Крестная мама

      Дария ушла. Она не оборачивалась. Интересно, так проще? Пройти через все это, знать, как ты могла все это сделать и спокойно признаться. Признаться в том, где я видела вину нескольких. Она хищник. Она рассточительна и умна. Она монстр. Я знаю это, вижу это. Но ничего не могу с собой поделать. Мне не совладать с тем, что она смогла оставить после себя. Откопать то, что было давно зарыто. Я же не могу так поступать. Глупо влюбиться и забыть о том, какая основная проблема. Да вот только была бы эта проблема в другом. В другом человеке. В другом мире, вселенной.       Когда я все же смогла подняться с пола и помочь Ксении, то тут же вызвала скорую, придумала версию, что человек упал. Позже воспиталка подтвердила это. Она, кстати, была очень рада, что Дария отступила и теперь я буду опекуном Теи. Тея в свою очередь была далеко не рада такому известию, но она мало что могла.       Я пыталась дозвониться Дарие, даже ездила до её дома, где раньше я была чуть ли не узницей, но она не брала трубку, не отвечала, не открыла дверь и просто исчезла. Будто её и не существовало. И я смирилась, смирилась не только с тем, что я потеряла что-то ценное, но и с тем, что так и не нашла ответы на все свои вопросы.       - Тея, ты опоздаешь, - я кричала ей с кухни уже несколько минут. - Пусть для тебя не так важна школа, но ты же не хочешь вернуться обратно в дет дом. А соц защита может это устроить, если ты сейчас же не поднимешь свою попу и не отметишься в образовательном учреждение.       Я наполняла две кружки кофе с молоком и уже заканчивала добавлять сахар.       - Тея!       Но никто даже не думал мне отвечать. Это было постоянно. Проблема на проблеме. И я действительно не понимала что должно произойти, чтобы Тея начала радоваться тому, что я здесь, с ней, в квартире, где жили её родители и что теперь я не убегу.       Я успела сделать пару глотков и посмотрела на часы.       - Да черт, мы же опаздываем!       Я отставила кружку и чуть ли не бегом дошла до комнаты Теи. Я открыла дверь, но вместо спящего тела, которое ни как не поднимешь по утрам, там было лишь скомканное одеяло и подушка, что почти что упала на пол.       - Тея?       Ответа не поступило. Так она делала тоже. Иногда вставала раньше и специально, не говоря ни слова, выходила из дома и шла в неизвестном направление. Не смотря на то, что через пару дней у неё должен быть день рождения и малышка, получит свой паспорт, она откладывала хотя бы малейшую ответственность на полку рядом с вазой.       Я устало застонала. Где теперь мне её искать? Сколько вообще это будет продолжаться?       Но головой я все же понимала, что она подросток и это только начало её разбушевавшихся гормонов и чувств.       Каждый раз Тея успевала напомнить мне, что Дария уехала из-за меня, из-за того, что произошло. Хотя она сама не до конца понимала, что происходит.       И вот, спустя четыре долгих месяца притераний друг к другу и осознания того, что мы теперь какая никакая семья, я все же встала на ступень повыше, где не будешь гонять балду и берёшь эту тяжёлую ответственность в свои руки.       Я беру телефон и тут же набираю маленькой засранке.       Мои руки хаотично поправляют её ночлежку и я снова смотрю на время.       - Черт. Ну бери же трубку, вредная девчонка.       - М-м, спасибо, - слышится в трубке резкий голос Теи. Видно она услышала, как я её назвала.       - Тея, где ты? Куда ты снова ушла? Что случилось?       Слышится какой-то смех со стороны, больший похожий на мужской. Только мальчиков нам не хватало именно сейчас.       - Не волнуйся, я у школы, стою с другом, курю.       - Кур... Что? - я обомлела. Она просто выходит из под контроля. Как я должна с этим справляться?       - Курю, курить, держать сигу в зубах, вдыхать дым, так понятнее?       Я отложила телефон на диван и плотно прикрыв рот, завопила. Только это было больше похоже на мычание дохлого тюленя.       Выдохнув, я снова приложила телефон к уху.       - Когда ты начала курить? - мой вопрос был самым глупым в этой ситуации, но я просто не понимала, что мне нужно сделать, чтобы до неё дошло.       - Только что, - холодно ответила она и я услышала, как Тея затягивается, а затем выдыхает. - Так в чем проблема? Я у школы, все, как ты хочешь. Что-то ещё?       Да, моя ошибка, что все выглядит теперь именно так. Она отстранилась от меня, как и я от неё когда-то. Пусть, иногда я и вижу, что Тея делает это все назло. Когда-то она все же не сдерживается и я вижу, что в её глазах есть та самая доброта, что хочет выйти наружу. Тея может проявлять любовь, поддержку, она искренне улыбается и удивляется. Но словно вспоминает кто перед ней и перестраивается в атаку. Сокрушить и потанцевать на костях, вот, как это называется.       - Ничего... Только... сегодня не получится тебя забрать, я на работе до позднего вечера. - Я потерла глаза. - И, пожалуйста, не будь тем самым подростком, который берет сигарету в зубы лишь бы выпендриться.       Мне было ужасно стыдно и неловко, что практически каждую неделю, Тея возвращалась домой одна, ела одна, делала уроки одна, смотрела передачи тоже одна и когда я все же приходила с работы, она уже спала или притворялась что спит.       - Ага. Пока.       Она отключилась, а я так и осталась сидеть в надежде, что когда-нибудь Тея все же сможет простить меня за все и мы будем настоящей семьёй.       На работе я успевала передохнуть лишь на обеде. Моя должность была ниже, чем на предыдущей работе в Екатеринбурге, но я также стремилась подняться по карьерной лестнице и занять хотя бы руководящую должность отделом. Поэтому мне приходилось оставаться допоздна и делать сверхурочную работу. Поэтому, мы с Теей были не больше чем соседи.       Благодаря тому, что я пережила меньше чем за этот год, моя агрессия и спящий режим "ниндзя", все же давали мне возможность отдохнуть. Я даже смогла отпустить прошлое в будущее. Катя, как я знала, оставалась жить со Львом. У них вроде бы неплохо получалось, хотя, иногда она и рассказывала мне, что ходила на сторону в поисках женственных утех. Я не была против. Мы решили, что каждый будет жить своей жизнью, пока другой не мешается под ногами. Мы не были больше вечной парой и не остались друзьями, мы были просто людьми, что переживают и наблюдают за взрослением Егора. Как бы она не пыталась меня убедить, но Егор был моим сыном тоже. Я любила его, пусть и не тем способом, который мог бы быть. И даже несколько раз приезжала к ним, чтобы просто подержать малыша на ручках. Чаще всего, мои эмоции выходили вон и я просто, держа его в руках, тихонько плакала. О том, что у нас ничего не получилось. Иногда, это перетикало в катастрофическую проблему и мы с Катей чуть ли не дрались из-за этого. Благо, Лев был у неё спокойный и разруливал ситуации. Не знаю как, но я смогла надавить себе на горло и все же оставить это как есть. Простить было сложнее, поэтому я не могла начать жить дальше. Отпустить то, что должна была. Особенно отпустить ту, что не хотела быть найденной.       Во время обеда я звонила Тее и спрашивала как у неё дела, но иногда мои руки так сильно дрожали, что набирая совсем другой номер и прикладывая телефон к уху, что-то внутри меня щелкало и мне становилось страшно. Но постоянно был лишь один ответ, абонент временно недоступен.       Я села за самый дальний столик, который не приманивал взгляды любопытных, а таких здесь было более чем. Немного съев столовой еды и ещё столько же проковыряв вилкой в тарелке, я решила, что должна сделать это в последний раз. Поставить точку там, где должна была ещё три месяца назад. Я понимала, что чувствую к ней превосходное чувство. То, что я утеряла, когда отдавала свое время и желания Кате. То, что снова зажгла во мне она. Я должна была это выжечь.       И как только мой палец нажал на её контакт возле меня оказался юноша. Он сел прямо напротив и с широкой улыбкой, протянул руку.       - Я Михаил, работаю тут уже два года, сегодня нас с тобой сделают напарниками, так почему бы не познакомиться, ведь так? - он чуть ли не попал своей рукой мне в глаз, но увидев моё месиво в тарелке, нахмурился. - Ты лучше не бери здесь броколли или индейку, они не умеют правильно готовить эти продукты.       Черт. А в моей таралке как раз остались индейка и броколли, то, что на мой взгляд было в ужасном состояние.       Я протянула ему руку в ответ.       - Я Алёна, но если честно, первый раз слышу, чтобы у нас были напарники.       Либо он что-то темнит, либо парень просто хотел познакомиться с девушкой, которая может обратить на него внимание.       Он надул щеки и выпустил пузырь изо рта. Выглядел он ещё совсем мальчишкой. Не думаю, что Миша знает что-то о взрослой жизни. Его веснушки словно загораживали ему обзор, пока он приглаживал свои волосы, пытаясь не выпячивать губы.       - Сегодня объявят, - легко ответил Миша. - Это новая методика нашего главы филиала.       Какая ещё к черту методика? Я просто спокойно ела, хотела расстаться с мечтами о прекрасной девушке и тут явился он. Пацан в костюмчике, что явно ему велик, с каким-то слепым желанием стать друзьями или кем там ему превидилось.       - Хорошо, - спокойно ответила я. - Пусть будет новая методика, но можно я сначала доем.       Миша как-то странно посмотрел на меня.       - Ты будешь доедать это? - с недоверием спросил он и поморщился.       Черт. Ну почему ты такой приставучий. Если у нас действительно новая методика и меня поставили с тобой в пару, то хана походу моему спокойствию и нервам.       Но я лишь улыбаюсь и в этот самый момент меня спасает мелодия моего телефона.       - Извини, я отойду.       Он не успевает ничего понять, как я забираю поднос и отвечаю на звонок.       - Большое спасибо, я думала, я от него никогда не отвяжусь. - Ответа не поступает и я проверяю все ли ещё идёт звонок. - Тея? Все хорошо?       Она сама звонит мне в мой обеденный перерыв, что это с ней?       - Тея?       - Привет, - отвечает мне женский голос, но вовсе не голос Теи.       Я сглатываю и останавливаюсь как вкопанная посреди столовой с подносом на руках, который чуть не падает со всей посудой на пол.       Мы молчим. Я не могу сказать ни слова, потому что никогда не перепутаю этот голос с кем-либо.       - В общем... - она начинает первой. - Я хотела предупредить, что забираю Тею из школы. Не волнуйся, учителя одобрили, более-менее. И да, я тебя не потревожу, как и обещала, просто сообщаю.       Я снова сглатываю. Мне кажется вся кровь отлипла от моего лица. Это её голос. Такой спокойный, слегка охрипший. Она на том конце провода, где-то в нескольких кварталах от меня. Она живая и она говорит.       - Извини, - Дария не дожидается моего ответа. - Тея сказала, что ты ей не поверишь и к тому же наворчишь, - она улыбается, я слышу это. - Так что, я решила позвонить сама.       Да-да, говори больше, пожалуйста. Не останавливайся.       - Ты... Где ты?       - Где? - она смеётся и клянусь, оглядывается по сторонам. - В школе.       Черт. Что я несу. Где ты? Могла бы ещё спросить, кто ты? Ей бы тоже было интересно, кто.       - Ты не брала трубку, - наконец вылетает из меня, что я чуть не теряю сознание от этого странного момента.       - Алёна, я приехала к Тее, у неё день рождения через два дня. Это только ради неё.       Вот те раз. Как так Дария стала настолько близка Тее, а я пытаюсь добиться хотя бы улыбки в день. Это несправедливо. Ужасно несправедливо.       Я все же схожу с места, ставлю этот дурацкий поднос с грохотом на стол и выхожу из столовой.       - Понятно. Мне плевать какие планы ты там построила, но... чтобы в девять она была дома, - рявкую я и отключаюсь.       Боже, что это вообще за цирк? Зачем она приехала? Ради Теи. Я корчу свое лицо в гримассе. Ненавижу.       Я иду на свое рабочее место и с такой же силой сажусь на стул. Несколько сотрудников оглядываются, когда слышат этот скрип. Ну уж, я не виновата, что у вас тут все ломается.              Я появляюсь дома за пятнадцать минут до девяти. В комнате Теи свет не горит. Я прохожу дальше, но квартира пуста.       Я целый день сидела на работе и думала как бы проучить эту девчонку. Что она вообще о себе возомнила. Заявилась, спустя все это время, наверное, задарила Тею подарками и теперь решила, что ей можно забирать её со школы и шляться не пойми где. Надо было ей запретить забирать Тею из школы. Хах. Я осекаюсь. Так уж Тея и осталась бы учиться математике, если бы узнала, что где-то там её ждёт Дария. Да что вообще в ней такого, что ей простительно все, а мне нет?       Я успела поставить чайник и умыться, перед тем, как дверь открылась и Тея зашла в квартиру.       - Как погуляли? - я тут же выхожу из кухни, в надежде увидеть их обеих, но натыкаюсь лишь на радостные глаза ребёнка.       Она улыбается. Нет. Даже не так. Она слишком широко улыбается, чтобы я поверила, как ей было замечательно сегодня.       - Кайф, - одним словом отвечает Тея, снимает обувь и куртку и проходит в комнату.       Я смотрю на часы. Ровно девять. Черт, а она все же выполнила моё требование. Обычно Тее плевать на то, какое ей выпадет наказание после того, как она задерживается на несколько часов.       - Пунктуально.       - Ещё бы, - с гордостью произносит она и плюхается на диван.       - Я надеюсь, это было в последний раз, когда ты прогуливала школу.       Тея посмеивается.       - Я не прогуливала, меня забрали, это не считается.       - Да, только она сначала должна была обсудить это со мной.       Тея приподнимает одну бровь, пока достаёт телефон из кармана.       - Она ничего тебе не должна.       - А это что такое? - я указываю на телефон, которого явно не было у Теи ещё сегодня утром.       Она вертит им и снова расплывается в улыбке.       - Дария подарила, сказала что на Д. Р.       Я начинаю кипятиться, когда она произносит это имя. Это слишком дорогой подарок и явно телефон последней модели, не удивлюсь, если Тея повисла у неё на шее и чуть ли не целовала в попку.       - Ты ей его вернёшь, - серьёзно говорю я и пристально смотрю в глаза ребёнка.       - Нет, - чуть ли не с издевкой, отвечает она. - Это мой подарок и если ты не можешь позволить подарить такой, то не смей забирать.       Она права. Я не могу подарить такой телефон. Но я обеспечиваю нашу жизнь, нашу совместную. Я делаю все, чтобы Тея росла так, как хотела бы Лера.       - Ты прекрасно знаешь, что я пока не могу этого сделать.       - Интересно, почему? - Тея откладывает свой изумрудный телефон на стол и удобнее размещается на диване. - Я вот знаю, что Дария отправляет тебе деньги. При чем каждые две недели. Что ты с ними делаешь? Где они?       Вот это номер. Дария рассказала ей об этом? С какого такого перепугу? Она же даже не знает, как мы живём, зачем все это?       - Она отправляет деньги не мне, а тебе и они лежат на твоём счету. - Я достаю телефон и открываю приложение. - Вот. Все твои деньги тут. Никто их не тратит. Все это пойдёт на твоё обучение в университете.       Тея берет телефон и внимательно изучает то, что там написано.       - А кто сказал, что я пойду в универ? - она многозначительно смотрит на меня. - Ты?       Я больше не могу держаться и улыбаюсь. Моя истерика, что давно уже не давала обороты заново начинала свой этап. Дария появилась в этой жизни вновь, она не хотела мешать моей, но благополучно мешала. И вот снова. Раз за разом.       В дверь кто-то позвонил, а затем я услышала, как вставляется ключ.       - Всем привет! - раздалось из коридора.       Тея чуть ли не кинула обратно мой телефон и вышла из комнаты.       - Привет, Ксюш!       Послышался громкий чмок, а затем смех.       - Как дела? Где Алёна?       - В комнате. Представляешь, Дария приехала.       - Чт... Что?       Я знала, что этому человеку тоже не нравится Дария. Даже больше, она готова перегрызть ей глотку, попадись та на глаза. Все же воспитатель детского дома тоже может быть очень злым.       Я вышла из комнаты и мы обнялись.       - Выглядишь превосходно, - я сделала Ксюше комплимент и прошла на кухню.       - Я сейчас, Тея- послышалось за моей спиной. - И что это значит?       Вопрос меня не удивил.       - То, что Дария приехала на день рождения к своей племяннице.       - Да ну нахрен! - в пол голоса выразилась она. - Мы можем когда-нибудь жить спокойно?       Я пожала плечами и передала ей кружку с горячим чаем.       - Она уже тебя чуть не убила единожды, так что не советую пробовать это снова.       Ксюша усмехнулась.       - Это хорошо, что Дария решила выйти из своего укрытия сама. Так будет легче за ней следить.       Я закатила глаза.       - Делайте, что хотите. Я пошла спать.       Моя комната оказалась закрыта от внешних демонов. Я легла на диван и растянулась. Довольно с меня этой продолжающейся лжи. ***STORY***       Когда моему брату исполнилось четырнадцать, и он получил свой первый документ, его улыбке не было предела. Я радовалась вместе с ним, хотя и не знала, для чего нужен этот паспорт. Мы с ним все также бегали во дворах и иногда конфликтовали из-за занятой территории. Чаще всего, моя друзья шли на его друзей. Так продолжалось довольно долго, пока в тот день, когда он и получил паспорт, брат впервые не попробовал пиво. Это было для него значимое событие, которое должен пройти любой подросток в его жизни.       Он пришёл домой слегка навеселе, не скажу, что тогда я понимала, пьяный он или нет, но точно была уверенна, что в нем говорила вторая сторона моего брата.       Вита уселся рядом со мной и протянул мне свой паспорт.       - Смотри. Видишь какая фотография, у тебя тоже будет в свое время, - заявил он и потрепал меня по голове.       Я разглядывала этот паспорт долгие минуты, пока брат разглядывал меня. Он оставил свой поцелуй на моем лбу и заявил, что идёт в душ.       - Во сколько придёт мама? - это был его первый вопрос, благодаря которому он оценивал ситуацию.       - Не знаю, - ответила я, все ещё смотря на фотографию своего брата в пиджаке. Это редкость. - Она сказала, чтобы мы её не ждали.       Он весело хмыкнул и проскочил на второй этаж. Через несколько минут послышался шум воды.       Я ждала брата какое-то время, пока щелкала пультом, чтобы найти хоть какой-нибудь мультик и даже не заметила, как уснула прямо сидя.       Не знаю, сколько мне удалось проспать, но очнулась я от мягких прикосновений и поцелуя на своей щеке.       - Мама? - я протерла глаза, которые ни как не хотели открываться. - Мама, это ты?       - Тише, Даря, это я, Вита.       Я улыбнулась, когда он взял меня на руки и понёс на второй этаж. Это было даже лучше, так как не нужно было подниматься самой. Мой брат редко так делал, но даже в те самые моменты, я получала удовольствие от его заботы.       Он отнёс меня в комнату и положил на кровать, укрыл одеялом, но остался стоять.       - Спи, Даря, я просто убежусь, что тут нет монстров и дождусь пока ты уснёшь.       И я послушала его. Моего старшего брата, что казалось бы, души во мне не чаял. Тогда я думала, что он взрослеет и его поступки становятся совсем другими. Он будет защитником и не даст нас с мамой в обиду. И я уснула.       Вот только когда это повторилось уже в пятый или шестой раз, сон все ни как не шёл ко мне. И когда я услышала странные звуки, что доносились с того места, где стоял брат, то открыла глаза. Открыла и увидела, как его рука двигается в штанах. Я была ещё ребёнком и не знала, что мой брат любил дрочить. Он делал это постоянно и все время в моей комнате.       - Вита?       Я приподнялась и он видно испугался. Он тут же вынул руку из штанов и в каком-то предвкушение подошёл к моей кровати.       - Всё хорошо, спи, - ответил он также резко.       - Что там у тебя? - но я была бы не я, если бы не решила, что у моего брата что-то случилось. - Тебе нужно помочь?       И в тот самый момент, когда он присел на край кровати, а свет луны, что освещал мою комнату отразился на его лице, я увидела улыбку.       - Да, но... я не знаю, как ты можешь это сделать.       Какой же я была глупой и как же мне тогда не хватало знаний о том, что существуют такие виды домогательств и насилия.       Он был слишком убедитедьным, а я всего лишь велась на это и как только он снял свои штаны, а его эрекция уже была во всей красе, брат лишь тихо застонал, словно ему больно.       - Тут болит, это невыносимо, понимаешь? Каждое утро и каждый вечер.       Я смотрела на его половой орган, совсем не понимая, что он хочет сделать. Для меня это была всего лишь незаменимая помощь брату. Мамы не было дома, а он сказал, что я могу помочь и я... помогла.       Его руки сперва не двигались, но когда он почувствовал, что мой язык может доставить ему массу удовольствия, он не остановился. Ни в эту ночь, ни в следущюю, не на утро четверга и даже не в воскресенье днем, пока мама ходила по магазинам. Ему это нравилось. Он насиловал ребёнка и улыбался, что он смог.       Прошло какое-то время и моему брату надоело, что я ублажаю его лишь ртом. Наша мама была в полном неведение этих моментов, Вита сказал, что это наш секрет, что благодаря мне и только мне, ему становится лучше. Я лишь верила.       А как-то раз, он добрался до моей кровати и предложил свою помощь. Только вот для этого, нужно было раздвинуть ноги и приподнять ночнушку. Я сперва не понимала, чего он хочет, ведь у меня ничего не болело, но Вита был пьяный и ему хотелось большего.       - Я сделаю все аккуратно. Ты пока не чувствуешь моей боли, но в твои четырнадцать у тебя тоже будет болеть между ног и тебе тоже нужна будет помощь. Лучше сделать это сейчас и предотвратить эту боль. Я знаю, я уже это чувствовал.       Он убеждал меня своими гнусными речами, которые я не могла не слушать. Мой брат защищал меня всюду. Я была для него своего рода собственностью и он ни за что не давал кому-то посегнуть на меня. Теперь за его спиной прятались и мои друзья.       - Но... у меня будет также как у тебя? - в тот момент я подумала о той боли, из-за которой он стонал, когда мои губы касались его органа. Я не хотела ощущать тоже самое.       - Да и может даже хуже.       И я согласилась. Боже, я согласилась. Как ничтожно это было со стороны брата и как глупо с моей, верить ему, что он избавит меня от боли, а не причинит её.       Спустя год или полтора этих утех Виты, нашей с ним тайны и моего бесчестия во всех смыслах, он уехал в колледж. Тогда мне было уже одиннадцать и я нравилась многим мальчикам нашей школы. Мальчикам, которые даже не знали что такое поцелуй, не говоря о том, как заниматься сексом. И когда один из них меня поцеловал, я сильно удивилась, ведь Вита делал тоже самое. Он целовал меня в губы, зацеплялся за мой язык своим и стонал там громко, что мне казалось, я забирала всю его боль, которую он так хотел отдать. Я же не знала, что на самом деле поцелуй, это что-то приятное. Воздушное, легкое, милое. Он подарил мне лишь знание боли.       - Почему ты не стонешь? Тебе не больно?       Мальчик, который едва коснулся моих губ посмотрел на меня как на сумасшедшую. А через неделю вся школа смеялась надо мной и показывала пальцем.       Брат подарил мне и это.       Брат много чего мне подарил.       Брат украл мою свободу выбора.       Брат сделал так, чтобы моё чувство достоинства разбилось в пух и прах.       Брат добился, чтобы я не подпускала к себе ни одного парня.       Он сделал только хуже, когда вернулся после первого курса...