Первая Звезда Межзвездной Эры

КОГДА Астрид вышел из душа, капли воды, все еще скатывающиеся по его телу, быстро исчезли, и даже мокрые волосы высохли в мгновение ока. Он вынужден был признать, что эта технология была действительно удобной, ведь ему даже не пришлось пользоваться полотенцем или феном. Вероятно, это была одна из тех вещей, которые он любил в Межзвездной эпохе, — удобство, приносимое техникой. Астрид вышел из ванной, обернув полотенце вокруг талии. Он открыл свой шкаф и достал одежду, которую успел отложить с вечера. Одет Астрид был в светло-голубую рубашку, заправленную в черные джинсовые брюки, а также он дополнил наряд черными кожаными ботинками с высоким вырезом. Мода в ту эпоху была очень авангардной, но Астрид по-прежнему предпочитал простую одежду из своей прошлой жизни. Он подошел к зеркалу в полный рост и взглянул на свое отражение. У подростка, смотревшего на него в ответ, были короткие черные волосы и рост около 178 см. Его кожа была белой и казалась очень нежной, телосложение же было скорее стройным. У него были розоватые губы, маленький прямой нос и пара угольно-черных глаз. Он выглядел почти так же, как в своей прошлой жизни — просто сейчас он был немного красивее. Вероятно, из-за генов своих родителей. Но при сравнении со своим братом-близнецом, становилось ясно, что он абсолютно ничего не получил от них. Ирония заключалась в том, что родители назвали его "Астрид", что на каком-то древнем земном языке означало "красивый". Он не только должен был приспособиться к такому девичьему имени, он должен был сделать это, зная его значение. Что ж, его родители, вероятно, действительно считали его красивым. Потому что в Межзвездную эпоху наличие одновременно черных волос и черных глаз было очень, очень, очень редким явлением. Внешний вид граждан Империи больше склонялся в сторону жителей Запада и европейцев. Поэтому его черные волосы и черные глаза были очень привлекательны, не говоря уже о том, что черты его лица были более азиатскими. Особенно глаза-угольки. Так что в глазах этих межзвездных людей он был очень красив, хотя в своих собственных он выглядел просто как обычный привлекательный парень. Знаете, как один из тех, мимо которых вы могли бы пройти на улице и подумать: "О, этот парень выглядит мило", но через несколько минут вы бы быстро забыли о нем. Именно как такой тип. Вот почему он не мог не съеживаться всякий раз, когда слышал комплимент своей так называемой "красоте". Астрид вышел из своей комнаты и направился в столовую. Там миниатюрная женщина с длинными льдисто-голубыми волосами, заплетенными за спиной, деловито расставляла посуду на столе. Когда она услышала его шаги, она подняла голову, и ее сапфирово-голубые глаза сузились в полумесяцы, стоило ей увидеть его. Этой женщиной была Эммалин Таунсенд, которую его отец нежно называл "Эмми". Она подошла к нему и поцеловала в щеку. — Доброе утро, мой очаровательный малыш. Астрид только беспомощно улыбнулся. Его мать всегда была очень обидчивой — это был ее способ показать привязанность. Поначалу это пугало его, но по прошествии 18 лет он успел привыкнуть. — Доброе утро, мам. Эмми оглядела его с головы до ног, словно размышляя: — Ты уверен, что наденешь этот комплект одежды на выпускной? Это несколько... я не знаю, как и сказать... не впечатляюще? Верно. Сегодня он и его брат-близнец заканчивали среднюю школу. В эту эпоху люди должны учиться шесть лет в начальной школе, затем шесть лет в средней, и уже после этого они могут подать заявление в университет. Есть по одному университу для каждой возможной карьеры. В отличие от университетов в его прошлой жизни, которые предлагали множество специальностей и степеней, здешние университеты были совсем другими — они обслуживали только одну специализированную степень. Как будто есть целый университет, посвященный только инженерному делу, а другой — медицине. Что-то в этом роде. — Мам, все в порядке. Ты же знаешь, я люблю, когда все просто. — сказал Астрид, прежде чем мать предложила ему надеть какое-нибудь замысловатое платье. — Это какой-то позор... Эта одежда абсолютно не подчеркивает твою красоту — Эмми, просто оставь нашего сына в покое. — сказал грубый голос. И мать и сын повернули головы в направлении голоса. Там, у двери в столовую, стоял большой мужчина, похожий на медведя: у него были лохматые каштановые волосы, а левый глаз был закрыт повязкой, в то время как радужная оболочка правого глаза была бирюзово-серой. Но, несмотря на это несовершенство, он все еще был чертовски красивым мужчиной. Этот крупный мужчина был его отцом – Гейджем Таунсендом. Он был фермером, но Астрид знал, что он не всегда занимался этим. Повязка, закрывавшая его левый глаз, была довольно веским доказательством. Учитывая, насколько продвинуты медицинские технологии эпохи, люди могли легко отрастить недостающие конечности и ткани. И, таким образом, тот факт, что глаз его отца не был исцелен, означал, что он оказался в ситуации, в которой получить экстренную медицинскую помощь не было возможности. В эти свободные от войн времена Астрид задавался вопросом, что же это была за ситуация. — О, пойди вон, ты всегда мне противоречишь! — сказала Эмми, притворяясь злой. Гейдж только хмыкнул. Как он мог позволить своему прекрасному сыну носить то, что сделало бы его еще красивее? Разве волки, которые кружат вокруг него, не увеличатся в количестве? Он сел во главе стола и спросил: — Где Реас? — Здесь — внезапно ответил ленивый голос. В столовую вошел высокий подросток, вероятно, около 190 см ростом. Это был его брат-близнец Андреас, или Реас, как они его ласково называли. У него были такие же льдисто-голубые волосы, как у их матери, и пара бирюзово-серых глаз, которые он, очевидно, унаследовал от отца. Он прекрасно унаследовал красивую внешность своих родителей, в результате чего получился безумно красивый экземпляр. Вокруг него царила настолько ленивая атмосфера, словно он не мог и пальцем пошевелить, не говоря уже о работе. Вероятно, это было правдивым впечатлением в большинстве случаев. Но когда дело доходило до вещей, которые имели значение, действительно имели значение, ему всегда удавалось справиться с ними. Всякий раз, когда Астрид оказывался среди семьи, он всегда чувствовал себя китайской капустой, окруженной тремя прекрасными цветами. Когда люди видели их вчетвером, они всегда задавались вопросом, был ли Астрид родным ребенком. Ведь в конце концов, он не был похож ни на кого из них. Если бы у него не было воспоминаний о том времени, когда мама родила его и его близнеца, он бы, возможно, тоже так думал. Врач сказал, что его внешний вид обусловлен тем, как он родился — он был рожден матерью, а не был изготовлен в лаборатории, как все остальные. Это вызвало определенный рецессивный ген, который привел к тому, что у него были черные волосы и черные глаза. Что на самом деле звучало довольно глупо, честно говоря. На самом деле его не интересовало, как это произошло. В любом случае, это не имело значения, поскольку он знал, кто он такой. Он был Астридом Таунсендом — старшим сыном Эммалин и Гейджа Таунсенд. И это все, что имело значение. — Пойдем, пора завтракать. — сказала Эмми, подтягивая обоих сыновей к столу. Затем четверо членов семьи Таунсенд приступили к завтраку.