Give me silence

Я пошла к университету под взглядами многих студентов. Это действительно напрягало… Но это ведь только моя вина сейчас. Не удивлюсь, если все они заметили это небольшое действие с моей стороны. Опустив голову, я направилась к той самой открытой зоне для художников. Слухи быстро разлетятся, я в этом более чем уверена. В аудитории, как и вчера, всё внимание было направлено на меня. Они уже узнали обо всём? Да как все так быстро происходит? Тяжело вздохнув, я прошла к своему мольберту и сразу же села на стул. Открыв папку, достала вчерашнюю незаконченную работу, карандаш и клячку, и начала прорисовывать детали, пытаясь не обращать внимания на до сих пор прикованные ко мне взгляды. Все это прекратилось, как только в аудиторию зашёл наш преподаватель, и всем моим одногруппникам пришлось занять свои места, забыв обо мне. Хоть за что-то ему спасибо… Он поручил нам продолжить рисовать наш мини-проект, а сам уселся за своё рабочее место и начал втыкать в телефон. Это будет долгий день… Скорее бы наступил вечер, черт.

***

Вечер. Наконец наступил конец этим мучениям на парах. Последней парой была история искусств, и она прошла довольно скучно. Все, о чем я могла думать весь день, а если точнее о ком, это была Лиса. Собрав вещи, я быстрыми шагами направилась к выходу из аудитории, а затем и вовсе к дверям университета. Краем глаза я заметила, как Минни последовала за мной. Ну нет, только ее мне сейчас не хватало. Около дверей какой-то парень встал передо мной и не хотел пропускать, как бы я не пыталась проскочить мимо него. — Можно я пройду? — я хмуро уставилась на него и опознала в нём вчерашнего главного задиру. — Давай немного поговорим, — он дерзко хмыкнул и, резко схватив меня за запястье, потащил куда-то за собой. — Эй! Пусти! Мне, блять, больно! — я пыталась вырваться, но его хватка лишь усиливалась, и он грубо тянул меня за собой резкими толчками. Спустя несколько секунд меня затолкали в туалет на первом этаже. Как же клешировано… Он сразу толкнул меня к стене и устроил кабэдон. — Меня Чонин звать. Дженни Ким, я прав? — он хмыкнул и приблизил своё лицо к моему. Мне было страшно. Очень страшно. Сердце колотилось, но я продолжала смотреть на него безразличными глазами. — Чего молчишь? Ладно, неважно. Дай мне тебя поцеловать. Ты же чмокнула Лису в губы, верно? — Мне пора, — я толкнула его и попыталась уйти, но он взял за руку и больно впечатал меня в стенку, из-за чего я ощутила колющий удар в затылок. — Мое терпение не вечное, Дженни, — другой рукой он взял мое лицо и, сжав его и заставив выпятить губы, нагло впился в них. Я начала трепыхаться, пытаясь свободной рукой отогнать его. Он целовал меня грязно, больно, затем и вовсе укусил губу. И после этого я ударила его коленом между ног, и он скрючился. — Сучка! — зарычал он и влепил мне пощёчину справа, — знай своё место! Я отлетела из-за его действия в сторону стойки раковины и, ударившись боком, упала на пол. Папка слетела с плеча и с громким звуком грохнулась рядом со мной. Как же больно… закусив нижнюю губу, я попыталась сдержать слёзы и гневно уставилась на него. — Получил, что хотел?! — зарычала уже я, оскалившись, но в ответ получила лишь его ухмылку. — Я — да. А вот они, — он указал в сторону двери, и она отворилась, пропуская ещё нескольких людей в уборную, — она ваша, ребят. Эти ребята — 2 парня и 2 девушки — дьявольски ухмылялись. И я поняла, что влипла по самое не могу. Сначала подошла девушка и, больно схватив меня за волосы, нагло поцеловала в губы, проталкивая язык. Папку она оттолкнула куда-то в сторону. Хоть я и не допускала ее свободу действий, но, когда стало больнее, мой рот автоматически приоткрылся, издавая стон. — Смотрите-ка, а ей нравится! — рассмеялась эта девчонка, — да ты у нас, похоже, и не против даже групповушки. Налетайте! Остальные тоже подошли ко мне. Парень выровнял меня, усадив в вертикальном положении. Другая девушка села надо мной и, схватив мое лицо, тоже поцеловала. Я хочу сдохнуть. Прямо сейчас. Пожалуйста, прекратите это всё… — Вы что творите?! — услышала знакомый голос, — они здесь! — Ты! — голос Чонина, — п-послушайте… Дальше я уже не вникала. Я видела, как от меня отошли. Я помнила, как меня подняла Минни и вывела из уборной на улицу. Я хотела домой, но не в общагу. — Джен? — обеспокоенный голос подруги, наконец, дошёл до моих ушей, и я резко взглянула на неё. — А? — я уставилась на неё. — Как ты? — О, все хорошо. Мне уже на автобус надо, — я попыталась улыбнуться через силу, чтобы не заплакать и чтобы не заставлять ее волноваться. — Давай проведу? — щенячьи глазки уставились в мои. — Нет, спасибо. Я уже в порядке. До завтра? — Хорошо… До завтра, — она поджала губы, кажется, подавляя желание помочь в любом случае, и я, слабо улыбнувшись, пошла к остановке. Я хотела домой… но там бы мне было грустно, поэтому решила направиться к Лисе в компанию. Да, это будет наиболее правильный вариант… Нацепив наушники, я стала ожидать автобус, и именно в этот момент пошёл дождь. Что ж, как я и думала… гребаный дождь.

***

Приехав, я действительно удивилась размерам компании… Дождь к тому моменту уже лишь немного покрапывал, поэтому я не промокла. Завороженно смотря, я направилась ко входу в здание. Очень много окон. И во многих горел свет. Сразу видно, что работа не прекращается даже в вечернее время суток. И только когда зашла, до меня дошла одна вещь… а меня пропустят вообще? В тот момент, когда я хотела развернуться и уйти, меня окликнул кто-то. — Эй, Джен! — знакомый женский голос, из-за которого я развернулась. — Розэ? — я похлопала ресницами. — Правильно Лиса предвидела время, — она широко улыбнулась и, подойдя ко мне, обняла, — она попросила меня встретить тебя. Пойдём? — О, эм, да. А меня пропустят? — я сжала губы. — Уже пропустили, — хихикнула Пак и повела меня за собой через холл в тренировочный зал. Огромные потолки, диванчики и автоматы с едой и напитками, лифт со стекленными дверями. Холодное освещение, не раздражающее глаза. И очень очень много людей. Судя по всему — большинство из них были менеджерами, которые вышли отдохнуть и перекусить не очень полезной едой. Мы завернули за угол и направились по коридору вдоль каких-то комнат. Я так думаю, это различные студии, так как отовсюду слышалась музыка и голоса хореографов, менеджеров и так далее. Когда мы стали подходить к определённому залу, я начала различать ноты знакомой мне песни Лисы. Мое настроение улучшилось, когда до моего мозга дошло, что я скоро увижу ее. — Проходи. Лиса обычно тренируется одна под вечер, тупо оттачивая пройденное. А я вас оставлю. Мне над ее образом ещё думать вместе с двумя оболтусами, — неловко улыбнулась она. — О, хорошо. Мы увидимся ещё? — Если только завтра ты навестишь нас пораньше. Могла бы как раз помочь нам придумать сценические образы, — она подмигнула. — Хм, — я задумалась, — а мне ничего за это не будет? — Мы директору не скажем, — высунув язык, Розэ развернулась и начала вприпрыжку уходить от меня, не оставляя мне даже выбора, — так что буду ждать! — Хорошо! — крикнула ей в ответ, затем уставилась на деревянную поверхность передо мной. Сделав пару вдохов и выдохов, я открыла дверь и прошла внутрь. Музыка сразу ударила в голову, а глаза уловили образ Лисы в тех же чёрных штанах и топе, которая сосредоточенно танцевала, смотря на себя в зеркале. Я застыла в дверях, наблюдая за сокращениями ее мышц, за ее плавными движениями, за ее гибкостью… и ее челкой, которая до сих пор идеально держалась, черт ее дери. Закрыв дверь, я осторожно положила папку около стены и, оперевшись, продолжила наблюдать. Ее взгляд… затягивал. Как только музыка закончилась, Лиса заметила меня. Вся она была запыхавшейся, что выглядело довольно сексуально в моих глазах, из-за чего мои щёки окрасились в пунцовый оттенок. Ее лицо скрасила улыбка, и она, остановив дальнейшее воспроизведение песни, подошла ко мне. — Видимо, не прогадала, — пропыхтела Манобан, устраивая мне кабэдон, отчего нахлынули неприятные воспоминания о недавнем, и я вздрогнула, — Джен? — улыбка спала с ее лица в ту же секунду, а брови свелись к центру. — Прости, просто залипла, — я натянула улыбку. — Ты не умеешь врать. — Я и не вру, — нахмурилась. — Хорошо. Расскажешь, когда будешь готова, — она оттолкнулась от стены и хотела пойти и продолжить танцевать. — Поцелуй меня, — внезапно проговорила я, останавливая Лису. Она не стала спрашивать и, вновь уперевшись о стену одной рукой, примкнула к моим губам. Другая ее рука упала на мою талию, прижимая к себе. Языком она юркнула в полость рта, притягивая меня сильнее, и теперь вместо ладони она упиралась локтем. Ладонью на талии Лиса прижала меня к себе сильнее, правое бедро протиснула между моих ног, и его тоже уперла в стену коленной чашечкой, тем самым раздвинув мои ноги, из-за чего я издала стон. Ее язык переплетался с моим, поцелуй превращался в более страстный и становился мокрее. Сердце быстро билось, а щёки залились ещё большим румянцем, и дыхание было сбитым. Благодаря ей, я забыла о том, что было несколько десятков минут назад. Поцелуй прервался, и мы уставились друг другу в глаза. Какая же Лиса прекрасная… Мы молчали, лишь смотрели в глаза напротив своих, и я вновь начинала смущаться, краснея до ушей. — М, я… думаю, отвлекаю… — Есть немного, — она улыбнулась, — расскажешь, что случилось? В этот момент на мой телефон пришло уведомление, и я достала его из кармана брюк, сразу же открывая телеграм. Я не задумывалась о том, что Лиса будет наблюдать за этим, поэтому начала читать сообщение. Minnie: Тех подонков завтра исключат из университета. Точнее, всех, кроме Чонина. У него отец какой-то богатенький тип. Но, надеюсь, что он больше к тебе не полезет. Как ты? Как щека? Синяки есть? Я резко перевела взгляд на Лису, и увидела, что ее брови были нахмурены. — Теперь ты точно должна мне рассказать, — потребовала, смотря на меня. — Незачем переживать, онни, — я нервно сжала губы, блокируя телефон и запихивая его обратно в карман. — Дженни, — она выдохнула, — твоя просьба поцеловать уже была странной. — Я ведь и до этого просила. — Ты просила робко. А здесь… будто отчаялась. Джен, — вторую руку она тоже переставила на мою талию и поменяла нас местами, затем начала скатываться по стене и утягивая меня за собой, — рассказывай. Когда мы оказались в сидячем положении, я начала шевелиться, а затем развернулась к ней спиной, утыкаясь ей в грудь и откидывая голову ей на плечо. Поцелуй в шею. Нежный и легкий, словно бабочка ненадолго дотронулась крылом. — Маленькая моя, — прошептала она, обнимая меня крепче. — Перед уходом… меня затолкали в уборную. Влепили пощёчину, облапали и засосали… — коротко и четко пересказала, пытаясь не заплакать. — Что? — холодно произнесла Лиса, — кто? — Э-это неважно. Уже неважно. Их накажут. Точнее, всех, кроме одного… их было пять. — Я спрашиваю кто, Дженни. А это значит, что это, блять, важно. — Я знаю только одного… его зовут Чонин… — Хорошо, — она выдохнула мне в шею, затем оставила ещё один поцелуй, — больно? — Было… но сейчас все хорошо. Благодаря тебе, — я вернула голову в нормальное положение, потом наклонила ее вперёд, прячась за волосами. — Ты хочешь продолжить обучение? — Очень. Мне это нравится. — Поняла. Я постараюсь, чтобы тебя больше так не волновали. — Не стоит, онни! Все будет в порядке. — Все уже не в порядке. Поэтому, просто позволь, хорошо? — Хорошо… Лиса вновь поцеловала меня, но на этот раз в заднюю часть шеи, вызывая у меня улыбку. И в этот момент я ощутила горячие дорожки на щеках. Я тихо плакала… Манобан продолжила оставлять короткие поцелуйчики, прижимая к себе сильнее. Ее левая рука начала пролезать под топ, а правая оттягивать резинку брюк. — Л-Лиса… т-ты чего? — вместо ответа она укусила мою кожу, — ай! — Больно? — Естественно! — я надулась. — Это хорошо, что ты все ещё в норме. — Э? — Обычно, после таких случаев многие перестают что-либо ощущать. Ну, знаешь, отключают эмоции. Так что сейчас я очень рада. — Угу. Но было бы замечательно, если бы ты вытянула свои руки. Это слишком неловко… — Хмм? Правда? — ее пальцы прошли дальше, щекоча, и остановились одна прямо под грудью, а другая чуть залезла под резинку трусиков. — Лисаааа. Пожалуйста… — Хорошо-хорошо, — она издала смешок и ослабила хватку, — я ещё немного прорепетирую, а потом поедем домой, договорились? — Угу, — она позволила мне встать, и встала следом за мной, после чего подошла к проигрывателю и, включив музыку, начала танцевать. Я же снова приковала взгляд к ее телу и ее движениям, пока она сосредоточенно и точно двигалась в такт своей песни. И все же, она обворожительна. И не только это. В ее присутствии я забыла о недавнем и ощутила свободу. Ощутила спокойствие. Как же я рада… даже грязной себя не чувствовала после такого, хотя смыть все это, естественно, горячим душем хотелось.

***

Через час мы закончили и сейчас уже направлялись к автомобилю Луи, чтобы тот подвёз нас до дома. Однако на пути нас встретил какой-то мужчина — брюнет с голубыми глазами. Я нахмурилась, так как он сразу взял Лису за руку. — Лиса, поговорим? — Ты не мог прийти ко мне во время репетиций? — раздраженно кинула она. — Нет. Я был занят, да и тебя отвлекать не хотел, — парень быстро глянул на меня, затем вернул внимание на Манобан. — Зато сейчас занята я. Так что отложим, — Лиса взяла меня за руку и потянула за собой, но парень не захотел ее отпускать. — Ты обещала, что мы поговорим, — чуть прорычал он. — Я обещала. А ты должен был прийти вовремя, а не тогда, когда я уже собралась уйти, Чан. Пусти сейчас же, — рявкнула она, удивляя меня этим. — Я не виноват, что был занят! — он повысил тон. — Зато сейчас занята я, — холодно отрезала Лалиса и выдернула руку, — приходи завтра. Мне пора, — и мы прошли мимо него. — Ты серьезно променяешь меня на какую-то там девку?! — крикнул. — За языком следи, — Манобан глянула на него через плечо, — ещё одна непозволительная выходка, оппа, и больше на встречи даже не надейся. Я все сказала. — Лиса, блять, — Чан У догнал нас и разъединил наши руки, отталкивая меня чуть в сторону, из-за чего я споткнулась и грохнулась на пятую точку. — Тцц, — я зажмурила глаза, — больновато, — и тихо проговорила. — Чан, свали, — Лиса подошла ко мне и протянула руку, предлагая мне встать, — как ты? — Нормально, — я схватилась за неё и поднялась с земли, чуть натирая больное место. — Я тебе говорила, оппа, — она притянула меня к себе, обнимая за талию сбоку, — ещё одна выходка — и все. Поговорим завтра, — и с этими словами мы обе, наконец, дошли до машины и сели внутрь салона. Луи завёл двигатель и поехал в сторону дома Лисы, оставляя Чан У вдалеке с разгневанным и одновременно разбитым видом. Он меня беспокоил своим присутствием. Я явно не знала их взаимоотношений, и это мне не нравилось, я ревновала, хотя у меня даже права на это не было.

***

Попрощавшись с Луи, в дом мы ввалились уставшими. Отложив вещи в сторону, направились на второй этаж, в комнату Лисы. — Джен, ты в душ пойдешь? — спросила она, пока снимала с себя одежду, оставаясь в нижнем белье. — Да… Думаю, да. Хотелось бы смыть нежелательные ощущения, — я сжала губы, тоже снимая одежду. — Хорошо. Возьмёшь вещи сама, я пойду в ванную на первом этаже, — она схватила халат, вытащила нижнее белье из шкафа и направилась к выходу, — спустишься потом, хорошо? — Угу, — я кивнула. Лиса вышла из комнаты, я же взяла откинутый куда-то халат и новое нижнее белье, затем направилась в ванную комнату. Скинув всю оставшуюся одежду, которая включала только лифчик и трусики, я залезла в душевую кабинку и включила горячую воду. Первые капли неприятно обожгли кожу, будто напоминая о недавнем. Слёзы покатились сами собой от воспоминания о случившемся. Эти прикосновения, эти поцелуи. Эта пощёчина от того урода… это больно. Это было очень, блять, больно! Я начала намыливать тело, потом волосы, и все это следом смывать той же горячей водой. После всех машинальных действий, я прислонилась лбом к стенке душевой и разрыдалась в голос, начиная захлёбываться слезами. Больно. Сердце разрывалось на части. Горячие капли продолжали больно жечь кожу, из-за чего все мое тело уже было красным.

***

Не знаю, сколько минут прошло, но я ощутила, как воду выключили, и холодные руки Лисы вытянули мое горячее тело из кабинки. — Нини… — она крепко прижала меня к себе, а затем накрыла полотенцем со спины, продолжая обнимать, — маленькая. Я с этим разберусь. Прости, пожалуйста, что тебе пришлось пережить такое… — Ты промокнешь, — проговорила я, ловя ртом воздух и пытаясь отстраниться. — Тшш. Все хорошо… Не обожглась? — Н-нет… — а потом обвила руками ее талию и прижалась сильнее, оставляя попытки оттолкнуть, — прости… — За что ты извиняешься, дурочка? — поцелуй на макушке, — давай, пойдём, — она взяла в руки халат и нижнее белье, затем вывела меня из ванной комнаты. Всю дорогу до гостиной Лиса не выпускала меня из объятий, пока я удерживала полотенце. Резкая смена температур заставила меня дрожать от прохлады комнатной температуры на разгоряченное тело. Манобан усадила меня на диван, затем села на пол, поставив руки на мои колени. Я посмотрела на неё заплаканными глазами. Ее взгляд выражал беспокойство… Когда я шмыгнула носом, она расплылась в нежной улыбке. — Это все прошло, Нини. Теперь все будет хорошо. Хочешь пожевать чего-нибудь? Фильм посмотреть? — Угу, — я слабо кивнула. — Тогда ты просуши тело, накинь халат и начни выбирать фильм. Я закажу всякую «полезную» пищу, — подмигнув, Лиса встала с пола, заставляя меня улыбнуться, — хочешь что-то конкретное? — Хочу… сырные шарики и шоколад молочный с крекером. И горячий шоколад… — я сжала губы, теперь смотря на неё снизу. — Хорошо, — она наклонилась и оставила короткий поцелуй на лбу, после чего оставила меня и направилась на кухню. Я встала с дивана и начала тереть тело полотенцем, затем прошлась им по волосам. Откинув его на спинку дивана, я надела белые трусики из нового комплекта, подмечая про себя, что когда-нибудь точно перестану брать у Лисы белье. После этого подняла халат и, продев руки, завязала пояс. Усевшись на диван вальяжным образом, я выдохнула, сразу хватая в руки пульт. Вот в этот момент я почувствовала некую усталость, но, одновременно с этим, также было ощущение легкости на душе. Будто все ненужное было смыто водой и высушено объятиями конкретного человека… Как же я рада, что встретилась с Лисой. Нет, даже не так. Я рада, что Джису нас так свела. Надо будет ей потом позвонить как-нибудь и узнать, когда она прилетает обратно. Я соскучилась за эти пару дней. Джису очень дорогой мне человек, и я безгранично благодарна за то, что она терпит такую лучшую подругу. Боже, Чу, я тебя люблю. И, черт, я, действительно, очень рада тому, что Лиса появилась в моей жизни, что с ней мне спокойно, и ничего и никого мне больше и не надо. Только она. Только Лиса — все, что нужно… Я призналась в этом хотя бы себе…