Любимая жертва

Леви проснулся только к обеду. За плотными шторами покрылся серой дымкой день. Погода в очередной раз портилась. Но несмотря на отсутствие солнца, настроение у брюнета было таким приподнятым, как никогда прежде за все время пребывания в замке. После своей ночной истории, расцеловав ласковые успокаивающие руки, Эрен отнес уставшего парня обратно. Еще по пути к замку, приникший к широкой спине, Леви заснул крепким сном без сновидений. И не проснулся даже когда его осторожно перекладывали в постель. Сейчас ему думалось, что, наконец, между ним и его заточителем треснул лед. А может и огромная ледяная стена, которую воздвиг демон, отгородившись от простых людей. Интересно, а демонической сердце сможет полностью лишиться своих укреплений? Потому что суровая крепость Леви давно уже дала трещину… Чуть ли не вприпрыжку Аккерман ворвался на кухню, чем несомненно удивил Ханджи. Девушка стояла у плиты и, черпая прямо из кастрюли, что-то прихлебывала из половника. — Ага, — пронзительно засверкала она толстыми стеклами очков. — Вот и наша спящая красавица! Эрен предупредил, чтобы я не беспокоилась и не будила тебя. Что, хорошая ночка выдалась? Леви тут же сконфузился и через силу подавил лезшую до ушей довольную лыбу. — Неплохая… Что еще он говорил? — как бы невзначай бросил он, усаживаясь за стол. — Говорил, что хочет устроить свадьбу: пригласить своих сородичей — демонов, закатить пирушку и повторить брачную ночь, — проговорила она будничным тоном, поглядывая, как парень с каждым ее словом смешно выпучивает глаза, но потом сжалилась. — Да, ладно. Дыши ровнее! Шучу я! Леви тут же обмяк и поспешил огрызнуться: — Чего ты там переела из своей кастрюли, очкастая? — Тут куриный супчик, — просто ответила она. — Будешь? Есть еще вчерашний мясной рулет. Не успел Леви и раскрыть рта, чтобы ответить, как откуда ни возьмись влетел Жан и заголосил: — Я буду и то и другое! Так они втроем уселись за стол и приступили к обеду. Армин еще с завтрака набрал себе еды побольше и ушел заниматься садовническими делами. Ему надо было успеть переделать много работы до того, как польет дождь. Для представителей демонического мира людская пища не была столь необходима, поэтому их никогда не ждали. Разговор за столом пошел необычайно оживленный. Обсуждали последнюю «вылазку за припасами», как называла это Ханджи: в каком месте они понабрали овощей, у кого взяли мясо и тому подобное. Оказывается, замок закупается всегда в разных местах, чтобы не навести подозрений. Иной раз приходится уходить в самые отдаленные деревни. К слову сказать, в одной из такой вылазок Жан и повстречал Микасу. Вначале, естественно, она не хотела связываться с молодым задавалой. Но упертый парень после настойчивых знаков внимания и преследований (один раз он шел за ней аж до самого замка) все же получил свое. Хотя он совсем не ожидал, что встречаться Микасой значит быть ее жертвой, но тем не менее согласился на эти условия. И вот Жан воодушевленно делился теплыми воспоминаниями, не переставая активно орудовать вилкой и ножом, но тут его настроение внезапно сменилось. — А вообще… — произнес он задумчиво. — В последнее время они странные какие-то… — Чего? Кто? — не въехала Ханджи, давно переставшая слушать монолог о его судьбоносной встрече с Микасой. Она-то эту историю слышала не раз. Он больше для Аккермана рассказывал. — Да Эрен с Микасой! Говорю, странные они в последнее время! — С чего ты взял? — нахмурилась девушка. Леви бессознательно напрягся. — Ну-у, Микаса стала куда-то постоянно отлучаться, а Эрена последние дни так вообще днем с огнем не сыщешь. А еще я недавно видел... — но тут он замешкался и замолчал. — Что? — Леви в этот раз среагировал даже быстрее, чем Ханджи. Хорошее настроение его вмиг улетучилось, как не бывало. — В общем, иду я как обычно на опушку леса, — продолжил Жан тихо, склонившись к ним поближе, — где мы дичь стреляем. А там они стоят… И видно, что о чем-то спорят. Эрен все руками машет, будто пытаясь Микасу убедить. А она только головой качает… Я не стал ближе подходить и вообще свернул в другую сторону. Не хватало, чтобы подумали, что я подслушиваю. Но, наверное, зря я это… Уж, лучше бы выяснил, что у них случилось… А теперь и спросить стыдно. — Не думаешь ли ты, что они там… — заговорчески также тихо начала Ханджи, — дела сердечные обсуждают? Не даром же говорят: каждой твари по паре… Тут уж нестабильные нервы Леви не выдержали, и он несильно пнул девушку под столом. Ханджи ойкнула и вскинула на него непонимающий взгляд. Да и Жан на нее хмуро поглядел. — Ну, простите! — поняла она недовольство парней и подняла руки, будто сдаваясь. — Само вырвалось! Люблю я зверушек разных изучать знаете ли, и все такое… — Нет, не думаю — не обращая внимания на ее извинения, ответил Жан, категорично замотав своей длинной головой, — это точно нет. Они много лет вместе в замке живут. Да и я с Микасой давно уже… И в целом все у нас хорошо. Конечно, иногда случаются ссоры. Но так у каждой пары бывает. Нет! Не может у них что-то быть! Я бы точно заметил. — Как знаешь, — пожала плечами Ханджи. — Но все равно не нравится мне это. Уж, странно себя ведут. И молчат же еще! Я раз пытался выведать, куда Микаса ходит, так она отмахнулась и сказала, чтобы зря не беспокоился… Куда там не беспокоиться… Жан замолчал. Остальные тоже сидели в раздумьях. Что не говори, а демоны своенравный народ. И то, что у них появились секреты, которые они скрывают от остальных жителей замка, никого не могло радовать. — Ну, во всяком случае, если чего серьезное случится, так думаю наши демонята нам скажут, — уж слишком нарочито заговорила Ханджи. — Я, конечно, попробую разведать обстановку… Да и вы тоже со своей стороны попытайтесь. Может чего и выведаем вместе. Так они и порешили. Но в душе у каждого зародилась крупица неприятного предчувствия, словно сгустилась серая мгла перед началом грозы. А за окном как раз застучали первые капли…

***

Леви в тот день так и не увидел Эрена. Грустно было признавать, что другой человек (точнее демон) не так сильно нуждается в твоем внимании, как ты в его. Целый день он прогулял по замку и немного в окрестностях, оправдывая себя тем, что ходьба полезна для здоровья. А то, что в каждой тени мерещилась знакомая лохматая голова — это всего лишь разыгравшееся воображение. Итак, наступил седьмой день с их последней ночи в роли хищника и его жертвы, а это значит, что на исходе дня они должны, наконец, встретиться. Погода испортилась окончательно. Как обычно зарядил ливень. Никто из их троицы так ничего и не выяснил. Жан лишь сказал, что Микаса как никогда встревоженная, но упорно продолжает молчать, объясняя свое состояние головными болями от постоянно меняющейся погоды. Время ползло к двенадцати, жители замка уже давно отужинали. Леви, вдоволь належавшись в ванне, сейчас тихо сидел на подоконнике. Читать он даже не пытался, зная, что все равно ничего не получится. На стене звучно тикали старинные часы, а за окном ненастная погода исполняла свою мелодию. Каждая минута тянулась невыносимо долго. Парень в мучительных раздумьях то и дело начинал грызть ногти. Нет, он не боялся, как в прошлый раз, но на сердце отчего-то было так паршиво, будто скребли там все без исключения кошки его деревни. В прошлый раз Эрен пришел ровно к полуночи. Оставалось еще десять минут. Леви приложил лоб к холодному стеклу, надеясь остудить хаос мыслей. В одиночестве он все время терзается бесконечными сомнениями и вопросами. И так нестерпимо хочется, чтобы один смазливый парень просто взял и вконец успокоил его истерзавшуюся душу… — Глупый демон, где же ты, черт тебя возьми? Минутная стрелка проползла отметку одиннадцать, затем встретилась с часовой стрелкой на отметке двенадцать и вместе они начали новый круг. — Черт! — выплюнул Леви и резко соскочил с подоконника. Он еще некоторое время обмерял комнату шагами, затем обессилено упал лицом на подушку, но долго пролежать не смог. Дверь за ним захлопнулась, когда уже перевалило за половину первого. — Тупой демон, где ты шляешься? Он что издевается надо мной? Где это видано, чтобы жертва бегала за своим мучителем? Нет, он специально меня изводит! Мало ему моей крови, так он решил еще все нервы вытрепать. Как же бесит! — бубнил он себе под нос, стараясь как можно тише идти по замку, освещая себе дорогу небольшим подсвечником. Свой обыск он начал с первого этажа. Прошел коридоры, заглянул в гостиную, обеденную, кухню и даже кладовку. На втором этаже находились все спальни жильцов, за исключением спальни Эрена, она была на третьем. Леви прислушивался к жилым комнатам и заглядывал в нежилые. Какая-то неведомая сила, будто тяжелый чугунный маятник подвешенный за грудью тянул его на поиски. Поднявшись снова на третий этаж, он пошел проверять в противоположную сторону от спальни. И дойдя до конца крыла, вдруг понял, какой же он был дурак. Не надо было начинать снизу. Последняя дверь в торце — это была библиотека. Парень почувствовал дежавю. Снова он в роли подслушивающего и снова те же самые голоса. Они говорили довольно громко. Странно, что Леви их сразу не услышал. — Пойми, Эрен, — говорила Микаса таким голосом, как в воду опущенная. — Это точно плохо кончится. — И что ты предлагаешь?! — чуть ли не срываясь, как на иголках отвечал Эрен. — Я не могу просто так все забыть! И мне тяжело терпеть! Ты же знаешь! Ты прекрасно знаешь, Микаса, какого это. — Знаю, — отвечала она ему. — Но если так все оставить, наши худшие опасения могут подтвердиться. Нельзя было в точности понять, о чем они говорят. И Леви не хотелось стоять под дверью и пытаться уловить смысл их слов. Он уже был как один сплошной комок нервов. В голове завертелся вихрь неприятных мыслей. Может и правда Ханджи права? Может между ними что-то есть? А он лишь помеха? Может Эрен только поиграл с ним, утолил жажду и все? Получается, Леви всего лишь удовлетворяет его потребность? Боже, на что он рассчитывал?! И правда, он всего лишь мальчишка! Это он, Леви — тупой мелкий мальчишка, который подумал, что может вызвать у демона чувства… Стало до боли обидно, Леви сжал челюсти и повернулся уже, чтобы уходить, но тут решительно развернулся. Он рывком отворил дверь. Эрен стоял поодаль у окна, он повернулся на звук и изумленно посмотрел на Аккермана. Лицо демона как будто осунулось, сделалось более взрослым. Было видно, что его немного потрясывает. Микаса сидела в кресле, растерянно, выпрямив спину и переводя взгляд с одного на другого. — Почему ты тут? — сквозь зубы проговорил Эрен, хмурясь и отворачиваясь. — А ты не знаешь? — спросил в ответ Леви, стараясь как можно жестче сделать голос, но он его подвел, дрожа при каждом слове. Он сделал шаг вовнутрь. — Не приближайся! — вдруг крикнул демон и с силой вцепился в подоконник. Послышался треск древесины. — Микаса, уведи его. У Леви будто земля ушла из-под ног. Он покачнулся и чуть не выронил свечу. В отражении темного окна он заметил пылающие зеленые глаза и покоробленное красивое лицо. На ссутуленных плечах Эрена будто лежал непосильный груз. Он тяжело дышал. Аккерман ничего не мог понять. Что произошло? Почему он так жесток? Леви сделал еще несколько шагов к нему. — Я же сказал тебе не приближаться ко мне! — четкие и грозные слова Эрена прошлись невидимыми лезвиями по внутренностям Аккермана. Мелко задрожали тонкие пальцы, побелевшие губы раскрылись, чтобы воскликнуть о несправедливой жестокости, но парень кажется оцепенел. Тут на встречу Леви поднялась Микаса. Она взяла его за локоть и несильно потянула к выходу. Последнее что Леви увидел, когда обернулся, это дрожащую спину и скорбный отблеск тусклой зелени. — Отпусти, — выдернул Леви руку, как только они вышли. Чувствовалось, что девушка хотела что-то сказать, но не решалась. А Леви не стал спрашивать. Он ринулся в сторону спальни так быстро как только мог, стараясь скрыть свои предательские слезы. Но уже перед дверью он понял, что не может зайти. Это «его» комната, а там «его» кровать… Он не сможет заставить себя там остаться. И Леви направился к лестнице. Прочь из этого замка! Прочь из «его» замка»! Капли больно обжигали лицо, вся одежда сразу же промокла. Она неприятно липла и сковывала движения. В обуви хлюпала вода. Как же эта ночь была похожа на ту, в которую он пришел сюда, надеясь на слова из глупой легенды. Только сейчас Леви было все равно на неудобства. Он бежал, бежал со всех ног, постоянно падая, расшибая колени, вставая и снова мчась прочь. Он уже не сдерживал свои рыдания, дождь их все равно поглотит и никому не расскажет. Перепачканный в грязи и вконец выбившийся из сил Леви запнулся и в очередной раз упал. Кое-как он сел на пятки и оглянулся: его обступали устрашающие силуэты деревьев, и расползалась пугающая тьма. Он не знал, сколько времени прошло, и не помнил в какую-сторону побежал. Вроде в ту, что вела к деревне. Ведь он хотел домой. Он хотел вернуться. Неважно сколько он проживет, не важно, если умрет через день. Только бы увидеть мать еще раз. И главное, забыть этот чертов замок, все это время, что он провел в нем, эту тяжкую роль жертвы, и забыть его… Леви казалось, что все происходящее с ним просто нереально. Будто бы он попал в какую-то страшную сказку и все никак не может выбраться из нее. Он заплутал в ней, и заплутал в своих чувствах. Со всей силы он сжал кулаки, загребая пальцами сырую землю. — Ненавижу! — выкрикнул он со всей мочи, так, что запершило в горле. Слезы вновь хлынули из глаз. Леви подставил лицо темному небу и холодным каплям, чтобы они смыли соль его злости и обиды от разбитого сердца. — Так-так, — вдруг услышал он и вздрогнул. — Непослушная мышка сбежала из своей норки. Леви застыл в животном ужасе. Он буквально затылком почувствовал, как обладатель незнакомого глубокого голоса стал приближаться.