В последний раз

      — Это каторга, и я не хочу обременять себя такой участью, — я отвела взгляд в сторону, не в силах посмотреть на Ходжа. — Ты тоже мне небезразличен, но сам ведь понимаешь, что это не выход.       — Понимаю, что ты не готова, — я подняла голову, наблюдая за тем, как он приблизился ко мне. — Это… конец?       Смотрела на него, едва сдерживая рвущиеся слёзы. Я много думала о том, каким может стать наше будущее, и как бы сильны ни были наши чувства друг к другу, я не смогу выдержать эти долгие годы на расстоянии. И ему, и мне — нам обоим пришлось многое пережить. И пусть мы вместе преодолели большинство препятствий, этот шаг я сделать не смогу.       — Да, — прошептала я и выдавила из себя грустную улыбку. — Ты подарил мне сложную, но необходимую любовь. Но если так продолжится… Не факт, что я смогу обрести счастье.       — Я понимаю, — Ходж не смотрел на меня, но все эмоции, что сейчас отображались на его лице, что были видны лишь мне одной, делали ещё больнее.       Я не смогла сдержаться и сделала шаг навстречу, сокращая до миллиметров расстояние между нами. Мои руки обвились вокруг его шеи. Эти прощальные объятия… Я хотела отстраниться, как Ходж крепко прижал меня к себе, не давая сделать нормальный вдох. Я зажмурилась и закусила губу, чтобы не позволить ни капельке слёз скатиться по щекам. В душе скреблось неприятное чувство, а сердце не хотело биться. Я не хотела его терять, так надеялась на то, что наше счастье продлится еще долго, что я всегда смогу видеть его улыбку, подаренную лишь мне одной. Смогу держать за руку, чувствуя ответную поддержку. Думала, что смогу услышать те самые заветные три слова. Я так хотела быть с ним рядом, долго и счастливо, но эти повороты судьбы сами всё решили за нас, вынуждая поставить точку. С такими отношениями я точно не справлюсь.       Как бы я ни храбрилась и ни говорила раньше, что готова принять всю эту тьму, всю ту жизнь, которую он построил за эти годы — то, что сейчас стало с нами, что предстояло бы пережить — я не смогу. Больше не смогу.       — Прости меня, — прошептала я, случайно задевая губами кожу на его шее, отчего Ходж вздрогнул.       — Не смей извиняться, — уже не мой мужчина виновато улыбнулся и отстранился, удерживая одну ладонь на моём плече, другой касаясь щеки, — это я виноват, что так вышло.       Мы понимали, что стоило вернуться к остальным, нужно было отойти друг от друга на несколько шагов. Но продолжали смотреть глаза в глаза, прощаясь, пересиливая себя, чтобы отпустить. Я сдавленно выдохнула и привстала на носочки, потянувшись к его губам. Едва ощутимое касание, чтобы в последний раз почувствовать.       Но мы вцепились друг в друга так сильно, так крепко и отчаянно. Языки сплетались друг с другом, губы терзали другие в этом горьком поцелуе со привкусом безысходности, невысказанных чувств. Я задыхалась, сгорая заживо в его руках. Уже не обращала внимания на катившиеся по щекам слёзы, отдавая всю себя ему. В последний раз.       — Если мы продолжим, то я уже вряд ли смогу отпустить тебя когда-нибудь. Ты уверена, что хочешь принять такого человека, как я? Сложного, проблемного, закрытого…       — А ты готов? — я продолжала касаться пальцами его обнаженной груди. — Готов меня принять такую? Упрямую, безрассудную? Потому что я готова.       Он погладил меня по волосам, мягко улыбаясь в ответ на мои слова.       — Я не боюсь, Ходж. Я всегда буду рядом с тобой, — я потянула его к себе за шею, заставляя наклониться, чтобы подарить ему тот самый многообещающий поцелуй.       Не в силах больше справиться с переполнившей душу болью, я оттолкнула его от себя, отходя назад на пару шагов. Зажмурилась, чтобы не видеть то, что так хотела услышать от него все то время, которое мы были вместе. Смахнула слезы с щёк и запрокинула голову, выравнивая дыхание.       — Я не смогу к ним выйти, — прошептала я, часто моргая глазами, — лучше я уеду. Давай… Давай я всё расскажу им, когда вы с Леоном улетите?       — Я могу тебя отвезти, — хрипло произнёс Ходж, на что я лишь покачала головой и вновь посмотрела на него, выдавливая улыбку.       — Проведи оставшееся время рядом с братом, — я сжала руку в кулак, чтобы сдержать рвущееся желание коснуться его ещё раз.       Взяла свою сумку с кровати, мельком посмотрела в зеркало, удостоверившись, что выгляжу не так уж и плохо для той, что только что плакала. Взявшись за ручку на двери, опуская её вниз, я обернулась, в последний раз посмотрев на мужчину, которому я отдала своё сердце:       — Спасибо за все минуты счастья, что ты подарил мне. Я никогда их не забуду, — я вновь улыбнулась, запоминая каждую черту его лица. — Прощай, Ходж.

***

      — Заказать у стюардессы виски?       Я посмотрел на Леона, который прищурился и ожидал моего ответа. Лишь молча кивнул и вновь отвернулся к иллюминатору, отрешенно наблюдая за облаками, над которыми летел наш самолёт, отдаляя нас всё дальше от Америки. Мыслями я возвращался к ней — к той единственной, что за такие долгие годы смогла растопить тот лёд в моей душе.       Я боялся сближаться с Кэтрин, боялся причинить ей много боли, но в то же время мучился, когда сдерживался от того, чтобы не скрыть её от всего мира в своих объятиях. Хотел подарить ей целый мир, подарить бесконечное счастье. Просто хотел быть рядом с ней так долго, как только смог бы.       Поверил в то, что мы с ней и правда вместе сможем преодолеть все преграды и проблемы, стоявшие на нашем пути. Хотел наблюдать за её успехами в фигурном катании и дальше, восхищаться этой сильной девушкой.       Я не хотел отпускать её, но что я мог дать ей, кроме этих отношений на расстоянии в сложившейся ситуации? Редкие встречи и звонки, которые только сильнее бы разрывали нас в клочья от невозможности быть рядом постоянно.       — Что тебя тревожит, Бейкер? — спросил мой друг вновь, протягивая принесенный стюардессой тумблер с виски.       Я выпил залпом всё содержимое, совсем не ощущая вкуса. Опустив взгляд на пустой стакан в руке, сравнил его с собой, ощущая себя внутри опустошённым. Не хотел сейчас думать о том, как именно предстоит нам прожить эти годы вдали от дома, от близких. Я думал только о Кэтрин, всё ещё не осознавая того, что теперь наши пути с ней и правда разошлись.       Как бы ни было мне сейчас больно от принятого ей решения, я его понимал и понимал её саму. Хочу лишь одного — чтобы эта прекрасная девушка стала самой счастливой. Даже если это счастье принесёт ей другой мужчина, а не я.       Поморщившись от своих мыслей, я прикрыл глаза и прижался затылком к креслу. Мне нужно отпустить её, давая возможность жить нормальной жизнью и, может, забыть обо всём, что происходило между нами и связывало нас. В последний раз ещё вчера я ощущал и держал Кэтрин в своих объятиях, целовал губы, что не давали мне покоя.       Того, что прошло, уже не вернуть.

***

      Погрузившись в учебу в университете и фигурное катание, я совсем не замечала пролетающего мимо меня времени. День за днем, год за годом — всё стремительно менялось. Почти каждое соревнование мы с Тейтом забирали золотые медали, радуясь каждой победе. Я была счастлива вновь всю себя отдавать спорту, которым раньше я жила, дышала. Жизнь наладилась, и то темное прошлое, в омуте которого я погрязла, почти забылось.       За исключением людей, что внезапно появились в моей жизни так вовремя, благодаря которым я поднялась с колен и расправила плечи, вновь поверив в себя.       Именно сегодня мы с Тейтом заняли ещё одно первое место на региональном соревновании. Близкие мне Елена и Эндрю встретили нас со счастливыми улыбками. Мне было уютно находиться в его объятиях, в руках человека, что заменил мне отца и стал семьей.       — Мы договорились с ребятами встретиться в «Сириусе», — взяв Тейта под руку на выходе с ледовой арены заговорила я и улыбнулась, — ты ведь с нами?       — Отмечать очередную победу в таком кругу — уже традиция. Конечно, тебя сейчас подвезти?       Я кивнула и направилась следом за другом к его машине.       Моя жизнь и правда наладилась, и я бы могла сказать, что стала счастливой. Но моё сердце всё ещё было не на месте, хотя прошло достаточно времени для того, чтобы залечить все раны. Не могла или не хотела — не знаю, но я часто думала о нём.       Эти три года ни одного смс, ни одного звонка… Я ничего не получала от него, и не писала, не звонила сама. Я не спрашивала у Брайана о том, как сейчас жил Ходж. Друзья, в свою очередь, узнав о нашем разрыве прямо перед тем, как он улетел из Америки, больше ни-ког-да не упоминали Бейкера в моём присутствии.       Будто его никогда не существовало в моей жизни, но те считанные фотографии на смартфоне, которые я не смогла удалить, воспоминания о днях, что мы проводили с ним вместе — всё это напоминало мне каждый раз о том, как могла быть сурова жизнь. Ходж стал той самой гранью, через которую я так и не смогла переступить. Не смогла отпустить, не смогла попытаться начать новые отношения — спокойные, размеренные.       Моё сердце навсегда осталось в его спальне в их загородном доме, что теперь была постоянно заперта на ключ и никогда не открывалась. Несколько раз в месяц мои мысли неизменно возвращались к мужчине, что подарил мне счастье, пусть и на короткий миг. Дал почувствовать себя нужной, дал почувствовать себя важной. Любимой, пусть и молчаливо, лишь одним взглядом.       — Встретимся в клубе, — я подмигнула Тейту и отправилась в свою квартиру, которую стала снимать отдельно от Эндрю и Елены, которые скрепили свои отношения узами брака несколько лет назад.       Приняв душ и переодевшись, я задержалась взглядом в зеркале, рассматривая своё лицо. Хотелось бы вернуть то сияние собственных глаз, когда я смотрела на Ходжа. Вновь почувствовать всепоглощающие чувства хоть на мгновение. В последний раз.       Но нужно было лишь забыть то, что было, ведь сделанного не вернуть назад. Нужно было жить дальше, шагать уверенно вперед и улыбаться проблемам в лицо. Одной.       Доминик ожидал меня у входа, и, обменявшись объятиями, мы направились в вип-зону, которую Брайан любезно закрыл для посетителей, оставляя лишь для нашей компании.       — Привет, чемпионка, — я рассмеялась и утонула в объятиях Лиз и Брайана, подмигнув уже находившемуся тут Тейту.       Мы начали с легких напитков, по очереди делясь произошедшими событиями за несколько недель, что не виделись толком. Я с каким-то чувством ностальгии взглянула на барную стойку и кивнула, поймав улыбчивый взгляд Юджина. Я уволилась из клуба сразу после того, как Ходж и Леон были вынуждены покинуть нас. Но с помощью каких-то связей, которые мне так и не удалось узнать, Дом помог найти не менее стоящую работу с подходящим графиком для того, чтобы не жертвовать учёбой в университете.       — Простите, я выйду на балкон: нужно ответить, — увидев звонок от куратора, я поднялась с дивана и скрылась за стеклянной дверью.       Выслушав, что нужно было внести как можно скорее изменения в курсовой работе, я ещё недолго проговорила с преподавателем. Отключившись, сжала в ладонях перила и взглянула на чистое небо, усыпанное редкими звездами. Теплый осенний ветер обдувал лицо, заставляя улыбаться.       Постояв еще несколько минут, я вернулась обратно, параллельно отвечая на сообщение в чате с одногруппниками.       — Простите, возможно, мне придется пораньше уйти… — заговорила я, поднимая голову, но резко замолчала.       Я застыла, будто статуя, на одном месте. Музыка, что играла в вип-зале, стала для меня едва слышной, словно меня оглушили, словно я потеряла слух в один момент. Неужели прошло уже так много времени, так быстро? Упавший на пол телефон заставил меня вздрогнуть и опустить взгляд.       Будто на автомате я опустилась, поднимая смартфон в руку, осматривая его со всех сторон. Мысли спутались, а слова совсем потерялись. Я не знала, что сказать так неожиданно появившемуся здесь человеку, что стоял напротив меня. Будто в одну секунду забыла, как вообще разговаривают.       — Здравствуй, Кэтрин.       Я ошеломленно уставилась на протянутую мужскую руку, за которую машинально схватилась, поднимаясь на ноги. Наши глаза встретились друг с другом. И будто не было этих лет, не было этой неизвестности. Я смотрела на Ходжа, одновременно узнавая этого мужчину, но в то же время — нет. Жадно всматривалась в черты его лица, совсем не изменившихся. Моя рука всё также продолжала держать его ладонь, но Бейкер слабо улыбнулся мне и отстранился, освобождаясь от моей хватки.       Я растерянно посмотрела на свою руку, будто потеряла что-то ценное. Пробежавшая по моему телу дрожь вынудила меня опуститься на диван рядом с Лиз и прошептать в ответ Ходжу лишь обычное «здравствуй». Сделав хороший глоток крепкого алкоголя из стакана подруги, я, как и остальные, всё внимание обратила на внезапно появившегося мужчину.       Он счастливо улыбался, обнимаясь с Брайаном за плечи, рассказывал о том, как их дела с Леоном пошли в гору. Рассказал о том, что они приняли решение покончить с нелегальными делами, совместно открыв новую сеть автосалонов, чем раньше и занимался Макграт.       Я не смогла сдержать улыбку, искренне радуясь за то, что жизнь Ходжа наладилась. Глушила эту тянущую и неприятную боль в грудной клетке, продолжала улыбаться и изредка сталкиваться с ним взглядами. Но чем дольше я на него смотрела, тем больше мне хотелось задохнуться. Хватило лишь одного взгляда на мужчину, которого я так и не перестала любить, чтобы укутанные толстым слоем пыли чувства выбрались наружу.       — Я выйду снова на балкон: мне нехорошо, — прошептала я на ухо Лиз, коснувшись её руки, и постаралась незаметно для остальных уйти из вип-зала.       Второй раз за этот вечер я оказалась здесь, но теперь посмотрела на это место другим взглядом. Именно здесь я неслучайно встретила Ходжа, придя в клуб с Лиз. Именно здесь я столько раз оказывалась укутанная в его пиджак и горячие объятия. Здесь мы открывали друг другу души, делились своими сомнениями и переживаниями.       Вцепившись в перила, я опустила голову, зажмурившись. Безумная тоска не давала дышать нормально, так и хотелось ногтями растерзать свою грудную клетку, чтобы избавиться от чувств вины и подавленности. Если бы сейчас кто-то спросил меня о том, смогла бы я пережить эти тяжелые годы рядом с Ходжем, не принимая того решения за нас двоих, то всё равно не ответила бы.       — Ты можешь простудиться.       На мои плечи упала тяжелая ткань, окутывая таким знакомым ароматом парфюма, который я не удержалась и жадно вдохнула. Выпрямилась и медленно развернулась лицом к Ходжу, что остановился напротив меня, почти не моргая, рассматривая моё лицо.       — Я рада, что твоя жизнь наладилась, — попыталась улыбнуться, но чувство неловкости и горечь не отпускали меня из своего плена.       — Ты обрела то счастье, что пыталась найти? — спросил он меня, не меняя спокойного выражения лица, лишь глаза еще пронзительнее смотрели на меня.       — В какой-то степени, — я пожала плечами, не находя других слов.       Мы замолчали, и я отвела взгляд в сторону. Слишком больно было вновь смотреть на него, все еще хорошо помня о том, как я ранила нас обоих принятым мною решением. Открыла рот, порываясь извиниться, но ни слова не произнесла.       — Все эти годы я часто вспоминал тебя, — я резко подняла голову, удивленная его словами. — Много думал о том, могло ли всё сложиться у нас по-другому? — Ходж хмыкнул и грустно улыбнулся. — Знали бы Вы, мисс Хилл, как часто я хотел Вам позвонить. Просто, хотя бы услышать твой прекрасный голос.       — Ты…       — Я не смог отпустить тебя, Кэтрин. Как я уже говорил тебе тогда: я не смогу тебя никогда отпустить, — он приблизился ко мне, заставляя задержать дыхание, и взял за руку, прикладывая к своей груди. — Моё сердце — твоё. В тот последний раз ты не смогла вернуть его мне обратно, а навсегда оставила с собой.       Слёзы стремительно потекли по щекам, оставляя за собой мокрые дорожки. Я чувствовала быстрое биение его сердца под своей ладонью, вновь чувствовала тепло его тела, пусть и через ткань рубашки. Снова я смотрела в его прекрасные глаза, что до сих пор не скрывали от меня весь спектр чувств. Ходж вновь открывал мне свою душу, вновь делал меня палачом или спасителем, оставляя последнее слово за мной.       — Ты правда думаешь, что у нас получится склеить всё то, что оказалось разбитым? — прошептала я, с надеждой смотря на него в ответ.       — Мы можем начать всё сначала, с чистого листа, не трогая те острые осколки, — Ходж ласково коснулся пальцами моей щеки, а я потянулась за его рукой, желая получить больше прикосновений. — Время не прошло бесследно как для тебя, так и для меня. Мы оба изменились, но…       — …но не наши чувства друг к другу, — я всхлипнула и улыбнулась, получая в ответ от него такую же улыбку.       — Давай попробуем в последний раз?