Моя вселенная

Мы гуляем по узким улочкам Старого города, укрывшись от непогоды одним зонтом на двоих. Одежда пропиталась влагой осеннего затяжного дождя. Мне досталось больше всего справа, тебе слева, про ноги молчу, так как они давно промокли. Я держу тебя под локоть, а ты держишь уверенно над нами чёрный зонт за изогнутую деревянную трость. Иногда мы останавливаемся в очередном переулке и дарим друг другу обжигающие поцелуи, закрывшись от всего мира всё тем же зонтом, ей-богу как школьники. Весело смеёмся над собой, а потом продолжаем неспешно идти по вымощенной булыжниками мостовой — я, звонко стуча каблучками, а ты, бесшумно ступая, словно лев. Такие прогулки, как эта, драгоценная редкость, с мнимым уютом заслоняющего от всего мира дождём. Можно зайти в ближайшее тёплое кафе, украшенное оранжевыми тыквами по случаю предстоящего заморского праздника. Выпить по чашечке ароматного кофе без молока, как любишь ты, в прикуску с их фирменным пирожным, как люблю я. Там будут посторонние люди, разговоры, доносящиеся из-за соседних столиков, тихая музыка и очаровательный официант, каждый раз подсовывающий под блюдце свой номер телефона на визитной карточке кафе. Не только мне, но и тебе. Ты оставишь ему щедрые чаевые и обязательно, незаметно для всех, проведёшь ладонью по крепким ягодицам, обтянутым тонким сукном, а Антон, наш незаменимый стюард, сделает вид, что не заметил, ни разу не смутившись. Я притворюсь, что этого не было, лишь немного изогну линию губ в улыбке, поскольку этот сценарий прокручивается с удивительным постоянством раз за разом. Это всего лишь игра, где каждый из нас с чёткостью придерживается правил, сохраняя невозмутимое лицо. Сегодня мы не заходим в кафе, мы идём дальше. Туда, где нас ждёт тишина, уют на двоих, хрустящие свежие простыни, сладкие стоны, крепкие объятия. Всего два часа безудержной любви, всего сто двадцать минут эмоциональной и физической близости. После секса ты закуришь сигарету, а я буду любоваться твоим мужественным профилем, впитывая в себя каждую частицу любимого лица. Ты проведёшь нежно пальцами по моим струящимся волосам, коснёшься невесомо губ, линии подбородка, отчего я совсем разомлею и буду ластиться к твоему разгорячённому телу, словно котёнок, выпрашивая очередную ласку. Отпущенное нам время промелькнёт быстро — в один миг. В конце ты скажешь, что любишь, каждый день скучаешь, думаешь о нас, вспоминаешь наши встречи, и я даже поверю. Как не верить, если это продолжается не первый год? Сколько их прошло? Четыре? Сколько ещё пройдёт? Вечность?.. Каждый день ты шлёшь красивые сообщения по смартфону, а после моего прочтения удаляешь. Я не отвечаю, храню их в памяти и никогда не пересматриваю. Мы изредка перезваниваемся и не ведём разговоры о расставании. Для нас это «табу», потому что больно, потому что для нас это неправильно. Изо дня в день, из года в год мы тихо плывём по течению и не знаем, куда нас окончательно прибьёт, поскольку итог будет в конце пути, а сейчас, если не начало, то середина — точно. Для нас важно лишь настоящее и то, что мы до сих пор вместе — вопреки всему, вопреки всем. У нас разный круг общения, разные интересы, разные взгляды на жизнь. Мы даже живём в разных уголках нашего города: ты в элитном районе на берегу Волги, а я в отдалённом, спальном, посреди панельных серых домов. Мы нигде не пересекаемся, разве что в единственной точке на всю Вселенную, с периодичностью раз в две-три недели. А когда встречаемся, дарим друг другу любовь и нежность, страсть и покой. Я точно знаю, что ты любишь своих жену, детей и даже собаку по кличке «Крейзи». По-другому, иначе, но любишь. Может, не любишь, а ценишь? За то, что появились в твоей жизни намного раньше, за то, что подарили себя безраздельно давно, за то, что рядом в любую минуту дня и ночи, в болезни и здравии, и за то, что ждут. Наверное, всё же их ценишь, а любишь меня. Да и как не любить, если мы созданы друг для друга? Мы много разговариваем, когда находим время для звонков и не только, много спорим. Порой общаемся без слов, жесты говорят сами за нас, и конечно, глаза — взгляды, которыми мы то и дело перекидываемся во время наших встреч. Мы два костра — сложенные воедино, закрывающие наш небосвод своим пламенем, обжигающим знойным ветром и охлаждающим вечным льдом. Мы инь и янь, день и ночь. Мы подстраиваемся под ритм наших тел, даря друг другу неизменно космическое удовольствие. Ибо каждый раз — это новая вселенная, каждый раз — чёрная дыра. Дождь продолжает идти, шелестеть каплями, ударяясь о поверхность земли, питая её, словно мать любимое дитя. Вокруг разбросаны опавшие пожелтевшие листья, их прелый запах кружит голову, а может, вовсе и не они, а всё дело в тебе, в твоей непосредственной близости, в твоём запахе. Деревья почти голые, лишь украшены уцелевшими листочками и дождевыми бусинами. Но это всё не важно. Важен ты и важно ускользающее между нами время. На улице давно стемнело, небо затянуто обложными тучами и сияющих звёзд нам сегодня не увидать. В окнах соседних домов горят синие и жёлтые лампы в шахматном беспорядке — там живут семьи, счастливые и не очень. Возможно, среди них есть тот, кто одинок, и сейчас, в эту минуту, он пристально и с интересом подглядывает за нами, словно шпион. Но и это не важно. Мы стоим под зонтом, освещаемые тусклым светом одинокого фонаря у подъезда моего дома. Молчим, безмолвно прощаясь, прижимаясь телами, прикасаясь губами. Мы ненавидим эти тянущиеся минуты. Ощущение разрываемой плоти и души не только у меня, но и у тебя — ты рассказывал. Ты целуешь меня в губы на прощание, резко разворачиваешься и уходишь, не оглядываясь. Тебе кажется, что так легче переносить боль расставания, и я не осуждаю, мне тоже больно. Я остаюсь смотреть тебе в спину, ждать, когда сядешь в свой внедорожник, заведёшь мотор и скроешься за поворотом, и только после поднимаюсь к себе. — Макс, ты не замёрз? — Замёрз, — отвечаю я. Антон нежно целует меня в губы, обнимает. — Всё хорошо? — Он заглядывает мне в глаза взглядом доверившегося щенка, от которого невозможно отказаться. И я точно знаю, что Антон — это другая вселенная, другая любовь, иная, но моя. — Да.