Doomhammer 50000

О судьбе последнего лояльного примарха Тёмных Ангелов Льва Эль’Джонсона известно то, из остатков родного мира Темные ангелы собрали передвижную Крепость-Монастырь — «Скала». Лютер был помещен в закрытую стазис-камеру внутри крепости, куда был доступ только Главе Ордена. Но никто кроме Императора не знает, что глубоко в недрах Скалы существует еще одна стазис-камера, в которой спит излечившийся от ран Лион Эль Джонсон. Смотрящие во тьме охраняют Примарха. И когда придет час последней битвы, он вернется, чтобы вновь возглавить своих детей. Бортовые компьютеры уловили сигнатуру психической энергии от наступающего флота Красных Корсаров во главе с Гуроном Чёрное Сердце. По указке Тёмных богов ему поручили нападение на станцию и похищение погружённого в стазис Льва и Лютера. Губительные силы надеются сделать их пешками для инициированной ими Великой игры. На помощь летит Палач Рока, он ни за что не допустит развращения одного из детей Императора. 1. Налёт из пустоты. Красные Корсары вторглись на передвижной монастырь Скала, чтобы разграбить и украсть тело примарха Тёмных Ангелов. Тёмные Механикумы решили использовать генетический материал примарха, чтобы усилить космодесант Хаоса и превратить самого Льва в пешку Тёмных богов. Они вместе с господином Гуроном прорывались через ряды яростных Рыцарей Калибана на пути к стазисным капсулам. Они могли найти брешь в звёздной цитадели и перебивали всех, кто им мешал по пути. Гурон использовал отдельные отряды и угнанные им корабли, чтобы отвлечь от себя внимание и беспрепятственно пройти в желанное место. Космолёт Палача уже прибыл в космическое поле битвы. Звёздная цитадель изнутри была ослаблена, у неё были временно отключены пустотные щиты, что позволило некоторым отступникам пройти вглубь космической крепости. Палач знал, что Красные Корсары вот-вот получат желаемое и быстро исчезнут подобно привидениям. Он решил действовать на опережение. Он уничтожил турбины варп-двигателей нескольких кораблей, заставив космолёты стоять на месте. Это дало шанс обороне Скалы дать ответный удар. В это же время Красные Корсары добрались до желаемой лаборатории со стазисными капсулами. В одной из них бездвижно лежал сам примарх Лион и его друг Лютер. Несколько космодесантников болтерной очередью расстреляли подающие хладагент провода и оторвали капсулы с их первоначального места. Внезапно, эти же космодесантники упали замертво. Ошеломлённый Гурон оглянулся вокруг, а другие

***

Отвоевание «Скалы.»

Заключительный акт битвы за ближний космос остатка Калибана разыгрался на станции «Скала», звёздной цитадели, захваченной предводителем пиратов Гуроном Чёрное Сердце вскоре после дерзкого нападения. Через брешь в обороне и пустотных щитах союзные Красным Корсарам тёмные механикумы взяли под контроль оборонительную сеть Скалы, с помощью которой безнаказанно уничтожили многие военные корабли Рыцарей Калибана. Атаку на «Скалу» возглавил лично Гурон, воспользовавшись для этого телепортационным оборудованием своего флагмана. В случае неудачи миссия окончилась бы гибелью Скалы вместе со всей его штурмовой группой, поскольку телепортация на дальнее расстояние отняло бы у реактора флагмана столько энергии, что эвакуация таким же способом не представлялась возможной. Однако Гурон посчитал, что риск того стоил, ибо если они не отключат оборонительную сеть, его легион в любом случае ждала смерть. Абордажным штурмом командовал магистр, поэтому ожидалось, что Красные Корсары вряд ли смогут что-то противопоставить умноженной силе Рыцарей Калибана. Гурон человек, настолько сильно пропитавшийся чистой энергией варпа, что почти сумел не только отразить нападение, но и почти убить всю стражу лаборатории-библиотеки. Именно Тёмные Механикумы приказал принести тело Лиона с Лютером, при условии, что не прибудет подкрепление. Палач вышел в открытую к Гурону. — Кто ты такой? , — разгневанным голосом спросил Гурон. Ответом было молчание, что выводило его из себя. — Ты смеешь нападать на меня, человечишка? Ты поплатишься за эту наглость. Клацая когтями магистр космических пиратов выпустил искру, которая породила огненную молнию такой мощи, что могла бы свалить даже огромного дредноута. Когда густая завеса чёрного дыма рассеялась Гурон с изумлением заметил, что незваный гость просто увернулся от неё, за мгновение того, как она могла бы его достичь. Ответ от незнакомца был простым. Пока Гурон бегал глазами, чтобы найти неуловимого наглеца, Палач нанёс мощный удар по спине. Движением слишком стремительным, чтобы проследить за ним обычным взглядом, он пробил броню владыки Мальстрима и сжал кулак на бьющемся механическом сердце изменника. Последним, что увидел Гурон, это его сердце, вырванное из груди и брошенное на металлический пол. Гурон не мог вымолвить ни слова и лишь беспомощно лежал и истекал кровью. Наконец, станция «Скала» была отвоёвана законными владельцами, и в считанные мгновения устрашающая мощь всей оборонительной сети звёздной цитадели обратилась против вторженцев, их военных кораблей на орбите. Подоспевшая вовремя поддержка жестоко добила остатки Красных Корсаров, что были ещё внутри. Палач отбил крио-капсулы от предателей и телепортировал на свой звездолёт. Через несколько секунд оставшиеся космодесантники уволокли искалеченное тело магистра обратно к остаткам своего флота и исчезли в пучине тьмы. Подоспевшие в лабораторию Рыцари Калибана ужаснулись, что капсулы куда-то исчезли. Один из них заметил вычерченную огнём надпись. — Они в надёжных руках… Это была единственная улика, которая может подтвердить подозрение о том, что якобы это какой-то замысел Императора и то, что он забрал одного из своих сыновей и его друга в своё лоно.

***

2. Становление Рыцарей Калибана. Раны Лиона давным давно зажили, примарх готов снова воевать во имя отца Императора. Его друг Лютер, который осознал насколько низко он пал тоже готов к искупительным походам. Палач распахнул двери обеих капсул. Из их внутренностей повалил холодный белый шелковистый дым, что являлось результатом испарения криогенных жидкостей. Примарх пошевелили веками, потом подрагивал пальцами, а потом открыл глаза. Он резко привстал и жадно глотал воздух. Вслед за примархом проснулся и Лютер. Некогда бывший архипредатель ворчливо стонал, теребя свой лоб левой ладонью. Лион оглянулся по сторонам, в его глазах всё на несколько секунд размывалось. Потом он заметил зелёную фигуру, стоящая рядом с ним. «Наконец проснувшийся примарх встал со своей целительной колыбели, пока Лютер приходил в себя. Примарх растерянно оглянулся по сторонам. Он никогда не видел такого современного непривычно устроенного убранства в какой-то крепости. Он резко привстал с капсулы на ноги и чуть не упал на спину. Примарх похоже так долго был внутри капсулы, что будто чуть не разучился ходить или просто оступился. — Кто ты? , — резко и настороженно спрашивал примарх незнакомца. Что я тут делаю? Что это за место? — Это Твердыня Рока, — ответила голосовая система. Не беспокойтесь. Перед вами Палач Рока. Он вас с Лютером спас и готов вам помочь в новых битвах против сил тьмы. — Лютер… Примарх оглянулся на проснувшегося Лютера и протянул другу руку. Лютер удивился такому жесту, он не мог поверить своим глазам. Грустная прощающая улыбка примарха смутила Лютера. Недолго думая он протянул руку в ответ. — Ты меня прощаешь Лев? — Да. Друг мой, я тебя прощаю. Друзья никогда не бросают своих. На лице Лютера показалась искренняя печальная улыбка и неожиданно обнял примарха. Затем оба рыцаря навели свой любопытный взгляд на Палача. — Мы не знаем кто ты? , — выговорил Лютер. Скажи, давно ли мы в этом месте? — Два часа, — ответил голосовой помощник. Вы были всё время в стазисе на станции Скала. На неё напали предатели Астартес по приказу Тёмных Механикумов. Они хотели использовать вас в своих гнусных целях. Палач не дал этому свершиться и забрал вас. В Скале очень встревожены вашим исчезновением. Не волнуйтесь, вы потом обрадуете своим возвращением как нибудь. А сейчас Император ждёт вас всех. Лион приподнял брови, выражая крайнюю озабоченность о судьбе отца. — Что с Императором? — Ты сам узнаешь Лион. Всё равно не поверишь. Ты будешь очень рад. Примарх с облегчением выдохнул, подумав, что Император действительно ещё жив. — Перед тем как вы отправитесь Палач хочет для вас провести масштабную модернизацию всего вашего снаряжения. Пройдите с ним в инженерный комплекс. Двое рыцарей не стали спорить и дальше разбрасываться словами а пошли вслед за своим спасителем в научно-производственный комплекс.» Лион и Лютер успешно прошли модернизацию. Каждый из них получил в своё распоряжение уникальные артефакты. Лев получил обновлённые доспехи и молниевый цепной меч Волчий Клинок. Лев получил новый меч Львиный зуб. Этот огромный серебристый меч точь-в-точь похож на свою «тёзку» — Меч Льва, оно постоянно искрится молниями. Сам меч изготовлен из разработанной Палачом неразрушимой звёздной стали, которая может поглощать любые виды энергии и усиливать своего владельца. Меч также может покрыть защитной аурой, не позволяющая никому нанести вред примарху. Новая версия Львиного шлема начинена искусственным интеллектом, позволяющий с невероятной скоростью и аптекарской точностью улавливать всё вокруг и давать подсказки. Аналогичным новшеством оснащены остальные примархи. Лютер в своё распоряжении получил Меч Льва, который Палач смог найти. Никто не знает, как он заполучил этот артефакт обратно. Как оказалось, Палач в одном из своих заданий по поиску потерянных СШК столкнулся с Сайфером. Палач искал некий демонический артефакт, но раньше него нашёл Сайфер. Палач без лишних вопросов в течении нескольких часов искал пронырливого Падшего Ангела и настиг его в неизвестном демоническом мире. Сайфер пытался втереться ему в доверие, предложив найти некие другие артефакты, которые помогут раз и навсегда закрыть варп-штормы и весь Великий Разлом. Сайфер пытался незаметно манипулировать Палачом, чтобы потом в итоге добраться до тайного хранилища реликвий на Марсе. Палач не стал церемониться, напал на Сайфера и чуть было не забил его до смерти. Он решил сохранить ему жизнь, но его Меч Льва, принадлежавший примарху Тёмных Ангелов забрал себе. Тот самый сломленный пополам клинок он отдал сначала Льву, но тот решил отдать Лютеру в качестве подарка и сказал, что он достоин его. Такое признание затронуло Лютера до глубины души и дал себе слово, что сохранит его любой ценой.