(не)видимый спасатель.

      — Минхо? — Бархатистый голос с австралийским акцентом, что вызывает мурашки слышится где-то за спиной. Кажется музыка, что наполняла заведение перестала играть из-за своей ничтожности по сравнению с его голосом.       — Кристофер? — Ли поднимается со стула и оборачивается. Перед ним стоит он. Тот самый, до которого, как считал сам Ли, он не дотягивал. Идеальный во всем. Трудолюбив, умеет шутить, хорошо воспитан и скромен когда нужно, и полон страсти, когда нужда в воспитанности пропадает. Брюнет улыбается и Минхо не может оторвать взгляда от прекраснейших ямочек на щеках. Таких притягательных, что оператор кажется прямо сейчас готов их зацеловать.       — Ох, не-ет! — Крис по-актерски кладет руку ко лбу, — Давай без Кристофера! Просто Чан, — смех Бана сотрясает ушные перепонки Минхо и на лице его появляется улыбка, — Мне на работе этого «Крис!», «Кристофер!» хватает. — Чан корчит разные мордашки, явно пародируя своих коллег.       — Хорошо, Чан… О! — Минхо опешил и даже позволил нервному смешку слететь с его уст, — присаживайся, пожалуйста. Я узнал, что ты любишь курицу… Ты же согласен на куриную грудку под соусом сальса?       — Да! Сказать честно, в это место я хожу только ради неё, — Бан Чан немного щурит взгляд, устраиваясь удобней на стуле, — Кто тебе рассказал про мою слабость?       Минхо улыбается, поправив волосы.       — Ну, не только полицейские умеют находить информацию. Операторы тоже на что-то годятся. — улыбка превращается в ухмылку и тот даже откидывается на спинку стула.       — Воу-воу… — Чан наиграно поднимает руки вверх и копирует действие собеседника, откинувшись на спинку стула, — Тогда наша пара вместе заставит преступный мир трепетать …       Эти светлые воспоминания пробиваются сквозь вязкие и тёмные, словно нефть мысли оператора. Воспоминания вступили в настолько неравную схватку с этой чёрной жижей, что если бы это происходило на поле боя, то смех бы поднялся такой сильный, что заложило бы уши. Нос аккуратно щекочет запах вина, а пальцы быстро клацают по клавишам «яблочного» ноутбука. Минхо имел доступ к некоторым камерам видеонаблюдения, он анализирует каждую миллисекунду, пытаясь высмотреть хотя бы первую букву номера.       — Двадцать первый век, мать его… — выругался Минхо, ударяя по столу, — Хоть айфон на каждый столб вешай и то проку больше будет. Это нереально. — Захлопывает ноутбук с такой силой, что в ответ ему бы прилетел удар такой же силы от Феликса, что переживал за технику иногда, кажется, больше чем за свою жизнь.       Он аккуратно берет бокал, что наполовину был наполнен не самым дешёвым напитком и немного смаковав его, прикрыл глаза. Нечеткие силуэты ребёнка и мужчины, затем машины и резкий визг колёс, что оглушает оператора и тот распахивает глаза. До ушей доносится настойчивый звонок в дверь, что слился с фантомным звуком колёс.       — Иду! — крикнул Ли и судорожно выпускает воздух, сделав губы «трубочкой». Диспетчер подходит к двери, параллельно продолжая пить напиток, что помогает хоть немного расслабиться от того кошмара, который он испытал, будто сам находился на той парковке. Конечно, та же Леди Мэри, как её называли коллеги — из-за любви к драгоценностям и явно с аристократичной осанкой — за свои двадцать лет работы слышала многое и наверное бы лишь улыбнулась, смотря своим добрым, даже любящим как у бабушки взглядом. Она слышала десятки, скорее даже сотни смертей и переживала самые страшные моменты с теми, кто ей звонил. Хо раскрывает дверь и расплывается в улыбке.       — Привет… — он выдыхает это слово и падает в объятия сержанта. Бокал прижимается к тёмной ветровке со спины и если бы порыв в объятия был более сильный, то вся спина парня бы пропиталась этим прекрасно пахнущим напитком, что конечно на фоне Чана оказался бы самым дешевым пойлом.       — Мне позвонил Хёнджин… — Чан прижимает возлюбленного к себе и чуть опускает голову, чтобы говорить ближе к уху любимого, — Ты сбежал в начале рабочего дня?       — Этот вызов… — Минхо отпрянул и кинул виноватый взор на полицейского.       — Не лезь туда, Минхо… — Чан словно воткнул нож куда-то в грудь Ли. Парень, что кажется вот-вот хотел начать оправдываться, просто открывает рот, будто воздуха не хватает из-за пробитого лёгкого. Оператор разворачивается и идёт обратно в дом. Бан за ним и закрывает дверь.       — Когда ты устраиваешься работать в эту систему, то в твоем представлении, это легко. Что сложного в том, чтобы отправить нужную службу и дать инструкции, да? — Минхо залпом допивает вино и морщится, ставя бокал обратно на столешницу, — Но при поступлении первого звонка твои руки неизменно трясутся и ты чувствуешь первый страх. Страх, что продолжит доконать тебя ближайшие пару месяцев работы, а потом даст снова о себе знать в самый неподходящий момент, когда ты кажется наконец профессионально деформировался и привык ко всему, он заставит растеряться и ты не сможешь помочь двоим людям. — голос парня спокойный, однако он стоит спиной к Кристоферу, чуть склонив голову вперед.       — Как ты хочешь помочь Гарри? — Резко говорит Крис, пропуская прелюдию и подходит со спины. Он обнимает его, скрещивая руки в замок где-то на уровне солнечного сплетения. Мин вздрагивает, тепло расходится по телу. Кажется спокойствие и хладнокровность оператора вмиг растворились и тот судорожно выдыхает скромные остатки холода. Голова закидывается назад на плечо сержанта, губы искривляются.       — Я не знаю… — голос почти скрипит и тот рвано вздыхает, — Ему пять лет… Он позвонил мне в надежде, что я помогу ему, а его похитили. Этот ублюдок отключил меня от него и через мгновение Гарри пропал с радаров. Я… — внутри словно происходит взрыв, ноги подкашиваются и тот почти падает, но крепкие и теплые объятия не позволяют ему ударится о твердый пол, разбить голову и наконец отключиться от этого кошмара, — Я не могу представить, как весь мир разрушился для него в тот момент, как ему было страшно…       — Минхо… — Бан Чан слегка приподнимает Ли, чтобы тот встал на свои ослабленные ноги и усаживает на стул. Он заботливыми глазами осматривает лицо парня, вытирает ладонью слезы, что медленно сползают по лицу, оставляя мокрые дорожки, что наполнены солью, горем и виной, — Я постараюсь сделать всё, чтобы дело продолжалось с такой интенсивностью, будто похитили какого-то политика. Я не позволю, чтобы чувство вины внутри тебя разрасталось и поглощало твою прекрасную личность. Я хочу, чтобы огонёк в твоих глазах, когда ты мне рассказываешь о том, как спас множество жизней горел каждый раз как мы встречались. Я люблю тебя.       Минхо слушает Криса, еле заметно кивает. Губы вновь как-то по-уродски, как бы сказал Минхо, искривляются, а предчувствуя новую партию слёз, прижимается к такому родному, теплому Кристоферу. Он вдыхает его запах. Слабый запах дезодоранта вперемешку с запахом цитрусового геля для тела, с которым он принял душ по окончанию смены.       — И я тебя… — шепчет в ответ тот и дает окончательную свободу эмоциям.

***

«Перед начальством я тебя прикрыл, но при повторном таком поступке — вылетишь не смотря на твои заслуги перед городом»       Такое сообщение доводит до конца и так серое, угрюмое утро. Небо готовилось наконец спустя долгое время сбросить с себя груз ненужных слез, добавив на плечи операторов лишнюю работу.

«Мой котёнок испугался грома и забрался в дупло дерева!»

«А вы не знаете, когда закончится дождь?»

      Кажется, все уже давно должны были заучить, что звонок в службу спасения без особой важности карается по закону, однако, конечно люди будут звонить, потому что для них то, что сейчас происходит с их домашним любимцем или то, когда закончится дождь, чтобы пойти прогуляться — самое экстренное для них в данный момент. Операторы обязаны принять вызов, переборов желание послать куда подальше нарушителей внутреннего порядка.       Минхо оставляет сообщение без ответа. Медленно выбирается из кровати, кидает взор на зеркало и даже ужасается. Опухшее лицо и откуда-то взявшиеся синяки под глазами, будто тот не спал сто и одну ночь. — Что за чёрт…? — то ли недоумевает, то ли обзывает себя без зазрения совести, но выходит из комнаты и направляется в ванную. Из комнаты брата ни звука, да и дом стал словно отдельным миром для Минхо. Тишина и лишь звук шлепающих по полу босых ног Ли-старшего. Чан ушёл рано-рано утром, чтобы успеть заехать домой. Одиноко. Не сказать, что Минхо это угнетало… Просто непривычно.       «Почему тебя так задел этот звонок?» — вопрос, который задал Крис тем вечером, когда они перешли в гостиную. Ли задумался. Он принял уже больше нескольких тысяч звонков за полтора года работы, успел стать лучшим оператором города. Так почему такой, может и не самый обычный звонок, так сильно на него повлиял? Ответ хранился где-то внутри, но он сказал просто: «Потому что звонил маленький мальчик, его плач и испуганный голос после того глухого стука заставил меня растеряться». Полуправда.

***

      Дождь начал набирать обороты. Он пытается ворваться в здание, напором заставить стекло треснуть, но безуспешно. Он пытается вновь, кажется даже сильнее и затихает, потерпев очередное поражение. Минхо слышит только то, как сильнейший ливень бьется со стеклом в неравной битве и смотрит в пол. Он не чувствует под собой кресло, будто оставшись в космосе из своих мыслей.       — Ты сможешь сегодня работать? — голос главного диспетчера раздается эхом и Минхо вернулся в реальность. Ли резко поворачивает голову и слабо улыбается.       — Да-да, — тот кивает и поднимается на ноги. Руки автоматически суются в карманы серых брюк.       — Я буду следить за тобой, если чувствуешь, что что-то не то — зови меня, понял? Не хватало, чтобы ты посреди звонка сбежал. — Начальник смены взглядом оценивает состояние лучшего его работника и поджимает губы, пропуская его к выходу.       Парень идёт к своему месту, ловя на себе взгляды коллег. Кто-то его приветствовал, кто-то смотрел с неким сочувствием, а Хёнджин лишь улыбнулся, заприметив оператора рядом. В этот день Хван работал за столом, что был рядом с Ли. — Время спасать этот проклятый город, — говорит блондин, похлопав друга по плечу, — Всё будет в порядке, Хо.       — Обязательно. — говорит без единой эмоции и всё же пытается выдавить улыбку. Наушники аккуратно опускаются на уши, микрофон быстро настраивается рукой на уровень рта и парень нажимает кнопку, чтобы открыть ещё одну линию спасения.       — 911, что у Вас случилось?

***

       — Здравия желаю, капитан, — Бан Чан заходит в кабинет после трёх быстрых стуков, — Я по поводу пропавшего Гарри Хоукса.       — Приветствую, Кристофер, — капитан переводит взгляд с кипы документов на вошедшего в кабинет полицейского, — Офицеры ведут патрулирование, а детективы изучают камеры возле «Грува». Мы работаем над этим.       — Я знаю, сэр, — Чан прикрывает глаза и выпрямляет спину. Руки заводятся за спину и тот поднимает нос к верху, словно стараясь показать свое превосходство и уверенность, — Дело движется слишком медленно. Если мы затянем ещё одно дело о пропаже ребёнка, то доверие народа к полиции упадёт до минимума и это принесёт департаменту большие проблемы. За полгода пропало три ребёнка: пяти, семи и восьми лет. Все трое мальчики. Я прошу передать мне руководство этими делами.       Капитан вскинул брови. За много лет работы тот не первый раз слышит такую наглость и излишнюю уверенность, однако, чтобы сержант просил передать руководство тремя делами о пропажи детей себе? Нонсенс. Крупная фигура поднимается из-за стола и медленно, будто скопировав движение Криса, заводит руки за спину. — Сержант Бан, — голос главного изменился, стал более громким, да и сам капитан был почти на полголовы выше Криса, — Вы понимаете, что не имеете права просить меня о таком? Детективы выдвинут протест.       — Я понимаю, сэр, но согласитесь, что если мы провалимся, то все можно скинуть на неопытного сержанта, которому из-за большого доверия передали эти дела. Департаменту влетит меньше, чем мне. А я в тот же день принесу вам заявление об отставке, если всё обернется плохо. — Банчан говорит уверенно, смотря прямо в глаза старшего по званию. Он спокоен снаружи, на лице не дрогнула ни одна мышца, но сердце бьётся так сильно, что кажется вот-вот выскочит из груди. Кровь бурлит похлеще Тихого океана в 12-ти балльный шторм.       — Три дела твои. Я передам начальнику самую положительную характеристику о тебе и все аргументы «ЗА». Завтра тебе принесут документы на подпись. Не облажайся. — тот хлопает сержанта по плечу и с ухмылкой оборачивается на 180 градусов, подходя обратно к столу, — С завтрашнего дня грянет буря и если ты её выдержишь — станешь героем. А проиграешь — изгоем.       — Так точно, сэр.

***

— Да эти небеса взбесились… — шипит Феликс, когда очередная молния ослепляет его, а последующий гром заставляет вздрогнуть. Он паркует машину возле торгового центра, куда планировал сходить ещё неделю назад, чтобы купить подарки перед знаменательным событием. У его брата самые длинные отношения — целых полгода! Разве такое не празднуют? Только вот, он выбился из графика. «Где ты?» — звук уведомления лишний раз раздражает, заставляя оскалиться. — Да блять! — он ударяет по рулю, когда машина задевает бетонный колышек сзади, что не позволил двигаться дальше задним ходом. «Припарковался возле «Микса», помял задний бампер, а что?» — быстро набирает парень и пытается убрать телефон в карман. Эмоции сползают с лица, оставляя лишь безысходность. Хочется заныть, завыть и разбить всё вокруг. Все не по плану. «Тебя не было весь вчерашний день и сегодняшнее утро» — очередное сообщение от Минхо. Ли-младший слабо улыбается и убирает телефон почти под нижнее белье. Он в спешке надел шорты без карманов.       Несмотря на вечные колкости, что они говорят каждый день — они любят друг друга. Так сильно, как никого в жизни никогда не любили. Они единственное что-то родное, что у них осталось. Например, когда после длительного перерыва в общении Ликс позвонил старшему брату с таксофона где-то из Чикаго, сообщив, что денег хватит только на хот-дог и бесплатную воду, то Минхо немедленно купил ему билет обратно в Калифорнию и перевел денег на нормальную еду.       А ведь, он однажды чуть не потерял его. Тот день не принято вспоминать, однако когда Минхо вернулся с курсов и увидел Феликса лежащего на полпути в ванную без сознания, то весь мир рухнул. Дрожащие руки набрали три цифры и после короткого ожидания он услышал уже привычный вопрос. Медики приехали через четыре минуты и Ли-младший был откачен. Передозировка таблетками. На вопрос «Почему?» ответ был всегда один: «Я не знаю».

***

      Феликс заходит в кондитерскую, что находилась недалеко от входа в торговый центр. Там стоял запах ванили, а на прилавках стояли разные булочки, торты и другие сладости, которые Ликс бы только и ел.       — Во-от этот чизкейк, пожалуйста, — Феликс улыбается женщине, с которой видится не первый раз. Он заядлый покупатель в этой кондитерской, потому что тут почти всё домашнее. Глория — продавщица, является и владельцем этого небольшого магазинчика. Она сама готовит все эти прелести, периодически пополняя запасы, готовя почти что за прилавком.       Ликс всегда удивлялся: «Откуда деньги на аренду помещения, хоть и небольшого, в таком торговом центре?», на что Глория отвечала, что у неё есть много секретов. Один из них — рецепт самого любимого чизкейка небольшого семейства Ли.       — Спасибо, дорогая, — Феликс одаривает женщину солнечной улыбкой, которая кажется дала витамина D за весь день отсутствия главной звезды вокруг которой всё и крутится.       — Конечно, милый, буду ждать ещё! Я тебя вижу чаще своего сына, — дама заразительно смеется и быстро махает рукой, будто уже выпроваживая Ли-младшего.       Несмотря на дождь, в торговом центре было людно. Некоторые забежали сюда, дабы не обмокнуть окончательно, кто-то приехал до дождя и вынужден гулять по ТЦ в надежде, что скоро это бедствие закончится. В детском городке резвились и визжали около десятка детей и еще много ходило вместе с родителями или жили неподалеку, решив заглянуть в центр, оказавшись опять же в ловушке стихии.       — Огх… — Феликс чуть сгибается, когда маленькая девочка буквально влетает в него, обхватив руками, — Ты чего, малышка?       — Братик! — девочка выкрикивает ответ и жмется сильнее. Голова её повернута в сторону детского городка и рефлекторно Ли посмотрел туда же. Парень пытается высмотреть что-нибудь, но все попытки неудачны. Дети словно муравьи бегают туда-сюда и визжат       — Я не твой братик… — Феликс говорит ласково, пытаясь отцепить от себя ребенка.       — Мой братик там! Пропал! — девочка говорит чуть с испанским акцентом, стараясь правильно выговаривать слова ещё изучаемого языка. В штате на границе с Мексикой эта ситуация считается классической — Мама там, — она указывает в сторону длинного продолжения торгового центра, где куча разных прилавков от мягких игрушек до продуктов.       — Твоего брата кто-то забрал или вы играете в прятки? — Ли уже садится на корточки, дабы быть на одном уровне с маленькой леди.       — Большой дядя! Не послушал меня! Забрал моего братика! — договаривает девочка и её взгляд быстро переносится на улицу, что виднелась за стеклянными дверьми, — Братик! — крик оглушает парня.       — Расскажи всё тому дяде в форме, пускай вызовет полицию сюда и расскажи, как выглядит этот дядя, расскажи про брата и найдите с полицейскими твоих родителей, ладно? — парень говорит слажено и девочка кивает на каждый наказ. Пакет с чизкейком мгновенно оказывается забытым на полу и Феликс срывается с места. Дождь мгновенно заставляет прозябнуть и кажется даже попытаться отыскать похитителя — нереально.       — Мама! — заглушенный ливнем крик слышится где-то со стороны, где припаркована машина Ли-младшего. Рёв мотора и черный седан выруливает с парковочного места, чуть не задевая Феликса. Адреналин ударяет в голову и тот бежит к своей машине. Ключи, что висели на поясе быстро заставляют двери разблокироваться. Голова пульсирует, руки немного дрожат. Он достает телефон, прикрепив к магниту на стекле.       — Привет, Сири, — произносит парень, когда машина начинает приятно рычать, после нажатия на кнопку — позвони в службу спасения.

Гудок…

      Парень выруливает с парковки, начиная глазами искать черный седан.

Гудок…

      — Вот ты где… — произносит тихо парень, щуря взгляд из-за дождя что заслоняет вид. Черный седан едет почти как все машины, лишь периодически играя в «шашки», обгоняя медленно идущие, по мнению похитителя, машины.

Гудок…

      — 911, что у вас произошло? — Очередная заученная фраза вылетает с уст Хёнджина.       — Я стал свидетелем похищения.