Километры осени

Жалость — это все равно что припарки. Жалеть можно о пролитом на скатерть кофе или о промахе в боулинге. А истинная скорбь так же редка, как и истинная любовь. С. Кинг «Керри»

Антон никак не мог понять, откуда раздавался звук и почему так рано. Ему удалось уснуть достаточно крепко и телефонный звонок через час показался оглушающим. — Дим, какого… — Антон слегка прищурился, глядя на экран. Но там не отображалось имя друга. — Арс? — Можешь выйти? Я внизу. — Хорошо, — Антон тут же сел на кровати и посмотрел в окно. Было темно и тихо. В это время засыпали даже те, кто ложатся поздно. Антон наспех оделся, посмотрел в зеркало, и, поправив волосы, вышел. Арс был у машины, присев на капот, и держал в руках белый листок бумаги, сложенный пополам. — Ну как, подумал над моим предложением? — Арс наблюдал за котом, который медленно крался по траве, а затем исчез в кустах. — Ты решил уточнить степень обдумывания в четыре утра? — Антон присел рядом. Их плечи едва касались друг-друга. — Нужно было послушать себя же самого из сна и предложить свидание раньше. Было бы хоть что вспомнить. — А сейчас что, время истекло и я уже не могу согласиться? — Знаешь, Антон, — Арс повернулся к нему. — Ты мне правда очень помог. — Арс, что случилось? — Помнишь, мы рассказывали мистические истории? — Арс посмотрел на лист бумаги у себя в руке, а затем протянул его Антону. Антон развернул лист — там была фотография. — Получается три мистические истории и одно чистосердечное признание, — сказал Арс, внимательно следя за реакцией Антона. На этой фотографии Арс был даже младше Антона и стоял на фоне дачного участка рядом с красной машиной. Похоже, совпадений в этой истории и правда быть не может. Все соединилось невидимыми нитями не позволяя событиям навсегда остаться в прошлом. — Что?.. Нет, — Антон покачал головой. — Тебе тогда даже восемнадцати не было. — Я не помню, — Арс смотрел только на Антона. Антон покачал головой, ожидая дальнейших объяснений. — Хорошая новость — мы нашли, кто убил ту девушку. — Но ты же сказал, что ты не помнишь. — Не помню, как и не помню, чтобы у нас была красная машина. Как можно забыть о том, на какой машине ездил отец? Никак, если конечно это воспоминание не подавить. Пока я ехал сюда, я подумал, что может есть несколько процентов вероятности, что это просто совпадение и ты снова найдешь подходящие слова. Но нет… И Арс указал на черную машину, которая въезжала во двор. — Мой отец. Из машины вышел мужчина и направился к ним. — Сын, поехали домой. — Почему? — Арс спросил слегка зажато, наблюдая, как отец смотрит на фотографию в руках Антона. — Надо было сначала прийти ко мне. — Как-то можно заставить забыть, да? — усмехнулся Арс. — Но не до конца, поэтому мне и снились эти сны, поэтому меня и влекло к этому участку дороги. Я правда убил ту девушку? — Давай не будем здесь разговаривать. Антон понимал, что ему нельзя присутствовать при этом разговоре, но ладонь Арса легла ему на запястье, будто удерживая. — Это произошло как в тот раз, да? Я тоже тебе позвонил? — Нет, я просто увидел машину в гараже утром и все понял. У тебя было что-то вроде посттравматического синдрома. Но той девушке уже нельзя было помочь. — Но я даже и не пытался. Я понял, что случилось что-то плохое, но не увидел тела, потому что ее отбросило в лес, да? — Вероятнее всего, — отец Арса посмотрел на Антона. — Но уголовного преследования все равно не выйдет. — О, ты боишься что Антон меня сдаст, да? А то что я сам могу обратиться в полицию. — И что? Будешь сидеть? Ты уже отмучился этими своими кошмарами. Тебе было шестнадцать лет — ты ошибся, а не пошел убивать намеренно. — Но я убил, — Арс сильнее сжал запястье Антона. Мужчина перевел взгляд на Антона. — Если это вопрос денег, можешь сказать сколько? Антон молчал. На самом деле в голове не было ни одной мысли — он не думал о том, сколько можно просить за молчание, не думал о том, что подобное предложение может обидеть, не пытался найти оправдания поступку семилетней давности. Все, что он в этот момент осознавал — рука Арса на его запястье становится с каждой секундой все холоднее. — Но это правда было не специально, Арс, — Антон повернулся к парню и изо всех сил попытался изобразить на лице улыбку. — Но я убил, — повторил Арс. Они смотрели друг другу в глаза, и сейчас было как-то жалко всех упущенных моментов побыть вместе. Надо будет сказать об этом Диме с Сережей. Обязательно надо будет сказать. Всем надо будет рассказать — будьте вместе. С самого первого дня знакомства, с первой улыбки. Даже если ничего не получится, даже если в результате вы и не вспомните друг о друге, все равно будьте вместе. На всякий случай, чтобы потом не жалеть. Они знакомы недолго, но отчаянно хотелось продолжать — кататься, сидеть в кафе, смеяться. Что угодно, лишь бы не закончилось прямо здесь и сейчас, под тяжестью тайны, способной расколоть даже самое сильное. Чувства едва зарождались, они были гибкими и пластичными, пока выдерживали. Но нужно было еще немного времени вместе, а потом проверять на прочность. Антон смотрел в глаза Арса. — Я должен пойти в полицию, — шепотом сказал Арс. — Не должен, — заверил Антон. — Ты сейчас поедешь… Антон посмотрел на отца Арса и тот кивнул. — Со своим отцом. И все будет хорошо. — Не будет. — Будет, — Антон улыбнулся шире. Как, оказывается, тяжело улыбаться, когда тебе грустно. — И все наладится. А потом, когда все закончится, мы снова поедем куда-нибудь вместе. Ты так и не рассказал мистическую историю. — Сын, пойдем, — позвал мужчина. Арс встал и покорно пошел в машину, потом остановился, вытащил ключ из кармана и положил на капот рядом с Антоном. Отец Арса взял из рук Антона фотографию. Антон наблюдал, как машина выезжает со двора. Вокруг не раздавалось ни звука, казалось, ни одно живое существо не должно было стать свидетелем сцены, которая только что развернулась в желтоватом свете фонарей. Антон посмотрел на ключ от машины на капоте. Как странно иногда исполняются самые заветные мечты.