на кухне, уплетая приготовленное девушкой. Она заметила, что Накаджима всё сидит в телефоне, что-то очень внимательно рассматривая, печатая, а потом стирая. Насторожило. Но она молчала. Пока ей не надоело.       — Что ты так внимательно ищешь в телефоне?       — А? — он поднял взгляд. — Нет, ничего, прости. Очень вкусно, спасибо!       Через несколько минут им уже выходить из общежития, а Ацуши до сих пор не мог сформулировать текст Акутагаве. Так и то, как Гин его записала, смущало… «Рю-чан». ЕСЛИ БЫ ОН УВИДЕЛ ЭТО. Ему был бы конец. Он решит больше не тратить время и не перечитывать свое сообщение сто раз, поэтому отправил его, сразу выключая телефон. Видеть ответ страшно. Или проигнорирует? Лучше бы второй вариант…