Расследование Mr. Хвана.

― Иди без меня, я немного задержусь, схожу к учителю. ― проговорил Хван, получив в ответ кивок. Чонин отправился в сторону физкультурного зала, оставив Хенджина одного. Точнее, не совсем. Вокруг ходили люди, кричали, ругались, смеялись, а Хенджин был один и слышал лишь свои, признаюсь честно, не шибко веселые мысли, потерянный, он блуждал по коридорам учебного заведения, наконец-то добравшись до учительской. Постучавшись, он открыл дверь, 12 глаз, вместе с 3 очками, взглянули на юношу, на мгновение, после чего вновь приступили к работе. В воздухе царило напряжение и запах апельсинов. Ветер старался вынести столь гнетущую атмосферу наружу, но увы. ― Здраствуйте, ― Хван поклонился, после чего ближе подошел к той самой учительнице, которая безрезультатно пыталась помочь юноше в кабинете информатики. Она выглядела поникшей, глаза стеклянные, и не только из-за очков, будто она прямо сейчас пронзит мир своими рыданиями, ее черный пиджак был немного помятым, а пальцы рук перебирали неизвестные документы. Почувствовав, что к ней приблизились, она резко подняла взгляд, до этого момента он был блеклым, но сразу оживился, увидев Хенджина. Она будто снова попала в тот день, опять это «вчера», женщина распрямилась, зрачки расширены, взгляд изучал парня в ожидании. ― Добрый день. ― очень добрый, Хван. Гений. ― как вы? Учительница расслабила лицо, отложив все бумаги. ― Тебе не стоит беспокоиться обо мне. Это я должна спрашивать о том, что ты чувствуешь. ― она сказала это тихо, хотя всем остальным в учительской и было все равно на ее болтовню. ― Я в порядке, пришел кое-что спросить. Это важно, я могу? ― юноша снял рюкзак, положив его рядом. Та лишь кивнула, внимательно слушая. ― Кем был тот парень.? Из кабинета. ― Джинни произнес это робко, еле открывая рот. Все, что связано с тем кабинетом, отныне скверно и ужасно для него. Женщина напротив изменилась в лице. ― Я не могу тебе сказать, Хван Хенджин. ― она опустила голову, не имея больше ни малейшего желания посмотреть обратно на юношу. Сердце Хенджина остановилось, резко, беспробудно, он смог лишь подойти чуть ближе. ― Почему я не могу узнать об этом? Я мучаюсь от этого, прошу, мне нет смысла рассказывать о нем кому-то другому. Учитель. ― женьщина резко встала с кресла и повернулась к нему, ее глаза были налиты злостью, тело потрясывало. Нервный вдох. ― Тебе еще раз повторить? Родители этого человека запретили кому-либо распространять информацию о мальчике. Хватит, Хенджин, не нужно строить из себя сопереживающего. ― она взорвалась, выпуская из себя гнев и крики, таящиеся глубоко в груди. Все в учительской вздрогнули, повернувшись на шум. Звуки печатания на клавиатуре резко прекратились, а Хенджин с проколотым сердцем, отступил назад, пронзая учительницу налитым яростью взглядом. ― Что вы. ― он сглотнул, осмотревшись, абсолютно все смотрели на него, нет, казалось, весь мир сейчас наблюдает за Хваном, ― что вы несете? ― вырвалось. Что это? Страх? Отчаяние? ― Молодой человек, выйдете из помещения, сейчас же. ― послышался мужской голос. Один из учителей встал и, пройдя все столы, оказался между двух огней. ― Как ты разговариваешь с учителем? Хван испуганно посмотрел на мужчину, после чего, переругавшись всевозможными матами у себя в голове, закусив губу направил взгляд в пол. ― Извините. Вновь секундное молчание, после чего Хенджин подобрал вещи и ушел прочь, понимая, что если не начнет контролировать себя, все станет только хуже. Намного хуже. Казалось, что вся школа слышала их. Неужели, в этом месте не найдется ни одного человека, которому хотелось бы помочь Джинни в поисках информации о том юноше, ну или не в поисках — ему просто хотелось узнать имя и фамилию. Единственное желание. Хенджин медленно спустился вниз по лестнице, засмотревшись под ноги, он нечаянно кого-то толкнул. ― Ой, извини..те ― Перед глазами появился учитель английского - Ду Ян. Его всегда можно было узнать в толпе по его клетчатой темно-синей рубашке, которую, как многие говорили, он и во время принятия душа не снимает. ― Оу, Хван Хенджин. Ничего страшного. Ты какой-то грустный, что случилось? ― Спустившись на ступеньку ниже, мужчина стал одного роста с Хваном. Чужая рука оказалась на предплечьи белого худи. Джинни еще несколько секунд молча смотрел на мужчину, перед тем как опомниться. ― А, вы ведь знаете о вчерашнем. ― он шмыгнул носом, получив в ответ подтверждающий кивок. ― Я хотел узнать имя того, кого я обнаружил там. Но учитель Ван сказала, что я только из вежливости пришел, хотя, я карю себя за то, что не зашел в тот кабинет раньше. Может и помог тому парню. ― Хван осторожно взглянул на собеседника, внимательно слушающего его. ― Ты не узнал имя? ― спросил учитель, пропуская вперед двух учениц. ― Нет, это конфиденциально, ну, родители того парня запретили что-либо о нем говорить. Наверное, это правильно,― и вновь это странное ощущение, смесь отрицания и резких желаний. О нет, это плохо кончится.

***

― Хенджин, не волнуйся, расскажи все, что ты знаешь и все, что видел. ― следователь сел напротив парня, скрестив руки в замок. Хенджин опустил голову, пытась собрать всю информацию воедино, ноги тряслись, уши горели, лицо освещал луч солнца, пробивающийся через единственное окно. Стены будто давили со всех сторон, побуждая съежится еще сильнее. А в голове каша. Хван нервничает. ― Хенджин. Прошу, помоги нам в этом деле, ― он взял бутылку воды и положил ее рядом с парнем в знак доверия. Хенджин посмотрел на бутылку, взял ее в руки и отпил немного воды, последовал глубокий вдох. Он готов. ― У нас в тот день был показ презентаций. Всех начали вызывать, позже вызвали меня, ― парень на секунду замолчал, мысленно возвращаясь в тот момент, ― я подошёл к учителю, были какие-то проблемы с доской, поэтому он попросил меня принести из кабинета информатики проэктор. ― Хорошо, молодец. Как ты обнаружил тело? ― мужчина что-то записывал в блакноте, иногда останавливался, взгляд метался по чужому лицо, но всегда возвращался обратно к бумаге. ― Я пошел к кабинету, а по пути встретил, ― вновь молчание, которое теперь немного ярче отразилось на лице Хенджина. Эта волна догадок пронеслась над юношей, он поднял глаза на мужчину, тот с неким непониманием смотрел на Джинни, выжидая завершения мысли. ― .я встретил одного ученика. Он что-то нес в пакете, улыбался мне, идя от кабинета. Я, я не могу сказать, что это он, но позже именно этот парень помог мне добраться до остановки потому, что я сам был просто не в состоянии. Хенджин откашлился, не отводя взгляда от следователя, который в свою очередь что-то зачеркивал у себя в тетрадке. ― Это очень полезная информация, Хван. Ты знаешь его? Может, кто-то из твоих друзей его знает? ― вновь посыпались вопросы. Джинни взглотнул, пряча руки в карманы худи. Он сразу вспомнил силуэт, а позже и лицо Феликса. Его лучезарность, веснушчатость, детская глуповатость. Но он может оказаться подозреваемым, прямо как Хенджин в данную минуту, хотя, смотря на Ликса даже в пол-оборота, даже вверх ногами, просто стоя напротив этого юноши с закрытыми глазами и вдыхая его запах, человек бы никогда не подумал о том, что он — может совершить подобное. Господи, да он даже фантик мимо мусорки не выбросит. ― Феликс. Ли Феликс. ― тихо проговорил Хенджин, обратив на себя внимание мужчины. Тот, подняв бровь, отложил блокнот и ручку в сторону, которая в дальнейшем упала, его глаза сузились вдвое, в них читалось лишь одно единственное: «Что?..» ― Я не ослышался? Внук председателя содружества? Это, скажу честно, интересный случай. ― Хенджин понял лишь то, что, видимо, все в этом мире знали, что Ликс — сын какой-то важной шишки, кроме него. Но ему плевать на то, кто он, сколько у него денег, как он живет и все в этом духе. Дело приобрело новые обороты. Громадные обороты.

***

― До свидания, Хенджин. Спасибо за помощь. ― Джинни поклонился в ответ, направившись к выходу. На улице стало светлее, неизвестно, это Хенджину так казалось или же и вправду прошло часа два. Все же второе, юноша просидел в кабинете почти полтора часа, но казалось, что он пробыл там весь день. На занятия он возвращаться не стал, да и кто бы захотел после такого. Через полчаса Хван был дома, мама что-то готовила на кухне, хотя еды и так было навалом, холодильник скоро сломается от тяжести. Услышав, как входная дверь закрылась, женщина метнулась в коридор, встретив сына. ― Ну что? Как ты, что сказали на счет дела? ― она лаского погладила парня по голове, улыбнувшись уголком губ. Она была такой теплой и заботливой, что улыбка, которая так часто мелькала на ее лице, моментально заставляла чувствовать умиротворение. Хван дома, правда дома, в безопасности, в объятьях дорогого для юноши человека. ― Я все рассказал, но они ничего не рассказали о том, кто этот парень. Я надеялся, что хотя бы немного узнаю о нем от следователя. ― ответил Джинни, переобуваясь. Женщина задумчиво покачала головой. ― Сына, не переживай, ты сделал хорошее дело, ты им помог. Отдохни, поешь, а я пойду до отца прогуляюсь, он забыл ланч. Опять. Хван усмехнулся, направившись на кухню. Пахло уж очень вкусно, настолько, что можно было вполне наесться и запахом. Пообедав, он вернулся в комнату, Кками спал на кресле, иногда посапывая, Хенджин лег на кровать, открыв чат с Ликсом. Ни одного сообщения.

hyunjin

тебя сегодня в школе не было? не встретил тебя сегодня.

Через минуту юноша уже был в сети и печатал сообщение. enlx был, а что, хотел меня увидеть? ◕`ε´◕

hyunjin

да нет, просто спросил.

enlx ладно. хенджин, ты рассказал следователю о том, что видел меня? они звонили моему отцу, говорят, что я могу претендовать на роль подозреваемого. хаха Джинни нервно сглотнул, его пальцы держались в сантиметре от клавиатуры, он не знал что ответить. И вообще, Феликс недоволен? Или просто спросил? Может, не стоило говорить?

hyunjin

ну, я рассказал, что ты шел со стороны кабинета и нес пакет в руках. это все.

enlx окей, забыли. я сегодня...

***

Уроки закончились, облака медленно плыли по бескрайнему небосводу. Школьники спешили по домам, кружкам или же просто на прогулку. Чонин вышел из здания и направился к главному входу на территорию школы. Через мгновение его догнал Чан, немного запыхавшись, он налетел на друга, смеясь. ― Вот собака! Я почти сальтуху завертел. ― мило возмущался Йенни, спихивая с себя подкаченное тело друга. ― Ты чего такой счастливый? ― Да я сам не знаю, малыш, пошли вместе домой. ― "малыш" он протянул, каждая буква была отчетливо слышна, выбешивать Чона Бан любил, так как первый не умеет делать серьезно лицо, не умеет обижаться, является ходячей ромашкой. А Чанни спокойно любовался им, пока все слова, чувства, прилипли к легким и не вылетают наружу. ― Еще раз так меня назовешь, я.. ― он не успел пригрозить другу, так как щеки были накрыты чужими ладонями, чуть сжимая их и делая губы - "уточкой" ― Ты сделаешь что? ― Чан ярко улыбался, рассматривая юношу, пытающегося выбраться из оков и продолжить свои "угрозы." Сам Йенни ловил бабочек, создающих это прекрасное ощущение наполненности внутри, спина покрылась мурашками, а сам юноша перестал вырываться, заметив, как время вокруг них замерло, Чан стал к нему ближе, заботливее, Йенни начал чувствовать от него тепло, начал о чем-то догадываться.. ― Ты чего завис? ― спросил Крис, отпуская Йенни. Смущенный взгляд наконец встретился с карими глазами, будто два темных леса, они завлекали к себе своей загадочностью и страстью, Бан всматривался ими в чужие, оставляя звездочки перед глазами. Прошла секунда, возможно 10, они оба не помнили сколько любовались друг другом, но Чан отчетливо запомнил мягкие губы на своих, отчетливо помнил чувство после первого поцелуя, запомнил взгляд Чонина, полный смущения, любви и признания..Чанни спокойно накрыл розоватую от смущения щеку рукой, до боли в скулах заулыбавшись, невообразимо приятные чувства проскочили между двумя уже давно не друзьями, каждый скрывал, а другой - догадывался. ― Ам.. ― Йенни взял Чана за руку, крепко сжав ее в своей. ― Пошли домой вместе! ― буркнул Чон, потащив счастливого и умиленного Бана за собой. Тот лишь спустя несколько минут обнял малыша за плечи, на что Йенни незаметно для всего мира улыбнулся, прижимаясь к юноше..

***

Вечер. Около 22:00. Комната мерцала темно-синими цветами, занавески надувались словно паруса, тихо. Хван открыл глаза, пробуждение далось ему нелегко, но все же сбивать режим он не хотел. Парень надел тапочки и направился вниз, на кухню. Ступеньки тихо скрипели, а подходя все ближе и ближе к кухне, Хенджин стал слышать голос мамы и еще чей-то.. знакомый. Оставшись в лестничном проеме, Джинни решил подслушать разговор двух дам. ― Джинни спит? ― спросила незнакомка дрожащим голосом, она точно была обеспокоена. ― Да, я проверила минут 5 назад. Все будет нормально. Рассказывай. ― ответила тетушка Хван, однозначно мешая свой чай, гремя ложкой. Легкий вздох, женщина продолжила. ― Сынмину очень хотелось дружить с Джинни. Но ты ведь знаешь, он стеснительный мальчик. Вообщем, когда они впервые пообщались во время концерта, он был такой счастливый, вернувшись домой. Рассказывал, как они после концерта вместе пошли домой, посидели в маленьком ресторане... Я думаю, что Джинни его первый друг и хотела бы сказать от себя и от сына спасибо. ― женщина начала плакать, что ввело в ступор Хенджина. Он резко вспомнил того незаметного парнишку, очень хрупкого на вид, но с ним было интересно общаться. Он и подумать не мог, что будет для Мина первым другом. Аж за душу берет, Хенджину обидно за то, что с таким многосторонним человеком никому не удосужилось даже спокойно поговорить. Хван присел на ступеньку, оперевшись на перила. ― И..― тетушка Ким взглотнула, после чего шепотом продолжила ― не говори сыну о том, что он нашел его тело. Хенджин почти вскрикнул. Голова неистово сильно закружилась, а руки дрожали, перед глазами снова ужасные картины с того дня, но больше всего Джинни пугало то, что он не узнал Мина. Из-за шока, все плыло перед глазами, волосы лезли на глаза, а колени сворачивались в трубочку так, что Хвану было даже страшно подойти к телу. Хенджин заплакал. Тихо, редкими слезами, но заплакал. Это некое чувство вины, которое испытывал в данный момент Хенджин, поедало мысли, заставляя Хена слышать лишь стук своего сердца. Он не успел узнать этого юношу получше, а ведь ему хотелось понять Сынмина, познакомить с Чаном и Чонином, он и правду был хорошим человеком, стеснительным, умным, милым. Он впервые засмеялся рядом с Хваном за долгое время и показал, хоть и не на долго, свою чистую улыбку, которую еще никто в школьных коридорах не замечал, а сейчас - Джинни понял, что нужно было быть рядом с тем парнем. Поддержать, защитить, подарить ему друзей.

Того смеха никто больше не услышит.