Часть Вторая: Не разговаривать с зеркалами

      На Талосе-1 был спокойный вечер. На станции ровно семь часов: начало ужина. Об этом в очередном объявлении сказал дружелюбный голос станции, чем разбудил очередного неудачника. Джокер открыл глаза, сделав вздох. Резко замер, почувствовав сильную боль. До него медленно дошло, что он не находился в адекватном состоянии. — Вот это интересная ситуация. — Прошептал сам себе Джефф, понимая, что висит вниз головой в неизвестном месте. Под ним, далеко на полу, лежала горсть конфет. Видимо высыпалась, когда его швырнуло к потолку. Подняв к себе руки, попытался напрячься, чтобы посмотреть, что его за ноги держит над потолком. — Не ворочайся. — Шикнул кто-то рядом. — Твоя печень перегораживает мне вид. — Тоже чтоль выпала?! — Джефф откинул голову назад, и увидел перед собой Екатерину, — О, доброе утро. — И тебе, уважаемый. — Не без издевки сказала главный инженер. — Как спалось? — Заебись. Давно так хорошо не спал. Снотворного чтоль ебнули, что я прям прямым рейсом сюда.       Он медленно провел взглядом по соседке в петле. Она висела вся покрасневшая со связанными руками. На ногах была петля, которую он почти сразу понял, как распутать. Джокер заинтересованно вытянул вперед свои руки, и попытался раскачаться. И с большим трудом, но он все же дотянулся до подруги. Ухватившись за ее форму, он искренне улыбнулся, и тихо сказал: — А что случилось, что мы с тобой в таком незавидном положении? Это нас кошмар так? — А ты что, совсем ничего не помнишь? — Нет. — Он схватился за петлю, что держала крепко руки Екатерины, и потянул ее на себя. Как только путы с глухим звуком ударились об пол в нескольких метрах над ним, она с размаху дала ему пощечину. Джефф тут же повернул голову обратно, искренне не поняв ее жеста. Положил ледяные пальцы на покрасневшую кожу. — А так?! — А за что, ты хоть скажи. А то в нормальных семьях принято сначала сказать за что, а потом пиздить. — Он завыл, — А если бы у меня вставная челюсть выпала? Где ваша субординация, гражданка Ильюшина?! Вы же мой начальник, имейте хоть немного доброты. — Так это из-за тебя мы тут! Сейчас я к тебе еще добрее буду, ага. Ты нас сюда затянул, а потом еще я должна быть тебе благодарна. Твое счастье, что ты пилот, и кроме тебя никто корабли не умеет водить, а то я бы быстро тебя тут выпотрошила как рыбу. Я еще из-за тебя ужин пропущу! Две недели ждала, когда пасту с креветками приготовят, а теперь, вместо того, чтобы объедаться ей, я пробуду здесь! — Ну, я бы не был так уверен. — Он хмыкнул, и, снова раскачавшись, сказал, — Так, ты-то явно поспортивнее меня будешь. Давай ты за меня зацепишься, да дотянешься до ног, распутаешь их. — Хочешь моей быстрой смерти, а не долгой жизни? — Она нахмурилась, и указала на пол, который для них был вверху, — Ты видел, что там три метра падать?! — Откуда ты знаешь про эту фразу? — Насторожился Джефф, решив засунуть руки в карманы. От того, что к ним приливала кровь, они все распухли и он их почти не чувствовал.       Главный инженер хмыкнула, потирая посиневшие запястья. Перевязав свою копну волос, она аккуратно изогнулась назад, изучая то, что было на полу. — Ненавижу этот отдел. Тут вечно шутников полна коробочка. Я удивлена, что не ты у них главный прохиндей. То этот дротикомет изобретут, то еще Клеемордуса слепят, истратив целую кучу припасов. — Услышав громкий хохот Джеффа, Екатерина пихнула его в бок, — Придурок! Хватит ржать надо мной! Один из них проспорил в карты, и выстрелил по мне из дротикомета, когда я сидела работала и никого не трогала. Так я так напугалась! Думала умру! — Она растерялась, когда Джефф начал хохотать уже на грани истерики, — Тоже мне друг называется! — Возможно, ты все не так поняла. — Попытался оправдаться Джефф, продолжая заливаться смехом, — Возможно моя ироничная независимая натура была расценена тобой как «придурковатость», но, уверяю тебя, это ошибка. — Да, я уверена в этом. — Она кивнула, — Ты не такой плохой. Ты — еще хуже! — Она уже засмеялась вместе с ним, — Я же читала твое личное дело! Знала какого дурака себе беру! Давай лучше подумаем как вылезти отсюда. — Я даже понять не могу, как мы с тобой сюда попали, чтобы так легко выпутаться. — Ты наступил на шнур, что валялся у тебя под ногами. — Она фыркнула, сложив руки на груди, — Ты что, кроликов никогда в силки не ловил? — Да как-то не приходилось. — Он задумался, смотря на нее, — Ты не дала мне договорить. — Потому что я уже понимаю твой план, и вижу в нем небольшую проблему. Ну отвяжусь я, а ловить меня кто снизу будет? Тифоны? Так по клеткам все сидят. От того, что рабочий день тут закончен, ничего не изменилось. — Заметив его потерянное лицо, Екатерина осторожно пояснила, — Моро, а какой сейчас день? — Пятнадцатое марта. — Тут же ответил он. — Молодец. Дату знаешь. А где мы знаешь?       Джефф осмотрелся. Они висели над вторым этажом в небольшом холле. По правую стону от них был явно шлюз. Вокруг не было ни души. Впотьмах ничего особо-то и не видать. Он не знал где они даже примерно. Но вокруг не было слышно криков Кошмара. Не было слышно мимиков или кого-то побольше. Вокруг ничего не разворочено. Его откинуло назад? Джефф закрыл глаза, попытавшись вспомнить, что было несколько «высадок» назад. Тогда, еще пока он служил на Нормандии, он слышал от Колючки, что пятнадцатое марта уже было. Две недели назад. Его и правда откинуло назад. Голову точным ударом рассекла боль. Он резко завыл, схватившись за голову. — О, наконец-то кровь дошла по твоим забитым венам до пустой головы. Ничего, прижми подбородок к груди. Должно полегчать. — Твою мать! — Он завыл, — Голова. — Еще есть, да? Ничего, мы выпутаемся, у тебя ее не станет. Отвечай на поставленный вопрос. — Не знаю я где мы. — Взвыл он. — Я поражен, что тут все тихо. А куда те упыри делись? Тифоны-то. — Моро, ты меня… пугаешь. — Тихо сказала начальница, — Я уже жалею, что взяла тебя, хотя мы еще даже не дошли.       Он отвел руки от лица в сторону, нахмурившись. Екатерина изучала его заинтересованным взглядом. Аккуратно дотянулась до него и провела рукой по лицу. Джефф вздрогнул, почувствовав ее теплые руки. Вдруг раздались спокойные шаги. Екатерина жестом показала ему молчать, и опустила голову, присмотревшись. Там, по едва освещенному главному проходу пошел знакомый силуэт. — Даниэлла. — Шепнул Джефф. — Да вижу, что не Ю. Заткнись и молчи. Я буду говорить. А то ты ей нагородишь что-нибудь, мы потом не отмоемся. — Главный инженер Илюшина, вы здесь?       Рядом шел кто-то гораздо ниже, неловко обнимая стопку документов. Две девицы и обе темненькие. Джефф задумался. Как-то тут блондинок с седоволосыми вообще не ценят. — Вы есть? — Осторожно подала голос низенькая.       Моро тут же громко заржал, за что моментально получил локтем по почкам. Двое остановились перед горсткой конфет на полу. Медленно задрали головы. — Добрый вечер. — Спокойно сказала главный инженер, — Это не то, что вы подумали. — Я еще не успела подобрать нормальную теорию. — Даниэлла заинтересованно осмотрела их, и, склонив голову к подруге, сказала, — Аби, поищи, куда эти умники могли веревку прицепить. — Тут же снова подняв голову, сказала, — Моро, я тебя по следу от конфет нашла. Но не ожидала такого увидеть. А чем вы там заняты? — Обсуждаем погоду в Вашингтоне. — Целуемся. — Тут же ответил Джокер. — Вот в последнюю версию мне охотнее верится.       Даниэлла хмыкнула, и ушла куда-то в правую сторону, бросив одну из папок на пустующий рабочий стол. Джефф искренне улыбнулся, заметив испуганное лицо Екатерины. Она схватила его за форму, и, притянув к себе, схватилась уже за горло. Он медленно выдохнул, схватившись двумя руками за его запястье. Не услышал знакомого хруста костей, хотя в его состоянии, скорее всего, они уже давно были переломаны. — Вообще-то у меня есть пара! И это не ты. — А я и не мечтаю. — Он вдруг нахмурился, — Ю тебя еще не бросила?       Увидев как переменилось ее лицо с испуга на злость, он вскрикнул: — Даниэлла, быстрее, бога ради!       Веревка поддалась, мягко начав спускать сначала главного инженера. Едва Екатерина оказалась на полу, сама начала распутываться. Абигейл присела рядом, дав ей стакан с водой. — Моро, может мы тебя там оставим висеть? — С улыбкой спросила Даниэлла, взявшись за веревку, — Ты там здорово смотришься. Органичнее, чем в кресле пилота. Наряжать тебя будем на праздники.       Глава информационной безопасности гордо откинула веревку. Джефф вскрикнул, почувствовав, как легко полетело тело вниз. Он только успел вытянуть руки, уперев их в пол, прежде чем с глухим ударом упал на пол. Все трое девушек тут же склонились над ним. Джефф тут же закрыл глаза, и сказал: — У меня же Вролик. Пожалейте меня хоть пять минут. — Воспаление хитрости у тебя. — Мягким и добрым голосом сказала Абигейл. — Даниэлла показала мне видео с камер, как вы попались в ловушку вдвоем. — Она начала искренне хохотать, — Это было так смешно! — Нам вот вообще не смешно. — Буркнула главный инженер, усевшись на колени по правую сторону от Джокера, положив теплую руку на его плечо. — Мы с такой скоростью никуда не дойдем. А у него, между прочим, первый рабочий день. — Моро, и какими деньгами она тебя переманила на такую скучную должность? — Искренне поразилась Даниэлла, — Ты же возишь таких важных птиц до Земли и обратно, зарабатываешь в месяц столько, сколько мы в троем за год не получаем, а тут сбежал на Сагитту, да еще и без сохранения своего рабочего места. — Я его не деньгами переманила. — С улыбкой сказала Екатерина. — Моро можно только на деньги и приманить. — Похлопала его по плечу Даниэлла, и поднялась, — Отлично. Я сделала свое доброе дело на сегодня. Еще успеем на ужин? — Будем надеяться. — Абигейл кивнула, и, прихватив документы, тут же с улыбкой помахала сидящим, убегая за главной защитницей информации, — Доброго вечера, ребят!       Джефф повернул голову к главному инженеру. Значит у нее еще была Ю. в качестве возлюбленной. Значит тифоны еще не дебоширили на станции. Значит и Нормандии еще не было. Он завыл от накатившей головной боли, и повернулся в другую сторону. Увидел больными глазами в дальнем окне Землю. Медленно поднявшись, быстро пошел до него. Вжавшись в ледяное стекло, завороженно смотрел на голубой шарик. Как давно он его не видел. Какого черта тут происходит? И что стало с прошлым циклом? Он кончился, видимо, его смертью. Последнее сохранение было здесь. — Нормандия уже была? — Откуда ты знаешь про нее? — Удивилась Екатерина, встав рядом, — Она же только на пол пути. Морган сказала? — Нет. — Он повернулся, и отрицательно покачал головой, серьезным тоном сказав, — Нельзя, чтобы она швартовалась. Нельзя! Давай, где тут мостик! Надо срочно туда! — Но Ю не могут их развернуть. Они серьезно ранены. Встанут к нам на ремонт. — Пускай разворачиваются. Идут в другое место. Мы же на орбите Луны. Там около Сатурна есть станция. Побольше и попафосней. И там ремонтники пряморукие. Да даже около Марса есть парочка ремонтных доков. Похуй, что платные. Они же под Цербером — там уже самый дорогой ремонт бесплатно. Нельзя, чтобы она тут встала! — Взвыв от болей, схватился за ее плечо, — Екатерина, делай что хочешь, но им нельзя тут вставать. В прошлый раз тут все навернулось потому что они тут появились! Тифоны вырвались на свободу. — Он задыхался от ужаса, понимая, что видимо попал в петлю времени. И надо что-то изменить, чтобы выскочить отсюда. — Нельзя! — Да, Хилари меня предупредила, что из тебя выдрали нейромод и с памятью у тебя не очень хорошо. — Она растерялась, — Не знаю, как помочь тебе, кроме как сказать, что не было ничего такого. — У тебя же болезнь, да? Которая не дает тебе их поставить. Морган пока об этом не знает. Но как только узнает — бросит тебя. Тифоны выберутся на свободу. Станция начнет умирать в страшных муках. Людей сожрут эти чудовища… И однажды мы встретим с тобой Кошмар. Не дай этой чертовой Нормандии пришвартоваться!       Екатерина прошипела, попытавшись убрать со своего плеча руку. Джокер замер, поняв, с какой силой сжимает ее хрупкое плечо. Но он не слышал хруста костей. Тут же разжав руку, начал прыгать. Кости на ногах легко выдерживали его вес. Остановившись, уперся взглядом в нее. Главный инженер стояла не зная как адекватно реагировать на его состояние. То он шутит, то чуть ли не рыдает, то в панике, а то прыгает от счастья. И все с разбегом в двадцать минут. Это пугает. — О боже… Я без Вролика… Поверить не могу… — Он охнул, вжавшись спиной в ледяное стекло. — Нет. Пятнадцатое марта уже было. Я уже падал тебе в ноги в Жизнеобеспечении? — Джефф, ты меня пугаешь. — Главный инженер сложила руки на груди, нахмурившись смотря на него, — Что происходит? Пытаешься прикинуться больным, чтобы не служить в моем подчинении? Я же тебя Вивьен сдам, она тебе жизни не даст.       Джокер тут же зажал ей рот рукой, и отрицательно покачал головой. Прижался к ней, не разжимая рот. Какие же крепкие у него руки. Она попыталась его отпихнуть двумя руками. На его лице появилась искренняя улыбка. — Это было уловкой. — Прошептал он, наклонившись к ней, — Я обманул тебя. — Я надеюсь на это. Так мы идем дальше? — На ужин. Митчелл сегодня подает пасту с креветками. — Он улыбнулся. — Морган будет? — Сам же отвез ее на Землю два дня назад, и сейчас задает мне вопросы. Нет, Джефф, не будет. — Они отправились по темному коридору неспешным шагом, — Чем Нормандия тебе не угодила? Ты же всегда рад видеть чужие корабли. Они же такие красивые. — Да, мои птички. Гражданские не интересно. Военные — всегда хороши. Чудо инженерии. Белоснежные фюзеляжи, насквозь связаны электроникой. — Он заинтересованно надавил большими пальцами на костяшки пальцев указательных. Суставы тихо щелкнули. Но без боли. Что за чудеса? — Нормандия не такая, как мне надо. — Или капитан корабля не такая, как ты любишь? — А что не так с ее капитаном? — У тебя надо спросить.       Джефф раскрыл очередные двери и они вышли в главный холл. И снова много народу среди роскошного интерьера. Они протолкнулись к Жилой секции. Мимо шумной стойки консьержей, периодически останавливаясь от вопросов, заданных им от подчиненных, прошли до кафетерия, что был уже полупустым. И правда — блюдо дня паста с креветками. Звучит очень вкусно. Усевшись за столик около окна, Джефф жадно сделал несколько глотков с бокала с вином, пока Екатерина решила начать с еды. Он опустил медленно бокал, и уставился в окно. Космос был все тот же. И корабли вокруг сновали точно такие же, как и в прошлый раз. И правда был всему виной чужой корабль? Стоит ли ему что-то с этим делать или дать воле случая распотрошить в очередной раз станцию? Он расстегнул верх формы, и коснулся рукой шеи. Снова эта подвеска. Пальцами подцепив жетоны, снял их с шеи. На них был выбит символ Цербера. Перевернув их обратной стороной, присмотрелся к номеру. Все правильно. Это его порядковый номер и его имя. Но его такие лежат у него под подушкой. Специально, чтобы Альянсеры не задавали лишних вопросов, почему у их пилота на шее висит артефакт из «прошлой» жизни. В какой-то мере и происходящее тут можно назвать его «новой» жизнью. Бросив их на стол, он взял вилку, решив поесть. Как необычно. Даже руки не трясутся. Он лишь один раз из сотни просыпался полностью здоровый тут. Когда его «то» тело было почти мертво. — И как наш главный врач отпустила тебя такого неадекватного в наш адекватный мир? — Задала вопрос главный инженер, сложив руки на столе.       Кафетерий медленно пустел. Они и правда пришли одними из последних. В ее тарелке еды уже давно не было. Джефф медленно поднял взгляд от своей полной тарелки, и едва успел закинуть лапшу с креветкой в рот, как Ильюшина утащила у него тарелку. Он едва заметно улыбнулся, и спросил, оставшись с пустой вилкой вместо ужина: — Кто глава медслужбы? — Он хмыкнул, попытавшись вспомнить хоть одно знакомое имя, — Доктор Деврис? — Врач высшей категории — Вивьен Либерта О’Доран. — Екатерина улыбнулась, увидев, как у него вывалилась вилка из рук, — Она же тебе и подписала разрешение уйти ко мне с главного мостика. Будь ты не здоров — хрен бы ты дернулся куда.              На Нормандии раздался громкий стук в дверь каюты капитана корабля. Шепард, что сидела за рабочим столом, одной рукой наматывая лапшу с тарелки, а второй набирая отчет, негромко скомандовала двери открыться. Она сидела завязав волосы в странную пальму на голове, в одной пижаме, подогнув одну ногу. Рядом с рабочим столом встал Кайден, и едва заметно улыбнулся. — А потом сама же будешь жаловаться, что спина болит. — Блять, ты еще. — Она хмыкнула, снова смотря в экран, положив вилку на край, отмахнулась от него, — Кайден, моя каюта немного отличается от рубки пилотов, не думаешь об этом? Сгинь, пока я тебя не вышвырнула на полном ходу. — Поговорить хочу. Как Спектр со Спектром.       Шепард лишь фыркнула в ответ, не став никак отвечать. Снова левой рукой начала накручивать лапшу, пока правой набирала текст, отчитываясь перед Альянсом за очередную стопку растраченных ресурсов. — Я, конечно, родилась вечером, но не вчера вечером. На что ты вообще рассчитываешь, в очередной раз решаясь меня наебать? — Хочу не этого. Шепард, я хочу остаться на Нормандии навсегда. — Верни мне Моро живым и адекватным и я подумаю. — Она ему кратко натянуто улыбнулась, и, закинув креветку в рот, сказала, — Чтобы оставить тебя в качестве запасного пилота на Цитадели. Ну, вдруг Сузи устанет работать под максимальной нагрузкой. — Откуда у тебя такая серьезная ссадина на лице? — Нахмурился он, — Ты же вот, только недавно здоровой была. — Так я тебе и сказала. — Она лишь усмехнулась, довольно жуя еду, уставившись в монитор, — Либо уходи сам, или я позову Сузи. Ее восхитительное металлическое тело едва тебя уже один раз не отправило на тот свет прямым рейсом. Сейчас я попрошу ее сделать так, чтобы это точно случилось.       Кайден лишь тяжело вздохнул, и отобрал у нее тарелку. Отставив ее в сторону, грубо схватил за запястье, и просто сдернул со стула на себя. Капитан растерялась, упав в его объятия, крепко прижалась к нему, побоявшись упасть. Шумно выдохнула, смотря в его глаза, едва касаясь ногами пола. — Ты мешаешь мне работать. — Тихо сказала с усталостью в голосе она. — Шепард, просто послушай меня. Даже не говори ничего. Я правда виноват в том, что происходит. Но я доверился послу всего человечества. Я понимаю, что тебе сейчас будет больших сил стоить вернуть все так, как было. Если тебе понадобится от меня какая-то помощь, я готов пойти на многое, если ни на все. — Ослу ты доверился, Кайден. Я уже сказала тебе свои условия. Достань мне Джокера из того пиздецового состояния, в котором он сейчас находится. — Она хмыкнула, и, закинув голову, посмотрела на появившийся голубой шар Сузи, — Слушай, дочка, а мы с ним что-нибудь интересного не можем сделать? — У меня есть одна идея, Шепард. — Ответила капитану корабля искусственный интеллект, — Но она вам точно не понравится. А ему — тем более.       Кайден, державший на руках Шепард, тихо сказал: — Я все еще здесь. — Заткнись. — Шепард закрыла ему рот рукой, — Какой у тебя план? — Майор Аленко может написать в Комитет о том, что произошло. Что Удину подкупил Цербер. И что именно Удина и госпожа Вивьен настаивали на том, что лишение Джеффа лицензии будет отличной идеей. Майор Чаквас уже упоминала о том, что единственная возможность обжаловать решение Комитета, так это поставить под сомнение квалификацию госпожи Либерты О’Доран. У нас прямых доказательств нет. Но ведь Майор Аленко на основании чего-то верил. Значит есть какие-то данные, которые будут очень интересны Комитету. Тогда начнется проверка — Спектры Совета не каждый день такие вещи пишут. А если вы, Шепард, поддержите его в этих начинаниях, будет даже лучше. Вы двое — единственная надежда у всего человечества. К вашему мнению нельзя, как минимум, не прислушаться. — Я давно предупреждала, — шепотом сказала Шепард, смотря в карие глаза Кайдена, — что с нами человечество будет в жопе. Тут даже Призрак не нужен, чтобы все попортить — мы с этим злодеем в героическом плаще сами прекрасно справляемся. — Ты зря меня демонизируешь. — Прошептал он в ответ, чуть ближе к ней наклонившись, — Восстановите меня в моей должности, капитан-лейтенант Джейн Шепард? — Представляешь, какая жалость, — Она мягким жестом провела рукой по его чистым волосам, засматриваясь на него, — моя каюта все еще не рубка пилотов. — Я пойду на ваше соблазнительное предложение, только если вы восстановите меня. — А я рискну тебя взять обратно, если Джокер вернется на свое место. — Она ему улыбнулась, — Видишь, замкнутый круг. Так что положи меня туда, где взял, и пиздуй работать. Если ты не видел, в нашем доке на Цитадели указано, что мы Космический Корабль Альянса Систем Фрегат «Нормандия», а не детский сад. Пошел вон с моей каюты.       Кайден поставил ее на ноги, и, подняв руки, ушел. Спустившись на палубу ниже, засунул руки в карманы, идя медленно по кораблю до своего рабочего места. Трейнор с опаской посмотрела на него, тут же опустив взгляд. На корабле, после всего случившегося, не осталось людей, которые были бы в восторге от Кайдена. Команда не такая отходчивая и беспамятная как капитан корабля. — Он играется с ней как с маленькой девочкой. — Тихо сказала стоящая рядом с Самантой Чаквас, проводив майора взглядом. — А Шепард абсолютно не против. — Наша капитан может быть бесконечно высокого звания, и может быть единственной надеждой всего мира. — Тихо сказала секретарь, перебирая гору писем, лишь избранные отправляя на компьютер капитана, — Может быть бесстрашным солдатом, которого не победит и Молотильщик. Но она все равно человек. — Девушка кратко улыбнулась, посмотрев на врача, — И она же молодая красивая девушка. Да, подумаешь седая в свои тридцать с лишним. Но все равно девушка, которой хочется быть в безопасности. — Да. — С грустью согласилась Чаквас, — Медицина тут бессильна. Знала бы Шепард сама, что хочет, было бы легче. Я вот, если люблю, то люблю кого-то конкретно. — А я такая же как и капитан. — Саманта предложила врачу свое кофе, — У меня один мальчик был. Второй был. — Она пожала плечами, когда врач отпила кофе, мечтательно отведя взгляд, прошептала, — А теперь я вот стою, смотрю на нашу красивую девочку, и понимаю, что с ней никакие мальчики не сравнятся.       Врач подавилась кофе, тяжело закашлявшись. Отмахнувшись от секретаря, Чаквас оперлась о поручень, встав на нижней ступеньке мостика, ведущего к карте галактики, и прошептала: — Этого только не хватало. Нам Кайдена хватает. Спасибо, еще от него не оправились.       Пока служивые бродили по кораблю, кто готовясь ко сну, а кто к службе, на кухне готовили завтрак. Шепард сидела рутинно дописывая отчет. Свет в каюте мягко выключился, оставив только свет от аквариума. Джейн хмыкнула, и посмотрела на время. Тихо спросила у бортового компьютера о том, как близко у них зона высадки. Получив ответ, что лететь еще больше пяти часов, она с большим удовольствием выключила монитор. Разбежавшись, свалилась в кровать. Подлетевшее одеяло мягко укрыло ее своим тяжелым весом. Тонкая рука в ссадинах вытянулась до прикроватной тумбочки. Серые глаза остановились на лежащих жетонах. Мягко скинув их, она дотянулась до бумажной книжки, и, обняв подушку, открыла очередную главу. Глаза медленно закрылись. Она не успела даже дочитать до конца главы. Очнулась от оповещения о том, что через двадцать минут они окажутся на месте. Тихо ругнувшись, откинула одеяло. Медленно опустила босые ноги на пол. Бортовой компьютер ждала от нее приказа о том, кто пойдет с ней. Тяжело вздохнув, капитан корабля свалилась обратно на кровать, оставив ноги на полу, и, накрывшись обратно одеялом, набрала Джеффа. Ей хотелось услышать, что все в порядке. Но никто не взял. Она хмыкнула, повернув голову к выходу и тихо сказала: — Буди Гарруса и… — она замялась, опустив устало обе руки на одеяло, — Не знаю. Разбуди кого-нибудь кто не уставший. — Таких нет. — Тут же отозвалась Сузи, — Быть может майор Аленко подойдет? — Ты решила, что мне давно свои в спину не стреляли? — С улыбкой спросила капитан, откинув слипшиеся от слюней пряди волос назад, и закинула голову, смотря на окно в потолке, — Ты на чьей стороне, вредительница? — Я вижу ваше состояние, Шепард. — Тогда ты со мной и пойдешь. Я с тобой проведу воспитательную беседу. — Она запустила руку в седые волосы и растрепала их, — Сейчас пойдем, подберем очередной артефакт, и развернемся на Цитадель. — Заметив в руке слишком много волос, тихо сказала, — Быть может мы давно умерли? Поэтому состояние меняется. Ты не нашла ту книгу? — Она, так же как и ваша история, осталась в единственном варианте. Оцифрованной версии нет. Нигде. — Я бы хотела знать, где он сейчас. Знать, что я сейчас бессильна ему помочь. — Капитан едва нашла в себе силы подняться с койки, и, открыв шкаф с флагом на дверце, принялась переодеваться, — Меня бесит моя беспомощность. Пока он спит — я вынуждена быть тут. А если эта чертова Вивьен грохнет его тут, а я слишком поздно узнаю? — Тогда ему станет легче там. — Осторожно сказала Сузи, — Он мне говорил, что один раз уже бывал в клинической смерти в этих снах. Тогда у него во сне не было Вролика, не было никаких болезней. Он высоко прыгал и быстро бегал. — Ты представляешь нашего Джокера бегуном? — Шепард усмехнулась, быстро переодеваясь, и, схватив свой шлем, пошла к лифту, на ходу щелкнув по кнопке, что дает рыбкам корм, — Вот и я нет. Значит, если ему погано в этом мире, то хорошо в том. Значит его надо убить в том мире, чтобы он очнулся в этом. — Вы же вроде бы простой солдат, Шепард. И образование у вас военное… без направленности в метафизику. Откуда такие познания? — Я уже прошла свою книжку. Я примерно прикинула в каком порядке развивается сюжет. — Она пошла широким шагом по БИЦ, надев шлем, и встала между пилотами, сложив руки на груди, — Просто Джокер не такой. Ему тяжело понять чего от него хотят люди, а там ведь не только они. Мне повезло — решение проблемы моих снов было ровно таким же, как я решаю все проблемы здесь. А у него во сне и правда сущий кошмар, с которым даже я не знаю как справляться. И это если рассуждать без учета той зверюги. — Она опустила голову, смотря на Кайдена, который старался игнорировать присутствие капитана рядом, помогая Сузи идти на снижение. — Ты с таким сложным лицом даже перед Советом не стоишь — расслабься, Аленко, а то Сузи еще понравишься, потом она будет против, чтобы я Джокера доставала из ловушки. — Шепард, какого быть во сне у другого человека? — Какой интересный вопрос. — Она оперлась руками о кресло первого пилота, где сидела Сузи, смотря на камеры, — Я тебе потом как-нибудь расскажу. А еще, я надеюсь, что Джефф сам тебе все расскажет.       Нормандия легко занырнула в атмосферу очередной планеты, мягко снижаясь. В это самое время на Талосе-1 время ушло за час ночи. Джефф остался один на полупустой станции, и, засунув руки в карманы формы, брел по главному холлу. Ему не хотелось торопится до жилых кают. Как странно быть таким… здоровым. Без Вролика. Он пару раз попадал в это состояние, но его слишком быстро выкидывало с него. Обычно в тот самый момент, как он решался спрыгнуть с верхней кровати в общих каютах. Уйдя вперед, от лифта, остановился около поручней. Оперся о них, с интересом смотря на бескрайний космос впереди себя. — Доброй ночи, Талос -1. — Тихо сказал приятный женский голос. — Спокойной ночи, Нормандия. — С улыбкой сказал Джокер, подперев голову рукой, смотря вперед себя. — Пускай твоя жизнь будет долгой, а смерть быстрой.       Он спустя час все же решился уйти к себе. Спустившись через дендрарий, в котором уже не горел свет, в жилую секцию. Прошел мимо пары консьержей, что стояли за стойкой, общаясь на непринужденные темы с уборщицей, и замер, не зная куда идти. Он уже не был уверен в том, куда вселенная определила его комнату. Снова будет маленькая капсула, сродни той, что была у него на Нормандии, или же опять большие хоромы как у капитана корабля. Свернул сначала налево, где было крыло В кают экипажа. Не сильно много каюток. Дойдя до самого края, он уже хотел было развернутся, но заметил знакомый плакат, где на него смотрела Сузи с колбой. Повернув голову, увидел и табличку около последней двери. «Джефф Моро, главный пилот». Приложив запястье, набрав код, разблокировал дверь в каюту. Разулся. Босыми ногами прошел чуть дальше в комнату. Тихо вздохнул, слыша оглушающую тишину. Расстегнул тяжелую черно-оранжевую форму, и, повесив ее на вешалку, задвинул все в шкаф. Ходить в одних трусах по хоть и своей, но слишком большой каюте ему было не комфортно. Он прошел за перегородку, и снял висящую на спинке кресла пижаму. Натянул штаны, и накинул сверху рубашку. Застегивая методично пуговки, задумался, остановившись. И почему его это не смутило? Он провел рукой по мягкой ткани. Белая в оранжевую полоску. Мысль о том, где он был последний раз в этой рубашке, уже поджидала его в голове, готовясь нанести очередной удар. — Мне плевать чья эта пижама. Теперь будет моя. Плевать где ее носили. Теперь я буду носить ее здесь! — Гордо сказал сам себе Джефф, и уселся за рабочий компьютер.       Облизнулся, и подогнул ногу. Она не хрустнула, даже когда он прижал ее к себе. Сгорбившись, подпер левой рукой голову, уткнувшись в монитор. Ровно в точно такой же позе всегда работала Шепард. Очень удобно. Письма на рабочем компьютере уже были вперемешку. Тут явно доносились «обрывки» его писем, что были у него на корабле. Начали попадаться письма от Тали. Значит она уже вступила на службу. Он искренне улыбнулся, читая письма с очередной горой жалоб на превышение скорости. На очередные нарушения всем было плевать. Вскоре сообщения с корабля просто прекратились, полностью освободив место для решения местных вопросов. Вот в системе вентиляции опять кто-то решил умереть. Энергоснабжение сбоит. Джефф дотянулся до кружки, где был остывший утренний чай. Ровно половина, зато сладкая и ледяная. Прекрасное окончание вечера. Его все еще не оставлял вопрос того, почему он подчиняется главному инженеру. Это ведь не его проблемы. Он, судя по рассказам остальных — просто пилот шаттла, катающегося до Земли и обратно. Даже если Ильюшина хотела, чтобы он научил ее водить корабли, было странно полностью его переманивать с одного отдела в другой. Он же тут был бесполезен. Или же начальники, которых в его окружении было большинство, как обычно что-то ему недоговаривают? Возможно в инженерном он на «птичьих» правах — на половину ставки.       Дочитав новые изменения в летном законодательстве, выключил компьютер. Откинул одеяло и уселся на мягкую кровать. Босые ноги опустились на ковер. Он повернул голову, посмотрев на перекидной календарь далеко на столе. Пятнадцатое марта. Значит, если он все сделал правильно, тогда дата изменится. Если нет — останется та же. Устало свалившись в кровать, он укрылся одеялом, и, дотянувшись до выключателя. погасил свет. Сон пришел к нему моментально. Спал он крепко и слишком хорошо. С утра его разбудило очередное оповещение. Он решил проигнорировать его, и, обняв подушку, продолжил спать. Через какое-то время раздался громкий стук в дверь. Он машинально поднялся с кровати, и, шаркая босыми ногами по полу, вышел к двери. Отворив ее, искренне удивился, встретив перед дверью Екатерину. Его заспанное лицо, растрепанные торчащие во все стороны волосы, вызвали на лице главного инженера легкую улыбку. — Какого черта опять ты? — Доброе утро, Талос-1. — Они вдвоем отвлеклись на сообщение, — Завтрак для персонала проходит до девяти часов.       Джефф опустил голову, и посмотрев на часы. Семь утра. Он искренне этому удивился, и спросил: — Какой сейчас день? — Если ты не помнишь, Джефф, то дни идут в календаре по-порядку. После пятнадцатого марта идет шестнадцатое. — Вот это вообще не гарантированно, гражданка начальница. — Он хмыкнул, оперевшись плечом о дверь, — Есть что-то такое, чем ты очень срочно хочешь поделится со мной в семь чертовых утра? Я лег часа три назад спать, имей совесть.       Она вручила ему кружку с горячим кофе, и мягко толкнула внутрь, устав стоять на пороге. Дверь за ней медленно закрылась. Джокер же лениво побрел обратно в комнату босоногий, сжимая кружку двумя руками. Усевшись на стол около рабочего компьютера, сделал несколько глотков. Все как он любит. Без сливок или молока. Без сахара. Просто кофе. Просто крепкий. Услышав его довольный вздох, Екатерина уселась на край незаправленной кровати, заинтересованно рассматривая его. На ней на самой была точно такая же пижамка, только на ногах тапочки. У нее были распущены волосы, а на лице примерно такая же сонная физиономия. — Моро, поведай мне секрет. — Какой? — Заинтересованно спросил он, откинувшись в кресле, и сделав еще один глоток, — Где деньги мои лежат не скажу — они не лежат. Их не существует. Зарплату мне конфетами платят. — Вот ты когда ведешь корабль, по какому принципу выбираешь, какой корабль пропустить, а какой тебя должен пропустить? — Ну, знаешь, смотря по размерам. Я на такой птичке, знаешь, не маленькой летаю. Мелких могу фюзеляжем легко раскатать, даже царапин не останется. А вот если на меня что-то огромное полетит, то конечно я пропущу какой-нибудь крейсер на своем фрегате. И на что ты сейчас вообще меня хочешь вывести этим допросом? Я никого не сбивал. — Я не про то. — Она положила ногу на ногу, изящно выгнувшись на кровати, почти лежа в ней, — Я о том, что как ты вообще решился стать пилотом? — А, намекаешь, что это не для такого слабохарактерного как я развлечение? — Когда она кивнула, он усмехнулся. Шепард ему так же говорила, когда только-только получила в дар от Андерсона старшую Нормандию, — Не, конечно, я согласен, что это немного рискованное занятие — водить космические корабли. Ведь ты можешь умереть. — Он отставил кружку, начав загибать пальцы, — Ты можешь кого-то убить на своем собственном корабле. Ты можешь кого-то убить на собственном корабле и умереть. Ты можешь кого-то убить на собственном корабле, на чужом корабле и сесть в тюрьму. А вот потом еще грустнее начинается разговор. Ты можешь разбить чужой крейсер стоимостью много миллиардов кредитов. Можешь разбить свою пташку стоимостью в пол миллиона кредитов. Ты можешь разбить оба корабля стоимостью много миллиардов, пол миллиона кредитов. Ты можешь разбить оба корабля стоимостью много миллиардов, пол миллиона кредитов и умереть, — Он изобразил некоторое смущение, тихо добавив, — … что вообще-то не такая и плохая ситуация… — Екатерина расхохоталась, отмахнувшись от него. Джокер же довольный собой допил кофе, продолжив разговор, — Но в этом же есть много чего прекрасного. — Внезапная смерть, да? — О, это же бонус от компании. — Он кивнул, — Хотя перелом шейных позвонков, скажу я тебе, не самое прекрасное завершение утра, так же как и жизни. Но нагоняй от капитана и не таким может закончится. — Ты сейчас Морган имеешь в виду? — С загадочной улыбкой спросила Екатерина, отставив свою кружку, и забралась полностью на его кровать.       Он уже было раскрыл рот сказать, кого имеет в виду, но вдруг растерялся, медленно закрыв этот самый рот. Его взгляд остановился на Екатерине. Она лежала на его кровати, как на собственной, сонно улыбаясь, вся растрепанная, и слушала его с таким непомерным любопытством. Опустив взгляд, он посмотрел на руки. В голове буквально эхом отразился голос Сузи, которая каждый раз ловила его на пагубных мыслях. «Помни, что физический контакт или проявление чувств будет опасным для каждого из нас»       Джефф снова поднял взгляд. Екатерина жестом предложила ему лечь рядом. Он не раздумывая залез в койку, и сел рядом. Екатерина тихо сказала: — Есть у меня теория, что Морган в твоем сне не просто так меня бросила. Не из-за болезни. Моро, лучше не смотри мне в глаза. Это так тебя выдает. — Корабля поблизости нет. Любоваться нечем. Тут только ты.       Главный инженер мягко наклонилась к нему и тихо спросила: — Я не про это. Ты не смотришь мне в глаза так, как должен, пока я лежу у тебя на кровати. Неужели меня мой взгляд тоже так выдает? Почему ты так тяжело сдвигаешься на любые инициативы? — Я не доверяю людям. Они обманывают меня. Делают больно. Предают. За тобой этого замечено не было. Я всем даю второй шанс. Но жизнь всегда мне говорит о том, что «первые» разы не просто так получаются. И всегда будет второй раз. — он вдруг замолчал, понимая, что она от него хочет. Сам наклонившись к ней, тихо прошептал, — Если будешь во время полета отвлекаться на красивых мальчиков и девочек — дальше зоны стыковки не улетишь. — Я наблюдала за тобой долгое время. Уже больше года, пока ты служишь на Талосе-1. И никто не поддерживает мое любопытство. То, как ты смотришь на мир, как ты воспринимаешь вещи, совсем отличается от мышления обычного человека. Для тебя красивые только фюзеляжи кораблей. Умные только их начинки. Неужели тебе нет никакого смысла быть с кем-то живым? — Нет, никакого. — Он мягко убрал несколько прядей с ее лица, — Корабли не предают. Корабли не обманывают. Не обижаются, если ты перекрасишь их фюзеляж. Они отдают ровно то, что ты им даешь. — Но с людьми же лучше. Они могут дать больше. — Она отрицательно покачала головой, перейдя на шепот, — Я вижу столько боли в твоих глазах. Я вижу только грусть и боль. Что ты такого в свои года пережил, что в тебе такая травма? Ты помнишь хоть что-то? — Люди никогда не поделятся сверх нормы чем-то хорошим. Это всегда только вред. Только боль. Отдают только то, что не нужно. Корабли этого не делают. В этом и секрет. А секреты защищают меня. Секреты оставляют вокруг меня безопасное поле. Но я видел то, как умирают огромные станции и как уходят близкие люди. Я видел вещи, в которые никто из вас не поверит. И я терял то, что вы никогда не поймете. Душа — открытая рана. Будешь пускать в свою душу кого попало — получишь заражение. Это убьет тебя. Всем моим поступкам есть объяснение. — Хорошо. Держи свои секреты в тайне. Я не полезу в твою душу, если ты этого сам не захочешь. Но, знаешь, разговаривать с другими людьми в качестве терапии полезно. Тогда как одиночество усиливает ощущение ненужности.       Ее слова напугали его. Он моментально закрыл глаза. Ровно слово в слово, что ему говорила Вивьен. Он зажал ей рот рукой, дрожащим голосом прошептав: — Не говори мне этого больше никогда. Я сам знаю об этом.       Она же мягким жестом убрала руку, осторожно кивнув. Положив свои теплые руки на его плечи, свалила на койку, нависнув сверху. — Сохрани свои тайны. Но сдайся мне. До рабочего дня еще так далеко. — Пригладила его взъерошенные волосы, и, склонившись, сказала, — Сам же сказал, что за мной обмана замечено не было. — Нет, гражданка начальница. — Он искренне улыбнулся, — Субординация, доктор Ильюшина. Я же не Кайден. Не думаю, что это сработает, пока мы в форме.       Ильюшина лишь хмыкнула, усевшись на него, и гордо сказала: — Я же тебя разжалую до рядового, если ты не подчинишься. — Да, пожалуйста. Хоть пристрели меня — мне же легче. — Он пожал плечами, — Не рискуйте своей работой, Екатерина. Не рискуйте своей жизнью. Слишком долго общаться со мной — может плохо закончится. Я тяжелый на характер мерзкий алчный человек, который не просто так один. И переступать вот этот порог не следует никому. Я никого туда не пускаю. — Не было ни одного человека, что достучался бы до твоей души? — Искренне удивилась главный инженер, склонив голову вниз. — Ни одного. И в моей койке не было никого. — Это война, Моро. — Она усмехнулась, — Я тебя Морган в качестве добровольца сдам. Она из тебя не только нейромоды все оставшиеся достанет, но еще и что-нибудь интереснее всунет. — Нет, я не сдамся, можешь не угрожать мне. — Он пожал плечами, — У тебя слишком личико милое. Ты не выглядишь угрозой даже для меня.       Она улыбнулась ему, но, сдавшись, ушла проигравшей, гордо подняв руки. Джефф же устало накрылся одеялом, закрыв глаза. Семь утра — это прекрасное время, чтобы поспать. Даже не смотря на то, что разговор с вышестоящим руководством отнял у него приличный кусок сна, он с большим удовольствием обнял кусок одеяла, продолжив спать.