Принц вместо меня

— Мы тут! — сказал Хёнджин, увидев Чана, который уже начинал покусывать заусенцы на пальцах от нервов. — Ну наконец-то, — выдохнул он, — а то я уж распереживался! Что взяли? — Колечки! — выпалил Феликс и, взяв руку Хвана и приподняв свою, показал ребятам парные украшения. — Красивые, не правда ли? — Очень! — сказал Чонин, рассматривая черную и белую окружности. А в это время Минхо ехидно улыбался, поглядывая то на Ликса, то на Джинни. Казалось, что сейчас он был счастлив больше всех на свете, и австралиец это заметил. Он прекрасно понимал, что в данный момент Ли Кот, сказав одними лишь губами слово «молодец», радуется вместе с ним. — Вам очень идёт, — сказал Джисон, который также еле сдерживал крики счастья. — Я голоден, предлагаю сходить в McDonald's! — уже не выдержав всех восхищений, сказал Принц. — Поддерживаю, а то мой живот уже бензопилу достал, — подал голос Чанбин. * * * Стоя у электронной кассы, Хёнджин выбирал себе ужин. Из-за большого разнообразия он не мог определиться, что взять. «Глаза разбегаются, а кушать хочется», — думал он. Как вдруг парень почувствовал что-то увесистое слева. Глянув в эту сторону, он увидел лицо Феликса, который положил подбородок на его левое плечо. Почувствовав на себе взгляд Хвана, Ли посмотрел ему в глаза и улыбнулся. — Отойди от кассы, — мягко сказал он. — Стой, что? — Говорю тебе отойти от кассы. Я всё уже взял, хён. — Чёрт возьми, Феликс, зачем?! Второй раз за день тратишь на меня деньги?! — Ага! — Эх, Чудо, в следующий раз я оплачу, договорились? — Я подумаю, — сказал австралиец. — Ты будто что-то требуешь от меня, — Джинни принял задумчивое выражение лица. — Нет, ничего не требую, не волнуйся, — он крепко обнял друга. — Идём забирать заказ, хён. Делать было нечего. В конце концов, Ли уже отдал деньги за еду, поэтому отказываться от ужина за его счёт будет крайне невежливо. Взяв Феликса за руку, он хотел было пойти с ним за подносом с фаст-фудом, но их окликнул Чан. — Лучик, я забрал твой заказ! — Благодарю, Чан-и! — с этими словами он вместе с Джинни пошёл к компании. Хван замер на какое-то время. Лучик... Чан назвал Ликса Лучиком? Он не знал точной причины, но после того, как прозвучало это прозвище, будто бы ревность, некогда спавшая глубоко внутри Принца, пробудилась и вылезла наружу. — Лучик? — уточнил он. — Да, у меня ник в Kakaotalk «Sunshine», поэтому Чан-и и называет меня так! — тепло сказал Ли. Да, то абсолютно точно была ревность. И причём не такая уж и лёгкая, как казалось. Джинни тоже хотелось называть австралийца похожими именами. По сравнению с «Лучиком» хёнджиновы «Чудо» и «Ликс» просто отдыхали. — Ликси, дай, пожалуйста, свой Kakaotalk ID, — сказал он, после чего Ли округлил глаза. — Ты же вроде звал меня Ликсом... Когда успел поменять на «Ликси»? — Сейчас. А нельзя? — Да почему, можно, — всё ещё находясь в небольшом ступоре, стоя с лёгким румянцем на щеках, Ли Феликс продиктовал свой ID Джинни. Второй, найдя друга в мессенджере, так и не смог оторвать глаз от фотографии, стоящей на аватарке. Но, посмотрев на неё, можно было лишь ругаться на того, кто был владельцем. — Почему у тебя веснушки тут замазаны? — поинтересовался Хван у Ли. — Я не хочу, чтобы люди, пишущие мне, смотрели на них. — Но ты ходишь с ними по школе, — сказал Минхо, — разве нет? — Это другое. В школе мало кому есть дело до... — Мало кому есть дело? Тебя буквально ставят рядом с Хёнджином, а он у нас Принц! — возразил Джисон. — Да и тем более, твои веснушки очень красивые, так что не стоит их прятать, Чудо. — Вы опять меня до слёз счастья пытаетесь довести или что? Я не пойму! — сказал Ликс, смотря в глаза то одному, то другому, то третьему – вообще всем. — Ребята лишь говорят правду, — вставил Чонин. — Да! Веснушки добавляют тебе и твоей внешности привлекательности. — Ой, всё, я сейчас опять разревусь! А я не люблю плакать на голодный желудок! Хёнджин засмеялся и, взяв одну палочку жареного картофеля и обмакнув её в соус Барбекю, сунул закуску в рот Ли. Тот оторопел но, хихикнув, быстро прожевал еду. — Ребята, вы самые лучшие! — сказал он, смотря при этом в глаза Принцу; странно было лишь то, что взгляд будто бы отражался в тёмной радужке Джинни, и из-за этого у Ликса свело нижнюю часть живота. «Неужели это проснулись те самые "бабочки в животе", про которые я лишь читал в книгах? — думал он. — Надо же, а я думал, что это всё глупые сказочки...» А бабочки всё бились и бились об стенки желудка, не давая австралийцу нормально поесть. Аппетит пропал. Крылатые существа, бушевавшие внутри Ликса, сохраняли чувства в сердце, не давали им вырваться наружу, а лишь укрепляли их.