Дедушка Дуку

      Квай-Гона сейчас можно было охарактеризовать лишь одним словом: «беспокойный». На самом деле Дуку никогда не видел его таким; бывший ученик бегал по отведённой Оби-Вану квартире, переставляя вещи с места на место, проверял, насколько хорошо справились дроиды-уборщики, пару раз делал перестановку мебели. Кажется, он был меньше взволнован, когда взял Кеноби в падаваны, тогда всё обошлось лишь двойной генеральной уборкой и полной сменой мебели.       Наконец Джинн плюхнулся на диван рядом с бывшим учителем, осмотрел комнату с этого ракурса… и со стоном закрыл глаза. Граф Серенно тихо засмеялся.       – Мальчик сам расставит всё на свои места, – сказал он. – Хотя, думаю, он ничего менять не будет.       Квай-Гон приоткрыл один глаз.       – Почему это?       – Ты поставил всё почти так, как в вашей квартире. Это привычно, к тому же он равняется на тебя, ты же знаешь. Гораздо сложнее будет тебе.       Напоминать об этом не стоило, потому что Джинн в пятый раз за день принялся по-настоящему ныть о том, как теперь одиноко ему будет в своей квартире без падавана, как непривычно будет не чувствовать его сигнатуру в Силе рядом и не видеть смешно торчащую из-под одеяла пятку. Старый мастер всерьёз начал задумываться о том, чтобы попросить переселить Квай-Гона к себе, подальше от одиночества, хотя оптимальным вариантом было бы поселить их всех вчетвером – тогда ему было бы проще утаскивать Джинна от его посвящённого в рыцари падавана, чтобы все наконец могли спокойно поспать.       – О Сила, Квай, да что с тобой? – прервал поток каких-то описаний совместных вечеров граф. – Тебя просто распирало от гордости на церемонии посвящения, ты едва не лопнул от счастья, когда Оби-Ван вернулся со своей первой самостоятельной блестяще завершённой миссии, а теперь ты хнычешь о том, что наш орех стал ещё более взрослым?       – Ты знаешь о правиле «Будь готов отпустить ученика, когда придёт время»?       Дуку нерешительно кивнул.       – Так вот… чихал я на него! Я безумно рад, счастлив, горд – и далее по списку, – что мой ребёнок становится всё более независимым, но я сам слишком привязан к нему, чтобы вот так сразу отпустить все те спокойные и счастливые моменты. Ты же знаешь, что Оби-Ван всё это время продолжал жить в нашей квартире, хотя ему и отвели отдельную?       – Да-а-а, – вздохнул граф, потирая переносицу. – Вам нужно было следовать и этому правилу. Вы два мастера, а если бы кто-то из вас взял падавана внепланово?       Джинн поковырял носком сапога ковёр, сосредоточенно глядя на это действо.       – Что, так и произошло? – удивился Дуку.       – На самом деле… это я сказал ему, что он может спокойно брать себе падавана.       Граф Серенно промолчал в попытке сохранить своё достоинство. Будь он птицей, непременно издал бы просто великое множество разных звуков.       – А что? Ему уже тридцать, опыт есть, вполне подходящий возраст, чтобы начать обучать ребёнка.       – Я думал, Йода, – тихо признался старый мастер. Обычно это зелёный магистр подпихивал всех в нужном направлении, а тут сам Квай-Гон, которому так тяжело даётся переезд бывшего ученика.       Джинн почувствовал, что Оби-Ван повеселел. Видимо, теперь он уже официально стал учителем, значит, скоро придёт со своим падаваном. Ещё раз критически всё осмотрев, Квай-Гон отправился на кухню заваривать чай.       – О Сила, что мне делать? – раздалось оттуда спустя пятнадцать минут. Дуку аж подорвался с дивана и с удивительным проворством оказался в дверях. Джинн обернулся к нему и со страдальческим видом вопросил: – Каково это – быть дедушкой?       – Тьфу ты. Суету наводишь, – пробурчал граф. – Я так не нервничал, когда ты взял ореха в падаваны, а ты… Впрочем, нет, вру, ты был в ещё большей панике, чем сейчас, осознав всю степень ответственности за ребёнка и каждый его чих.       Бывший ученик пробормотал что-то невнятное.       – Это почти так же, как и быть отцом, просто тебе не нужно так пристально следить за одним ребёнком, вместо этого твоё внимание рассеяно на двоих, за младшего из которых отвечает старший, который главенствует в принятии решений относительно него… Просто будь готов помочь ему в любое время любых суток, Квай.       Как раз когда чай и кексы были перенесены на столик в гостиной, в двери вошли двое: мастер и падаван. Они сразу заметили двух старших джедаев и направились к ним.       – О, дорогой, это и есть твой падаван? – Джинн с интересом рассматривал темнокожую девочку человеческой расы, которая сделала традиционный приветственный поклон.       – Да, – кивнул Кеноби. – Её зовут Рева Севандер. Рева, это мой учитель Квай-Гон Джинн и его учитель граф Дуку.       Девочка снова поклонилась, смущённо глядя в пол, и Оби-Ван положил руку на её спину, чтобы успокоить, как когда-то делал его учитель для него.       – Кажется, я знаю, почему у вас наладилась связь, – хитро усмехнулся Дуку. Квай-Гон весело хмыкнул.       – Что-о-о? – с подозрением прищурился молодой учитель, а на его губах заиграла улыбка.       – Добро пожаловать в семью, Рева, – более не обращая на него внимание, граф Серенно улыбнулся его ученице и жестом показал на стол.       – Ой, тут такое дело… В общем, мы будем жить не здесь.       Старшие мастера уставились на Кеноби, затем Джинн обречённо осмотрел комнату, а Дуку сочувственно похлопал его по плечу.       – Пойдёмте. О, а кексы с чаем заберём с собой. Падаван, ты несёшь часть кексов, – Оби-Ван сразу распорядился и взял одну кружку и несколько кексов. – Показывай дорогу, – подмигнул он ученице.       Пока шли к новой квартире, граф пристроился к Севандер и расспрашивал её об увлечениях. Кеноби и Квай-Гон шли позади и разговаривали гораздо тише них.       – Первая девочка в нашей линии, возможно, за пару веков. Не страшно обучать другой пол?       – Ну, Гарена же взяла в падаваны мастер Клее, почему бы я не мог? Рева умная, думаю, мы справимся.       – Почему я думал, что ты возьмёшь Скайуокера?       – Вероятно, ты сам присматриваешься к нему? – усмехнулся Оби-Ван.       – Интересно, к кому ты тогда ломанёшься посреди ночи, если твой падаван заболеет?       – К магистру Йоде, – поддразнил бывшего учителя джедай. – Знаешь, я немного… в панике. Теперь я в ответе за неё. Я чувствую нашу связь, но пока не испытываю сильных чувств… Когда ты начал воспринимать меня как сына?       – Когда через неделю твоего падаванства тебе приснился кошмар, и я сидел рядом, успокаивая тебя. В тот момент, когда ты так доверчиво прижался ко мне и уснул прямо у меня на руках, я понял, что ты мой ребёнок, и я никому не позволю тебя обидеть.       – А если у меня через неделю не будет этого отцовского чувства?       – Не бойся, орешек. Дуку проникся ко мне только через два месяца, когда я на тренировке вывихнул лодыжку из-за Тал. У каждого по-разному, а иногда этого может и не быть вовсе, – Квай-Гон перевёл взгляд на всё ещё оживлённо болтающих графа Дуку и Реву. – Но я думаю, ты довольно скоро поймёшь, что у тебя есть дочь.       Новая квартира была большой, здесь вполне могли уместиться два мастера с падаванами. Сгрузив угощения на стол, джедаи стали осматриваться.       – Как ты только выпросил у Совета такую большую квартиру? – искренне изумился граф Серенно и проникся ещё большим уважением к грандпадавану.       – Просто я с ним не спорю, – ухмыльнулся Кеноби, намекая на достаточно частые споры между Советом и обоими старшими мастерами.       – А зачем тебе такие большие апартаменты? – поинтересовался Джинн.       – Всё просто: вы будете жить с нами. Оба.       Широкой счастливой улыбкой Оби-Вана можно было бы осветить всю большую гостиную.       – Вот и стал прадедушкой, – тихо хихикнул Дуку.