Спайк - истребитель вампиров

Упрекать во всём Спайка было бы просто. Это ведь он её спровоцировал. И на первый укус и на... то, что предшествовало второму. Он старательно соблазнял её весь день: словами, улыбкой, взглядом, прикосновениями. Любой другой на его месте испугался бы за свою жизнь и старался бы после нападения Баффи держаться от неё подальше, а Спайк нагло заявился к ней в душ. Он понимал, какие чувства будила его кровь. И вместо того чтобы проявить благородство, воспользовался ситуацией. И вчера Спайк тоже её спровоцировал? И несколько дней назад в "Бронзе", когда она его поцеловала? И до этого? Баффи прекрасно знала, что Спайк влюблён в неё. И неважно, какой смысл мог вкладывать в слово "любовь" бездушный демон. Когда-то его неожиданно проснувшиеся чувства пугали её, но позже это стало казаться даже лестным. Наверное, любой девушке было бы приятно осознавать, что она для кого-то значит так много, что он готов ради неё рискнуть жизнью, переступить через себя и честно исполнить последнюю волю. Баффи огляделась по сторонам. Сумка с её вещами осталась наверху. Джинсы и футболка, перепачканная кровью, валялись в душе. И её Баффи точно не собиралась больше надевать. Никогда. Она могла бы открыть шкаф и взять что-то из одежды Спайка, но он бы непременно увидел в этом нечто большее. Оставалось только полотенце или же простыня. Баффи выбрала последнее. Закутавшись так, чтобы ткань прикрывала всё необходимое и не мешала передвигаться, она поднялась наверх. Спайк сидел на диване с бутылкой в руке и сверлил Баффи недовольным взглядом. - Я тебя не виню, - сообщила она. Баффи не знала, какой реакции ждала на это признание, но уж точно не думала, что он молча отвернётся. Хотел услышать что-то другое? Что-то большее? Нет, извиняться перед ним она точно не собиралась. - Я виню себя. Спайк вздохнул, немного подвинулся вправо, освобождая Баффи место рядом с собой на диване, и протянул ей бутылку. Она покачала головой, отказываясь не только от виски, но и от его не слишком вежливого предложения присесть. Баффи сказала, что хотела, и теперь собиралась вернуться вниз. - Вампиры обычно довольно устойчивы к алкоголю. Спайк по-своему проинтерпретировал её ответ. - А истребительницы - нет, - напомнила Баффи на всякий случай. - Все истребительницы? - заинтересовался Спайк. Или, скорее даже, забеспокоился? - Не знаю. Я никогда не задумывалась. Стоит задать этот вопрос Джайлзу. - Отлично, - усмехнулся Спайк. - Завтра же позвоню ему, попрошу отложить поиски решения для нашей проблемы и собрать статистику по отношению истребительниц к алкоголю. Если, конечно, сам к этому моменту не выясню. Он сделал ещё один глоток. Баффи задумчиво посмотрела на свободный край дивана. И села. А когда Спайк снова жестом предложил ей виски, - взяла. После всего, что произошло за последние сутки, о брезгливости было думать поздно. Баффи сделала глоток прямо из горла и вернула бутылку Спайку. Вкус показался ей вовсе не таким ужасным, как в прошлый раз. - Не бойся, я не стану приставать к тебе, когда напьюсь, - пообещал он. - Я не боюсь тебя, - ответила Баффи. - Боюсь себя. - Если ты начнёшь приставать ко мне, буду только рад. - В этом и проблема, Спайк. Ты хочешь этого, а я нет. Он закатил глаза и снова отвернулся. - Ты был прав, - Баффи сама не знала, зачем пытается объяснить ему это. - Со мной что-то не так. Я вернулась неправильной. Это не я. Я не получаю удовольствия, причиняя боль другим. Я не бью парней, которые мне нравятся. - Я всё-таки тебе нравлюсь? - усмехнулся Спайк. Конечно, он слышал только то, что хотел. - Я не такая, как ты. Боль никогда не ассоциировалась для меня с удовольствием. Ни чужая, ни моя собственная. Спайк поднял бутылку, поднёс её к глазам, взболтал виски, разглядывая, как тот переливается на дне. - Может быть, тебе всё же поговорить с Рупертом? - спросил он задумчиво. - Об истребительницах и опьянении? - уточнила она сердито. Баффи раскрывала перед ним душу, - непонятно зачем, - а Спайк витал где-то в своих мыслях. Ему было абсолютно наплевать на то, что с ней, что её мучает. - О том, что с тобой происходит, - Спайк наконец посмотрел ей в глаза. - Если это тебя так гнетёт. Вот оно что. Он всё-таки слушал, и решил, что не собирается в это вникать. Чего Баффи, собственно, ждала? - Отлично, не буду тебя утомлять, - она не сумела скрыть обиду в голосе. Баффи начала подниматься, но Спайк схватил её за руку, останавливая. - Я не слишком разбираюсь в человеческой психологии, но в последнее время от скуки пересмотрел кучу сериалов. В одном из них героиня была недовольна своей жизнью и работой, но не решалась открыто высказать свои претензии начальнику, коллегам, бывшему мужу. Она приходила домой, срывалась на детях, а потом закрывалась в ванной, брала бритву и резала себя. - И при чём тут это? Не вижу никакой связи. Спайк кривовато улыбнулся. - Ты злишься, Баффи. На себя и... на весь мир. Ей показалось, что он хотел закончить это предложение как-то иначе, но не решился. - Я знаю два прекрасных способа выпустить пар и снять напряжение, которые мне всегда помогали: хорошая драка и отличный секс. Но если тебе они не подходят, значит, нужно найти что-то другое. Уверен, Руперт сможет с этим разобраться. Вряд ли ты единственная истребительница, столкнувшаяся с чем-то подобным. - Думаешь, кого-то воскрешали и до меня? - уточнила Баффи с сомнением. - Не исключено, но ты прекрасно поняла, что я говорил о другом. О злости на... весь мир? О злости на друзей. На их несправедливое вмешательство в её судьбу. - Джайлз считает, что мне пора самой разбираться с собственными проблемами, - напомнила она. - Иногда Руперт ведёт себя как полный идиот, - возразил Спайк. - Но прямо сейчас-то он помогает. Баффи не представляла, как объяснить Джайлзу всё то, что с ней случилось. Особенно по телефону. Если бы они ещё могли поговорить с глазу на глаз. - А если он прав? И я должна справиться сама? Спайк выглядел так, словно собирался с ней поспорить, но вдруг кивнул: - Значит, справишься. Ты самая сильная женщина из всех, кого я знал. Баффи посмотрела на него недоверчиво. - Я не имею в виду физическую силу. Я говорю о силе духа. Ты всегда добиваешься всего, что хочешь. И в этот раз сможешь. - Я хочу перестать быть таким человеком. Она боялась, что Спайк уточнит, каким, что придётся объяснять всё заново. - Значит, не будешь. Как бы странно это ни звучало, он всё-таки понимал её. Спайк придвинулся ближе, подождал, будто проверяя её реакцию, и окончательно преодолел разделяющие их дюймы, чтобы осторожно обнять Баффи. Она закрыла глаза и позволила себе согреться в его руках, окутанная его запахом под успокаивающий ритм его сердца. Они сидели так долго, Баффи даже подумала, что Спайк задремал, пока не услышала его тяжёлый вздох. Она слегка повернула голову, коснулась губами его плеча, шеи. Ещё раз. Сердце Спайка забилось сильнее, дыхание участилось. Нет, это была плохая идея. Неудачное место. Баффи переместила губы выше к его подбородку, щеке. - Я всё-таки хочу, - шепнула ему на ухо. - Меня? - спросил он прямо. Слишком прямо. Нет, в этом Баффи не готова была признаться даже себе. И уж точно не ему. - Нежности. Спайк громко усмехнулся и повернул голову, чтобы их губы встретились. Она прервала поцелуй, когда тот стал слишком страстным и голодным. Спайк тут же сосредоточился на развязывании узла на простыне. Баффи вглядывалась в его серьёзное лицо, пытаясь решить, куда деть руки. Она отчего-то начинала нервничать. Странно, забавно и глупо после всего, что было между ними. Спайк будто почувствовал это, поцеловал её снова, стараясь отвлечь и успокоить. Тело сориентировалось само, и ладони отыскали удобное положение: одна на его спине, вторая на затылке. Он наконец-то разобрался с узлом и принялся помогать Баффи выпутаться из простыни. Не спеша, лаская её: то поглаживая, то легонько сжимая грудь, мягко ведя руками вдоль боков, круговыми движениями словно пытался погрузить её в своеобразный транс, убедить окончательно расслабиться и отпустить сомнения. У Спайка почти получилось, но когда он осторожно подтолкнул её, заставляя опуститься спиной на диван, у Баффи вырвалось: - Я могла убить тебя сегодня. Она сама не поняла, зачем заговорила об этом и почему произнесла это так, словно укоряла его. В том, что не получилось? В том, что допустил? - Не могла, - ответил Спайк убеждённо. - Я могла убить тебя ещё вчера, - она продолжала настаивать. Пыталась воззвать к его инстинкту самосохранения? Кажется, было уже поздно. - Нет, не могла. Спайк заботливо убрал волосы с её лица и не пожалел времени на то, чтобы погладить Баффи по щеке. Он слишком сильно верил в себя или всё же в неё? Жаль, что сама Баффи не могла бы похвастаться тем же. Спайку пришлось встать, чтобы избавился от джинсов, но он тут же снова навис над Баффи, опираясь одним коленом в диван. Он поднял её ногу, проложил дорожку поцелуев вдоль голени до лодыжки, и закинул себе на плечо, вторую настойчиво отвёл в сторону. Баффи зажмурилась, прикусила губу, ожидая. Она, кажется, боялась. Того, что Спайк сейчас рассмеётся, скажет, что шутка затянулась и, если Баффи хочется нежности, то ей стоит пойти и поискать кого-нибудь другого. А, может, не боялась, а надеялась? Потому что сама боролась с желанием наброситься на него и не была уверена, что сдержится. Спайк как будто застыл, тоже чего-то ждал. Пришлось открыть глаза. Он смотрел на неё так, словно правда знал, что такое любовь. Словно правда любил. Она отвернулась, не выдержала этот взгляд. Спайк воспринял это как сигнал. Баффи казалось, что внутри и так всё горит в мучительном предвкушении. Как же она ошибалась. Горела не она, а Спайк. Жар проникал в неё дюйм за дюймом, согревая изнутри, вызывая ощущение невероятной наполненности и абсолютной правильности происходящего. Если это не было эйфорией, то, как минимум, сладким блаженством. На какой-то миг всё остальное - вообще всё - стало неважно. Баффи взглянула на Спайка снова, но на этот раз уже его глаза были закрыты, видимо, от наслаждения. Ей захотелось протянуть руку, чтобы дотронуться до него, и Баффи прижала ладонь к его животу. Спайк распахнул глаза удивлённо и начал выскальзывать, отдаляясь, так что его кожи уже касались только её пальцы, потом лишь самые кончики и наконец ноготь среднего. Не прерывая зрительный контакт, он снова подался вперёд, полностью прильнув к её ладони. И повторил всё заново. И ещё раз. Баффи показалось, что всё это как-то вдруг стало... чересчур. Чересчур интенсивным, значительным, интимным в каком-то особом смысле. Она отдёрнула руку, запрокинула голову, уставившись в потолок. - Баффи, - позвал Спайк, и она будто загипнотизированная вновь впилась в него взглядом. - Нежно - не обязательно медленно. Правда? Он увеличил темп. Значительно увеличил, но всё ещё двигался довольно плавно. Никогда Баффи не считала щиколотку своей эрогенной зоной, но то как Спайк гладил её ногу: ласково и ритмично, отчего-то завораживало и усиливало удовольствие. Он вдруг отпустил её лодыжку, и нога соскользнула с его плеча. Спинка дивана, однако, оказалась не менее удобной опорой. Спайк наклонился, и Баффи сама подалась вперёд, навстречу его губам. Обняла, или скорее, ухватилась за него, стараясь притянуть ещё ближе. - Скажи, что ты тоже это чувствуешь, - попросил Спайк. Баффи не могла. Потому что не знала, что именно "это" и почему "тоже". Но боялась, что правда чувствует. - Давай не будем разговаривать, - предложила она. Он отстранился, посмотрел недовольно. - Почему? Спайк наверняка подумал о желании представить на его месте кого-то другого. Догадывался, что Баффи мечтала об этом каждый раз? У неё не получалось тогда. А сейчас не стоило и пытаться - Чтобы не сморозить глупость, которая всё испортит. Объяснение вряд ли устроило Спайка, он ещё больше нахмурился. - Пожалуйста. Это его подкупило. - Хорошо, - решил он, но Баффи рано обрадовалась, потому что Спайк продолжил: - Только пообещал мне сначала, что ты не станешь утром винить во всём мою кровь или виски. Он просил, в сущности, самую малость. Или всё-таки очень много? Может быть, это и была та самая глупость, которая уже всё испортила? Баффи попыталась схитрить, отвлечь Спайка новым поцелуем, но он увернулся. Упрямый. - Не стану, если ты обещаешь молчать. - Уже молчу, - заверил Спайк. - Всё ещё нет, - Баффи хотелось произнести это с укором, но она невольно улыбнулась. Кажется, его нежность оказалась заразной. Баффи теперь сама немилосердно нарушала свои же условиям. - Наверное, тебе следует занять чем-то рот, Спайк. Он воспринял это как призыв поменять позу, накрыть её тело своим, чтобы стало удобнее покрывать поцелуями кожу. Невыразимо нежно, но при этом обжигающе страстно. Несколько раз он забывался, шептал её имя или выдыхал короткие ругательства, но с такой интонацией, что не было сомнений: они значило то же самое, что и "О, Боже" вырвавшееся у Баффи. Никаких вопросов Спайк больше не задавал и не произносил нежеланных признаний. Впрочем, даже они уже, наверное, не смогли бы сбить настрой, настолько безрассудно и всецело Баффи отдалась ощущениям. В какой-то момент нежность всё же уступила место неистовому исступлению. Оба были слишком страстными натурами, чтобы до самого финала довольствоваться мучительной неторопливостью. Но насколько же восхитительным и неистовым был сам финал… Баффи знала, что об этой ночи она точно не станет жалеть. Или, наоборот, начнёт жалеть очень сильно? Потому что забыть её будет невероятно трудно. Они ещё долго лежали, обнявшись. Шевелиться абсолютно не хотелось. Не хотелось возвращаться в реальность из фантазии. Но это было необходимо. - Кому-то из нас нужно пойти вниз. Уиллоу придёт утром, - напомнила Баффи ему и себе. Спайк промычал что-то сонно. Притворялся или правда почти полностью отключился? Благородного поступка от него ждать не следовало. Кто бы сомневался. Баффи довольно небрежно откинула его руку, встала, завернулась в свою простыню и только после этого оглянулась. Спайк действительно спал, беззаботно раскинув руки. - Надень джинсы. - Угу. Он даже не пошевелился. Баффи представила, в каком шоке и смущении будет Уиллоу, когда утром войдёт в склеп и обнаружит на диване совершенно голого Спайка. Нужно было его растрясти и заставить одеться. Она уже протянула руку к его плечу, но передумала в последний момент. Баффи снова скинула простыню, чтобы накрыть ею Спайка, затем подхватила сумку и поспешила к лестнице.