мелодия, воспоминание или просто одна картинка

Ещё один день на работе, где он разбирается с бумажками и пытается выжить, не общаясь с кучей людей. Где всё пошло не так? Сынмин подумал про себя, кладя стопку бумаг на стол. Всего около семи лет назад у меня были самые большие амбиции стать успешным фотографом, а теперь я застрял на офисной работе и понятия не имею, чем занимаюсь, –добавил он. Где он ошибся? Совершеннолетие. Единственный ответ на разбитые мечты — взрослая жизнь. Как только ты оказываешься в холодном и жестоком мире в полном одиночестве, у тебя нет другого выбора, кроме как отложить эти глупые мечты, чтобы позволить себе жить. Все в старшей школе знали сынмина, как замечательного фотографа, ведь он не мог жить без своей камеры.когда учитель конфисковал её из-за того, что он продолжал фотографировать небо во время урока, ему пришлось умолять вернуть её. Он мог бы стать великим, но всё должно когда-то заканчиваться, вот чему он научился, прожив 25 лет в этом мире. «Эй, неудачник, что ты хочешь на обед? я думаю о суши, вниз по улице недавно открылся суши-бар» К счастью, единственное, чем он так дорожил и что не подошло к концу, всё ещё рядом — его друг, с которым они знакомы 10 лет, ким чонсу «Суши звучит неплохо», –ответил сынмин, садясь на кресло, тяжело вхдыхая. Каким-то образом они оказались на одной и той же работе…разница лишь в том, что чонсу изначально мечтал о простой работе в офисе, в то время как сынмин должен был стать чем-то большим, но как звезда, он в конце концов исчез. «Эй, я вчера нашёл этот блокнот в метро», — сынмин протянул вещь, которую носил с собой.он передал его чонсу, который проверил блокнот, как только получил «Блин, где они взяли все эти наклейки? это похоже на тетрадь старшеклассника» — прокомментировал чонсу. «Это похоже на твою тетрадь в старшей школе» — ответил мальчик и усмехнулся. Другой закатил глаза. «В моём блокноте не было наклеек с группами, только lindsay lohan» — «ого, эти наброски…» — он открыл тетрадь. «Кому это принадлежит?" — чонсу посмотрел на сынмина. «Не знаю, какой-то парень квак джисок» — пожал он плечами. «Звучит знакомо» «Неважно» –сынмин выхватил блокнот из рук своего друга. — «Здесь написано, что он болен, а после перечислил всё, что хочет сделать до того, прежде чем его, знаешь ли, выселят с земли» Чонсу рассмеялся с последних слов младшего. «Чувак, неужели так сложно произнести слово умрёт» — спросил он «Пожалуйста, это казалось незаконным.в любом случае, я не знаю, что с этим делать» –сынмин откинулся на спинку стула и посмотрел на блокнот. Наступило молчание, потому что они оба пытались понять, что делать с тетрадкой, — «Найти его», –нарушил тишину чонсу. «Я не знаю как» –ответил сынмин. «В нашем большом городе есть примерно три больницы, наверняка он посещал одну из них.потому что как ты сказал, он болен» –сынмин знал, что слова друга имеют смысл, но он также не хотел показаться сталкером, спрашивающим квак джисока в каждой больнице.в худшем случае, ему придётся оставить блокнот навсегда и никогда не встречаться с этим парнем. Работа была утомительной, но было лучше, чем вчера.кроме того, поезд в метро не был переполнен, поэтому сынмин мог спокойно дышать и делать свою повседневную рутину, а то есть прослушивания музыки, чтобы игнорировать мир.затем он посмотрел на блокнот, который держал в руках, и решил ещё раз полюбоваться набросками. после он подумал о том, что ранее сказал ему чонсу.есть около трёх больниц, в которые квак джисок мог попасть раньше, и было бы обидно, если бы он (сынмин) забрал что-то, что принадлежит этому парню. Поезд остановился в пункте назначение, который даже не являлся его.но как будто у ног был собственный разум, потому что он просто бессознательно сошёл с поезда и поднялся по лестнице, находясь теперь в месте, о котором он никогда не думал, что окажется здесь раньше.по крайне мере, сынмин так давно не был здесь — в последний раз он был там на выпускном в старшей школе. Затем он понял, что причина по которой его ноги заставили сойти с поезда, заключалась в том, что…возможно, он надеялся, что это приведёт его к квак джисоку.ведь вчера на этой станции с поезда сошло много людей и может быть, парень был одним из них. Сынмин шёл к ближайшей больнице, и с каждым шагом, его сердце билось быстрее. «Почему он так нервничал? не потому ли, что ему пришлось бы объяснять, почему он вместо того, чтобы бросить блокнот в бюро находок, оставил себе?» Совсем скоро он прибыл в больницу, а затем сразу же направился к стойке регистрации. «Могу ли я узнать в какой палате остановился квак джисок?» –Сынмин даже не знал, какие слова нужно сказать, от чего нервничал ещё больше. «Какое отношение вы имеете к пациенту?» так он остановился в этой больнице? э-э, поторопись, сынмин, выбери уважительную причину. «Старый друг…со старшей школы, о сынмин» — это была полное враньё.чем больше он говорил, тем больше казалось незаконным встречаться с парнем. Медсестра за столом, казалось, купилась на это, она схватила свой планшет и повела его в палату джисока. В лифте они ехали молча. Сынмин мог поклясться, что медсестра всё это время слышала, как колотиться его сердце.когда они вышли, он услышал музыку на гитаре, и по мере того, как они шли по коридору, она становилась всё громче.затем они остановились перед комнатой, которая была источником музыки. Комната 1206–квак джисок Дверь открылась в сторону, и за ней показался мальчик его возраста, тансующий вокруг, играя на гитаре и подпевая припев seafret atlantis.сынмин стоял в восторге перед парнем, слегка приоткрыв рот и расширив глаза, как будто он только что увидел самый красивый пейзаж — «О» –выдохнул он.сынмин почувствовал, как его уши навострились, услышав такой прекрасный голос.Волосы джисока были длинными, их цвета являлись одновременно ярко-розовыми и голубыми–настолько яркими, насколько он сиял в данный момент. Он никогда не видел никого таким…живым «Джисок, у тебя посетитель, о сынмин», –объявила медсестра. Джисок будто точно знал, кто он такой, хотя сынмин был уверен, что они никогда раньше не встречались.– «О сынмин?» — спросил квак, оторвавшись от своих дел и повернувшись лицом к двери.там он увидел высокого парня, с взлохмаченными короткими каштановыми волосами, стоящего в дверях и смотрящего на него. Вот вы знаете, когда ты видишь что-то такое завораживающее и вдруг забываете обо всём остальном, что вас окружает? как будто в комнате только ты и завораживающая вещь, а всё остальное размыто? вот, что чувствовал джисок, когда смотрел на сынмина, который делал то же самое, что и он. «Я оставлю вас двоих.помните, что у вас только час посещаемого времени», –прервала момент медсестра, напомнив об этом джисоку, и он кивнул.потом квак понял, что остался наедине с парнем. «Ээ, заходите, пожалуйста», — он поставил гитару на подставку и пододвинул стул для мальчика. Дело не в том, что сынмин полностью проигнорировал стул, а в том, что он был скорее захвачен эскизами, висящими на стене у кровати.на его столе были разбросаны художественные принадлежности, в виде холстов разных размеров. «Пожалуйста, я надеюсь, вы ничего не возражаете против беспорядка…вы не можете запретить учителю рисования в занятиях искусством» –Джисок нервно улыбнулся. Сынмин сказал бы что-нибудь, что угодно, но не сказал.каким-то образом его язык был связан, и он понятия не имел почему. «Итак, мистер о сынмин, почему именно вы решили навестить меня?» –спросил джисок. «о, нет, теперь я должен говорить», подумал другой про себя. «Это» –сказал он, прежде чем вытащить блокнот из сумки.но чего он не ожидал, так это того, что тот улыбнётся и предложит мальчику место, которое он в конце-концов занял.джисок сел на кровать, прямо перед ним и посмотрел на вещь, — «могу я рассказать вам одну историю?» –спросил квак, сынмин кивнул. «Я предполагаю, что вы читали мою запись», –сказал он, сынмин вновь кивнул, — я прожил замечательную жизнь.знаете, из тех, где кажется, что я главный герой и ничего не может пойти не так.вот только «не так» — моя болезнь.мне поставили диагноз, когда мне было десять, и врачи сказали, что мне осталось жить пять лет, а возможно и меньше.вы знаете, что я молился.я сказал богу, что ничего не имеет значения, я просто хочу жить, пока не закончу среднюю школу.потому что я верю, что средняя школа будет лучшем временем в моей жизни — так оно и было.каким-то образом бог ответил на мои молитвы, и я окончил колледж…потом устроился на работу…а потом мне исполнилось 25» Сынмин не мог поверить, что в этом мире есть человек, который любит жить своей жизнью.это потому что его жизнь не сложилась, с тех пор как он был ребёнком? не отсюда ли пришла вся горечь, считая, что жизнь–это не что иное, как пустая трата энергии? «Моё тело перестало реагировать на лечение,и мне было нечего терять.в прошлом месяце я уволился с работы учителя рисования, чтобы оставаться здесь, в больнице, на целый день.на самом деле, мне не нужно было этого делать, но я знал, что моё время приближается, и для меня лучше остаться там, где обо мне позаботятся», –продолжал он, думая о том какой удивительной была для него его медсестра.как его доктор будет тем, кто купит ему ещё краски, хотя он и отказался красить стены. «Затем от скуки я составил список дел, которые хочу сделать перед уходом.всё, что я никогда не пробовал раньше и что я хочу попробовать снова» Минута молчания.это не было неловко или что-то в этом роде, это было просто…по другому.джисоку было комфортно рассказывать об этом сынмину, с которым он познакомился меньше получаса назад.сынмин был польщён тем, что парень рассказал ему историю своей жизни.– «а как насчёт искусства?» –спросил он. «Что ты имеешь в виду?» «Что…что заставило тебя увлечься искусством?» Сынмин даже сам этого не заметил, но он был напряжён, сжимая блокнот, наблюдая за другим, о,так спокойно. «Ну, я почти уверен, что занимаюст искусством с тех пор, как был в утробе матери», –улыбнулся джисок, заставив другого тоже хихикнуть. «Но я думаю, это являлось моим любимым времяпровождением, вдали от всех неправильных вещей в мире…подальше от хаоса в моей жизни» «Как и я относился к фотографиям.» –прошептал о сам себе, но джисок это услышал. «Ты фотографируешь?» –спросил он, теперь сынмин должен был ответить.фотография всегда была запретной темой между ним и его лучшим другом чонсу. «Раньше» –он ответил, надеясь, что квак просто остановится на этом. Но он этого не сделал. «Что заставило тебя остановиться?» –джисок задал ещё один вопрос.сынмин посмотрел на него, не решаясь ответить. Миллионы мыслей пронеслись в его голове, но ни одна из них не знала, как правильно ответить на этот вопрос, с очевидным ответом.– «о, ты можешь не отвечать, если тебе некомфортно», –улыбнулся джисок.видимо, он заметил, что это не лучшая темы для разговора. Однако сынмин покачал головой. «Всё в порядке» –ответил он.впервые, за всю жизнь, он расскажет об этом кому-то, кроме чонсу. «Наверное, я просто потерял на это время» Джисок поднял бровь.как кто-то может «терять» время на то, что он любит? «Я занимался фотографиями в средней и старшей школе, я был уверен, что это мой путь.но последние два месяца в выпускном классе разрушили все мои планы» –сказал он.но опять же, джисок знал, что независимо от того, насколько ты что-то любишь, может случиться ситуация, когда он будет сомневаться в любви к этому. «Отец ушёл от нас в другую семью, а мама заболела.я был единственным ребёнком и у нас не было родственников, поэтому мне пришлось отказаться от вещей, чтобы уберечь нас от голода, включая продажу моей камеры и поиск работы» Вот почему в самый важный момент в его жизни, у него не было фотографий.подумал про себя джисок. Это может сбивать с толку, но позже он объяснит, почему он так подумал. «Однако моя мама всё равно покинула меня», –вхдохнул сынмин, глядя в окно.где-то высоко в небе за ним наблюдает его мама. Он всегда задавался вопросом гордилась ли она им когда-нибудь. «И я потерял интерес к вещам, которые раньше любил.я поступил в колледж, изучил то, что мне нужно было для учёбы, а затем сразу же пошёл работать, как только окончил его» «Ты когда-нибудь скучал по этому?» –спросил джисок, и сынмин перевёл на него взгляд. Он кивнул головой «ужасно сильно, но я не знаю, вернусь ли я когда-нибудь к этому и сохранились ли у меня навыки, после стольких лет.безопасным вариантом было бы не пытаться снова, и я выбрал именно безопасный вариант.– сынмин пожал плечами. Джисоку стало жаль.удивительный фотограф погрузившийся в глубины того, что никогда не считал работой — наверное.он мог бы стать выдающимся, даже знаменитым Затем они сменили тему на то, как джисок хотел разрисовать стены. квак знал, что чем больше он будет упоминать о сынмине, тем больше тот будет чувствовать себя некомфортно, но это было не так.сынмин каким-то образом почувствовал облегчение, как будто наконец-то сбросил с плечь крошечный груз. Час пролетел незаметно и если быть честным, сынмин хотел бы остаться подольше.но медсестра уже пришла в палату, чтобы попросить его уйти. Затем сынмин встал и вернул блокнот джисоку.– «нет, всё в порядке, можешь оставить себе.мне это больше не нужно» –сказал ему джисок. Для сынмина это показалось странным.что он будет делать с записной книжкой, которая изначально принадлежала незнакомцу? Он бы выбросил это в мусорное ведро, забыл обо всём и продолжал жить своей жизнью без джисока.но когда он вышел из больнице, сынмин открыл блокнот на странице со списком желаний. Он понял, что концертный зал не так далеко от больницы и что day6 начнут свой тур завтра, а это суббота–выходной день сынмина.