Настоящая личность

Жизнь с Кириллом в одних стенах оказалась не такой скучной, как мне изначально казалось. По понедельникам мы деликатно спорили за чашкой чая и философствовали. Во вторник устраивали марафон, кто больше всех прочтёт книг за день. Когда наступала среда, мы устраивали небольшую уборку по всему особняку и долго спорили, кто будет мыть полы. В итоге всегда играли в камень-ножницы-бумага, и, к сожалению, почему-то всегда проигрывала я. По четвергам мы вообще запирались по своим комнатам и любимым местам, а если пересекались, то зачастую ссорились по мелочам, после чего я долго дулась на Кирилла, но потом быстро остывала, когда понимала, что тому совершенно всё равно на мои обиды. По пятницам я пела в вересковых полях и носилась по ним, если погода была соответствующая. Кирилла по пятницам я видела очень редко. В субботу я спала, как хорёк, и мне далеко было плевать на то, что делал по субботам Кирилл. В воскресенье мы яро спорили по поводу жанров и книг. Я выяснила, что Кирилл, оказывается, вообще презирает любовь. Был бы он обычным человеком, я поглядела бы на него, если бы он влюбился, однако он всего лишь дух, который не способен на такие высокие чувства. В принципе, как и я. Меня это иногда огорчало. Больше огорчало из-за того, что Кирилл не мог влюбиться, потому что я хотела доказать этому болвану, что любовь не такое уж и сопливое чувство, как он думает. Он сто процентов сам бы вёл себя как полный дурак, если бы влюбился. Однако у меня никогда не получится увидеть это зрелище. С Кириллом, в принципе, ужиться можно было, пока утром одного из дней не произошло ещё одно интересное событие, а именно появление ещё одной части личности. Если моё рождение и рождение Кирилла отличались на добрые тринадцать лет, то между рождением новой личности и Кириллом прошло всего несколько месяцев. Кажется, моя маленькая Рита быстро развивается, раз так быстро открывает в себе новые черты характера, однако у меня всё равно было больше преимуществ, ведь только я знаю Риту лучше всех. Ранним утром я, сонная и выспавшаяся, спускалась вниз по скрипучей лестнице, как вдруг внизу промелькнула незнакомая зелёная макушка. Я даже икнула от неожиданности. Моё сердце чуть не выпрыгнуло из груди, когда я спустилась окончательно и заметила, как на кухне, в холодильнике, шарилась незнакомая мне девочка, нет, даже уже девушка — на вид ей лет восемнадцать. Она деловито принюхивалась, пока всё-таки не заметила меня. У неё странный цвет глаз — напоминает топаз. Красивые глаза, прямо как у Кирилла. Видимо, я одна такая особенная — с обычными серо-зелёными глазами. — Привет... Всё, что я могла тогда вымолвить после сна — это жалкое и неуверенное приветствие. Девушка только прищурилась, а потом хихикнула и заулыбалась, потирая руки. — А я уже испугалась, что у этого особняка хозяев нет, хотя стоило заглянуть в холодильник — сразу стало понятно, что жители всё-таки есть! — довольно воскликнула она. Я только ошарашенно кивнула. — Ты здесь одна? Ну, имею в виду, из личностей, — поинтересовалась незнакомка, доставая из холодильника молоко. Странное заявление, но в разуме человека даже можно было не париться по поводу ингредиентов, они появлялись сами по себе — зачастую по нашей прихоти, если напрячь свои извилины. — Н-нет... там ещё есть... один, — когда я терялась или чувствовала себя неловко, у меня была глупая привычка заикаться и мямлить, что всегда меня выводило из себя. — О, и где он? — Спит, наверное... — Как тебя зовут? Я резко забыла своё имя. — Арина, то есть Карина, — неловко пробормотала я. — Арина-Карина-малина, ясно, — протянула девушка. — Я — Кира Клюква. Для тебя просто Кира. Ты мне нравишься. — У тебя уже есть имя? — непонимающе спросила я. — Придумала, пока блуждала в вересковых полях в поисках хозяев этого милого человека. Её же Рита зовут? Я кивнула, даже немного заулыбавшись. Воспоминания о моём человеке всегда делали меня счастливой, ведь Рита являлась моим смыслом жизни, и я прекрасно чувствовала с ней связь. — Почему Клюква? — М? — вопросительно хмыкнула Кира. — Почему не просто Кира, а именно Кира Клюква? — Не знаю, — пожала она плечами. — Мне нравится клюква. Почему бы не назвать себя в честь клюквы? Глупо, но мило. — Нет, это глупо, — послышался знакомый голос, и я вздрогнула, обернувшись. Я увидела Кирилла, который не показался мне сонным, однако он был одет в свою свободную одежду, а не в привычные строгие костюмы, которые менялись у него, разве что, цветами или тканью. Кира только присвистнула, закрыв холодильник. — А это что за красавчик? Я только приподняла брови от изумления. Смелое заявление, особенно в сторону Кирилла. Тот очень ранимо воспринимал похвалу и комплименты, но больше он ненавидел критику или придирки. — Я.. не... Кажись, не только я заикаюсь и начинаю мямлить, когда мне неловко. Я не ожидала такого от Кирилла, который внезапно раскраснелся, пускай его выражение лица по-прежнему оставалось холодным. Кира только хихикнула. — Не думала, что ты такой стесняшка. Ты мне тоже уже нравишься, — прокомментировала она, начиная искать чашки и кружки. — Вторая дверца третьего верхнего шкафчика, — обыденным голосом подсказала я. — Спасибо. Кирилл тем временем растерялся ещё больше. В итоге он вообще ничего не сказал. Вау! Теперь я хочу быть, как Кира, чтобы так же вгонять Кирилла в краску. — Так, ну, и как зовут нашего мистера Мямлю? — наливая молоко в кружку, даже не смотря на Кирилла, спросила Кира. — Я не мямля, — уже уверенно и жёстко ответил Кирилл, сложив руки на груди. — Кирилл. — О, Киря. Какое милое имя, — заулыбалась Кира. — Кира Клюква, но для тебя госпожа. — Ты издеваешься? — Не будь такой букой, Киря, — шуточно ругая, произнесла Кира. Я резко почувствовала себя третьей лишней. — По тебе сразу видно, что ты не отличаешься умственными способностями, — грубо заметил Кирилл. Кира только оглянулась на него как-то слишком удивлённо и пожала плечами. — А по тебе сразу видно, что твоя подружка, видимо, редко делает тебе комплименты. Я потеряла дар речи. Ну, я ему не подружка! Мы даже поговорить без спора и ссоры не можем. У нас вечно какие-то разборки и выяснения отношений, и порой они зарождаются даже на основе обсуждения жанров книг. С Кириллом нереально тяжело. — Я в них не нуждаюсь, — фыркнул Кирилл. — Нет, тебе нравится, — злобно заулыбалась Кира. — Вы тут и дальше спорьте, а я, пожалуй, пойду и займусь важными делами, — неловко посмеиваясь, произнесла я, прежде чем удалиться из кухни. Вот так и началась моя жизнь с двумя разными между собой душами, но при этом так сильно связанными со мной и моим любимым человеком с именем Рита. Честно, иногда наша жизнь похожа на дурдом, но я соврала бы, если бы сказала, что не привязалась к этим двоим.