Бессмыслица

      Зеркало в отпечатках от пальцев, грязь копившаяся годами до этого, на стенах и раковине желтый налёт, унитаз и ванна — тоже самое, нет ничего, чтобы привести это в порядок, когда сам не в порядке.       Вонь ужасна, моя жизнь гниёт заживо вместе с зашарпанной квартирой, как же я люблю это, чувствовать, что мой мозг давно сгнил, мой организм разъели черви, я смирился и не борюсь с пустотой, что даёт мне преимущество. Я не убиваюсь и не бьюсь об дно, не смотрю на поверхность, умираю на глазах, на показ, не волнуюсь о чём-то, свобода? только ничего не хочется.       Возможно, стоило помыть голову, но незачем. Возможно, стоило привести себя в порядок, но не хочется. Возможно, то что я вижу в отражении, как раз самый честный ответ на все вопросы обо мне.       Снова тошнит, голова болит ужасно, я не знаю, почему мне так хреново. Физически, в остальном лишь затуманенная эйфория. Слюна и рвота попадают на свитер, старый, со студенчества, немного затасканый, но в целом ничего. Я достал его недавно, на ночь глядя настольгирую, но твою мать, я же его замарал! Это ж почти семейная реликвия, я хотел передать его детям, я даже отца нашёл.       Черт, о нём… Как же давно я не вспоминал о друзьях, да думаю и они слишком сильно ограждаются, из зависти наверняка, классно когда ничего не парит. Все они такие замороченные, странные, проживают свой миг как могут, но в этом же нет смысла? Все в итоге в одну коробку, а может и в пакеты по частям, было бы неплохо, я бы стал полезен. Этот человек такой-же, вечно что-то строит, пытаясь скрыть неизбежное — смерть, поэтому я начал этот процесс с рождения, может и меня, а может и Иисуса.       Антон не такой плохой парень, как я думал. Точнее не думал, просто парился, злился как мантоварка, вот поэтому потом нам удалось сблизиться, я просто смирился. Он определённо не из моей партии, но почему-то был так расположен, никогда не понимал, почему он мне помогал, я всё равно к этому бы пришёл, точнее уже. На его контакте в телефоне его фотка. Красивый, Боже, нихрена не вижу, кто кончил мне в глаза? Позвонить может? Он всё-таки уже привык к ночным звонкам, сам не особо жаворонок, он скорее… Многодетная мать? Ну да, по типу сна идеально.       — Антон… — Голос неожиданно хриплый, приходится запнуться. — Черт, я так скучал.       — М-да… Что опять? — Заебал я его всё же, удивительно, что мы ещё друзья, хоть я этим и недоволен. Он такой слепой тупица, ни один флирт и подкат не пройдёт, точнее пройдёт, мимо, мимо его пустой головы.       — Мне бабушка настойку из сливы передала, отличная вещь! и я…       — И ты уже проверил? — Даже договорить не дал.       — Нее, в одну харю не хочу, давай ко мне. — План надёжный как швейцарские часы, снова выпьем вместе, может даже удачно, и он попадёт в сеть моего природного обоняния или как его.       — Чт… Серьёзно? Сейчас ночь, Дим, скажи спасибо, что я меняю свой сон на то, чтобы слушать твою болтовню сейчас. —       Черт, мой гений подвёл меня… Возможно стоя думаться будет лучше.       — Твою мать!       — Мать мою не трогай, ты как навернуться умудрился? — Откуда он знает, что я упал.?       — Хэй, ты следишь за мной?       — Я слышу. В любом случае, хочешь увидеться — приезжай и можешь поспать на коврике, я с места не сдвинусь.       Какой он хорошенький всё-таки, пусть и пытается злиться сейчас, всё равно ведь терпит меня. Не первый раз мы вот так встречаемся, ночь — отличное время для душевных бесед, когда суета стихает и человек остаётся с собой наедине, люблю говорить с ним, он знает как поддержать словами, жаль я не могу ответить тем же.       — Окей, жди, куколка, ща я… — Блять как ходить. -… Я это, выйду отсюда хотя бы, оденусь там, не скучай.       Всеми икрами своей души чувствую, что он закатил глаза.       — Давай, горе ты моё. — Вот, своим называет, чем не любовь?       Звонок сброшен. ***       Ступеней так много, кажется, я схожу с ума. Они будто бесконечные, вечное мучение. Наконец заветная дверь, чуть ли не падаю на неё, стуча слишком громко, нахуй соседей, я хочу его увидеть.       Он быстро открывает дверь, выглядит как-то сонно очаровательно, лениво моргает, волосы в беспорядке. Люблю его в такие моменты, без выходной одежды, без укладки, есть в домашнем Антоне что-то завораживающее.       Хочу просто обнять его. И делаю это, потому что могу, просто падаю в его объятия, слыша усмешку. Не знаю, что он делает со мной, мне не нравится это, слишком парит. ***       Черт, сколько мы пьем? Настойка дрянь полнейшая, это точно не палёный самогон? Антон особо не жалуется, слушает что-то от меня, хотя я сам не понимаю, что говорю. Я лежу на его плече, чувствую его запах и тепло его кожи, что ещё больше сводит с ума. Кажется, я веду себя как шлюха, пытаясь быть ближе, его хочется до невозможности. Моя рука обвивает его тело в районе талии, поднимается выше, он всё так же молчит, я несу тот же бред, который не понимаю, но он похож на: «Я сдохну без тебя, твою мать, что ты со мной делаешь. "       Антон поднимает мою голову за подборок, заставляя тонуть в своих глаза. Ты так жесток, я так жалок, хватит искать в моём взгляде здравый смысл, позволь мне стать ближе. Я поддаюсь к твоим губам, ты не сопротивляешься, ты ведь тоже не видишь смысла?       Так сладко и горячо, чувствовать лёгкие укусы на губах, ты откидываешься назад, я пытаюсь снять твою футболку, всё так торопливо.       Неосознанно сжимаю твои бёдра, в принципе мало что осознаю, мелькают лишь твой затуманенный взгляд, тихие вздохи, жар кожи под моими ладонями и губами, то как ты иследуешь моё тело, оставляешь царапины на спине.       Черт, твой взгляд, твои стоны, твоё тело, весь ты, ты заставляешь чувствовать жар подобного которому я не испытывал.       Ты мой наркотик, ты мой лучик света, ты мой.       Так непривычно чувствовать столько, столько живых эмоций, даже не от физического наслаждения, а от мысли, что тебе хорошо со мной, хорошо сейчас, но мы мертвы, а это всё равно не имеет смысла.       Так ведь…?