Флешбек №9: Воспоминания Мэрион
5 мая 2023 г., 04:02
Мэрион не сразу заподозрила неладное. Сначала она была очень счастлива, что Кимберли ушла от Майкла и вернулась в Кливленд. Это были такие счастливые дни. Кимберли поделилась своими планами на будущее, рассказала о том, что хочет открыть свою психиатрическую клинику. Мэрион её во всём поддерживала, пока не стала замечать странности в поведении дочери.
Сначала эта непонятная поездка в Калифорнию на машине за Шарлем Бесконом, которого она забрала из психиатрической клиники в Юджине, но вместо того, чтобы отправить его в клинику в Кливленде, Кимберли держит его на цепи в подвале. Мэрион уже тогда насторожилась, но гнала настойчиво лезущие мысли о том, что здесь всё не так просто, как рассказывает Ким. Затем она услышала, как кричит Шарль, когда начала спускаться в подвал — пришла посылка для Кимберли. Мэрион замерла на полпути и приглядевшись, чуть не упала в обморок. Её прекрасная, добрая и чуткая девочка что-то выжигала паяльником на руке мужчины. Мэрион понадобилось взять всю волю в кулак, чтобы не закричать. Она тихо, на полусогнутых ногах вернулась в гостиную — её било крупной дрожью и в лёгких не хватало воздуха, а по спине струился холодный пот. Заслышав шаги Кимберли, Мэрион стрелой влетела по лестнице на второй этаж. Она не могла и не хотела встречаться взглядом с дочерью.
Утром, когда Кимберли уехала по делам, Мэрион спустилась в подвал и ахнула от ужаса. Мужчина лежащий на диване, казалось, спал и тихо стонал во сне, а на его плече виднелся свежий ожог в виде двух букв, также она заметила кровавое месиво на месте ногтей. К горлу женщины начала подкатывать тошнота. Она тихо, на цыпочках, вернулась наверх.
Дождавшись возвращения дочери, она в лоб спросила о мужчине в подвале.
— Кимберли, я видела, что ты с ним сделала. Кто это? И зачем ты сотворила с ним такое? — потребовала объяснений Мэрион.
Сохраняя ледяное спокойствие, Бетси, не моргнув глазом на ходу сочинила весьма правдоподобную историю.
— Это Шарль Бескон — я же говорила об это раннее. Единственное, что утаила, так это то, что он маньяк, и не делай такие глаза, мама. Его семья случайно узнала об, но так как они весьма состоятельные люди, кое-кто из них даже входит в правительство штата, поэтому они не могут себе позволить, чтобы Шарля судили, но и оставлять его на свободе нельзя. В общем, родственники приняли решение поместить его в частную психиатрическую клинику, но там вышел один пренеприятнейший инцидент, и им было отказано в дальнейшем содержании Шарля в заведении. Не буду вдаваться в детали, но его родня вышла на меня и сделала предложение, от которого невозможно отказаться. Я забираю Шарля и занимаюсь его лечением так, как сочту нужным, а они профинансируют мою клинику.
— Так вот откуда у тебя деньги, — пробормотала шокированная Мэрион.
— Да, — кивнула она. — Мне не хотелось тебя тревожить, поэтому я не рассказывала об этой истории.
— И они, ну семья, парня нормально отнесутся к тому, что ты с ним делаешь? Господи, Кимми, ты же ему буквы на плече выжгла! Это же, это же…
— Что? Садизм? Может быть, — хищно улыбнулась она. — Но его жертвам тоже пришлось несладко, а то, что я с ним делаю — часть терапии, и не более того.
У Мэрион остался неприятный осадок после этого разговора, хоть Кимберли и была весьма убедительна. Такая история вполне могла быть. В самом деле, мало кто захочет огласки, что их сын/брат/муж или племянник — маньяк. И всё равно её, что-то настораживало в этом рассказе, да и само поведение дочери… Она такой не была. «Может у неё опять начались проблемы с психикой?» — начала подозревать Мэрион. Такое вполне могло быть. В общем, она решила приглядывать за Кимберли — насколько она вменяема?
И это ни к чему не привело. Кимберли казалась вполне разумной и вменяемой. У неё не было скачков в настроении, никаких галлюцинаций или параноидального бреда, даже своего обожаемого Майкла не вспоминала. Вроде бы всё было хорошо, но она чувствовала, что что-то не так. Раньше они всегда были очень близки, даже когда Кимберли наступила на одни и те же грабли в виде повторного брака с Майклом, и тогда они продолжали общаться. Мэрион чувствовала, что они по-прежнему близки, но не теперь. Сейчас всё по-другому, и Кимберли совсем другая. Слишком жестокая, закрытая, а от её улыбки веет арктическим холодом. Они разговаривали, казалось бы обо всём, но в тоже время вообще ни о чём. Только раз Кимберли проявила живой интерес к истории их семьи и захотела пересмотреть старые фотографии и письма.
В тот день она провела несколько часов на чердаке, а когда вышла, то попросила отдать ей часть семейного архива. Мэрион тогда очень удивилась, но не нашла веских причин для отказа. Потом она проверила, что именно забрала Ким.
— Знаешь, мне кажется, что очень важно помнить свои корни, ты так не считаешь? — подкралась сзади Кимберли и заговорила.
— Боже, Кимми! — схватилась за сердце Мэрион. — Ты так меня до инфаркта доведёшь!
— Хм, но ведь твоё сердце здорово, — улыбнулась она и странно посмотрела на мать. — Ты не ответила на мой вопрос.
— Прости, что?
— Важно ли помнить свои корни? Я считаю, что очень важно и помню.
— Да, конечно, — неопределённо кивнула Мэрион, которой не по душе был весь этот разговор.
— Как хорошо, что у нас совпадают мнения. — Женщина провела рукой по щеке матери. — Я люблю тебя.
— Я тоже тебя люблю, — ответила она ей.
— Правда?
— Конечно! Больше всего на свете! — постаралась заверить её Мэрион.
— Даже когда я совершаю плохие поступки? — прищурилась она, а потом посмотрела в глаза так, словно хотела добраться до самой души.
— Даже тогда, но к чему этот разговор? Ты что-то сделала не так, Кимми? — забеспокоилась Мэрион.
— Может быть, но ведь это неважно? Или нет? ты будешь любить меня меньше?
— Нет-нет! что ты! Никогда! Ты — самое дорогое, что у меня есть! Я всегда на твоей стороне!
— Это именно то, что я хотела услышать. Спокойной ночи, мама.
— Спокойной ночи, Кимми.
После этого разговора, Мэрион почувствовала дурноту: закружилась голова, накатила тошнота, а сердце билось, как бешенное. Она кое-как добралась до своей спальни и рухнула в кровать, не переодеваясь.
На утро проснулась, как разбитое корыто. Кимберли дома не было, и Мэрион с удивлением обнаружила, что вздохнула с облегчением.
Через несколько дней Кимберли съехала. Мэрион изо всех сил старалась скрыть радость, но в какой-то момент ей показалось, что Ким всё поняла, она гнала эти мысли прочь, как и то, что её девочка больше не её.
«Всё имеет логичное объяснение. Мы просто очень давно не виделись и миллион лет не жили под одной крышей. Ну конечно она немного изменилась после того, через что ей пришлось пройти. Это всё та же Кимми, просто повзрослевшая», — уговаривала она сама себя.
После отъезда Кимберли в свой новый дом, они продолжали видеться. В основном на территории Мэрион или нейтральной, потому что в жилище дочери, она чувствовала себя отвратительно. Постоянно ломило виски, немели пальцы рук и ног, да и сердце пошаливало. Можно было заподозрить проблемы со здоровьем, но пройдя обследования — врачи не нашли ничего серьёзного, да и вне дома Ким, ей было значительно лучше.
С каждым днём подозрения крепли всё больше и больше, но ей было сложно даже самой себе признаться, что женщина по имени Кимберли Шоу, не имеет ничего общего с её дочерью, хоть и выглядит как она и носит её имя. И это было страшно. Страшно осознавать, что внутри её любимой девочки живёт монстр, поэтому Мэрион все два года закрывала глаза на очевидные признаки, даже на то, что та иногда называет себя Бетси. Когда она услышала это имя впервые, то сразу не поняла о чём речь, а вот потом… Да, Мэрион было знакомо это имя, и когда она поняла это, то у неё началась истерика.
Две недели Мэрион не хотела её видеть, пытаясь прийти в себя, а Кимберли соврала, что подхватила вирусную инфекцию, и если она не хочет заразиться, то им лучше пока е встречаться. Она выиграла время этой маленькой ложью и занялась поисками…
За полгода до появления на её пороге Майкла, Питера и Джоанны, Мэрион уже точно знала, что происходит с Кимберли, но пока не знала, как ей помочь, и это убивало её.
— Но откуда?.. О, боже, — Мэрион разразилась рыданиями. — Я только хотела помочь дочери, кто же знал, что так выйдет? Но это больше не моя Кимберли…
— Бетси, — заговорил Майкл. — Как давно ты знаешь об этом?
— Убедилась наверняка полгода назад, — попыталась успокоиться Мэрион. — Я хочу ей помочь, но не знаю как.
— Ваша дочь убийца! — неожиданно воскликнула Джоанна и соскочила на ноги.
В её глазах полыхала ярость, а лицо раскраснелось и словно горело огнём.
— Отвезите нас с к ней или я немедленно иду в полицию! Всё, с меня хватит этих ваших баек о некой Бетси! Она сумасшедшая с раздвоением личности и должна лежать в психушке!
