Крестная мама

      Этот поцелуй был каким-то сухим, одноразовым. Словно она просто ждала, пока я закончу. Её губы, слегка влажные, совсем не двигались. Она не сопротивлялась, но и не отвечала на поцелуй. Тогда зачем она здесь?       Я открыла глаза и отодвинулась.       Дария все также держала бинт двумя руками, но не шевелила ни одной из них.       - Не волнуйся, я сама.       Я резко поднимаюсь из тёплой воды и взгляд Дарии упирается между моих ног.       - Стой.       Она тоже встаёт и, я наконец вижу очертания её груди в нижнем белье. Мои глаза спускаются ниже и я громко сглатываю, когда вижу то, что было для меня скрыто.       - Ты не сможешь этого сделать одна, - заявляет она и я прихожу в себя. - Это очень неудобно и...       - Замолчи, - я затыкаю её и перешагиваю через край ванны. - Я справлюсь.       - Алёна, это очень сложно, без помощи ты...       - Как же вы меня все достали! - я перебиваю её и с различимым гневом, швыряю первое попавшееся. - Просто замолчи, закрой рот!       Я пытаюсь отдышаться, когда слышу позади себя несколько всплесков воды. Черт. Что я вообще кинула и куда.       Я оглядываюсь и вижу разбитую вазу возле стены, видно осколки разлетелись в разные стороны.       - Я закончу.       Дария оказывается прямо передо мной в мокром нижнем белье и продолжает разматывать бинт.       Я тяжело вздыхаю и отвожу взгляд в сторону. Мне действительно будет сложно сделать это самой.       - Прости за вазу.       - Ничего, - спокойно отвечает она, будто и не было того, что мой гнев выплеснулся вновь и снова что-то разрушил. - Так, кровь идёт, но совсем немного. Швы не разошлись.       - Ладно, - безразлично ответила я, все ещё стараясь не пересекаться с ней взглядом.       Я была на грани безумия. Это просто тихий хоррор, после которого все твои мозги плавятся. И каждый участник этого словно измывался надо мной.       Не нужно было её целовать. Зачем вообще я полезла с этим поцелуем? Боже, идиотка.       Я зашипела от боли, когда Дария чем-то промочила швы.       Она начала дуть, чтобы стало полегче, но продолжала аккуратно обрабатывать рану.       Если бы сейчас сюда зашла Катя или кто-либо ещё, они бы подумали много чего изощреного. Я совсем голая, Дария в мокром нижнем белье с прекрасной фигурой и её соски стоят. Что? Нет. Нет. Нет. Это против правил, но почему мне так хочется дотянуться до них? Да что она вообще со мной делает?       - Теперь новый бинт и, пожалуйста, не размахивай плечом слишком сильно, - её нежный голос и такие же нежные руки позволяли мне слегка расслабиться.       Вот так вот просто. Сначала я кидаю вазу в стену, а потом еле стою на ногах лишь бы не упасть от этой заботы.       Дария продолжает точными ловкими движениями бинтовать моё плечо. Она делает это очень искусно, что меня слишком озадачивает. Откуда она это умеет?       - Я хочу уехать, правда, - у меня не осталось сил и каких-либо средств для существования рядом с ней или с Теей. - Тее с тобой будет лучше.       Дария не отвечает, она продолжает бинтовать.       Я пытаюсь сдержаться, но небольшой смешок вырывается из моей груди.       - Ты можешь уехать, - будто бы с не желанием, отвечает Дария. - Тея останется со мной.       Она заканчивает бинтовать и подходит к небольшому комоду, достаёт халат и надевает его поверх мокрого белья.       Я сглатываю, пока незнакомые мне мурашки проходят по всему телу. Какой-то невидимый ком встаёт прямо по центру груди, от чего перехватывает дыхание. Мне не нужно уезжать. Я нужна здесь. Нужна ей. Именно сейчас я вижу это так. Я нужна ей, а она... мне.       - Хорошо. Мы улетим сегодня же, - но отвечаю я ей так, как велит мой разум. Я нужна и своей семье тоже.       Я собираю свои вещи и надеваю халат, что лежал на полке рядом с Дарией.       - Только спроси себя, Алёна, есть ли у тебя вообще семья? Кто останется с тобой? Катя и её сын, который официально не имеет к тебе никакого отношения? Или Тея, которой нужна была помощь в прошлом, но ты выбрала развлекаться целыми днями и ставить на всех жирный крест.       Я знала, что Дария была отчасти права. Я сама наделала все это и видно продолжаю также, но как я могла оставить Егора одного? Я оставила Тею совсем одну, один на один со своими проблемами, когда меня просили о другом. А тут, меня даже не просят, но я и не спрашиваю. Он мой сын, пусть и не моя кровь. Хотя бы его я должна защитить.       - Ты хороший человек, Дария, но далеко не честный.       Я уже собираюсь выйти из ванной, как её голос меня останавливает.       - А Катя? Она честно к тебе относится?       Моя рука сползает с ручки двери и я оборачиваюсь к Дарие.       Она все ещё стоит ко мне спиной.       - Я думаю, это не твоё дело.       Она тяжело выдыхает, но все же делает выпад и встречается со мной в равной схватке взглядов.       - А ты не знаешь, что она остаётся здесь?       Я начинаю смеяться. Дария же выводит меня, делает это, чтобы мне стало больнее, но зачем?       - Она ни за что не бросит своего сына и свою семью.       Дария качает головой.       - Катя хочет забрать сына и переехать сюда, в этот особняк.       - Брехня.       - Ты уверенна?       Я сжимаю челюсть и делаю несколько шагов к ней.       - Она звала меня обратно в Екатеринбург, там наш дом, наш сын.       - Так все-таки Ваш? Или только её?       Я не замечаю, как оказываюсь возле неё и уже чуть ли не дышу паром от злости.       - Ты чего добиваешься? - я склоняю голову в бок. - Чтобы я тебя ударила?       Дария улыбается и мне так дико хочется сорвать эту улыбку с её лица, вместе с кожей, вместе с якобы превосходством надо мной.       Она поднимается на носочки и тянется к моему уху.       - Она же тебя не любит. Ты знала, что мы с ней переспали?       Я чувствую, как моя ладонь превращается в кулак. Мой разум понимает, что она делает это специально, для неё это просто возможность задеть меня и иметь какое-то доказательство того, что я могу лишь махать кулаками и уничтожать все вокруг.       - И как это было?       Дария хмурится, она явно не ожидала такого поворота событий.       Моя рука все ещё сильно чешется, чтобы замахнуться и что-нибудь размазать, пока голова не даёт этого сделать и продолжает работать.       - С удовольствием, - отвечает Дария, но на этот раз улыбка не появляется на её лице, наоборот, слишком сильное отвращение.       - Ты же не любишь секс.       Я заметно расслабляюсь, когда понимаю, что она хотела просто спровоцировать меня и ничего более.       - А с ней было не так ужасно.       - Так все-таки ужас немного да присутствовал?       Дария отталкивает меня и я шиплю от ноющей боли в левом плече.       - Прости, - Дария подходит, не спрашивая, снимает край моего халата и проверяет бинт. - Боже, зачем я только это делаю.       - Что делаешь?       На её лице изобразился страх. Видно она не хотела говорить этого вслух.       Я успеваю схватить её за запястья и рывком подтягиваю к себе.       - Если я уеду сегодня, ты меня отпустишь?       Дарие некомфортно, она прижата настолько близко, что чувствует моё сердцебиение, слышит, как я впускаю в себя воздух, она может прикоснуться к моей груди, обнять, ей это позволено. Именно сейчас и здесь. Пусть она играет в свою не определённую игру, пусть я стою на той шамахтной доске, но в этот момент, я могу дать ей то, чего она хочет. Только сейчас.       - Я, - она смотрела в мои глаза, долго ища ответа на поставленный вопрос. Тот вопрос, что я давно уже хочу закрыть. - Ты в праве решать сама.       Я отпустила её запястья и взяла лицо в свои ладони.       - Уже так? Ты же чуть ли не силой затащила меня в этот город в эту жизнь, а сейчас просто разрешаешь решать самой? Что за херня, Дария?       Я хорошенько тряханула её.       Она инстинктивно нажала на мою рану и я моментально одернула руки от её лица.       - Вали куда хочешь!       Её злость вперемешку с какой-то болью вылилась всего лишь в трех словах, но мне было этого достаточно, чтобы понять, как я ей противна.       - Отлично.       Я прошла к двери и вышла из ванной комнаты.       Какого тогда хрена она все это устраивала? Чтобы потом так легко меня отпустить? Совсем ненормальная. Идиотка. Пустоголовая брюнетка. Дура. Я уеду, а она останется здесь.       - Воу, ты прекрасна в этом халате, - Катя слегка навеселе с полотенцем на голове и в шелком халате, останавливает меня, едва я касаюсь перил. - Как твоя рука?       Она заигрывает со мной, кладёт свою руку на шею, пока другой заползает под халат.       - Осторожней, - я отстраняюсь от её руки в области шеи, которая пытается коснуться плеча.       - Извини, я буду очень осторожной. - Катя нащупывает мою уязвленную точку и с улыбкой целует меня в щеку. - Ты просто сними этот чёртов халат и я сделаю так, чтобы ты расслабилась.       Я хотела этого. Я ждала, пока Катя даст мне этот долгожданный оргазм. Мне нужно было выпустить пар, это было необходимо.       - Ну же детка, просто расслабься.       Её губы захватили кожу на моей шее, пока руки уже во всю изучали территорию под халатом.       - Подожди...       Катя опускалась ниже и уже целовала мою ключицу, пока её рука решительно перешла в атаку. Она осторожно прошлась вдоль клитора и попробовала войти в меня.       - Я тебя не возбуждаю, м? - она говорила это так, будто там не было сухо, словно это какое-то недоразумение, что сейчас же будет по-другому, стоит ей надавить сильнее.       - Стой!       Я резко отошла на шаг назад и Катя чуть не упала.       - Что? Что не так? Я сделала больно?       Её пьяные глаза забегали из стороны в сторону, а затем остановились в одной точке. Только эта точка была позади меня и при виде неё, Катя расплылась в улыбке.       - Дария.       Я ощущала спиной пристальный взгляд Дарии. Сколько же она там стояла? С самого начала? Или вышла только тогда, когда я соизволила сказать "стоп".       - Я хочу, чтобы вы уехали и чем скорее тем лучше, - теперь, это была та Дария, которую я знала. Холодная, спокойная, решительная. Больше не было той дрожащей девочки, что возможно и хотела попробовать что-то другое, истинно важное.       - Но... как же так?       Катя нетвердыми шагами направилась к ней.       Я лишь пропустила её.       - Дария, мы что-то сделали не так? Извини, - Катя пыталась оправдаться. Ну конечно же, ей нужно спа, деньги и чумовая девушка, с которой можно делать все, что душе угодно. Ей же и не нужен был сын или я. Она уже успела показать все то, что ей было необходимо.       Я не смогла обернуться. Это было выше моих сил. Но я слышала, как Катя её обняла и ощутила ничтожное предательство. Она предала нашу семью и успела внести в расписание необходимые ей коррективы.       Я потуже затянула халат, так, чтобы боль в плече лишь усилилась и поднялась по лестнице.       Достав ключ из грязной одежды, я открыла дверь и тут же кинулась к чемодану.       - Наконец-то!       Я подпрыгнула, когда заметила воспиталку, что складно сидела на кровати и самым "счастливым" взглядом смотрела на меня.       - Твою мать. Зачем так пугать?       Она вытянула свои губы и поднялась.       - А зачем запирать меня в комнате, когда я Вам несу важную информацию?!       Ну вот, начала кудахтать. Вроде бы красивая, умная, не даст себя в обиду, но как только дело касается какой-то важной информации, у неё словно выстреливает разряд дроби, не убить, но ранить.       - Извините, но не я не могу держать язык за зубами.       - Ах так, - она наиграно подняла голову, что её острый подбородок чуть не вонзился в мой глаз. - Тогда я вам ничего не скажу. Действуйте сами, раз вам нравится, что вами помыкают.       Она решительно прошла к началу комнаты и со всей силы захлопнула дверь с другой стороны.       - Да пошли вы все!       Я резко достала все свои вещи, переоделась, а остатки засунула в чемодан. Мне было все равно, что я могла оставить в этом доме и тем более, уже было без разницы, что от меня скрывают. Я даже не помнила как попала в эту проклятую больницу и что сделали с тем человеком, что стрелял, я тоже не знаю. Они словно все сговорились, пожали друг другу руки и разошлись в надежде, что я повешусь прямо на этой люстре.       - Не будь такой истеричкой, - послышалось за моей спиной.       - А ты научись стучаться.       Я закрыла чемодан и вытянула ручку.       - Ты говорила, что стучаться надо тогда, когда ты не уверен, что делают в той комнате.       Я опустилась на кровать и наконец-то смогла увидеть Тею. Она выросла, но в душе была все той же маленькой непослушницей.       - И Лера закатывала глаза, всякий раз, когда я тебе подмигивала. - Я позволила себе улыбнуться. - Я ужасно скучаю по ней и скучала все эти долгие годы.       - Да, но ты ничего не сделала, - Тея не входила, она стояла в проёме и видно пыталась надавить посильнее. - Ты просто забыла про нас.       Я прошлась зубами по нижней губе, пока старалась не потерять сознание от того, что творилось под бинтом.       - Да, забыла.       - Так почему ты хочешь уехать сейчас?       Я почувствовала удар прямо под дых. Тея помнила все, абсолютно. Я дала ей многое и многое забрала. Так не поступают близкие, так не поступает друг. Я сожалела о том, что не могу изменить её жизнь, я убивала себя внутри за то, что до сих пор не приняла факт того, что Леры больше нет. Я даже не смогла почувствовать хоть долю вины за то, что брат Дарии умер из-за моей ошибки. Во мне не было ничего стоявшего. Я же до сих пор вижу лишь маленькое тельце сына, который даже сыном-то мне не является. Кто я вообще такая? Та, что прожила двенадцать лет с любимой девушкой, которая даже не отдаёт себе отчёта в том, что мы уже никто друг для друга. Та, что била себя в грудь, говоря, что я никогда не оставлю свою семью. Та, что пыталась предложить свою помощь и прощала окружающих за их ошибки. Та, что хотела жить по-другому, но взяла на себя обязанности, которые мне неподвластны.       - Алёна, - Катя проходит внутрь комнаты, словно не видит Тею и плюхается на кровать. - Может быть займёмся сексом втроём? А что, неплохой опыт плюс сможем уговорить её, чтобы она нас не выгоняла.       - Понятно, я пошла.       Тея мигом вылетает из комнаты.       - Что скажешь? - Катя будто стала ещё пьянее.       Я молча поднимаюсь и берусь за ручку чемодана.       - Ты тут пьёшь как скотина, а наш сын сидит с твоей якобы подружкой, что хочет раздеть и трахнуть меня. Продолжай в том же духе, Кать.       Я выхожу из комнаты, пока она пытается осознать, что я только что ей сказала и спускаюсь вниз по лестницам.       На кухне все же кто-то есть и эти кто-то смотрят на меня, не отрывая глаз. И только в глазах Дарии я вижу искреннюю печаль. Она больше и глубже, чем кажется на первый вид, но она никогда об этом не расскажет, как и любой другой из них никогда не будет со мной до конца честен, а я не буду для них хоть каким-нибудь примером.       - Куда ты пошла? - Катя стоит на втором этаже, держась за перилла, но её хорошенько мотает. - Алёна, мой ребёнок будет там, где я захочу, ты поняла?! Егор мой сын!       - Но ты всего лишь биологическая мать, а не настоящая.       Я открываю дверь, но слышу, как она спускается вниз и чуть ли не визжит от гнева.       Такси уже ожидает меня, и я успеваю убрать чемодан в багажник и открыть дверь машины.       - Ты не посмеешь!       Катя тычет в меня пальцем из далека, но я лишь мотаю головой и сажусь на заднее сиденье.       - Аэропорт.        ***       Я вставляю ключ в замок и с великой радостью открываю скрипучую дверь. Чемодан пересекает порог квартиры и я следую за ним.       Я быстро снимаю ботинки и прохожу в детскую комнату. Но Егора нет.       - Что за черт?       Я включаю телефон после полёта и вижу кучу звонков и сообщений от Кати. Перелистываю и нахожу нужный контакт.       - Что? - резко отвечает мне Маша, подруга Кати.       - Где Егор?       Она стонет так громко, что мне кажется в этот момент её слышат и соседи со всех сторон квартиры.       - Вы уж сами как-нибудь разберитесь, нашли блин, дуру, что сидит за бесплатно и меняет памперсы.       - Черт, Маша! - Я сбавляю темп. - Скажи, где Егор, это важно? Он с тобой?       - Нет, я отдала его отцу.       - Что? - Я мысленно перезагружала эту информацию. - Какому ещё отцу?       Отцом был Илья, но он мёртв, неужели Катя нашла ещё какого-то хахаля и решила записать на него моего сына? Или ещё лучше, Маша отдала его хрен знает кому.       - В смысле какому? Обычному, живому. - Она цокнула. - Вы что там накурились?       - Черт бы тебя побрал, Маша, ответь, кто это?       Она испугалась моего голоса.       - Ладно, ладно, в документах было его имя, я ещё вспомнила, что Катя раньше про него рассказывала.       Маша замолкла.       - Алло, Маша?!       - Да-да, я вспоминаю, как его звали, не кричи.       Я уже не знала куда себя деть. Какой ещё отец мог быть у Егора? Что вообще происходит в этом долбанном мире?       Я опустилась на корточки и схватилась за волосы. Мне уже было плевать на боль в плече и прочие неприятности. Я должна была найти своего сына, кто бы там не представился его отцом.       - Черт, имя такое, как у животного.       О, нет, только не это.       - Скажи, что его зовут не Лев?       - Да, именно так и зовут. Лев. Он показал мне документы, где указано, что он является биологическим отцом Егора и более того, у него есть свидетельство о рождение, где стоит его имя. Поверь, там точно есть печать нашего загса и лаборатории, где проводился этот... Днк-тест.       Я резко поднялась и добралась до нашей с Катей комнаты. Порывшись в документах, я все же не смогла найти свидетельство о рождение Егора.       - Да ну нахуй!       Истерический смех вырвался из меня в ту же секунду, как я поняла, что меня тупо обманывали все вокруг. Катя, Дария, Тея, Илья. Получается, что Илья вовсе не был отцом Егора, он все это придумал? А Катя подыграла, хотя знала, что он самозванец. Значит, они с Дарией в сговоре или ей просто стало удобно сказать, что Илья и был отцом, когда на самом деле биологический отец был в той палате, держал моего сына и улыбался так широко, чего бы не делал незнакомец. Но черт... Я же ей поверила, она говорила, что Лев не является его отцом. Она утверждала это.       - Алло, ты меня слышишь? Я все сделала правильно, ясно?       - Да, ясно.       Я скинула трубку.       Нет, они все знали про это. Дария, Катя, Илья. Они сделали это специально. Подставили все так... подставили... твою мать. Это все было спланировано? Но, я же видела тот документ в его телефоне, он подставной?       Какую игру они затеяли? Что я им такого сделала? После двенадцатилетней жизни с Катей, что могло пойти не так, чтобы она меня предала? Предала и растоптала.