Поговори со мной

Вчера Олежа вернулся в свой корпус около полуночи, стараясь не разбудить своих соседей, которые уже вовсю храпели. Он не хотел вызвать каких-либо подозрений. Парень забрался под уютное одеяло и приобнял свою подушку. Иногда Душнов представлял, что лежит рядом с кем-то, и они делятся своим теплом друг с другом. Он мечтал, что мог бы растрепать этому человеку волосы. Олегсей брал свою руку и воображал, что держит ею чужую. Но во всей этой полудрёме, в этот раз, образ был чётким. Олежа грезил об Антоне. Парень резко открыл глаза. В комнате всё ещё было темно, несмотря на то, что все занавески были раздёрнуты. Под покровом ночи все воспоминания прошедших дней тяжёлым грузом навалились на Олегсея. За что-то ему было так стыдно, что он хотел провалиться под землю, о другом он не мог перестать думать, не покраснев. «И почему человеческому мозгу надо всё вспоминать именно в это время суток?» — И что же со мной такое? Я уже совсем ничего не понимаю, — уже вслух прошептал Олежа, уткнувшись носом в пыльную, но очень мягкую подушку. Ещё какое-то время кошки поскребли на душе у мальчишки, но, в конце концов, ему удалось заснуть. — Олежаааа, подъём! — кто-то тыкал Душнова в щёку. Только он смог уснуть, а его уже будят. Было ощущение, что он проспал всего пять минут. — Чего? — хриплым голосом сказал Олежа. — Ну так вставать пора, — перед собой он увидел Диму, — Что-то ты вчера надолго загулялся. — Не хочу я никуда… — голова у Душнова была туманной, так ещё и начала болеть, — Может прогуляем зарядку, а? — А тебя точно не подменили вчера? Может ты пришелец? — ухмыльнулся Побрацкий, — Или это я так плохо на тебя влияю? — Ты, блин, за или против? — вылезая из кровати спросил Олегсей. — Ты меня бля за кого держишь? Я всегда за любой кипишь! — Шашлык отправился в сторону своей заветной заначки, — Пиздец курить хочу, думал, что ты уже в жизни не согласишься. Олежа начал лениво натягивать на себя сменную одежду. У него не только не было сил, но и всё настроение кануло в лету. Все произошедшие с ним события были для него в новинку, а чувства, которые он испытывает, ужасно выматывали. «Вчера был такой отличный вечер, я бы даже сказал, что лучший в моей жизни. Тогда почему я сейчас не радуюсь? Почему не чувствую ничего кроме глубокой усталости? Я знаю ответ. Потому что со мной в жизни больше ничего подобного никогда не произойдёт. Мне даже надеяться не на что.» — Ты там идёшь? — обернулся Дима со своим сокровищем в руках. — Да-да, секунду, — Душнов даже не удивился, что его товарищ не заметил пропажу одной сигареты. «Вроде так за них печётся, а всё равно недостаточно внимателен.» Парни вышли на улицу и спрятались за углом корпуса. Все отряды уже смиренно шагали в сторону спортивной площадки. Со стороны за ними было довольно занимательно наблюдать, можно было понять, как сам выглядишь со стороны. «Даже жалко как-то. Все идут с одним и тем же выражением лица, чуть ли не нога в ногу. Прямо как стадо овечек. Может я тоже тот ещё баран?» подумал Олежа и пошёл следом за Димой в лес. Сердце в груди билось медленно, но с большой силой. Сегодня у густой лесной чащи не получалось вызвать обычного восхищения парня. Погода выдалась пасмурной, отчего все предметы вокруг приобрели серые оттенки. Ну или так казалось только Душнову. Он то и дело смотрел себе под ноги и ничего не хотел замечать вокруг. В голове не было никаких мыслей, а его тело будто двигалось на автопилоте. Такое случается часто с теми, кто годами не говорил со сверстниками, а тут неожиданно столько энергозатратных и эмоциональных бесед. Растаяла ли свеча внутри него или просто на какое-то время потух внутренний огонёк? Кто знает. — Эй, ты там как? Всё норм? — прикрикнул Димон. — Угу… — тихо ответил ему Душнов. Парни уселись на первое попавшееся старое бревно, которое уже полностью заросло мхом. Каждый взял себе по сигарете и Побрацкий зажёг зажигалку. «Огонь такой красивый, завораживающий и тёплый… Так и манит к себе. Но в то же время он может с лёгкость разрушить всю природную идиллию вокруг нас, " Олежа не отводил взгляд. — Как у тебя дела? Выглядишь немного уставшим, — Дима не хотел оскорблять внешний вид друга, поэтому пытался говорить мягко, — Этот тупой Антон тебя вчера совсем замучил? — Я бы так не сказал… — Душнов решил попытаться последовать примеру вожатого и чаще быть откровенным, — Я всего-то помог ему уложить спать пятый отряд… Ну а ещё мы долго говорили. С ним, между прочим, довольно-таки интересно. — Ой да все так говорят, — обиженно фыркнул Шашлык, — Антон то, Антон сё… — Но это правда! Разве ты мне не веришь? — А может ты в него просто втрескался, как и половина нашего лагеря? — за этими словами последовала долгая неловкая пауза. Дима виновато посмотрел на Олежу, — Чувак, прости. Я честно не специально. — А если я отвечу, что не знаю? — парень отвёл взгляд. — Не знаешь чего? Влюблён ли ты? — Побрацкий вопросительно взглянул на товарища. — Да… Просто мне никогда в жизни никто не нравился. Поэтому я не могу отличить влюблённость от всего остального, — Олегсей выдохнул клуб дыма. Голова немного прояснилась, а чувства притупились, — Хотя какая разница. Не думаю, что тебе это интересно. — А вот и неправда! — возразил Дима, — По секрету… Я тот ещё мечтатель. Но я правда не часто о таком говорю… Но мы же с тобой друзья, верно? Значит всё в порядке. Олежа впервые был рад, что сказал, что думает. Сказал то, что его беспокоит. И его приняли. Никто не смеялся и не обзывался. Может, в конце концов, это не такая уж и плохая идея? — Так, давай я помогу тебе разобраться в темах любовных! — воодушевился Шашлык, — Для начала… Есть ли у тебя предпочтения? Пол? Внешность? — Я никогда об этом не думал… — ему почему-то стало неловко от всех этих расспросов — Я думаю, я… Просто люблю… Любовь? — Ах вот как, — Дима затянулся сижкой, — Интересно, интересно… Знаком ли ты с какими-либо симптомами любви? — Нет, наверное… — сказал бы кто-то Душнову в первый день лагеря, что его будет чему-то учить Побрацкий, он бы предложил им пойти к психотерапевту. — Я так понимаю наш подозреваемый на данный момент это Антон? — хоть Диме и не нравилась эта идея, но теперь он понимал, как чувствует себя Олежа по поводу него и Оли. Он просто решил не говорить ничего лишнего, хоть это и было невыносимо сложно, и поддержать его. — Ну… — Олегсей никак не хотел это признавать и противился этому, так как не был уверен, — Допустим… Чисто гипотетически. — Дай-ка подумать, — Побрацкий сделал такой вид, будто он важный профессор в престижном университете, — Ты его идеализируешь? Хотя, по-моему, скромному мнению, ответ очевиден. — Эй! Неправда! Я просто пока не заметил у него ни единого минуса… — Да-да, конечно. А ждёшь ли ты с ним встречи? Считаешь ли ты общение с ним лучшей частью дня? — ехидно заулыбался Дима. — Я думаю, что все твои вопросы — хуйня полнейшая! — Олежа пытался скрыть тот факт, что ответы на все эти вопросы положительные. — Обидно вообще-то! — Шашлык затушил сигарету. — Извини… Можешь задать ещё парочку. Но могу ли я на них не отвечать? Я хочу сам про себя всё отметить, — Душнов положил голову на руку. Было тяжело. — А ты часто о нём думаешь? Я имею в виду часто ли возникает образ в твоей голове, — продолжил наступать Дима. Олежа, в свою очередь, начал вспоминать ночные мысли, — Эти пурпурные, идеально уложенные, шелковистые волосы… Серо-голубые глаза цвета моря под пасмурным небом… — Дим, по-моему, ты не туда свернул, — Олегсей посмеялся, а Шашлык лишь почесал затылок, — Спасибо за отличную репрезентацию того, как это должно выглядеть. Парень вспомнил, как совсем недавно любовался глазами Антона. «В них намешены все возможные краски: янтарно-желтый, немного коричневого, может даже капелька зелёного… Выдалась бы возможность я бы полюбовался ими ещё, последний разочек… Только бы не утонуть, " Олежа всё ещё боялся. — Признаюсь, может ты и не самый худший вариант для моей сестры, — Олегсей попытался одобрительно посмотреть на Диму, — Но и не самый лучший. — Что правда, то правда, — ответил товарищ, — Но мне хочется таким стать. Олеже понравились эти слова. «Может он не так уж и плох, раз готов меняться ради другого человека. Интересно, какого это? Какого это, когда кто-то ради тебя изменяет своим привычкам, учиться чему-то новому…? Какого это, когда ты сам готов на такое пойти?» Парень докуривал свою сигарету, порывы ветра растрепали его тёмные кудри. Едкий запах сигарет портил природу. Но сейчас ему было не до этого. — Как ещё можно понять, что ты влюблён? — Ну… — Дима задумался, — а хер на него встаёт? — Эй! Дима! — Душнов ущипнул друга за руку, — Предупреждать надо, если спрашиваешь такое! Нормальный вообще? — Ладно-ладно, я шучу-шучу, — Побрацкий расхохотался, — Давай, нам на завтрак пора, если там не объявимся, то нам точно от Ленки пизда. Ребята подоспели к столовой как раз вовремя, только-только пришли самые младшие отряды. Парни проскочили внутрь, быстро забрали свои порции и уселись на обычном месте. Завтракать среди мелюзги было сущим адом, голова Душнова так и гудела. — Чего вас на зарядке не было? — подсела к парням Оля. Она принюхалась, — Ну тут и так всё понятно. Не ожидала, что ты теперь на тёмной стороне, Олеж. — Ещё чего! — Олегсей закатил глаза. — Вы ведь не забыли, что у нас сегодня намечается? — Алиса села рядом с Олей. — Да, точно. Мы с тобой встречаемся рядом с медпунктом через десять минут после начала кружков. Понял? — Оля обратилась к Шашлыку. — Конечно! — Дима так и сиял от радости, — Мы тогда сегодня вечером тусовку устроим? — Что вы там устроите?! — Елена увидела парней и разозлилась, — Вы где всю зарядку шлялись, а? Совсем страх потеряли? Если впервые, встретив Антона, Олежа безумно боялся выговора, то сейчас он не чувствовал ничего. Он морально выгорел от ежедневного общения и бури эмоций. Глядя на вожатую, ему даже становилось смешно или даже жаль её, ведь она тратит свои нервы впустую. — Чего вылупились? Языки проглотили? — она продолжала кричать, — Ну ничего, сейчас пойдёте делать отжимания за все грехи. — Ну, Лен, какие отжимания сразу после завтрака! — заныл Побрацкий. — Не нукай мне тут! А ну вышли из столовой и отжались тридцать раз. Живо! Им ничего не оставалось как повиноваться. «Что может быть лучше? Устал морально, теперь нужно истощаться физически.» Ребята поплелись вместе с вожатой к выходу. Антон Эдуардович наблюдал за всем из угла зала. Он ещё заприметил на зарядке, что Олежи там нет и уже начал волноваться, что события могут повторяться. Если на чистоту, то сам вожатый тоже плохо спал, ведь почти всю ночь он вспоминал эпизоды под звёздами, свои слова, слова Душнова, то, как они смотрели друг на друга. Звёздочкин даже утром репетировал у себя в голове то, как поздоровается с парнем, как спросит, хорошо ли он себя чувствует, ведь они весь вечер пролежали на холодной земле. А тут снова появляется этот хулиган Побрацкий и всё портит. «Опять эта ходячая беда сбивает с пути Олежу. И почему они всё время вместе? Лучше бы я был на его месте… Будь я только на пару лет моложе, " Антон подловил себя на мысли, что ревнует. И ревнует сильно. Но как взрослый человек он не мог дать волю подобным чувствам, поэтому решил сосредоточиться на сегодняшних обязанностях, а с Олежей поговорить во время театрального кружка. В то же время парни под надзором Елены выполняли своё наказание. Диме то это было несложно, но вот Олежа уже сдулся после пятого отжимания. Щёки раскраснелись, вся кровь будто ударила в голову, руки затряслись, а дыхание сбилось. — Ну раз не можете выполнить это наказание, то сегодня будете на пару зал к дискотеке готовить вместо тихого часа, — наказала вожатая, — Прогульщики хреновы. Сегодня у нас снова спортивные игры, и как бы у вас всё не болело, будете участвовать в каждом соревновании. Все угрозы вожатой воплотились в реальность — она и в правду заставила ребят участвовать в каждой игре. Ладно уж Дима еще кое-как справлялся, но для Душнова это было настоящим испытанием. К слову, он совершенно не любил спорт и какую-либо физическую активность, тем более во время летней жары. Пот тёк ручьём, сзади то и дело слышались недовольные крики товарищей по отряду. Им явно не нравилось снова проигрывать. — Когда надо, в них невозможно пробудить азарт и желание выиграть, — отдышавшись Душнов обратился к Шашлыку, — Но вот как подгонять других — так сразу силы есть. — Ну да, те ещё уебки, — Дима вытер пот с лица своей майкой, — Забей на них хуй. Они и сами то не могут в каких-нибудь соревнованиях выиграть. На последних эстафетах Побрацкий решил выложиться по полной, тем самым кое-как выиграл. В итоге первый отряд победил, обогнав второй всего лишь на одно очко. — Неплохо сыгранно, Шашлык, — Юля одобрительно хлопнула по спине парня, — Может ты и полный дебил, но от тебя хоть какая-то польза в виде физической силы. — Ой, иди-ка ты нахер, — Дима всё время оглядывался. — Кого ищешь? — спросил Олежа, — Не уж то хочешь узнать, видела ли моя дорогая сестра твой грандиозную победу? — Чувак, иногда у меня ощущение, что ты читаешь мысли, — ухмыльнулся Побрацкий, — Медиум что ли? — Ха-ха, смешно, ты просто как открытая книга. Если что, такими выходками мою сестру не впечатлить. После не особо вкусного и сытного обеда, ребята вместо заслуженного тихого часа отправились в главный корпус украшать и готовить зал к дискотеке. — Как же я заебался, — заныл Шашлык, — За всего один прогул этой зарядки, нам надо столько пахать. — И не говори, — прозевал Олежа, — Ладно, быстрее начнём, быстрее закончим. Сразу же после этого, парни разошлись по своим кружкам. Черноволосый парнишка отправился к уже знакомому и, казалось, комфортному сарайчику. Олежа все так же был без сил, хотелось лишь лечь и не о чем не думать. Но все же театральный кружок… Нет. Антон. Вот что создавало весь этот уют и, несмотря на всю усталость, все притягивал и притягивал к себе. Казалось, что, если он проведет время с вожатым, силы, а с ними и хоть какие-то эмоции вернутся к нему. Душнов подошел к двери, сделал глубокий вдох и зашел внутрь. — Привет, — почему-то с ноткой вины пробубнил Олежа. Ему было неловко, что после вчерашнего вечера, он смог заговорить с ним только сейчас. Стало неловко, что прогулял зарядку. — Здравствуй! — вскочил с кресла Антон. Вожатый был рад увидеть друга, но решил не показывать виду, — Ты как? Не простудился? — Я в норме, не переживай, — Душнов отвел взгляд. Ему совершенно не хотелось нагружать своим состоянием и усталостью единственного, с кем ему нравилось проводить время. — Я, кстати, разузнал о том силуэте! Ещё интересно послушать? — Да, очень — Олежа подсел к Антону и прислонился щекой к креслу. — Оказывается, Света с Ленкой тут тогда работали. Произошло всё три года назад. Убили девочку, вроде как лет 12-13, и ты удачно подгадал — тоже ночью. Говорили, что она не особо общительная была и часто ходила одна. Ребята из её отряда рассказывали, что последнюю неделю лагеря она была особенно зашуганной. Якобы получала какие-то тревожные сообщения, но все дети думали, что она хочет привлечь к себе внимание. Ты бы видел с какими слезами на глазах мне всё это рассказывала Светлана, потому что она, бедолага, тогда вела танцевальный кружок и обнаружила труп. От детей это кое-как смогли скрыть, а клуб было решено закрыть, — поделился Антон, — У девочки было несколько колотых ран и… Полиция так и не смогла найти убийцу. — Значит, гипотетически он может быть до сих пор среди нас? — спросил Душнов. — Надеюсь, что нет. — Мои друзья вообще предполагали, что это может быть кто-то из вожатых. — Не хватало мне ещё с убийцей жить под одной крышей! — заныл Антон, — Хотя, если меня прикончат, то хотя бы не придётся больше никогда сессию сдавать. Надо искать везде положительные стороны. — Пожалуйста, не говори так, — погрустнел Олежа, — Прошу. — Прости меня, — вожатому стало жутко неловко из-за сказанного, ведь ещё недавно обещал быть всегда рядом с ним и поддерживать, — Я его вычислю быстрее, чем он сможет что-либо сделать! Парни лениво посмеялись. Каждый из них был по своему уставшим, но, проводя время вместе, им казалось, что они по-настоящему отдыхают и находят утешение друг в друге. Они смотрели друг на друга, порой хихикали. Антон нашёл то, что искал так давно. Чувство, что он в безопасности. Как у себя дома. Этот мечтательный, но порой серьёзный мальчишка заставлял его себя так чувствовать. Спокойствие. Умиротворенность. Деятельность кружка шла своим ходом. Команда репетировала, были слышны выговоры Антона за то, что кто-то не выучил свои реплики. Девочки хихикали где-то в стороне. На сцене что-то упало. Олеже не было никакого дела до того, что происходило. Было все равно, если кто-то не слушался или плохо отыгрывал роль. Он лишь слегка чувствовал вину, что не помогает вожатому, как и обещал. Но сегодня ему совершенно ничего не хотелось делать. Он лишь наблюдал за старой, еле сверкающей лампочкой на потолке, у которой то и дело менялось напряжение, и она то блекла, то светилась. Может и в жизни также… — Эй, просыпайся. Мы уже со всем закончили, — Звездочкин слегка ткнул пальцем в плечо Олежи. Он прекрасно понимал, почему тот заснул и даже чуть-чуть завидовал. — Только не говори, что я все проспал… — Душнов закрыл глаза ладонью, — Ужас то какой, ничего полезного сегодня не сделал. — Да не парься, я все уладил, — улыбнулся вожатый, — Иди лучше поешь. Может даже увидимся на дискотеке сегодня. Олежа послушно кивнул и удалился. Он и напрочь забыл, что они сегодня с ребятами договорились собраться и развлекаться далеко не детскими забавами. В то же время, пока была клубная деятельность, Побрацкий в назначенное время отпросился к медсестре и вышел. Он со всех ног помчался в свою комнату, чтобы привести себя в порядок. Обычно его не сильно волновал внешний вид, но после всех недопониманий, которые у него были с Олей, он хотел выглядеть наилучшим образом. Он причесал волосы, надел чистую майку и выставил воротник. — Вуаля, и красавчик готов, — сам себя похвалил, глядя в зеркало Дима. У медпункта его уже дожидалась Оля. — День добрый! — помахал ей рукой парень, — Отлично выглядишь! — Опаздываешь, Шашлык, — подняла бровь Душнова, — Давай, пошли, у нас не так много времени. Они направились к общежитию вожатых. Очевидно, что входная дверь оказалась запертой. — Может сломаем ее к чертям? — пошутил Дима. — Из тебя бы вышел хреновый грабитель, — ухмыльнулась девушка, — Никто не должен знать, что мы тут были. Ну типо… Не оставляем никаких следов взлома. Пара обошла здание, но по итогу нашли единственный способ проникнуть — через окно. Открытое окно в спальню вожатых находилось довольно-таки высоко. — У меня идея, — с серьёзным видом выдал Шашлык, — Ты залезешь мне на плечи и заползешь в окно. — А ты так уверен, что выдержишь меня? — Да я зуб даю, что ты лёгкая как пёрышко, малышка, — подмигнул парень. — Ещё раз назовёшь меня "малышкой", и я не смогу гарантировать твою безопасность, — разозлилась Оля. Ей не нравились подобные комментарии, в особенности от парней. Она терпеть не могла, когда в ней видели маленькую и беззащитную девочку. Она верила в то, что сильнее и мужественнее большинства, и Душнова хотела, чтобы другие признали это. И не нянчились с нею, — Чего встал, блять? Другого плана у нас нет. Руки в ноги и давай работать. — Как скажете, капитан, — Дима только улыбался. Ему нравилось то, как отвечает Оля, и то, что она не боится быть другой, не такой как все. Оля ловко вскарабкалась на плечи к парню и легким движением оказалась на подоконнике. Комната, в которой оказалась Душнова выглядела странно. Ей стало не по себе, и она решила сначала впустить Шашлыка, а уж потом исследовать. Подойдя к двери спальни, она повернула замок. Девушка быстро подбежала к входной двери и открыла ее Диме. Тот огляделся и быстро забежал внутрь. Ребята кивнули друг другу и отправились на поиски алкоголя. За первой дверью оказалась спальня, на вид опрятная и чистая. Хозяин этой комнаты явно не имел никакого отношения к алкашке, уж слишком все здесь было идеально, к такому выводу пришла Оля. В следующих двух спальнях тоже не было ничего подозрительного. Все было более-менее убрано, а следов заветных бутылок со спиртным не было. Пройдя немного вперед, они обнаружили небольшую кухоньку. Обыскав каждую полочку и ящик, раздался радостный крик. — А вот и оно! — с довольной миной заговорил Побрацкий и вытащил целую бутылку водки, — То, что доктор прописал! — Неплохой улов, думаю нам хватит, — улыбнулась Душнова. — Значит, можем валить? — Подожди… Кое-что не выходит у меня из головы. Странно все это как-то… — Ты это о чем? — вопросительно посмотрел на подругу Дима. — Все эти спальни были открыты и в них ничего такого нет. Но комната, в которую я залезла через открытое окно, была заперта и хорошо, что я смогла отпереть ее изнутри. Разве это не подозрительно, что у всех остальных спальни открыты, а та была закрыта? — Да уж, — Побрацкий задумался. Но думать не было его фишкой, — Так может просто осмотрим ее? Найдем что-то интересненькое, а еще лучше компромат на вожатого! Оле понравилась эта идея и она кивнула. Ребята зашли в спальню и пригляделись. Постель не была заправлена, одеяло и подушки неаккуратно лежали на полу. Грязные вещи валялись в куче в углу. Уж слишком эта комната контрастировала с предыдущими. — Подумать только, сами не могут за собой прибрать, а нас, девочек, каждое утро заставляют наводить порядок, — начала вслух рассуждать Оля, — Куда не плюнь, везде ебаный сексизм. Вот мудаки. — Правда? Нам не говорят кровати застилать. — Это только и доказывает мои слова, что мы живем в сраном мужском мире, где нет никакого равноправия, — Душнова притихла, — но да ладно, сейчас не об этом. Девушка указала пальцем на обои, и Дима повиновался ей. На стенах висели фотографии прошлых смен, и если приглядеться, то лица некоторых детей и вожатых были обведены. Посмотрев в сторону, Оля увидела на столе пачку странных писем и устремилась к ним. Схватив первое попавшийся конверт, она начала читать. Но, к ее удивлению, на листке было написано только одно слово. "Танец". Она показала письмо Диме. — Ну и что за хуйня такая? В этом нет никакого смысла, — пожал плечами парень. — Разве? Лично мне на ум сразу приходит танцевальный зал… Они оба замолчали. — Да ну, просто совпадение, не более! — начал отшучиваться Шашлык. — Что-что, но я не верю в три вещи. Счастливые истории, любовь с первого взгляда и самое главное… в совпадения, — Оля стремительно схватила следующий конверт. Там текста было уже больше. "Я знаю твой секрет". Девушка нахмурилась и задумалась, но ее мысли прервали голоса, приближающиеся к входной двери. Словно пуля, Оля заперла дверь в спальню, как и было до их прихода, но решила прихватить с собой два прочтенных письма. "Если это то, о чем я думаю, то это станет отличным доказательством, ” подумала она. Душнова быстро схватила Диму за руку и повела его к окну. Они оба удачно спрыгнули и побежали в сторону корпусов. — Оставь бухло пока у себя, — приказала ему Оля, — принесешь, когда пойдешь к нам. Думаю, эту глупую дискотеку мы спокойно можем пропустить и отметить в нашем кругу. — Я тебя понял. Ребята разошлись. Дима никак не мог перестать думать об Оле. Олю же, напротив, интересовало совершенно другое. Чуть позже вся компания собралась в столовой во время ужина. Побрацкий, как всегда, уплетал свою порцию с нечеловеческой скоростью, то и дело пытаясь выпросить добавки у друзей. — Что, Шашлык, наедаешься так, потому что боишься быстро напиться? — с издёвкой спросила Алиса. — Ещё чего, — ответил ей Дима, — Ты только взгляни на мои груды мышц, это добро прокармливать как-то надо! — Лучше бы хоть раз в жизни книгу прочитал и свои несчастные мозги прокормил, — подметил Олежа. Оля одобрительно хихикнула. — Да в смысле! Еда для головы тоже нужна… Я вон сколько этих ем… Белков! — парень попытался выкрутиться. Все дружно посмеялись. — Олеж, — шепнула брату на ухо Оля, — Мы конечно собрались сегодня пить, но ты должен понимать, что, если не хочешь этого делать, заниматься этим с нами необязательно. — Да ладно тебе, я не против, — сказал ей брат, — Когда ещё такой шанс выпадет? Дома за мной вечно отец следит, ну ты знаешь, ничего не разрешает. Сегодня может хоть отдохну нормально. — Ого, с каждым днём всё больше и больше ты меня удивляешь, — Душнова приподняла бровь. Она пока не решила, нравятся ей эти изменения в брате или нет. — Ладно, народ. Собираемся у нас через полчаса, — объявила Нурият, и все разошлись. Парни вернулись к себе в корпус. Дима подозвал всех к себе и вытащил из-под кровати литр столичной водки. Глаза Васи и Олежи округлились от удивления: — Ни хера се, чем там наши вожатые у себя вообще занимаются? — выпалил рыжий. — А ты что думал? Как им еще снимать стресс после целого дня с детьми, — Душнов пожал плечами. Ему стало интересно, правда ли вожатые устраивают у себя пьянки? И Антон вместе с ними? Неужели он мог по пьяни с кем-нибудь… — Я вот только не знаю, чем запивать или заедать, у меня лично ничего нет, — вывел из мыслей Олежу Дима. — Ты у нас разве не заядлый пьяница в своем возрасте? — дразнил его Олегсей. — Ну знаешь… Мы там обычно на тусовках вино да пиво пили, с водкой я, если честно, никогда не имел дела, — признался Побрацкий. — У меня тут дошик завалялся, можем им заедать. Суховато, но лучше, чем ничего, — Вася доставал свои припасы из чемодана. — Ну вот и отлично! Засейвил, очкарик, — выкрикнул Шашлык. Рыжий лишь кинул неодобрительный взгляд. В коридоре послышались чьи-то шаги, поэтому Дима быстро спрятал своё сокровище под подушку. В комнату зашёл Слава. Он поправил свои светлые кудрявые волосы и хмыкнул: — Ну и чем вы тут занимаетесь, задроты? Выглядите подозрительно. — Ты кого тут задротом назвал, а?! — уже начал Побрацкий, но словил на себе осуждающий взгляд Олежи, — Это ты тут подозрительный, не лезь. — Я то? С чего вдруг? — Никогда тебя почти в комнате нет, ночью вечно шляешься. Может мне Лене пойти да рассказать? — заявил Дима. Между ними явно был какой-то конфликт, но Олежа понятия не имел какой. — В отличии от тебя Шашлык, я смог подцепить тёлку, а чем парочки ночью занимаются, ты и так прекрасно знаешь, — ухмыльнулся Слава. — Ты… — уже хотел что-то сказать раскрасневшейся Дима, но светловолосый его опередил. — Да не очень-то мне и интересно, что у вас тут происходит, неудачники, — парень взял какую-то сумку и вышел. — Вот мудак, конечно, — первым сказал Вася, — Чем вы так друг другу не нравитесь? — Честно, понятия не имею, — ответил Дима, — С самого первого дня, первой смены он меня подкалывает. Не ебу, чем ему не угодил. — Давайте уже выдвигаться, — Олежа видел, что Побрацкий что-то скрывает, но не хотел его доставать. На улице жара медленно спадала, однако духота никуда не пропала. В воздухе летала мошкара, ребят кусали комары. Был ощутим запах только что скошенной травы, где-то неподалёку всё ещё был слышен шум от газонокосилки. Олежа любил этот запах. Он напоминал о природе, о временах, когда они с Олей были у бабушки в деревне, проводили время на воздухе, были свободнее. "Я ведь свободное существо, душа… Которому никогда не хватало смелости быть свободным." Он думал, что решение пить вместе с остальными было его собственным. Он не чувствовал ни радости, ни грусти, ни гордости, ни стыда. Даже если это решение было неправильным, он был тем, кто его принял, и это единственное, что его интересовало в данную минуту. Постучавшись уже в знакомое окно, парни залезли в комнату к девчонкам и расселись по кроватям. В этот раз всё было более прибранным, хоть на полках и тумбах всё ещё было куча оккультного хлама. На фоне играл инди-рок. "Даже и думать не надо, кто выбирал плейлист, " подумал Олежа. Дима торжественного схватился за бутылку и открыл её: — Ну что, готовы? Дамы вперёд? — Давай сюда, — Оля смело схватилась за бутылку и сделала пару глотков. Шашлык в полном шоке наблюдал за ней. С каждой секундой она ему нравилась всё больше и больше. — Держи, — Вася протянул ей сухой дошик, чтоб та заела. — Еще чего, мне это не нужно, — девушка передала бутылку подругам, те последовали её примеру. Душнова повернулась к брату, — Всё ещё уверен, что тебе это нужно? — Я уже всё сказал, тебе не нужно переспрашивать, — вздохнул Олежа. Девушка лишь пожала плечами, взяла бутылку у подружек и передала парням. Те неуверенно взяли и тоже отпили, только уже закусив. Олежа поморщился от вкуса. "Ужас какой и люди пьют это намеренно? Немыслимо." Ребята повторили обряд еще раз, и комната наполнилась разговорами и смехом. Алкоголь развязал всем языки и дал позабыть о своих страхах и смущениях. Олежа просто сидел и держался за голову. Перед глазами всё слегка плыло, но мысли ещё были ясны. "Думал, что смогу забыться, а алкоголь не так уж и работает, " так он думал на тот момент. — О, может погадаем всем на картах? — предложила Алиса. — А это хорошая идея, — ответила Нурият, — На что будем гадать? — На любовь! — заикнувшись выкрикнул Василий. Девочки вытащили карты Таро. — Ну что, зайчик, будешь первым? — обратилась Нурият к Васе. Тот одобрительно кивнул, — Хорошо-хорошо. У тебя "туз мечи", "4 чаши" и "отшельник". "Туз мечи" означает триумф и процветание, ясность мышления и интеллект. — О да-да, это про меня, — заулыбался рыжий. — Для романтики значение карты — новая любовь, — поздравила парня Нурият, — "Отшельник" же указывает на мудрость, осторожность и спокойствие. Тебе необходимо действовать тактично и осмотрительно, тогда карта обещает успешное решение всех вопросов. Карта говорит, что ты скрываешь свои эмоции и тебе нужно заняться самоанализом, чтобы определить свои истинные цели. — Эта точность ваших гаданий меня пугает! — расхохотался Вася. — Так… И "4 чаши" … В отношениях эта карта значит отсутствие какого-либо движения… Или же сильная напряженность может стать катализатором для какого-нибудь крупного действия. Короче, Васёк, всё у тебя будет заебись. — Ага, конечно, я знаю, как выгляжу, ни одна девчонка со мной никогда не заговорит. Да и хер с ним, буду дальше призраков ловить, — ответил парень, переворачиваясь на бок. — А мне? Мне можно тоже погадать? — заскулил Дима. — А оно тебе надо? — начала запугивать его Алиса, — Иногда знания о будущем могут свести с умаааа… — Ну пожалуйста! — Хорошо-хорошо, дай секунду, — девушка начала перемешивать карты, — Так… Перевернутая "9 пентакли" связана с необдуманными и поспешными поступками… У тебя где-то есть скрытый и опасный враг. В любви ты хочешь перемен, тебе нужно внимательно следить за ситуацией, чтобы конкретно не проебаться. — Быть внимательным — это не по его части, — саркастично выдал Олежа. Девочки хихикнули. — Дальше у нас "Паж пентакли", — продолжила Алиса, — Значит, ты у нас впечатлительный, энергичный и чистосердечный. Ага… Романтичный и чувствительный… Я бы в жизни никогда не догадалась! Аккуратнее, любовь может ослепить тебя. Твой будущий партнёр очень утончённый. Дима с надеждой взглянул на Олю. Та о чём-то непринуждённо болтала с Нурият. Глубоко внутри он надеялся, что предсказание именно о ней. — Последняя у нас перевернутая "Луна" … Незначительные беспокойства, период смятения и неразберихи. Некие обстоятельства заставят твою вторую половинку задуматься о своих чувствах и поменять отношение к тебе. Ну смотри-ка, счастливчик. — Да не, хуйня какая-то, — решил выпендриться Дима. — Оленька, ты следующая! — подозвала подругу Алиса. — Ой, да ладно тебе, мы и так уже раз 100 судьбу мне читали, — ответила пурпурная. Нурият наклонилась к Душновой и прошептала: — Не притворяйся, сама видишь, как Шашлык жаждет узнать, сходятся ли ваши пути. Не мучай пацана. — Уговорили. — Так, первая у нас "Смерть". Новые дела, вызовы, ситуации. Твое мировоззрение расширится, тебя ждут серьёзные изменения. Ты хочешь изменить положение вещей. Дальше… Перевернутые "3 жезлы". Говорит о трудностях после первоначальных успехов, ты могла что-то пропустить или недооценить свои действия. Ты не хочешь идти на уступки. В отношениях это могут быть эмоциональные барьеры, разногласия. — Да просто не один парень меня не выдержит, — вздохнула Оля, — Большинство из них совершенно недалёкие. А вы знаете, я ни за что не прогнусь под кого-то. — Было достаточно парочки дней, чтобы это понять, — рассмеялась Алиса и продолжила, — Теперь у нас перевернутые "Туз мечи". Перевернутая карта говорит о победе, которая не принесёт тебе радости, ты можешь пожалеть о своем успехе. Можешь грубо обращаться с людьми, а недостаток терпения может разрушить твои отношения. Ты можешь не считаться с чувствами других в погоне за своей целью. — Олежа, a тебе гадать? — спросила Оля. — Ну… Давай… — неуверенно ответил брат. — Посмотрим… "9 жезлы" … Перевернутая "Умеренность" … "Колесо счастья"… Так. Начнём с "Колеса счастья". Она символизирует счастье и взаимную любовь! Как мило. Ещё указывает на конец одного цикла в твоей жизни и начало другого. Короче говоря, что-то поменяется, а судьба неожиданно тебе улыбнётся. Эта карта, кстати, мне попадалась ещё, когда я гадала на твой визит в лагерь, — Душнова хитро улыбнулась, — Видишь, всё не так плохо! — С трудом верится, — ответил Олежа, сделав ещё пару глотков. — Хм… "9 жезлы" у нас показывают на подозрительность, неприязнь и отсутствие доверия. Ожидание плохого события и преддверие опасности, переходный период в жизни. Грядёт какая-то буря, но она, в конце концов, принесёт светлое будущее. А вот перевёрнутая "умеренность" — это не очень хорошо, — Оля притихла, — Какие-то конфликты, непонимание, расстройство, отсутствие гармонии. Ты будешь не уверен в правильности своей жизни, эта карта говорит о неправильных взглядах на жизнь и чрезмерной эмоциональности. — А вот это уже больше походит на правду, — выдал брат и добавил, — Я, наверное, пойду выйду воздухом подышу… — Сходить с тобой? — хором предложили Дима и Оля. — Да нет… Я хочу побыть один. Выйдя на улицу, Олежа понял, что конкретно переоценил себя. В этот момент, он осознал, что алкоголь ещё как на него подействовал, он толком не мог разглядеть что-либо перед собой, не говоря уже о том, чтобы идти прямо. Парень не смог придумать что-то лучше, чем завалиться на траву и просто полежать. Небо разлилось розовой пастелью, становилось прохладнее, а вдалеке было слышно звуки дискотеки. Только он хотел закрыть глаза, как над ним возвысился темный силуэт: — Чего разлёгся посреди лагеря? — голос звучал до боли знакомым. Душнов лишь прищурился. — Чего не так-то?! — Эй-эй, чего так разорался, — тень нагнулась, и паренёк наконец-то смог разглядеть знакомыe янтарные глаза, — Это что? От тебя так перегаром несёт! — Ну и что мне теперь с этим сделать? — Душнов закрыл лицо руками. — Эх… Да ничего, в таком состоянии всё равно ничего не запомнишь, потом тебе выговор сделаю, — Звёздочкин вздохнул, — А я-то думал, чего у нас девчонки такой переполох устроили… Исчезнувшая бутылка водки ваших рук дело? То-то я заметил, что несколько знакомых лиц на дискотеке не хватает. — Прости… — единственное, что мог протянуть Олежа. — Всё в порядке, не волнуйся. И да, я никому не расскажу… — вожатый протянул руку парню, — Давай, я помогу тебе дойти до твоей комнаты. — Но я не хочуууу… — Душнов взглянул на него своими щенячьими глазками. Антону пришлось отвернуться от такой порции умиления. Вожатый присел к Олеже. — Ну а что ты хочешь тогда? Просто лежать тут весь вечер? — Антоооон… — завыл парень. — Да? — Ты тут? — Да, рядом. — Просто мне иногда кажется, что ты всего лишь плод моего воображения, — сказал Олежа. — Это ещё почему? — заинтересовался Звёздочкин. — Наверное потому, что я никак не могу понять, как такой светлый и хороший человек как ты, мог заинтересоваться таким пессимистичным человеком как я. — Дело в том, что… — но он не успел договорить. — Ты заслуживаешь кого-нибудь, кто любит жизнь… И веселиться… И смеяться… Кого-нибудь, кто не есть я. "Опять я начинаю о себе, " Олежа начал смеяться. "Глупая мысль. Глупый я. Эгоист. Почему я постоянно говорю о себе? Я даже не являюсь часть чего-либо…" — Олежа… — заговорил Антон. — А? — Почему ты так себя ненавидишь? — вожатый не хотел спрашивать это так напрямую. Но ему показалось, что, если он не спросит сейчас, то ответа не получит никогда. Иногда пьяной болтливостью нужно пользоваться. Душнов замолчал. Он разозлился из-за того, что кто-то так просто узнал об этом. Он разозлился на Антона, что тот спросил его об этом. Но это правда. И эту правду ему совершенно не хотелось признавать. — А за что мне любить себя? — спросил он у вожатого. — Послушай… Никто не спасёт тебя от твоих страданий. Ты не можешь их просто выплакать или заесть, или голодать, или бить что-то. Они просто есть и это надо пережить. Надо вытерпеть это. Всё это нужно прожить, начать любить или лишь бежать в том, направлении, где твои мечты, — поделился Антон. — Я так не могу. — Почему? Что тебя останавливает? — До тех пор, пока я живу под одной крышей со своим отцом, я не могу. Он каждый божий день напоминает мне, что я ничто и никто. Напоминает мне, что вбухал кучу денег на курсы и занятия, но всё равно от меня никакой пользы. Напоминает, что каждый раз выходя на улицу я выгляжу ужасно. Что ничего не добьюсь в жизни. Что всегда буду один… И похоже, он прав. Ведь нет ни одного доказательства опровергающего этого, — сказал Олежа. — Я так не думаю, — ответил ему Антон, — Однако, я не могу сказать, когда ты получишь любовь и признание, как ты их найдешь и даже не могу пообещать, что оно найдётся. Единственное, что я могу тебе сказать, так это то, что ты достоин этих вещей и это нормально бояться их не обрести, хотя все твои страхи напрасны. Просто помни, что это лучшая вещь, которую можно дать и самая драгоценная вещь, которую можно получить. — Хочешь знать, почему я не хочу играть в театре? — неожиданно спросил Душнов. — Ну… Только, если сам хочешь мне об этом рассказать. — Он… Он! Он выбил из меня какое-либо желание играть, — Олежа поднялся, — В прямом смысле этого слова. Антон ожидал чего угодно, но только не такого признания. Он был ошеломлён некоторое время, но, когда очнулся, сразу же схватил Олежу за плечо и сказал: — Но ты ведь понимаешь, что за это можно уголовно наказать? В ответ парень лишь покачал головой. — Откупится. Ты и сам знаешь, в какой стране мы живём. И что деньги стоят выше закона. Звёздочкину было больно от этих слов. И скорее даже из-за того, с каким смирением об этом говорит Олежа. А ведь он когда-то пытался бороться с такими людьми… — Ах, как мне надоели эти серьёзные темы для разговоров! — Душнов поднялся, а затем завалился на спину Антону, — Ты можешь… Можешь обнять меня? — Конечно, всегда, — повиновался вожатый. Спустя пару мгновений, Олежа нехотя отпустил Звёздочкина и сказал: — Я обещал ребятам, что уйду ненадолго. Мне пора. — Хорошо, как скажешь, — кивнул вожатый, — Точно доберешься в целости и сохранности? — Да, обещаю. — Хорошо. Тогда до завтра, — Антон погладил парня по голове, — И спокойной ночи. — Спокойной ночи. Душнов направился в сторону корпуса сестры, а вожатый смотрел ему вслед. Ему не давали покоя слова Олежи. Пока Олегсей возвращался, в комнате у ребят уже был настоящий хаос. Вася лежал на коленках у Нурият и сопел. Алиса пыталась сфотографировать эту парочку на телефон, а Дима всё также пытался безуспешно флиртовать с Олей. — Эй, а знаешь, что я сегодня узнал? — ехидно спросил Шашлык. — Ну? И что же? — ответила ему девушка. — Твой братишка-то походу втюрился! — Ну-ну, удиви меня. И в кого же? — Да в самого Антона Эдуардовича! Пурпурная уже хотела что-то сказать в ответ, как в этот же момент зашёл Олежа. Увидев эту пьяную идиллию, он кое-как разбудил Васю и оттащил Диму от своей сестры и все они направились к себе.