Как курица лапой

      Урок был настолько нудным, что даже происходящее за окном, на которое можно было обычно отвлечься, толком уже не интересовало. Скрип мела заставлял скривиться, а тошнотворный голос учителя доводил до белого каления. Каждую пятницу Мисс Марпл, как и другие классные руководители, проводила воспитательную работу, которая посвящалась гендерному воспитанию детей. С мальчиками, как и с девочками беседу проводили отдельно. Поэтому Чарли опять был лишён возможности взглянуть на свою подругу: белокурую девчонку Алису, которая постоянно его выручала канцелярскими принадлежностями. У него в пенале ее ручек штук десять скопилось, но отдавать их, он не собирался. Глядя даже на обычные ручки, на душе становилось теплее. - И как вы все уже знайте, есть достаточно вещей, которые отличают мужской пол от женского. – до Чарли опять донесся скрипучий голос женщины. Каждый такой урок он только и слышал «мальчики должны это, мальчики должны то". И всё-таки, маленький Чарли решался задать вопрос, который его интересовал с самого первого занятия. Вопросы подобного рода еще никто не задавал, и он решил, что будет первым.       Чарли медленно поднял худую, дрожащую ручонку. Суровый взгляд Мисс Марпл упал на мальчика, отчего тот съёжился еще больше. А ведь около минуты назад, он почувствовал себя настолько смелым, что готов был задать столько вопросов, сколько не задал бы ни один из его одноклассников. Учительница в мгновение мягко улыбнулась. Она любила, когда дети задают ей вопросы, точнее, она любила доказывать свою правоту в ответах. Она считала, что только она права и больше никто, поэтому многие в классе не решались ляпнуть что-то такое, что можно назвать «своим мнением». - о, Чарли, я рада, что ты заинтересовался этой темой. – Женщина расплылась в улыбке и приготовилась отвечать на очередной, по ее мнению, глупый вопрос ребёнка. - М...Мисс Марпл, мне стало интересно, - смелость окончательно покинула мальчика. Сейчас ему хотелось просто отпроситься в туалет, а потом пойти домой как ни в чем не бывало. Чарли оглянулся, все внимание было приковано к нему, он сглотнул подступивший к горлу ком и тяжело вздохнул. Раз начал, то нужно продолжать. - ээ..почему.. мм.. когда плачет мужчина, то ему должно быть стыдно за это? – в кабинете наступила тишина. Кто-то уже начал шептаться, затем пошли смешки в адрес Чарли. Мисс Марпл взглянула на своего ученика так, будто он осквернил святыню, порвал на глазах у всех библию и покрыл каждого матом. Но сам Чарли не мог понять, что же такого он сказал, отчего у всех такая реакция. Женщина медленно села за свой стол, сняла очки и положила их в футляр. Сомкнув руки в замок, она еще раз посмотрела на мальчика, а потом уже на всех остальных. - я вам уже не раз говорила, что мы – женщины, слабее мужского пола и мы хотим чувствовать себя в безопасности. Когда мужчина плачет, он показывает то, что он слабый! – Учительница повысила тон, сделав акцент на слове «слабый». По кабинету пошел гул, среди ребят начались дискуссии, но их успокоили быстро. Многие были согласны с утверждением Мисс Марпл, но не Чарли. - Но..но разве слезы не показывают того, что я что-то чувствую..? Что я.. – Женщина хлопнула рукой по столу, даже не дав Чарли договорить. Прозвенел звонок. Ребята начали запихивать тетради с книгами в свои рюкзаки, в кабинет забежала толпа девчонок. Две подружки «не разлей вода" решали куда пойдут, а мальчишки уже назначали друг другу время встречи, чтобы погонять на поле мяч. Чарли никто не звал. С ним даже никто не разговаривал. Да и ему не о чем было разговаривать со своими одноклассниками, они все были неинтересны мальчику. Думали по-детски, книг не читали, только один футбол на уме, мороженное и кино. Хотя, в глубине души, Чарли прекрасно понимал, что ему этого и не хватает. Футбола, мороженного и кино.       Чарли не торопясь сложил свои вещи в свой потрёпанный рюкзак, иногда он завидовал другим, потому что у других были такие крутые рюкзаки, а у него такого не было. Родители были очень экономными и бережливыми людьми, поэтому мальчик благодаря им, мог носить одну вещь лет пять. В кабинете Чарли остался один. Он провёл рукой по парте, новенькая, ни одной трещины, сколько ему еще за ней сидеть? Ему всего 14 лет, но он уже имел привычку слишком много думать. Кто-то ему говорил, что много думать плохо, даже противопоказано. Человек, который рано все осознает и понимает – страдает. Не зря ведь говорят, глупые, самые счастливые люди. А Чарли думал, сейчас тоже думал. Он искал ответы на вопросы «почему в этой школе вешают на учащихся стереотипы? Почему ему плакать стыдно? И что будет, если он придет в розовой рубашке?» Из-за своего занятия, он не заметил Алису, которая ждала его возле кабинета. Но девочка не обиделась, она слишком хорошо знала своего друга. Алиса одернула Чарли, и позитивно ему улыбнулась, но он лишь кивнул в ответ. Мальчик слишком был занят своими мыслями, чтобы зацикливать свое внимание на приветствиях. Девочка о чем-то его спрашивала, но получала отрывистые, короткие ответы. Попрощавшись, Чарли поплелся в обратную сторону. Он не говорил Алисе, что живет в другой стороне, ему нравилось ее провожать, с ней ему было хорошо. Домой он вернулся поздно. Он уже собирался огребать от родителей, но обнаружил, что дома никого нет. На кухне на столе лежала записка, на ней стояла тарелка с блинчиками. Судя по всему, приготовленными недавно. Есть совсем не хотелось, поэтому Чарли поднялся к себе в комнату, сделал уроки и заснул.       Эта неделя была продуктивной и прошла достаточно быстро. Все бы ничего, но уроки мисс Марпл по пятницам очень изматывали. Изматывали морально. Он не понимал, к чему это разделение, почему все так помешаны на этих правилах, зачем?? Вопросом, из-за которого его отправили к социальному психологу, был вопрос « что будет, если девочки начнут носить брюки?». Казалось, что здесь такого, но такой вопрос не понравился не только Мисс Марпл, но и одноклассникам. Его подняли на смех, и предложили самому прийти в юбке.       У психолога дельного он ничего не услышал. Только то, что так принято: девочки в юбках, мальчики в штанах. Ясно? Ясно.. Да все ему прекрасно ясно. Только не ясно, почему у девочек и мальчиков нет выбора? А самовыражаться как? Мороженным и футболом? День за днём Чарли все больше осознавал бессмысленность такой системы. Каждый раз, как он провожал Алису домой, высказывался ей по поводу того, что он надумал. Девочка молча слушала Чарли и улыбалась. Когда он начинал об этом говорить, она его не перебивала, свое тоже не добавляла. Чарли задумывался, почему так. Может она его не понимает? А может, она таким образом с ним соглашается? Тут только гадать, а спрашивать прямо, он не решался.       Но наступил день, когда его жизнь начала давать сбой. Был ничем не примечательный день, Чарли так же провожал Алису. Они говорили о новом фильме, который должен вот-вот выйти, вкусы у них были одинаковые, не во всем конечно. Поэтому они договорились в день выхода сразу же его посмотреть. Когда за поворотом показался дом девочки, она остановила Чарли и загадочно улыбнулась. - Слушай!!! У меня возникла одна безумная идея, - девочка на эмоциях начала трясти Чарли. - Да отпусти ты меня, - вспылил мальчишка, и уже после того, как отдышался, спокойно продолжил. – Я готов тебя выслушать, только пожалуйста, не нападай на меня так больше, хорошо? – Ребята посмеялись и Алиса предложила Чарли зайти к ней. Чарли частенько находился у нее дома, особенно во время летних каникул. А в учебное время, он может только провожать. Но была пятница, а по выходным в школу они не ходят. Им остаётся только посочувствовать тем, кто учится по субботам.       В доме пахло как всегда вкусно. Витали запахи запечённой курочки в овощах, ватрушек и зелёного чая. В этом было главное отличие родителей Алисы, они создавали уют в доме, в то время, как в доме у Чарли постоянно пахло « Доместосом». Родители Алисы всегда были рады Чарли, поэтому чувство неловкости сразу же улетучивалось. Ребята деликатно отказались от еды и проскользнули в комнату. Алиса закрыла дверь на ключ, давая понять всем своим видом, что то, что она сейчас скажет, максимально конфиденциально. - я хотела сказать, что я была восхищена твоими высказываниями по поводу выбора и бессмысленной системы. – Чарли немного опешил. На лице появились первые нотки радости. Всё-таки она его действительно слушала, она разделяет его позицию. - Это превосходно, Лис, я думал, что ты меня… вообще не слушаешь, – мальчик немного смутился, может ему не стоило это говорить, а вдруг она обидеться? - Нет, ты что!! Я тебя всегда слушала и слушаю. – В комнате повисло молчание. Девочка не знала, как преподнести Чарли то, что она придумала. Позиция позицией, но она боялась осуждения. Но, раз уж она обмолвилась про идею, привела Чарли в комнату, то давать заднюю уже поздно. Алиса молча, по немой вопрос Чарли, подошла к шкафу и достала оттуда пару вещей. - если ты так хочешь сломать эту систему, - девочка тяжело вздохнула, - то давай сделаем это, я тебя поддержу. Дадим друг другу выбор сами. –       Алиса показала Чарли вещи, которые она достала из шкафа. Это были розовая рубашка и обычные черные брюки. Чарли наблюдал за каждым ее движением и постепенно начинал приходить к понимаю того, что задумала девочка. - я каждый день смотрю на себя в зеркало, - девочка открыла дверцу шкафа на которой висело зеркало, и подошла ближе. – Каждый день одно и тоже. Юбка, платье, юбка, платье, а ведь мы не можем по-другому, якобы, так принято. Принято то, что девочки ходят исключительно в юбках, а мальчики исключительно в брюках. Надоело!! Я всегда хотела поэкспериментировать в одежде, - на лице Алисы просияла безумная улыбка. Чарли держал в руках розовую рубашку, сейчас у него в руках был шанс доказать, что у каждого человека есть выбор. Выбор в одежде, в профессии, в жизненной позиции, да во всем! - Хорошо, в понедельник мы приходим в этом в школу, - с неким волнением протянул Чарли. - Да, встретимся возле парка, а потом вместе пойдём в школу. - Договорились. – ребята дали друг другу пять и разошлись. На улице моросил дождь, но Чарли было все равно на него, он был переполнен эмоциями в предвкушении завтрашнего дня.       В понедельник они сделают то, о чем он только мог подумать. Выходные прошли в кругу семьи на даче, Чарли не особо любил проводить время с семьей, но эти выходные были особенные. У него была новая пища для размышлений. Утро понедельника было слишком бодрым и волнительным. Рубашка сидела просто прекрасно, будто шили по его меркам на заказ. Сердце бились чаще чем обычно. Для обычного человека, этот день мог показаться обыкновенным серым днем, но не для Чарли. Для него, это был праздник, шаг к чем-то новому и запретному, как начало революции. Только эта революция в его маленьком внутреннем мире. Встретился он с Алисой как и было оговорено, возле парка. Девочка пришла в брюках. Как и обещала, она решилась на это. Чарли не понимал, ради чего она это делает, юбки не так уж и плохи, а может, она просто хочет поддержать его? - Ты готов? – Алиса не скрывала волнения, но рядом с Чарли было не так страшно. Они прекрасно осознавали последствия. Что-то делать не так страшно, когда знаешь, что тебя ждёт. Ребята молча пошли в школу. По дороге они словили кучу взглядов прохожих: осуждение, восхищение, ненависть, кто-то просто мимо проходил, так и не обратив внимания. Ребят это раззадорило. В школу они пришли как и обычно. Зашли в класс, сели за свои парты. Ошарашенные одноклассники не сводили глаз с виновников торжества. Никто не выпалил ни слова. Через несколько минут одноклассницы окружили Алису и начали рассматривать ее обновки, задавая при этом кучу вопрос: цена, бренд, и как она на такое решилась. Но вот у Чарли бренд и цены никто не спрашивал. Розовая рубашка привлекла внимание, но совершенно не то. У мальчика и так с одноклассниками отношения были напряжёнными, сейчас ситуация может усугубиться. Но он знал на что шел, поэтому игнорировал все грубые шутки в его адрес. Уроки прошли успешно, многие учителя хвалили Алису и Чарли за смелость, но советовали вернуться к прежней форме. Школа стояла на ушах. Ребята вызывали у многих двоякие чувства, некоторые консервативные учителя реагировали агрессивно, но никого из двоих не трогали. Все шло к успешному концу учебного дня, но по закону подлости, все не могло закончиться так хорошо.       В ушах раздался звон. Это был звонок с последнего урока. Неугомонные учащиеся начали собирать вещи, делали это они так, будто начался зомби апокалипсис и у них был ограничено время, чтобы унести самое ценное. Чарли как обычно никуда не торопился. Он апатично всунул последние тетради и поплелся к выходу, словив на последок взгляды одноклассников. Возле кабинета Алисы не было, и это очень удивило мальчика. Она всегда его ждала, а если не получалось, то она предупреждала. У Чарли появилось странное ощущение, но он сразу же его откинул и решил потихоньку идти домой. Окунувшись в свои мысли, они и не заметил, как пошел в другую сторону и забрёл в школьный дворик. Чарли некоторое время стоял. Решившись уже пойти на выход, его окликнул знакомый голос. Очень знакомый голос. - смотрите, наш Чарли пришел в школу в розовой рубашке. - За спиной Чарли раздались смешки. Его одноклассники. Это были его одноклассники, и они здесь не просто так. Не надо быть умным, чтобы понять, зачем они здесь. - Почему не в юбке, Чарли? Она бы тебе подошла, особенно розового цвета. – Майк – главный задира и лидер всех подпольных банд, которые « держат в страхе» все, что движется. Компания подростков засмеялась. Чарли повернулся и уставился на своих одноклассников. Трое на одного, было не справедливо, хоть он и привык к несправедливости, тут надо было что-то быстро придумать. Бежать? Давать отпор? Что!? Когда он ни разу не посетил ни один бойцовский кружок, даже видео в интернете не смотрел. Но из-за своей привычки думать, он не успел ничего сделать. Один из ребят толкнул Чарли в плечо, отчего тот чуть не оказался на матушке-земле. Затем его еще раз толкнули. Толкали его до тех пор, пока он, всё-таки не оказался на сырой земле. Прикоснувшись к ней, он понял, что недавно лил дождь и что его одежде пришел конец. Забавно осознавать, что его интересовала одежда, а не его собственная жизнь. Майк подошёл ближе и схватил Чарли за рубашку под всеобщие вой. « Стадо» пронеслось в голове у мальчика. - А может ты еще, как те, как там их… короче, по мальчикам? – компания опять засмеялась. Смеялись они не от того, что было смешно, просто не хотели, чтобы им тоже влетело. Стадный инстинкт. - какое вам дело до моей рубашки? Отстаньте, - Чарли хотел это крикнуть, но в силу своей трусливости, он это прошептал. Глава « стада» не стал разбирать то, что он ляпнул, а просто ударил Чарли кулаком по лицу. - Ай!... – На мгновение показалось, будто по лицу прошлись наждачной бумагой. Боль обожгла лицо. Резкая, неутихающая боль. - а после такого, ответишь? Зачем ты напялил розовую рубашку!? – Майк не унимался, навешанный всякими глупыми стереотипами, он посчитал розовую рубашку дурным тоном. А это было неуважительно по отношению к правилам школы и той самой, как считал Чарли, бессмысленной системы. Кончено, Майк не был ярым защитником школьных правил, просто ему нравилось самоутверждаться за Счёт остальных. Ответа от Чарли не последовало. Еще один удар пришёлся опять по лицу, кровь струйками хлынула из носа. Розовая рубашка в мгновение стала на тон темнее. Молчание мальчика очень разозлило и без того сумасшедших одноклассников, в ход пошли ноги. Чарли ничего не оставалось, как свернуться в позу эмбриона и терпеть каждый удар, который приносил неимоверную боль. Так могло продолжаться ещё долго, пока до ребят не остановила Мисс Марпл. - Хватит!!! Быстро отошли от него! Я сказала быстро. – Испуганные криком женщины подростки, быстро убежали в сторону многоэтажек. Ответственность за избиение одноклассника на себя брать никто не хотел, хотя Чарли знал, что им сойдет с рук. Их родители богатые, а значит, им всегда все сходит с рук.       Женщина подняла с земли полуживого мальчика. Одежда была в грязи, рубашка в крови, сам он выглядел не для походов в школу. На нем не осталось ни одного живого места, каждое движение давалось ему с трудом. Он искренне надеялся на поддержку со стороны Мисс Марпл, но она молча потянула его, за, и без того больную руку. Мальчик скривился от боли, но ничего опять не сказал. Через некоторое время он сидел на стуле в кабинете. Возле него никто не порхал, бинтов и перекись никто не принёс. Да что там перекись, даже пластырь ему никто не подал. В кабинете долгое время никого не было, пока в коридоре не послышались голоса и стук каблуков. Чарли уже успел обрадоваться, что это ему несут бинты и идут на помощь. Но когда дверь со скрипом отворилась, он понял, что он ошибся. В кабинет зашли его родители, а за ними родители Алисы и, ему стало немного теплее, сама Алиса. Родители Чарли смотрели на своего сына не с сожалением, а с осуждением. Лицо Алисы было заплаканное, как и лицо ее мамы. - Они пришли в школу в непозволительной, по общественным нормам одежде. Они пренебрегли не только школьными правилами, но и попыталась пойти против правил, установленных обществом. – Голос Мисс Марпл звучал очень сурово. Ей было наплевать на возраст родителей, сейчас она отчитывала их так, как каждый день традиционно отчитывает учеников. - я понятия не имею, как можно было воспитывать своего ребёнка, чтобы он вытворил такое. Всем прекрасно ясно, девочки носят юбки и платья, мальчики брюки. Это не меняется местами. Розовый цвет, прошу меня простить, не для мужского пола. – женщина кинула брезгливый взгляд на Чарли. Алису никто не трогал. Видимо ей уже промыли мозги. - почему мы не можем выбирать в чем нам ходить? – хриплый голос мальчика раздался эхом в кабинете. Ощущение, будто все знали, что он начнёт говорить и специально замолчали. Суровый взгляд отца упал на сына, но Чарли было уже плевать. Ему было даже не больно, ни физически, но морально. Он был доволен тем, что сделал. Он гордился собой. - потому что есть правила для таких щенков, как ты!! – Женщина достала из полки тоненькую книгу и кинула в Чарли. - Почитай! Искренне надеюсь, что до тебя дойдёт. Нет выбора, есть правила! - но.. – Ты глухой?? Нет никаких но, не позорь семью!! Мне жаль твоих родителей. – Слова, очень сильное оружие, они вызывают различные состояния у людей. Опасная штука. Чарли оглядел всех присутствующих в кабинете, в том числе и родителей. В их взгляде не было никакой теплоты. Его избили, теперь поливают грязью, он разве этого достоин? По щекам мальчика покатились слезы, он медленно встал и пошел к двери. Женщина продолжала орать, что даже плакать, это позор, как ему не стыдно. Чарли уже ничего не слышал, он закрыл за собой дверь, и пошаркал по коридору к выходу. Как проходили остальные дни, он не помнит, помнит только, что ему досталось от родителей, больницу и то, что он пролежал всю эту неделю дома.       На улице уже чувствовалась прохлада, чувствовалось приближение осени. Чарли глубоко втянул в себя воздух так, будто он последний раз это делает. Зайдя в кабинет под привычными взглядами, он уселся за парту. Домашнее задание он не сделал, а хотя, было уже плевать. Алиса молча сидела за последней партой в юбке. После того случая, многое изменилось в их дружбе, да и не только в дружбе. День тянулся очень медленно. На последнем уроке с ними проводили профилактическую беседу, рассказывали правила поведения, дресс-кода и еще куча всего. Чарли ничего не слушал, он смотрел на стрелки настенных часов и ждал, когда кончится урок. Кого-то из одноклассников окликнули, чтобы задать вопрос, обычно они рандомно вызывают, чтобы убедиться, доходит ли то, о чем они толкают до учащихся. Мальчик встал, и принялся отвечать. Чарли взглянул на своего одноклассника, внимательно слушал то, что он говорит, отмечая про себя, что тот прав. Точнее, по правилам прав, но лучше не высказывать то, о чем думаешь. Особенно в таком месте как школа. Чарли готов был погрузиться обратно в свои размышления, пока его взгляд не упал на ногти одноклассника, которые тот пытался прятать под партой. Они были накрашены черным лаком. Это было запрещено, запрещено красить ногти. Если бы кто-нибудь заметил, то его бы ждала такая же участь на школьном дворе, что и Чарли. Но кого сейчас это волновало?       Чарли улыбнулся. Он не смог изменить что-то в той системе, против которой пошел, он не возглавил революцию или что-то в этом духе. Но только сейчас до него дошло, что своим поступком, он кого-то вдохновил.