Остров в тумане

— Порой мне кажется, что вся наша жизнь — это остров. Просто остров в тумане. Гарри достал из рюкзака портключ. Драко оглядел в последний раз комнату, в которой прожил целую жизнь, уместившуюся в два дня, — целую жизнь, наполненную ароматом шоколада, пронизывающим ветром и женщиной, которая исчезла навсегда. Гарри бросил на него ожидающий взгляд. Драко кивнул и протянул руку к портключу. Оба дотронулись до него — и растворились в тумане. Когда туман рассеялся, оказалось, что они в Лондоне — напротив Аврората. В Англии была осень: листья на деревьях уже пожелтели и пахло сыростью. По улицам шли люди. Драко успел отвыкнуть от людей за эти три бесконечных дня на краю земли. В Лондоне жизнь продолжалась, как всегда; люди спешили после работы по домам, чтобы встретиться с семьей или в одиночестве выпить по кружке пива. У входа в Аврорат Гарри встречало все его семейство — жена и трое ребятишек. Джинни Уизли недовольно взглянула на Драко — расположения этой рыжей ведьмы ему не удалось получить, даже когда они с Гермионой поженились. Впрочем, она ответила на его вежливое приветствие, а потом сразу отвлеклась на мужа. Драко почувствовал свое одиночество в этом огромном городе. Особенно это было заметно сейчас, когда Поттера обнимали его дети и жена что-то шептала ему на ухо. Они были счастливы… Драко понял, то не хочет возвращаться в свою одинокую квартиру в Лондоне. Там было слишком пусто без нее. Слишком пусто… — Поттер, — позвал Драко. Ему надоело смотреть на эти счастливые лица и слушать их неумолкающий щебет. Гарри отошел от жены, счастливая улыбка не сходила с круглого лица. — Я в Уилтшир, — сказал Драко, — отчет пришлю совой. — Хорошо, — сказал Гарри, — хочешь взять выходной? — Неплохо бы. — Ты можешь воспользоваться каретой фестралов, — сказал Гарри, — за ночь они тебя довезут. Скажи, что это я разрешил взять карету. Это обрадовало. Так он сможет поспать в дороге. Жаль, что у него нет его портключа. С портключом он смог бы переместиться в менор в одно мгновение. Драко вспомнил девушку, которая ранним утром два дня назад взяла его слизеринский перстень — и исчезла. Где она сейчас? Драко оставил семейство Поттера, а сам отправился в отдел перевозок. Там ему выдали карету. Драко погладил черного коня по вытянутой скелетоподобной морде. Животное фыркнуло. Драко начал видеть фестралов с тех пор, как на его глазах был убит старый директор Хогвартса. Очень скоро, едва Лондон погрузился в ночную тьму, карета взмыла в воздух. Сначала они летели под чарами невидимости, но чем дальше от Лондона они удалялись, тем меньше в чарах было нужды. Теперь карета и фестралы летели ничем не скрытые, и любой в ту ночь мог увидеть их на фоне звездного неба. Вскоре Драко уснул. Ему снился остров, на котором начиналась весна, ему снилось зимнее море и лодка, которая исчезала в тумане. Ему снилось золотистое платье. Словно расплавленное золото, оно растворялось в его ладонях. Ему снилась Гермиона. Снилась снова и снова. Когда Драко проснулся, он увидел в окне кареты огромные острова, освещенные золотистым утренним светом. «Это был сон! Остров, исчезновение Гермионы, возвращение в Лондон — это был только сон. Туман зашел на остров и поглотил его», — были первые мысли Драко. Но вскоре стало ясно, что то, что Драко принял за острова, было всего лишь облаками. Они все еще летели в карете высоко над землей, а под ними стелились облака. На самом деле Гермиона уплыла в туман, они с Поттером вернулись в Лондон, а теперь он возвращается домой, в Малфой менор. Облака начали редеть. Карета снижаться. Драко теперь видел леса, раскинувшиеся внизу, словно золотой ковер. Сияющий утренний туман стелился между деревьями. Вдали был виден Малфой менор, и с каждой милей он становился все ближе. Наконец карета опустилась на землю и остановилась ровно у ворот поместья. Драко заплатил перевозчику. Взял чемодан и отправился к воротам. Ворота, почувствовав приближение хозяина, тут же отворились. Драко вошел на дорожку, по бокам которой росли вечнозеленые тисы. Он шел, вдыхая аромат сырости и осени. У парка он остановился. Старые розы почти отцвели, а между кустами стелился утренний туман. Где-то здесь появилась Гермиона, когда взяла его перстень-портключ. Наверное, перстень все еще лежит где-то на земле. Найти его было нереально, но ведь Драко маг. Он использует обнаруживающее заклинание. Он уже было сделал шаг к увядшему кусту роз, как услышал со стороны поместья голос: — Драко, ты вернулся. Он замер. За его спиной поместье — и голос шел оттуда. Драко обернулся. Мама стояла у двери и с улыбкой протягивала ему руки. Драко улыбнулся ей в ответ. А затем за маминой спиной всколыхнулся воздух и в дверном проеме появилась она. В джинсах и клетчатой рубашке, она стояла рядом с его мамой и неуверенно улыбалась. И когда Драко подошел к ним, Гермиона — чем бы она ни была — протянула ему руку. На ее ладони лежал его слизеринский перстень. Драко коснулся его, внутри боясь, что он ненастоящий. Но перстень был твердым, теплым, нагретым ладонью Гермионы. Драко надел его. — Гермиона появилась тут два дня назад, прямо в парке, — сказала мама, — я так рада, так рада. — Мама взглянула на Гермиону: — Мы все решили, что ты погибла. Гермиона широко улыбнулась и бросилась Драко на шею. Он стоял, замерев, не дыша, а призрак продолжал прижиматься к нему. Наконец, Драко обнял ее в ответ. Обнял так крепко, как только мог. А Нарцисса улыбалась, глядя на них двоих. Драко понятия не имел, почему Гермиона не исчезла, когда переместилась из дома на Фолклендских островах в Англию. Возможно, настоящая Гермиона ошиблась в расчетах, и на самом деле призраки куда живучее. Возможно, туман набрал силу, и поэтому его призраки стали более устойчивыми и расстояние больше на них не влияет. Но какая, в общем-то, разница. Она здесь, она с ним — и больше он ее не потеряет. — Завтрак уже готов, — сказала Гермиона. — Я сейчас, только переоденусь. Драко умылся, принял душ. Из множества вещей он выбрал черные брюки и рубашку. Так он одевался в школе — а сейчас ему захотелось повторить. Он посмотрел на себя в зеркало. Пригладил светлые волосы. Он давно ничего не делал с волосами, только подстригал их, когда они отрастали. Но сегодня ему захотелось зачесать волосы в бок, как он делал когда-то в школе. Закончив с прической, он взглянул на себя в зеркало. Он, кажется, стал выглядеть моложе. Морщины на лбу немного разгладились, губы стали полнее. Но ему это могло и показаться в мягком утреннем свете. Драко вышел из ванной и спустился в гостиную, где обычно накрывали завтрак. Оттуда пахло горячим шоколадом. Его уже ждала Гермиона и мама. — Смотри, что я сварила. — Гермиона придвинула ему кружку с дымящимся шоколадом. Пили шоколад, говорили о его задании. Драко рассказал, что туман, который создавал призраков, внезапно исчез. Он не стал рассказывать ни про Гермиону-призрака, ни про то, что настоящая Гермиона погибла. Зачем им знать правду? Когда завтрак закончился, мама ушла к себе, а они с Гермионой вышли в парк. Золотистый туман тянулся по земле, цеплялся за колючки роз, струился между листьями. — Я почти ничего не помню из той поездки на Фолклендские острова, — сказала Гермиона. — Еще бы, — ответил Драко, сжимая ее ладонь. — Я помню, как скучала по тебе, как хотела тебя вернуть… Я помню, что был какой-то взрыв… и остров… остров в тумане… — она хмурилась, пытаясь вспомнить. — Поэтому ты и лишилась памяти, — сказал Драко. — Это последствия травмы, которую ты получила во время взрыва. — А остров, Драко? — Что с ним? — Я помню, что мы поехали туда, чтобы изучить туман… — Туман исчез сам по себе, — ответил Драко, стараясь, чтобы его голос звучал буднично. — За ним скрывался самый обычный остров. Я ведь уже рассказывал. Он повторил ещё раз, как они с Поттером отправились на остров и что ничего там не нашли, умолчав о существовании второй Гермионы-призрака. — Иногда мне казалось, что я жду тебя не два дня, а очень давно. Знаешь, словно и ты, и я — мы оба призраки, сотканные из тумана. Это так странно, ты не находишь? А вдруг я погибла на том острове? — Не говори глупостей. Никогда такое не говори, слышишь? — голос его прозвучал жестче, чем обычно. Она не должна вспомнить. Не должна! — Ты здесь, ты со мной. И все хорошо. Драко притянул ее к себе. Коснулся живых и теплых губ губами. — Я люблю тебя, Гермиона. И никогда больше не отпущу. Я никогда больше не оставлю тебя одну — никогда, слышишь? Я никогда больше не сделаю тебе больно. Никогда не оставлю тебя. Туман понемногу рассеивался. Солнце светило ярче, хоть и не могло согреть холодный осенний воздух. — Ты знаешь, — сказала Гермиона, уткнувшись ему в грудь. Слезы текли на его рубашку. — Я много думала, пока тебя не было: «А зачем я вообще туда поехала?» И почему ты остался тут, а не поехал туда с аврорами? Я ведь не аврор. Ты — аврор и специалист по темномагической активности. Это тебя должны были отправить вместе с Гарри в ту экспедицию, а не меня. Представляешь, вдруг ты отправился туда и погиб там? а я до сих пор сижу в меноре и жду, когда ты вернешься. — Какая глупость, — Драко поцеловал ее в лоб. — Но потом я вспоминала, что я сама была в том доме на Фолклендских островах. Я вспоминала, как проснулась с тобой в постели. Мы занимались любовью. А потом я взяла в руки твой перстень — и оказалась тут. Я хотела послать тебе или Гарри патронус, но у меня нет моей палочки. Поэтому я просто ждала, когда ты вернешься. Я так боялась, так боялась, что ты погиб. Но сегодня утром я проснулась, выглянула в окно — и увидела, как ты выходишь из тумана. И поняла, что все хорошо. — Все хорошо, — сказал Драко твердо. — Слышишь, все хорошо. Я здесь, я жив, и я остался с тобой. Гермиона улыбнулась. Прикоснулась к нему губами. В глазах загорелись искорки. — Я скучала по тебе. — Я тоже скучал. Ужасно скучал. Ты даже не представляешь, как сильно. — Говорят, что в большинстве историй люди тонут в своих иллюзиях. Но ведь с нами такого не случится? — она посмотрела ему в глаза, и Драко провел по ее волосам ладонью, приглаживая пряди, которые в солнечном свете казались золотыми. — Никогда.