Детсадовская сцена ревности или чёртово обаяние Эндрю

      В торговом центре сегодня, как и всегда, было ужасно многолюдно, поэтому Нил уцепился Эндрю за руку и всеми силами старался от него не отставать. Люди сновали туда-сюда как муравьи, звуковая какофония стояла такая, что всё мешалось в кучу: семейная пара, стремительно обогнавшая их, ругалась,  подруги-школьницы хихикали и фотографировались у фонтана, а потом куда-то побежали, дети кричали и тянули родителей куда-то за руку. От шума кружилась голова, и Нил готов был поклясться, что не услышит сам себя, если что-то скажет. Он просто шёл вперёд и держал Эндрю за рукав толстовки, как вдруг осознал, что обогнал его буквально на несколько шагов.       Эндрю замер и не сводил глаз с фонтана. В узких чёрных джинсах и свободной толстовке он напрягся как струна, отчего приобрёл некоторую схожесть с доберманом, которая рассеялась, стоило ему обеспокоено посмотреть на Нила.       – Что случилось? – Нил посмотрел в ту же сторону, но так и не понял, что его так встревожило. – За нами опять следят?       Эндрю мотнул головой,  отчего его светлые волосы колыхнулись и легли обратно.       – Да нет. Пошли. – Он цепко перехватил Нила за руку и ломанулся через толпу прямиком к цели.       Люди, недовольные тем, что их потеснили, бурчали ругательства себе под нос и кидали гневные взгляды, на  которые Нил отвечал виноватой улыбкой. Эндрю как заведенный быстрым шагом вёл его вперёд.       Теперь Нил, кажется, понимал, что здесь было не так. Люди ходили туда-сюда так же, как машины разъезжаются на кольце, и не задерживались, за исключением малышки, которая  с перепуганными глазами вертелась по сторонам.       – Эндрю, – одними губами позвал Нил, но тот отпустил его руку и присел рядом девочкой на кафельный бортик.       – Привет. Ты ищешь родителей?       Малышка прижала ручки к вязанному розовому пончо и обернулась к Эндрю. Тот, видимо, ей улыбался, потому что испуг в глазах девочки постепенно стал оттаивать. В такие моменты Нил даже завидовал обаянию парня, хоть и не отрицал, что попался на ту же удочку.       – Да, – робко призналась она и шмыгнула носом.       – Ну-ну-ну, – Эндрю аккуратно перехватил её ручку и коснулся тыльной стороны ладошки губами, чем заставил девочку смущённо заулыбаться. – Не надо расстраиваться. Мы их найдём.       – А как? – В детских глазах читалась искренняя и неподдельная надежда – то, чего никогда бы не позволил себе ни он, ни Эндрю.       – Просто подождём их тут. Они же за тобой вернутся. – Сказал Эндрю с такой интонацией, будто всё решалось на раз-два. – Я – Эндрю, – Он обернулся и подстрекательно подмигнул Нилу. – А это мой друг Нил. А тебя как зовут?       Нил тоже улыбнулся и подошел ближе, раз уже его пригласили.       –  Я – Мила. – Представилась она и, нахмурив светлые бровки, с подозрением посмотрела поверх головы Эндрю так, что у Нила не осталось сомнений, что ревностный взгляд адресован ему. – И я видела, как вы держались за руки. Вы встречаетесь?       Нил раньше считал, что нет такой ситуации, к которой бы он хоть отдалённо не был готов, поэтому сейчас не знал, что и думать. Что вообще можно ответить ребёнку, которому на вид максимум года четыре? Эндрю же тихо засмеялся и, закинув голову, наклонился назад, чтобы посмотреть на его реакцию, а потом, мотнув чёлкой, опять обратился к девочке.       – Так и есть. Какая ты наблюдательная.       – Откуда ты такое вообще знаешь? – Нил всё ещё пытался прийти в себя.       Мила, видимо, сознательно его игнорировала, потому что демонстративно подошла ближе к Эндрю.       – У тебя ушки проколоты. У меня тоже.       Эндрю невольно потянулся к  уху и, помяв мочку в пальцах, опять с ней согласился.       –  А у Нила волосы рыжие. Хочешь потрогать?       Мила оценивающим взглядом, совсем как девушки из их университетской команды, окинула его, будто в самом деле думала, стоит он её внимания или нет. Нил всеми фибрами души молился, чтобы она отказалась, но малышка кивнула.       – Ну же, Н-иии-л. – Эндрю похлопал себя по коленям. – Иди к нам.       Нил со вздохом подчинился и, стараясь не думать, что они у всех на глазах присел  к парню на колени.       Мила нерешительно протянула руку, Эндрю же обеими руками взлохматил его волосы без какого-либо стеснения. Малышка, всё это время наблюдавшая за ними, рассмеялась и, поправив торчащую прядку, медленно и боязливо погладила  растрёпанные волосы.       – А что у тебя на лице? – Любопытные зелёные глазёнки разглядывали его, не зная никакой моральной этики.       До того, как Нил сообразил, что ей ответить, Эндрю за него вступился.       – Ранка.       Маленькая ручка стала гладить его смелее и чаще. Девочка явно старалась его поддержать, хоть он ей и не нравился.       – А ему больно?       Холодная рука Эндрю ласково скользнула по его скуле, после чего он самым наглым образом растянул ему щёки, наглядно демонстрируя девочке, что ему совсем уже не больно.       Мила смешливо заулыбалась.       Нил возмущённо толкнул Эндрю локтем под ребро, прямо намекая на то, что быть марионеткой ему не нравится.       – Ещё-ещё! – Хохотала Мила.       Люди начинали на них оглядываться. Оказаться в центре всеобщего внимания этих двоих, казалось, нисколько не смущало, а вот Нилу по старой привычке хотелось скорее улизнуть в тень и слиться с толпой.       Эндрю с невозмутимым видом вытер руки о штаны, в то время как лицо Нила заныло настолько, что он был уверен, что улыбнуться не сможет ещё неделю так точно. Зелёные глазки Милы лучились весельем и сверкали, как изумруды.       – Мила, ты своих родителей не видишь? – Эндрю поднялся, оттолкнувшись от кафельного бортика фонтана и, когда малышка также растерянно, как и раньше, завертелась по сторонам, он подхватил её на руки и усадил на плечи, чтобы та увидела хоть что-то, кроме бесконечных ног и сумок. – Ну?       Нил видел, как Мила сначала неуверенно обняла Эндрю за шею и, колеблясь, глянула на него, и улыбнулся ей, на что щёки отозвались ноющей болью, будто цепкие пальцы Эндрю до сих пор за них тянули. Малышка, впрочем, больше на них не смотрела и, пользуясь Эндрю, как маяком, отнеслась к просьбе со всей серьёзностью, пытаясь зацепиться взглядом за знакомые лица. Нил же, наоборот, старался на людей не смотреть вообще и уж тем более не пересекаться с ними взглядом.       – Мама, – вдруг тоскливо прошептала Мила.       Эндрю тут же отреагировал, подняв её у себя над головой.       – А ну-ка позови её и помаши руками. – Девочка опять стеснительно заколебалась, и тогда Эндрю вдруг снова повернулся к нему и, усадив Милу обратно на плечи, придержал её одной рукой и поднял вверх вторую. –Мы тут! Мы тут!       – Мама! – позвала Мила и тоже замаха ручками.       Выходит, Эндрю умеет подавать не только плохой пример.       Нил не заметил, как неуверенно поднял руку вслед за ними.       На их шумное представление народа отреагировало много, будто каждый из них потерял ребёнка у фонтана. Но, тогда как остальные осуждающе оборачивались или растерянно замирали, одна женщина поспешила прямо к ним, растревоженная и бледная.       – Мила, я  тебя обыскалась!       Эндрю разом затих и насторожился. Стоило женщине подойти, как он опустил малышку на пол  и отступил на несколько шагов, так, что Нилу пришлось притормозить его за плечо, чтобы он не врезался. Но вместо того, чтобы остановиться, парень перехватил его за запястье и быстрым шагом повёл к выходу.       – Пошли, – сквозь зубы прошипел он и свободной рукой потянулся к заднему карману, где неизменно лежала пачка сигарет.       Женщина с дочкой, должно быть, ошарашено на них смотрели. Наверное, странная реакция для спасителей, но Нил отлично понимал, что ни он, ни Эндрю по-другому не умели. Одно дело поддержать потерявшегося ребёнка, а другое иметь дело с потерявшим его взрослым. Слова благодарности из уст женщины  сделали бы им только хуже, всколыхнули бы то, что отозвалось в глубине сердца тупой болью и то, что они оба отчаянно старались зарыть в себя как можно глубже.       Когда они вышли на улицу, Эндрю, никого не стесняясь, закурил и рухнул на ближайшую лавочку. Нил в немом жесте протянул руку, намекая на то, что тоже бы не отказался.       – Мерси. – Эндрю театрально подал ему руку, но вместо того, чтобы подняться, резко потянул его на себя.       Нил не сдержал равновесия и завалился на него, упираясь  о спинку лавочки обеими руками.        «Чёрт, ну и любит же он внимание!» – промелькнуло у него в голове в то время, как кончики ушей начало печь. Должно быть и лицо было красным, вот Эндрю так в него и вглядывается.       Нил даже слышал, как кто-то щёлкнул камерой и резко попытался встать, но Эндрю не дал ему этого сделать.       –Понятия не имел, что ты так отлично ладишь с детьми, – Нил скользнул взглядом в сторону и сосредоточился на левой скуле Эндрю.       – Посмотри на меня, – поставлено переспросил тот и, когда Нил не повиновался, одной из рук повернул к себе его лицо за подбородок.       Нил осознал, что попался. Карие глаза всматривались в него пристально и внимательно. Эндрю его читал, но не потому что хотел сломать, так он в каком-то роде читал мысли.       До того, как Нил успел что-то ответить тот прикрыл глаза и, окутав дымом его губы, затянул в медленный горьковатый поцелуй.       – Нил, – позвал он и нацепил на лицо самую лучезарную улыбку. – Ты теперь не ревнуешь?       – С чего ты вообще взял, что я ревновал? – Нил попытался увильнуть взглядом, но Эндрю задрал его подбородок чуть выше.       – Ты  в порядке? – Эндрю передразнил его излюбленную фразу и надул губы, самым скучающим и разочарованным тоном протянув, – ну вот, а я бы и тебя мог взять на руки.       – Ты что? – Нил аж поперхнулся.       Эндрю толкнул его в грудь, вынуждая встать и, потушив окурок о лавочку и там же оставив,  поднялся и зашагал к машине. – А всё уже, Джостен, поздно.       Нил упрямо хмыкнул и, дождавшись, пока тот отойдет подальше, с разбегу прыгнул к нему на спину. Эндрю придержал его за бёдра.