Мифический трибрид: миф или реальность.

– Доброе утро, – прошептала я, не открывая глаз. – Давно не спишь? – губы Элайджи коснулись моего лба. – Примерно с того момента, как я почувствовала аромат подгоревшей яичницы, – я открыла глаза и положила ладонь на щёку Элайджи, а затем притянула его для поцелуя. – Вот теперь доброе утро, – ответил вампир, когда я закончила поцелуй. – Сколько времени? – Около трёх. – Утра? – удивилась я. – Дня. Ты долго спала, но я решил разбудить только, когда приготовлю завтрак. – И что же у нас на завтрак? – я села на кровати и посмотрела на поднос, который стоял на прикроватной тумбе. – Пицца на завтрак? А как же завтраки в английском стиле? – Я не всегда такие готовлю. – Ну-ну, – посмеялась я и взяла кусочек пиццы. – С курицей и грибами, неплохой выбор. А что случилось с яичницей, которую ты делал? – Во-первых это был омлет, а во-вторых он сгорел, пока я делал смузи. – Тысячелетний вампир знает слово смузи? А ты очень хорошо прокачал свой разговорный молодёжный скилл. – Скилл? – Навык, – рассмеявшись сказала я, – какой ты древний, Элайджа. – Заметь, ты не на много меня младше. И я не старый, – он притянул меня за шею для поцелуя, напористого и жёсткого. – Если ты не остановишься, то мой завтрак придётся перенести на несколько часов, а может и больше. – Ладно, у нас будет ещё время. Пока ешь. – Спасибо за разрешение, – я потянулась за стаканом, – из чего? – Малина, вишня, клубника и чёрная смородина. – Мне нравится, – я съела три куска пиццы и выпила половину смузи. И я была полностью счастлива. Всё таки путь к счастью девушки тоже лежит через желудок, потому что к голодной мне лучше не подходить. Я встала с кровати. – Я в душ, – на мне была рубашка Элайджи, которая доставала мне до середины бедра. – Ты идёшь? – обернувшись, спросила я. – А ты пустишь? – В одежде - нет, – я скрылась за дверью, и сняв рубашку, скрылась в душевой кабине. – Я уже со скучился, – его руки обхватили меня за талию, теперь мы вместе стояли под струёй тёплой воды. – Последние несколько дней мы провели вместе и иногда даже не вылезали из постели. Мы не расставались больше, чем на минуту, ты уже соскучился? – Абсолютно. Не поверишь, но когда я готовил завтрак, мне хотелось чтобы ты была рядом. – И как ты раньше жил без меня? – я повернулась к нему. – Не поверишь, ужасно. Каждое расставание причиняло мне боль. И сейчас, когда ты рядом, обнажённая и в моих объятиях. Я не верю, что это происходит на самом деле. – Но я могу тебе доказать обратное, – я поцеловала его в подбородок, потом в шею, потом в ключицу, – теперь веришь? – Думаю нужно повторить, чтобы я до конца убедился. – Ну хорошо, – я продолжила его целовать, Элайджа прикрыл глаза и я незаметно переключила воду, с горячей на холодную. – Чёрт, – пробормотал Элайджа. – Теперь поверил, милый? – Сейчас поверю, дорогая, – он притянул меня к себе, согревая в объятиях и растворяясь в поцелуях. Несколько часов спустя – Ты всё таки вытащила меня из дома, – ответил парень и крепче сжал мою ладонь. – Я так давно здесь не была, так что ты мне должен прогулку, – мы шли рука об руку по тропинке, заходя в глубину леса и наслаждаясь природой. – Что за привычка не застёгивать пальто? – проворчал Элайджа и остановился, чтобы застегнуть моё пальто на всё пуговицы. – Я ведь вампир, не заболею. – Но две другие твои сущности всё таки уязвимы к болезням и холоду. – А ты заметил, у нас с тобой парные луки, – я кивнула в сторону его пальто. – По-моему ты уже заболеваешь, тысячелетний трибрид говорит на молодёжном слэнге, это слегка.. – Ещё раз скажешь что-нибудь про мой возраст и пожалеешь об этом, – с улыбкой сказала я и поправила воротник его пальто. – Понял, больше не буду, – он перехватил мою ладонь и поцеловал костяшки моих пальцев. – Продолжим прогулку? – С удовольствием. Спустя час мы дошли до другого берега озера. Вид здесь просто шикарный. Я села на камень, наблюдая за красотой природы. Мне этого не хватало. Просто сидеть и наслаждаться. Я чувствовала себя спокойно. – Пора возвращаться, скоро дождь начнётся. – Когда меня пугал какой-то дождик? – Не начинай, я не хочу чтобы ты заболела. – Да, мамочка. Или лучше мне называть тебя папочка? – Заткнись, – прошептал Элайджа мне в губы и накрыл их своими. – Я конечно не хочу останавливаться, но всё же правда пора идти. – Зануда, – ответила я, и он помог мне подняться. – Всегда удивлялся тому, что несмотря ни на что ты сохраняешь это детское, юношеское. – Что именно я сохраняю? – Среди всех нас ты ещё можешь улыбаться, радоваться жизни. Ты самая светлая из нас, Ульяна. Поэтому я не хотел тебя впускать в нашу семью. Я не хотел, чтобы ты погрязла в этой тьме. Хотя ты уже навсегда в моём сердце и, чтобы я ни говорил, но ты наша семья, всегда и навечно. – Спасибо за признание, мне правда было важно, чтобы ты это сказал. Но давай договоримся, мы всё решаем вместе и ты не можешь, просто почувствовав опасность, огородить меня от неё и от вас. Потому что я всегда буду рядом, чёрт возьми. Падёте вы - паду и я. – Не смей так говорить. – Элайджа, не забывай, мои руки тоже по локоть в крови, а то и больше, и за моей спиной тоже тысячи смертей. Так что меня не нужно спасать и ограждать от всего этого. Я понимаю, ты хочешь защитить меня, но я уже не та маленькая девочка, которая бегала на лужайке в белом платье и с венком в волосах. Я сильнее и могущественнее, как физически, так и морально. Ты должен уже это принять, та маленькая и беззащитная девочка мертва, – его взгляд поник, осознавая все мои слова. – Ты всё ещё меня любишь? – Безумно, – признался Элайджа, я обняла его за талию. – Я тоже. Это странно, любить так кого-то? – В нашей жизни всё странно, малышка. Ты ещё не привыкла? – За последнюю неделю спокойствия, я отвыкла. Пойдём? – Куда? – удивился Элайджа, когда я привела его на берег озера. – Дорога домой в другой стороне. – Предлагаю напрямую. – Я в воду не полезу, да и ты тоже. – Я про воду ничего и не говорила. Закрой глаза и доверься мне, – он послушно закрыл глаза, я сделала шаг вперёд и он тоже. – Пока не открывай. Мы шли по воде. В прямом смысле слова. От наших шагов оставался голубой, магический след и вода словно расступалась для нас. – Открывай, – прошептала я, когда мы оказались на середине. – Мне кажется, или мы стоим на воде. – Конечно милый, это просто твои старческие галлюцинации. – Ещё раз, скажешь что-нибудь про мой возраст.. – То, что? Что ты мне сделаешь, милый? – Хочешь проверить? – он притянул меня ближе. – Ты же знаешь, я люблю рисковать. – Потанцуем? – задал вопрос Элайджа, и я удивилась. – Прямо здесь? – А ты боишься? – По-моему это ты должен бояться, потому что от падения в воду тебя спасаю только я. – Тогда я должен, как то отблагодарить тебя. Не откажете ли вы мне в танце, мисс Адерли-Девиль, – он протянул мне ладонь. – Как я могу вам отказать, мистер Майклсон, – я вложила руку в его. Каждый танец с ним по-своему особенный. И каждый раз новые ощущения и эмоции. Сейчас этот танец был, как затишье в бурю. Спокойствие и ожидание чего-то большего. Словно скоро начнётся шторм. – Это мой самый лучший танец, – прошептала ему я перед поцелуем. – Я не всегда бываю романтичным, но готов приглашать тебя на танец каждый вечер. – Пойдём лучше тобой, по-моему скоро правда начнётся дождь. – Не хочу выпускать тебя из рук, – проговорил он и поцеловал меня в макушку. – Ты и не выпускаешь. – Хочу, чтобы так было всегда. Всегда и навечно. – Всегда и навечно, – повторила я клятву и мы сошли на берег. – Пора возвращаться домой. Ты будешь собирать вещи, или поедем налегке? – Я сейчас не могу. – Ну можем завтра утром, к обеду в город вернёмся. Никлаусу и Хейли сейчас нужна поддержка. – Я не это имела ввиду. Я не могу вернуться в Новый Орлеан, – он выпустил меня из объятий и встал передо мной. – Если ты переживаешь за то, что на сможешь пить кровь, мы.. – Не из-за этого, я думаю, что уже преодолела эту проблему. Мне просто нужно уехать. – Просто уехать? Почему мы не можем вместе вернуться и жить. Не этого ли мы хотели? – Всё не так просто, Элайджа. У меня ещё есть нерешённые проблемы. – Мы можем решить всё вместе. – Они только мои, и я не могу.. – Насколько ты уезжаешь? – Я не знаю. Это всё может затянуться. – Значит ты опять бросаешь нас, и меня. – Я никогда не бросала вас, и тем более тебя. Не делай меня виноватой. – Ты нужна мне. Всем нам. Всей нашей семье, но ты вновь убегаешь. Знаешь, поступай, как хочешь. Он просто развернулся и ушёл. Не заходя в дом он сел в машину, и я слышала, как он уезжал. А мне никто не нужен? Я нужна всем. А мне? Кто-нибудь из них был рядом со мной, когда я нуждалась в этом? Нет. Даже сейчас никого нет, когда вправду мне нужны. Дождь начался именно в тот момент, когда слёзы скатывались по-моему лицу. Я промокала под ливнем, но не сдвигалась с места. Кто-то из них знает, как мне плохо сейчас? Нет. Кто-нибудь будет со мной во время терапии? Нет. И при этом виновата я. Он даже не узнал, что за проблемы у меня. Да пошло всё к чёрту. Всем плевать на меня, а я должна беспокоиться. К чёрту. Несколько месяцев спустя POV: Элайджа Майклсон – Я ждал слишком долго, Элайджа. Я слишком долго скорбил по дочери. Я хочу лишь одного. Мести. – И теперь самое время, Никлаус. Я узнал у кого последнее кольцо. Теперь пришло время. – Это дом Майклсонов? – спросил парень, держа в руках непонятный свёрток. – Он загипнотизированный, – заметил брат, и схватил его за горло. – Я просто должен отдать вам это, – прохрипел парнишка и Клаус его отпустил. – Пошёл вон. – Что за резкая смена настроения, от кого послание? – спросил я, увидев спокойствие на лице брата, он прочитал имя на конверте и успокоился, а затем сел на диван. – А сам как думаешь? – он развернул письмо. – Успели уже соскучиться по мне, мальчики? Знаю, я давно не звонила и не писала, но думаю сейчас самое время. В конверте лежит флакон, в нём моя кровь, Никлаус. Выпей её перед полнолунием, облегчит твои страдания и предаст сил, до тех пор, пока все кольца не будут у вас. Извини, Элайджа, для тебя подарка у меня нет. Но есть просьба, передайте второй конверт Хейли. Это важно. Большего писать не буду, всё равно скоро увидимся. До скорой встречи, навеки ваша Ульяна. А ты говорил ей плевать на нас. – Не плевать. Но она сейчас всё равно не рядом. Наблюдает из далека. Готовясь навестить неожиданный визит, или удар. – Она не навредит нам. – Я и не сказал, что нам. – Ты же всё равно скучаешь по ней. – Как и ты брат.