Double pleasure

— То-есть после окончания универа ты переехал и оборвал все связи?       Парень сдувает светлую прядь волос, выбившуюся из прически, со лба и усаживается поудобнее. Вино переливающееся рубиновым цветом пахнет просто великолепно и тот не отказывает себе в удовольствии пригубить напиток. Алкоголь лишь слегка обжигает, не пьянит, и Чимин делает глоток побольше. Встретить Тэхена спустя три года после выпускного было неожиданно, но приятно. Не то, чтобы в университете они были друзьями, скорее наоборот. Гиперактивный Чимин просто не замечал вечно тихого и стесняющегося, даже собственной тени, Тэ. Лишь пару раз отогнал от него местных уродов и пригласил потанцевать на выпускном вечере. Больше они никак не пересекались. Даже на парочке встреч бывших сокурсников Кима не было видно. Чимин отчего-то решил, что тот не хочет их всех знать и быстро забил на отсутствие парня. А теперь, случайно встретившись на улице, пребывал в небольшом шоке.       Тэхен узнал его сразу, лишь на миг удивленно округлив глаза, когда Пак окликнул по имени. После пары фраз предложил не мерзнуть на улице и пойти поболтать к нему домой. И теперь Чимин сидел на мягком диване в уютной гостиной, выполненной в кофейных тонах. Тэхен изменился, это было заметно и по ставшему уверенным взгляду. По мягким прядям пшеничного цвета волос, аккуратными волнами спадающим на глаза, что заменили вечно темные пакли красовавшиеся на голове студента. Невзрачная застиранная одежда исчезла из гардероба, уступив место свободного кроя светлым брюкам и приталенным свитерам, явно купленным не в ближайшем сэконде. Чимину нравился обновленный Тэхен, нравился в том плане, что этот скромный мальчишка заслуживал хорошей жизни и кажется неплохо утроился в этом мире. Ему вообще казалось, что подобные ангелочки должны быть счастливы априори, и забитый комплексами в универе Тэ напрочь ломал его душевные устои. Чимин покосился на бутылку Шато Шеваль Блан, наполовину разлитую по бокалам и вновь взглянул на Тэхена. — Ну да, — парень пожимает плечами, — сначала работал в цветочном магазине, потом выкупил его. Замуж вышел, вдвойне удачно.       Чимин давится, пытаясь не выплюнуть вкусный напиток. Ему ведь не послышалось? Скромняжка Тэхен, который при слове член в универе краснел пятнами и пытался слиться со стеной, замужем? Прям вот замужем? — Удивлен? — хмыкает бывший однокурсник, — Все были удивлены. Родители особенно. Теперь не общаемся с ними. — Все настолько плохо?       Тэхен жмет губы в тонкую полоску и задирает свитер, оголяя полоску кожи, испещренную россыпью шрамов. Чимин давится второй раз. — Приехал поделиться радостью, чуть не сдох. Меня так сильно не избивали даже в универе, за сданную не на отлично сессию. Не помню как меня принесли сюда, но больше родители не лезли в мою жизнь и я этому только рад. Обидно иногда конечно. — Тэ, это ужасно. Мне жаль, что тебе пришлось пережить такое… — Чимин опускает глаза, пытается переварить полученную информацию, — а мы с Юнги живем вместе. — Ожидаемо, — Тэхен мягко улыбается, — он на тебя слюни пускал с первого курса. Помнишь ты меня потанцевать позвал? Я думал меня или взглядом прожгут, или после выпускного возле кампуса закопают. — Скажешь тоже, — парень хохочет глядя на собеседника, что делает устрашающее лицо, пародируя Мина, — он безобидный. Со мной во всяком случае. — Знакомо, очень знакомо. — Детка, у нас гости?       Дверь в прихожей хлопает, заставляя парней обернуться. В дверном проеме показывается голова, с интересом оглядывающая сидящего на диване незнакомца. За головой в комнату входит и оставшаяся, недостающая часть. Чимин с взаимным интересом смотрит на вошедшего. Узкие темные джинсы, заправленные в высокие берцы, футболка выгодно подчеркивающая прокачанный торс и руки. Перекинутая через плечо кожанка, что частично скрывает огромную татуировку. Черные волосы зачесаны назад, но явно растрепавшиеся на ветру, лезут в глаза. В губе блестит колечко пирсинга. В общем это то, что меньше всего ожидал увидеть Чимин, представляя мужа Тэхена. Последний же радостно пискнув слетает с дивана, тут же утопая в объятиях, обхватывая брюнета всеми конечностями. — Чони, ты сегодня рано, я скучал! — Клиент перенес запись и я решил никого не брать больше. — Мужчина утыкается носом в пшеничные пряди и закрывает глаза расплываясь в довольной улыбке, — я тоже скучал, детка. Познакомишь нас? — Конечно! — Тэ спрыгивает на пол и тянет его за руку, подводя ближе, — Чонгук, это Чимин, помнишь я тебе рассказывал? — Тот самый? — Чон дергает бровью, а Чимин забывает, как дышать, вспоминая все свои косяки за время учебы, судорожно перебирая в памяти моменты, когда мог обидеть мышку Тэ и надеясь, что ему сейчас не свяжут за это яйца морским узлом. — Что спас твою прекрасную попку от ублюдков универе? Наслышан. — Да там ничего особенного, — тушуется Пак, мысленно крестясь, пронесло. — Не переношу гребаных мудил, считающих что им все дозволено. — Для моего малыша это было особенным, и я благодарен тебе за это. Приятно познакомиться, Чимин. Я Чонгук, — мужчина тянет руку, пожимая чужую ладонь. — Я рад, что Тэхени встретил тебя, он мало с кем общается, а адекватных людей увы и того меньше в нашем мире. Так что, забегай в любое время. — Взаимно, — кивает Чимин, все же продолжая глазеть на нового знакомого и, замечая вопрос в глазах напротив, добавляет, — избранник Тэтэ представлялся мне немного… немного не так круто? Просто в универе он был мышкой, а теперь его муж — огромный татуированный чувак. — Интересно, — Чонгук хохочет, закидывая голову назад и ойкая от прилетевшего от Тэхена подзатыльника. Резко притягивает того к себе и сминает губы жадным поцелуем. Чимин тактично отворачивается, боковым зрением наблюдая как нежно держит Чонгук Тэхена за талию. — Только я не его муж.       Пауза повисшая в гостиной затягивается секунд на двадцать, пока Чимин пытается собрать в голове все кусочки пазла. Тэхен, который Тэхен, который только что говорил про счастливый брак, стоит в объятиях потрясающего мужика, что сейчас вылизывал его рот, но не является его мужем. Кажется Чимину нужен еще глоток вина. — Видел бы ты свое лицо, Чим, — Тэхен будто мысли читает, подходя и доливая вино в бокал, — Чонгук действительно не мой муж. Он немного не успел.       Вопросов становится только больше и Пак залпом выпивает напиток, глядя то на бывшего однокурсника, то на Чонгука, которого явно забавляет вся эта ситуация. Тэхен же, как ни в чем не бывало подходит к мужчине вновь устраиваясь в его объятиях. — Он опередил меня на гребаных десять минут, — бубнит брюнет, укладывая подбородок на плечо Кима. — Я и при рождении тебя опередил. Ровно на десять минут, мелочь, — все трое дергаются в сторону голоса. — Папочка дома, детка, иди ко мне.       Чимин жмурится, трясет головой и вновь открывает глаза. Не то, чтобы он так много выпил, но кажется у него галлюцинации. И чувство дежавю. Потому что Тэхен второй раз за день прыгает в объятия высокого брюнета, стоящего у входа в гостиную. Чимин отмечает про себя, что этот брюнет одет в строгую классику, черные брюки подчеркивают такие же идеальные бедра, а из-под пиджака видна белая рубашка и узкий черный галстук. Волосы собраны в небольшой хвостик на затылке. Но лицо абсолютно точно такое же. Пак медленно переводит взгляд с одного брюнета на второго и обратно. — Задушишь, кроха, — второй брюнет невесомо чмокает Тэхена в висок, но даже не делает попыток снять его с себя, так и проходит внутрь комнаты с ношей на руках. — Командировка закончилась чуть раньше и я сразу к вам. — Ты почему не предупредил? — Тэ не отлипает, словно маленькая коала, и его голос кажется приглушенным, — я бы приготовил тебе что-нибудь вкусненькое. — Самое вкусненькое, что я хотел бы съесть, это ты, — шепчет мужчина, языком очерчивая скулу парня. — Джей! Тут же люди! — ворчит первый брюнет, и укоризненно качает головой.       Чимин едва не стонет от мозговой деятельности. Что это было вообще? На его глазах произошла измена? Но не слишком ли спокойно на это отреагировал… Джей? Кажется так его назвал Чонгук. — Чим, у тебя сейчас голова задымит, — смеется Тэхен глядя на парня, что так и продолжает бегать взглядом между мужчин. — Я же сказал, с замужеством мне вдвойне повезло. Знакомься, это Джейгук, мой муж. — Погоди, мне нужна минутка и побольше алкоголя.       Джей по-хозяйски разваливается на диване утаскивая за собой Тэхена, Чонгук падает рядом. Ким откидывается спиной на грудь мужа и перекидывает ноги на колени Чона. — Странно да? — Тянет Тэ, глядит пристально, — Считаешь это неправильным? Грязным? Ох, серая мышка Тэ трахается с братьями Чон и подставляет задницу обоим, как так можно? — Стой, погоди, — Чимин размахивает руками в попытке заставить парня замолчать, — я ни в чем тебя не обвиняю. Серьезно, Тэтэ, полиамория это конечно необычно, но не неправильно и тем более не грязно. Я удивлен, но не считаю это чем то плохим, понимаешь? — А ты нравишься мне чуть больше, чем минуту назад, — выдает Джей. — Ты сейчас серьезно? Ау, я трахаюсь с двумя мужиками сразу, слышишь? — Детка, успокойся, я ведь сразу сказал что он похож на адекватного, — Чонгук перетягивает Тэхена к себе на колени и убаюкивает, покачивая. — Прости, Чимин, ему сложно принять себя, а новые знакомые стоит им только узнать о наших отношениях, в лучшем случае просто исчезают, в худшем сыпят пачками оскорбления, приходится их затыкать… — До оскорблений я не опущусь, — Чимин отчего-то перестает опасаться брюнетов и чувствует себя более уверено. — Тэхен, твои чувства и образ жизни это нормально, пока тебя и твои любимых мужчин это устраивает, понимаешь? А то, что там говорят остальные, не плевать ли? — То есть, — Тэхен слезает с колен Чонгука, тут же оказываясь слишком близко к Чимину, — то-есть ты серьезно не будешь рассказывать мне про аморальность и прочее? — А зачем? Даже если бы я думал именно так, разве это изменило бы твои чувства к… — Пак обводит рукой близнецов. — Гукам, — выдают они в один голос, и Джей тут же добавляет, — Чонгук, Джейгук, он называет нас Гуки. — К Гукам, да. — Согласно кивает парень, — разве чужое мнение способно изменить то, что ты любишь этих мужчин? Уверен, что нет. Так зачем ты обращаешь внимание на ненужных тебе людей? — Я не понимаю, Чимин… я… — Эй, ну ты чего? Неужели в твоей жизни действительно так мало адекватных людей? — Их практически нет, — вздыхает Тэхен опуская глаза, — Джей, Чон и два наших общих друга, Намджун с Хосоком. Только с ними я могу чувствовать себя комфортно и не бояться осуждения. — Если ты позволишь, — Чимин не уверен, что сейчас время и место, но решает рискнуть, — Если позволишь, я хотел бы предложить тебе общаться чаще? У меня после универа осталось не так много друзей, только Юнги и Сокджин. Уверен, они отнесутся к твоему выбору с той же адекватностью, что и я. Так что, если ты не против нового друга, я бы хотел пообщаться с тобой еще. Ты кажешься мне интересным человеком. — Ты шутишь сейчас? — челюсть Тэхена кажется грозится пробить пол. Он знал, что Чимин один из немногих нормальных людей в его универе, но чтобы тот вот так легко принял его? Еще и дружбу предлагал?       У Тэхена никогда не было близкого друга, да были Намджун с Хоби, но они все-таки лучшие друзья Чонов, не его. А иногда так хочется посидеть дома с другом, посмотреть сериальчик и обсудить, черт возьми, двух своих мужиков. Тэхену этого дико не хватает. И Чимин, вот так вот запросто, предлагает ему свою дружбу? — Тэтэ, послушай меня, — Чимин осторожно накрывает своей ладошкой чужую, — я не набиваюсь тебе в лучшие друзья вот так сразу, ты просто подумай, ладно? Сейчас тебе нужно побыть с ними, я так понимаю, вы давно не виделись. А на свежую голову, напиши мне, хорошо?       Чимин не дожидается ответа, понимает что сейчас его не получит. Тэхену нужно все обдумать, а еще Тэхену необходимо побыть с Чонами, наедине. Это Чимин тоже прекрасно понимает. Хлопок двери приводит Тэхена в чувство. — Что это сейчас было? — Ким поочередно смотрит то на одного, то на второго. — Ты, маленький мазохист, — усмехается Джей, — скажи честно, ты ведь привел его сюда, чтобы снова послушать, какой ты ужасный? — Я. я не… — Маленькой детке не хватает грязных словечек от папочек, — тянет Чонгук, укладывая ладонь на горло Тэхена, слегка сжимает пальцы. — Кто может называть тебя шлюшкой? — Т-ты. и Джей, — Тэхен прикрывает глаза, сильнее откидываясь на широкую грудь Чона. — Когда мы можем тебя так называть? — Нависает сверху старший, проталкивая два пальца в приоткрытый рот парня. — Когда… — Ким облизывает, смачивает чужие пальцы, — когда трахаете свою детку. — Умница, кроха. — Джей вытаскивает пальцы изо рта, перехватывает мужа и тянет на себя, вставая вместе с ним, — думаю нам всем срочно нужно в спальню.       Темное постельное белье выглядит так правильно в полумраке комнаты, задернутые шторы и едва горящая подсветка у потолка дополняют общую картину. Меньше видимости — ярче ощущения.       Джей падает спиной на кровать, роняя на себя Тэхена и практически сразу чувствует вес брата, навалившегося сверху. Он скучал по ним. По ним обоим. Все рамки приличия давно рассыпались в пыль, еще до появления в их жизни малыша Тэ, Чоны понимали, что ничего толково-скрепного из них обоих не выйдет. А встретив Тэхена, убедились в этом окончательно.       Старший чуть поднимается на локтях и тянется выше, вплетая свободную руку в волосы брата. Тот стонет низко, от приятного ощущения пальцев в волосах, двигается ближе, зажимая между двух тел разомлевшего Тэхена, и целует Джея. Кусает чужие губы, зализывая нижнюю, цепляет зубами. — Я тоже скучал, родной. — Черт, я кончу от одних ваших поцелуев, — хрипит Тэхен, недовольно дуя губки, — может вы уделите мне немножко внимания? — Наша детка вредничает, — Джей смеется, красиво откидывая голову, выставляя на показ загорелую шею, к которой тут же тянется Чонгук, ведет языком от подбородка до ворота рубашки. — Нашей детке нужно много внимания, — хмыкает Чон, отрываясь от шеи брата.       Тэхен не успевает даже вскрикнуть, как оказывается прижатым лопатками к прохладным простыням. Свитер летит на пол, он чувствует четыре руки, скользящие по обнаженной коже, будто по оголенным нервам. Тэ с легкостью может отличить их, более грубые руки Чонгука, с нажимом проезжают по ребрам, цепляя большими пальцами возбужденные соски, мягкие — Джея, ласкают впалый живот, задерживаясь у кромки брюк. Ким нетерпеливо дергает задницей, намекая, что эту часть одежды тоже можно снять. Старший усмехается, медленно тянет пояс брюк, с нажимом проходит по возбужденной плоти, заставляя Тэхена проскулить что-то нечленораздельное. — Такой нетерпеливый, кроха, — Чонгук сжимает пальцами сосок, опускаясь ниже обхватывает второй губами. Тэхену хорошо, что даже плохо. Слишком много рук для него, слишком много ощущений. Без возможности сосредоточиться на ком то одном, они сводят его с ума. Медленно, размеренно.       Горячее дыхание внизу живота заставляет выгнуться сильнее. Джей касается языком ткани боксеров, там, где налитая кровью головка чуть показывается из-за кромки. Спускает их ниже, не снимая до конца и обхватывает член плотным кольцом пальцев. — Постонешь для папочек, маленькая шлюшка?       Тэхен готов на все, что угодно. Лишь бы чувствовать их прикосновения к своему телу. Только бы его никогда не отпускали. Стоны переходят в просящий скулеж, когда его член оказывается зажат влажными губами мужа. Джей издевается, нарочито медленно скользит вниз, пока головка не упирается в горло, проходя глубже. Чонгук сцеловывает очередной всхлип младшего. — Я хочу твой ротик, детка. Сделаешь мне приятно?       Ким кивает, с готовностью высовывая язык, блестящий от слюны. Смотрит, как Чон стягивает с себя брюки вместе с трусами, отпинывая их куда-то за пределы кровати. На стоящий колом член ложится татуированная ладонь и Тэхену это кажется таким идеальным. Парень цепляет пальцами чужое бедро, двигая мужчину ближе и лижет, обводя головку языком по кругу. Чонгук шипит, упирается рукой выше Тэхеновской головы, чтобы не потерять равновесие. Новый стон срывается с губ младшего, когда Джей полностью насаживается горлом на член, утыкаясь носом в гладкую кожу на лобке. Чон нетерпеливо дергает бедрами и младший обводит языком выступившие на его члене вены, тут же беря в рот наполовину. Головка проезжается по нёбу и Чонгук сжимает пальцами простынь, шипя сквозь зубы. Смотрит сверху вниз и без слов понимает взгляд Тэхена. — Хочешь, чтобы я сам? — шепчет, но Тэхен прекрасно слышит, тут же прикрывая глаза в ответ, давая понять что да, хочет. — Детке так нравится, когда папочка трахает его сладкий ротик.       Гук двигается медленно, входит почти до конца и задерживается на пару секунд, затем выходя из горячего рта, позволяя Тэхену сделать вдох. Толкается вновь, чуствуя чужие губы у основания и коротким движением проходит глубже, рыча когда член полностью скрывается между блестящих от слюны губ. Ким стонет, то ли от ощущения члена в собственной глотке, то ли от пальцев Джея, что скользят ниже, поглаживая колечко мышц. Он не в том состоянии, чтобы разобрать от чего крышу сносит больше. Чонгук, сжав зубы от проходящей по члену вибрации от Тэхенова стона, перехватывается рукой за спинку кровати, продолжает медленно двигаться. Он не вытаскивает член сильно, лишь немного, снова толкаясь внутрь. Стирает пальцами выступившие на глазах младшего слезы. — Такой красивый малыш, ты так потрясающе смотришься с членом в своем милом ротике, так хорошо делаешь папочке, — наблюдает за краснеющими на глазах щеками Тэхена, что вновь стонет, когда Джей смазывает его дырочку лубрикантом, просовывая один палец. Чонгук продолжает медленно доводить Тэхена до сумасшествия, плавно толкаясь еще и еще. — Хочешь подышать, маленький? — Больше издеваясь, чем предлогая. Хмыкает, когда Тэ отрицаельно качает головой, сам насаживаясь на член глубже. Высовывает язык, мажет по поджатым яичкам, заставляя Чонгука зашипеть сквозь зубы. — Маленькая, мазохистская сучка. Я так люблю тебя такого. — Ты всегда признаешься ему в любви во время горлового, — ехидничает Джей, продолжая аккуратно растягивать мужа. — Я бы и тебе признался, если бы ты так же охуенно отсасывал, — парирует Чонгук, тут же жалея что вообще открыл рот, потому что для старшего это звучит как вызов. Тэхен закашливается, когда член резко вытаскивают из горла и пытается отдышаться, витирая ребром ладони слюну. Джей подминает смеющегося Чона под себя, фиксируя руки брата над головой одной своей. — Тэ, займешь его болтливый рот, а то он никогда не заткнется, — просит старший. Тэ кивает, просит только перевернуть Чонгука со спины. Ложиться перед ним, раздвигая в стороны длинные ноги и дергает бровью. — Папочка вылижет своего детку?       Чон кивает, расфокусированным взглядом скользит по бедру и решает что на нем точно не хватает засосов. Целует, кусает нежную кожу, заставляя Тэ откинуться на подушки и выгнуться навстречу, раскрываясь сильнее. Запах малинового лубриканта забивает нос, Чон ведет языком от яичек ниже, обводит края дырочки чтобы через мгновение просунуть язык внутрь. Джей уже неплохо растянул его и язык скользит легко, вылизывая мягкие стеночки. — Блять, Джей, — стонет Гук, чувствуя чужой язык на своей заднице и руки пережимающие член у основания. Старший молчит, продолжая вылизывать сжимающуюся дырку. Чонгук жмурится от накатывающих ощущений и вновь наклоняется к Тэ. Младший жмет руками края подушки, перебирает ногами по простыни, когда Чон толкается языком глубже, добавляя к нему палец. Растягивает анус чуть вниз, мажет языком обводя края, вновь погружаясь внутрь. — Черт, я так люблю вас двоих, вы бы только знали. — Путь к сердцу Чонгука лежит через член и задницу, — язвит Джей, оставляя смачный засос на ягодице брата. Пока второй продолжает с упоением вылизывать младшего. — Я хочу вас…вас двоих, — Тэхён выгибается на подушках, красиво выстанывая последнее слово, как раз в тот момент, когда его накрывает первым оргазмом. Чонгук невероятно вовремя попадает пальцами по простате, доводя младшего до иступленного скулежа.       Мужчины укладываются по сторонам от Кима, сгребая того в объятия. Тэ лениво водит руками по их телам, очерчивая пальцами кубики пресса. Когда Джей успел раздеться он не помнит, да и важно ли? Обхватывает длинными пальцами оба члена, медленно опуская ниже нежную кожицу, трет большими пальцами по головкам. Чоны шипят, одновременно, и Тэхену нравится. Ему чертовски нравится всё, что с ним происходит, и то, что у него двое мужчин нравится тоже. — Тэхёни, детка, ты уверен? — Джей заставляет мужа повернуться к себе. Подернутые пеленой возбуждения глаза расфокусировано смотрят в ответ, — мы говорили об этом, но ты сказал, что боишься. Мы не хотим принуждать тебя, кроха. — Сейчас не боюсь, — шепчет Тэ, вовлекая старшего в ленивый поцелуй, пока Чонгук осторожно прикусывает нежную кожу на ключице, — вы же не сделаете больно своей детке? — Никогда, сладкий, — Чонгук шепчет прямо в ушко, оставляя россыпь мурашек. Гладит узкие плечи, притягивая ближе. — Если захочешь остановиться, просто скажи, договорились? И мы сразу прекратим. Не забывай, твоё удовольствие и комфорт это самое важное. — Знаю. — Чоны не видят, но точно знают, что Тэ сейчас улыбается. Заласканный и расслабленный между двумя горячими телами.       Братья коротко переглядываются, понимать друг друга без слов давно стало проще простого. Джей кивает, и тянет Тэхена на себя, укладывая того спиной на свою грудь. Чон протягивает ему пузырёк смазки. Разогретая в пальцах старшего, она приятно ощущается на коже и Ким тихонько скулит от предвкушения. Он давно этого хотел, но боялся даже представить. Сейчас, кажется все страхи отступили. Доверяет ли он Чонам? На все существующие в мире проценты. Тэхён вздрагивает, когда залитые смазкой пальцы давят на дырочку, проникая внутрь. Он насчитал три. Джей не останавливается, добавляет четвёртый, растягивая сильнее. Причинить боль любимому он не хочет ни в каком варианте. — П-папочка, я уже могу принять тебя, пожалуйста, — хнычет Тэ, ерзая задницей. — Уверен? Кроха, я хочу это услышать. — Я уверен, — Тэхён выгибается сильнее, когда пальцы находят простату и массируют комочек нервов, сбивая с мыслей. — Я так хочу члены папочек в своей попке, п-пожалуйста… Джей, Чони… Прошу.       Старший чуть приподнимает податливое тело мужа, приставляя головку к входу. Медленно натягивает Тэхена на свой член, вполне легко благодаря хорошей растяжке. Ким не чувствует дискомфорта, лишь приятное чувство заполненности. Он теряется в ощущениях, хочет большего, хочет чувствовать их обоих внутри. — Тише, тише детка, всё хорошо, — шепчет Чонгук, когда Тэ дёргается от неожиданности. — Я растяну тебя ещё немного, позволишь?       Ким кивает и Гук вновь наклоняется ближе, гладит пальцами растянутую вокруг члена Джея кожу, добавляет больше смазки и проталкивает один внутрь. Тэхён хнычет, откидывая голову на плечо Джея, тот стонет от увеличившегося давления и прикусывает открытую шею мужа, тут же проходя языком по пострадавшему месту. — Если я умру, то только от секса с вами, — тянет старший, чувствуя второй палец Чонгука скользящий по его члену внутри Тэхена. Чон растягивает медленно, будто проверяя Джея на выдержку, а тому дико сорваться хочется, начать двигаться, вышибая из мужа стоны удовольствия. Терпит. Боится даже дышать, чтоб не принести дискомфорт. Пальцы исчезают и он чувствует, как Чонгук нависает над ними, удобнее устраиваясь между ног. — Тэхени, если будет больно, сразу скажи.       Ким кивает и чувствует себя китайским болванчиком. Очень ненасытным китайским болванчиком, готовым орать о необходимости второго члена в его заднице. Он уже хочет снова попросить об этом, но слова застревают в глотке и Тэ захлебывается собственным стоном, чувствуя давление внизу. Чонгук осторожен как никогда, ни одного резкого движения, что дико контрастирует с обычным его поведением во время секса. И Тэхен благодарен за эту заботу. Войдя лишь на несколько сантиметров Гук замирает, дышит тяжело, Тэ наблюдает за каплей пота стекающей по виску. Вопросительный взгляд вызывает улыбку и тот кивает, позволяя продолжать. Боли он не чувствует, только сильное давление внутри, будто электрическим разрядом проходящее по нежным стеночкам. Чон двигается глубже, чуть выходит, добавляет больше смазки и под громкий стон всех троих входит до конца. Тэхен хватает ртом воздух, царапает короткими ноготками спину Чонгука и стонет так сладко, что братьям кажется они никогда не слышали ничего прекраснее. Чоны рычат, вновь в один голос, привыкая к новым для них ощущениям. С Тэхеном все по новому. И желание доставлять удовольствие, а не получать, тоже. Джей нежно выцеловывает шею младшего, прося расслабиться и Тэ слушается, хватка на плечах Чонгука слабеет. Старший двигается первым, совсем немного, на пробу и по стонам мужа понимает, что ему нравится. Чонгук ловит ритм брата, осторожно выходит на половину и вновь входит до основания.       Тэхена распирает от ощущений и чувств, два члена внутри него скользят так правильно, каждым движением подводя к пику наслаждения. Ему хочется кричать о том, как ему хорошо, но получается только скулить вновь и вновь облизывая губы. Чонгук наклоняется ближе, не меняя темпа и целует, так необходимо нежно. Сплетая свой язык с чужим. Проходится по ряду зубов и рычит, когда Ким прикусывает нижнюю губу слегка оттягивая. — Господи, какой ты узкий, кроха.       Джей гладит пальцами по груди, задевая стоящие горошины сосков, усиливая ощущения и без того находящегося на грани мужа. Он готов упиваться этими стонами бесконечно, ведь Тэхен буквально создан для того чтобы получать удовольствие. Никак иначе. Старший оставляет расцветающие засосы на шее любимого, не пропуская и миллиметра. Тому вновь придется носить свитера с высоким горлом, но никого это сейчас не беспокоит. Еще пара толчков и Тэхен стонет протяжно, изливаясь на свой живот, даже ни разу не прикоснувшись к себе. Чоны считают это своей маленькой победой. Гук кончает следом, не выходя из парня, Джей догоняет через пару фрикций.       Тэхен не уверен что находится в сознании, потому что никогда еще не чувствовал такого летяще-расслабленного состояния. Двигаться нет ни малейшего желания, это просто кажется невозможным. Чонгук выходит первым, осторожно приподнимает младшего за бедра, помогая Джею, чтобы бережно уложить Тэ на простынь. Джей тянется за упаковкой влажных салфеток, бережно убирая следы спермы с живота любимого, попутно оставляя новые и новые поцелуи на медовой коже. — Детка, ты такой невероятный, — Чонгук ложится рядом, позволяя Киму положить голову себе на грудь. — Ты даже не представляешь, какой ты восхитительный. — У меня есть два прекрасных примера, — улыбается Тэхен и тянется за очередным поцелуем. — Малыш, твоя попка будет болеть, — Джей свешивается с кровати к тумбочке, выуживая из нее заживляющую мазь, — ты не против? Позволь нам позаботиться о тебе. — Я позволю вам все, папочки, — Тэ закусывает губу, когда прохладная мазь касается припухшей дырочки. И точно понимает что ни о чем не жалеет. Кроме… — как думаете, я сильно обидел Чимина? — Нет, вы посмотрите на него, — хохочет Чонгук, — его только что трахнули два мужика, а он думает о Чимине. АЙ! — Чон Чонгук! — возмущенно сопит Тэхен, потирая ноющее отудара запястье, — я просто переживаю… — Не думаю, что стоит переживать об этом, — Джей убирает мазь и двигается ближе, укладываясь с противоположной стороны. Бережно перебирает пряди пшеничных волос, убаюкивая, — Чимин показался мне хорошим парнем. Просто напиши ему завтра, предложи погулять или посидеть в кафе. — Думаешь он согласится? — Пока не попробуешь не узнаешь, кроха. Тебе нужно отдохнуть.       Тэхен засыпает практически сразу, комфортно устроившись в руках любимых мужчин. Они никогда не дадут его в обиду, он убеждался в этом бесконечное количество раз. Обжигаясь в прошлом и имея огромные проблемы с доверием, они трое были будто созданы друг для друга. Тэхен, что постепенно смягчал характеры Чонов своей нежностью, и братья, заставляющие своего детку показывать зубки. Разве может быть трио идеальнее? Тэхен тоже уверен, что нет.