Полёт "Стремительного"

Надсадный вой баззера тревоги резал слух. — Сэр, фиксируем многочисленные пуски ракет. Вектор три-два-семь-беш. — Лазерным батареям открыть заградительный огонь! Щит? — Упал до семидесяти шести процентов, сэр. Имеем незначительные повреждения корпуса. — Сэр, турболазерное попадание в кормовой части. Сектор восемьдесят один. — Там же… Вот ситх! Гипердвигатель жив? — Да, сэр. Попадание задело только шину питания. — Подключите резервный контур. Ситх! А ведь как всё хорошо начиналось! Он только вышел из ремонта! В кои-то веки пополнил припасы, что при текущем положении дел в галактике было весьма проблематично: после реорганизации ненавистной Республики в Империю и гибели руководства Конфедерации Независимых Систем на Мустафаре, во флоте КНС воцарил хаос. Этим воспользовались имперцы, окончательно разбив сепаратистское движение на Осколки и начав полномасштабную зачистку. Да что говорить, их, сепаратистов, меньше года назад громивших войска Галактической, мать её, Республики, теперь оттеснили во Внешнее Кольцо, заставив прятаться среди пиратов и прочей швали! Их базы уничтожали, а они не могли ответить! Их боевые корабли получали повреждения в столкновениях, а отремонтироваться было практически негде: из-за деятельности Империи список планет, где им не только не попытаются напихать в борт плазмы, но и дадут встать в ремонтный док, стремительно сокращался. Но ему, капитану Цинтеру, удалось найти планету, всё ещё верную идеалам Конференции, и даже выбить пополнение запасов согласно штату! Да, тогда ему пришлось знатно побегать, раздавая взятки, но это было необходимо для плана. — Ракеты перехвачены, сэр. Эрик Цинтер родился во Внутреннем Кольце, в семье потомственных военных. И его отец, и дед, все служили в Корпусе Юстиции, так что молодой Эрик даже не задумывался о выборе профессии. Был лишь один путь. Он поступил в академию на Кариде, закончил её с отличием и пошёл во флот. Именно там, в Корпусе Юстиции, он прозрел. Может, на то повлияло воспитание его отца, но он всегда желал увидеть галактику процветающей. Всю галактику, а не одни только Центральные Миры. Но Республика прогнила до основания, погрязла в коррупции и бюрократии. Миры Ядра грабили окраины, а Галактический Сенат им потворствовал. И Цинтер видел это. Видел бездействие правосудия, разгул преступности, равнодушие сенаторов. И не мог смириться. Так что когда вспыхнул сепаратистский кризис, он выбрал сторону не раздумывая. Он провёл в горниле войны три долгих года, превратившись из молодого идеалиста в закалённого боевого командира. Его корабль, носящий гордое имя «Стремительный», был фрегатом типа «Щедрость». Грозная машина, сошедшая с верфей корпорации «Хёрш-Кессель», прошла с ним всю войну от начала до конца. Фрегат неоднократно получал тяжёлые повреждения, но после ремонта всегда возвращался в строй. Вместе, человек и корабль шли к победе, но… Он был искренним сторонником Конференции, и, пожалуй, ярым её патриотом. Но он не был дураком. Так что когда случилась резня на Мустафаре, он понял. Они проиграли. Труп Конфедерации ещё дёргался в конвульсиях, но это был уже труп. И Эрик стал готовиться к побегу. Он скопил достаточно денег, чтобы снарядить корабль. Дроиды, запчасти, тибанна, оборудование для развёртывания колонии — всё заняло место в трюмах «Стремительного». И вчера он завершил последний штрих. Фрегат вышел из орбитальных доков и направился в Неизведанные Регионы. Но могло же ему так «повезти»! В одной из перевалочных систем он умудрился нарваться на имперский корабль. Если точнее, то это был Звёздный Разрушитель типа «Победа», один из новейших кораблей бывшей Республики, появившийся в конце войны. И теперь имперец гоняет фрегат по системе, как крайт-дракон помойную гизку! — Попадание по щиту, дефлекторное поле упало до семидесяти процентов — отчитался дроид. — Курс три-четыре-один-креш, противоракетный манёвр! — Понял-понял! — Расчитайте точку входа в гиперпространство! — получив в ответ знакомое «Понял-понял!», капитан устало опустился в кресло. Пока им удавалось избегать попаданий противокорабельных ракет, а турболазерные выстрелы принимали щиты и броня, но им не могло везти постоянно. Словно в ответ его мыслям, корабль тряхнуло. — Сэр, попадание по левому блоку антенн дальней связи! Поврежден аккумуляторный кластер! — Сколько нам ещё до выхода из гравитационной тени? — Две минуты, сэр. Сэр, фиксируем пуск ракет! — Ситх! Энергию на кормовой дефлектор! Манёвр уклонения! «Стремительный» совершил резкий манёвр, попытавшись уйти вверх от веера ракет. Почти успешно. Тряхнуло так, что несколько дроидов у терминалов попадали на палубу. Вновь завыла тревога. — Сэр, детонация ракеты в каютах экипажа, палубы с семнадцатой по двадцать четвёртую в секторе пять заблокированы! Ничего страшного. Конечно, будь на корабле живой экипаж, то Цинтеру пришлось бы подписывать множество похоронок, но к счастью «Стремительный», как и многие «Щедрости», был укомплектован дроидами. Капитан был единственным органиком на всём корабле. — Сэр, фиксируем запуск истребителей! Имперский командир, поняв, что добыча ускользает, выпустил истребители, которые раньше подставлять под многочисленные зенитки фрегата опасался. Счёт пошёл на секунды: либо «Щедрость» успеет выйти из гравитационной тени газового гиганта и нырнуть в гиперпространство, либо тяжёлые истребители «Победы» уничтожат двигатели, после чего фрегат уже ничего не спасёт. — Фиксируем попадания по щиту. Сэр, они пытаются поднырнуть под кормовой дефлектор! — По моей команде перенаправить энергию с дефлектора на маршевые двигатели! Истребители были уже совсем рядом. — Давай! Несколько истребителей, прошедших через щит, оказались мгновенно испарены ионной струёй, вырвавшейся из дюз фрегата. Остальные отпрянули в стороны, пытаясь восстановить ослепшие системы наведения. Этой заминки вполне хватило, чтобы «Стремительный» достиг точки прыжка. Короткая команда, и звёзды за транспаристалью обзорных окон растянулись в линии, переходя в синеву гиперпространства. Капитан откинулся на спинку кресла, пытаясь унять сердцебиение. Это было близко. — Давненько я так не волновался… — Эрик поднялся, держась за подлокотник. Руки всё ещё подрагивали — Дроид! Я в каюту, оповестишь за пятнадцать минут до прибытия. — Понял-понял! Он прошёл было к турболифту, как вдруг… С тревожными писком зажглись алым индикаторы. По корпусу прошла вибрация. Дроиды за пультами засуетились. — Что происходит? — Эрик бросился к терминалу контроля гипердвигателя — Что за…!!! Синь гиперпространства сменилась багрянцем. По внешней обшивке корпуса заплясали зелёные молнии. Центральный компьютер зашёлся в вое, засыпая терминалы сообщениями об ошибках. — Сэр, ваши приказания? — Аварийный выход! В который раз за день завыла сирена. На этот раз в её голосе Цинтеру послышались истерические нотки. — Три… два… — монотонно отсчитывал голос атоматической системы оповещения — один… Выход. По переборкам фрегата пробежала дрожь, и он вывалился в реальное пространство, неспешно заваливаясь на левый борт.