Десятый круг ада

Осень. Город укутан в туман и запятнан безумием вывесок и фонарей. По дорогам несётся тьма, уронив над Темзой две белых звезды со шпор. Неподписанный приговор означает, что весь белый свет для тебя - тюрьма. Закрывай же глаза скорей: сон - обман, но какой милосердный, прекрасный обман. Спи. Божья милость станет травой, проросшей сквозь могилу твою. Спи. Страшных мыслей строгий конвой останется у дня на краю. Спи. Сон спасёт тебя от себя, от страшной пляски в паре с Луной. Спи. Пальцы прядь волос теребят. Я, кажется, растроган. Смешно. Осень. Дождь заливает мосты и смывает старинную кровь с пожелтевшей травы. Ночи Лондона так просты: просто холод, просто октябрь и просто тоска. Бьётся пламенем у виска осознанье того, что твой мир навсегда застыл: мёртвым плохо среди живых... Жаль, что в мире иссякли ручьи из живой воды. Спи. Боль уйдёт, всё будет легко: и день, и ночь, и пуля в лицо. Не вечный, но желанный покой - на пару необъятных часов. Спи, глупое, смешное дитя - наполовину не человек. Спи. Звёзды над туманом блестят, запутавшись в багряной листве.