Feel Me Deep

Глаза Джисона расширяются при виде мужчины на другом конце танцпола. Он зачарованно смотрит, как чужое тело двигается, создавая волну, как мужчина поднимает одну руку и жестко ее фиксирует, передавая эффект ряби по телу, другой рукой проводя по торсу вниз, останавливаясь в районе пупка и дразняще опуская на ремень в шлевках обтягивающих кожаных штанов. Последующее движение бедрами заставляет рот Джисона наполниться слюной, пускает мурашки предвкушения вдоль позвоночника при мысли о том, как хорошо этот мужчина мог бы его трахнуть. Возможно, внутренний огонь Джисона можно увидеть в его зрачках – как только его взгляд поднимается вверх по чужому телу и останавливается на лице, его встречает понимающая усмешка и кошачьи глаза, которые, кажется, пожирают его с такой же интенсивностью. В первую секунду Джисон даже боится потерять контроль, впервые со времен своих тренировок, и воспламениться посреди клуба только лишь от чужого хищного взгляда, но ему удается удержать себя в руках, поэтому он возвращает мужчине усмешку, игриво прикусив после губу. Чтобы наверняка. Танцор принимает вызов и, не прекращая плавно двигаться, начинает пробираться сквозь толпу в направлении Джисона. Следующая песня ужасно пошлая, лирика откровенна, а бит такой сексуальный, что воздух в клубе наполняется их возбуждением и желанием людей вокруг. Они не обмениваются ни словом, просто притягиваются друг к другу, не оставляя и миллиметра между телами, и любая мысль о том, что они буквально трахаются через одежду, вылетает в окно. Крепкая хватка на тонкой талии, ощущение чужого возбуждения своим, запах мужского парфюма и пота – все это обещает Джисону хорошую ночь, полную дикого секса, именно то, ради чего он сюда в первую очередь и пришел, поэтому он не боится происходящего. Он сжимает белую рубашку мужчины в руках, лижет и покусывает его шею, ответно потираясь о чужое тело, и пошло постанывает ему на ухо. Мужчине не требуется много времени, чтобы застонать и потащить парня в сторону запасного выхода, и хоть Джисон и не является сторонником быстрого секса в темных аллеях, с ним он более чем желает этого. Мужчина толкает его к стене и поднимает, ухватившись за задницу, сжимая мягкие ягодицы в ладонях и вырывая из Джисона тихий стон. Снаружи клуба, без музыки и громких голосов тот вдруг чувствует себя смущенным. Мужчина, похоже, не возражает, во всяком случае, он выглядит полным решимости разбить Джисона на кусочки, пока не услышит, как его голос разносится по переулку и выходит на главную улицу. Джисону не терпится узнать, получится ли у него, поскольку прошло уже достаточно времени с тех пор, как его в последний раз трахали до приятного тумана в голове и закатившихся от наслаждения глаз. Его голос срывается, когда чужие руки двигаются так, что случайно глубже проталкивают вставленную в его задницу анальную пробку. Мужчина отрывается от чужой шеи, на которой старательно оставлял метки, и смотрит на Джисона, подняв бровь. Однако выражение его лица быстро приобретает оттенок удивления. - Твои глаза как лава. - А… - слабо отвечает Джисон, пытаясь заставить свой мозг работать. – Не беспокойся, я не сожгу тебя. - Я не боюсь, детка, мне лишь интересно, насколько ты горяч внутри, - усмехаются в ответ. Джисон смеется и, понизив голос, шепчет на ухо: - Хочешь узнать? Секунду спустя его ступни оказываются на земле, а лицо вжимают в стену. Он раздвигает свои ноги, взволнованный тем, что, наконец, получит сейчас то, чего желает с момента, как увидел мужчину. Его штаны и нижнее белье оказываются поспешно стянуты, к спине прижимается мускулистая грудь, чужой нос медленно скользит по его шее. - Хочешь узнать секрет, малыш? – хрипло спрашивает мужчина, играясь с пробкой, двигая ее взад и вперед, поворачивая, и посылая искры по телу парня. - Д-да, хочу… - Джисон отвечает, не думая. По правде говоря, его не интересуют никакие секреты, ему просто хочется, чтобы мужчина, наконец, вошел в него. Он подготовлен, его член истекает смазкой, и он уверен, что на шее не осталось ни одного живого места, а на бедрах точно появятся синяки от чужой хватки. Пора бы уже двигаться дальше. Вместо ответа мужчина вытаскивает пробку, заставляя Джисона скулить и подаваться назад с желанием снова быть наполненным. Он легко смеется на чужое недовольство и вкладывает в чужую ладонь игрушку. - Уронишь, и мы останавливаемся, понятно? Джисон кивает в ответ: - Да. А сейчас можешь уже меня трахнуть? Мужчина снова посмеивается, и это действие, как Джисон уже понял, такое же милое, как и жестокое. - Не торопись… Разве ты не хочешь узнать мой секрет? Джисон готов съязвить в ответ, но из горла вырывается лишь громкий стон, когда два пальца начинают проникать в него. Он чувствует, как костяшки пальцев медленно проходят сквозь колечко мышц, довольно свободно, поскольку в сравнении с пробкой их недостаточно. Когда пальцы полностью оказываются внутри, он удовлетворенно выдыхает, чувствуя себя наполненным, хотя это и не совсем то, чего ему действительно хочется. Ему нужно, чтобы его выебали так, что он стал тупым, пуская слюни и рыдая на чужом члене, думая лишь о нем. Тем не менее, он довольствуется тем, что ему дают. А потом он чувствует. Пальцы мужчины проникают глубже, чем это возможно по ощущениям костяшек у входа. И до него доходит. Секрет. Он сломлено стонет, чувствуя их все дальше, пока не понимает, что они прошли глубже, чем что-либо когда-либо в его жизни. - Блять… - мычит Джисон, когда мужчина начинает вытаскивать – или скорее сжимать до нормального размера – пальцы и, оставив только подушечки внутри, начинает растягивать дырочку. Затем он резко вводит их обратно, проникая так же глубоко, если не дальше. - Тебе нравится мой маленький секрет? – спрашивает мужчина, и Джисон, хоть и не видит чужого лица, чувствует в его голосе самодовольную усмешку, ощущает ее на прижимающихся к его шее губах. – Думаешь, сможешь меня принять, малыш? Хочешь узнать, как глубоко может войти мой член? Глаза Джисона закатываются, и он стонет, насаживаясь на чужие пальцы и изо всех сил пытаясь не уронить пробку. Еще ничего в своей жизни он не хотел так сильно. - Ч-черт, да, пожалуйста, трахни меня. Так сильно, как только можешь… - Да? Хочешь чувствовать меня глубоко внутри, детка? Видеть выпуклость от моего члена на своем животе? – голос мужчины как сладкий грех для Джисона, заставляет его кивать болванчиком от одной лишь мысли быть хорошо наполненным. - Х-хочу почувствовать, по-пожалуйста… - говорит Джисон, пытаясь обернуться, чтобы посмотреть на мужчину. - Минхо, - шепчет тот на ухо, - это единственное, что ты должен сегодня кричать, детка. - Блять, да… Минхо… Пожалуйста, войди в меня… Мужчина, наконец, вытаскивает пальцы и расстегивает ширинку на своих штанах. Джисон оборачивается и видит, как тот достает пакетик со смазкой и щедро покрывает ею свой член. Парень становится податливым под чужими прикосновениями, чувствует, как в него медленно проникают, а тяжесть чужого члена внутри и холод от стены, к которой его прижимают, приносят ему странное чувство спокойствия. Однако, оно не продолжается долго, потому что как только Минхо входит до основания, он начинает вбиваться в Джисона с животной скоростью. И, боги, Джисон обожает его член. С каждым толчком он врезается в его простату, у него идеальный обхват для того, чтобы чувствовать растяжение без боли, и боже… он проникает так глубоко… Джисон не может даже сказать, член Минхо сам по себе такой, или мужчина его увеличил, но ему все нравится. - Ты чувствуешь, детка? Достаточно глубоко для тебя? – голос Минхо хрипкий и резкий от движений. – Он может быть глубже… Джисон стонет, откидывая голову на чужое плечо, и свободной рукой вцепляется в удерживающую его поперек груди руку Минхо, прижимаясь ближе. - Трахни меня г-глубже, хо-ах!-хочу еще! Минхо рычит и замирает внутри него. -Детка, ты уверен? Джисон кивает. - Да, пожалуйста, пожалуйста, пожа- - Блять, хорошо… - Минхо выдыхает, и Джисон чувствует, как член внутри него увеличивается. Дыхание сбивается, а изо рта вырывается скулеж. Джисон повторяет имя Минхо словно мантру, пока член становится все длиннее и больше, увеличиваясь немного и в обхвате, наполняя задницу Джисона практически до предела. Свободная рука Минхо опускается на чужой живот, и мужчина стонет. – Почувствуй это, малыш, - он берет руку Джисона и кладет ее на выпуклость. - Твою мать, - стонет Джисон, - это, блять, так горячо… - он прижимает ладонь к животу, чувствуя движение члена внутри, когда Минхо возобновляет фрикции. Его ноги трясутся от силы, с которой мужчина вбивается в него, от ощущения его члена глубоко внутри, как он трется о простату. Он совершенно забыл о том, как ноет его собственный член от отсутствия прикосновений к нему, Джисон приближается к оргазму все ближе и ближе с каждым шлепком бедер Минхо о его ягодицы, с каждым укусом в шею, с каждым поцелуем в чувствительное место за ухом, с каждым грязным словом, которое нашептывает ему Минхо. - Ты сожжешь меня заживо, малыш… Ты такой горячий внутри, такой узкий… - рычит мужчина ему на ухо. И этого достаточно, чтобы пламя Джисона внутри вспыхнуло - с чужим именем на губах он окрашивает бетонную стену перед собой в белый. Минхо стонет и продолжает вбиваться в него с удвоенной силой, Джисон дрожит в его руках, но даже так подается навстречу с желанием отдать столько же, сколько получил. - К-кончи в меня, М-Минхо… вбей свою сперму так глубоко, чтобы я чувствовал ее неделю. Минхо скулит и, зашипев, толкается в последний раз как можно глубже. Замирает, погрузив член по самые яйца и кончая глубоко, как того и пожелал Джисон. Спустя пару минут, после того, как они приводят дыхание в норму, Минхо забирает из его руки - которая уже начинала дрожать от напряжения – пробку и вставляет ее обратно в дырочку, не позволяя сперме выйти наружу. - Джисон, - парень, наконец, представляется. - Приятно познакомиться, Джисон, - Минхо посмеивается. – Хочешь ко мне? У меня есть ванная, которая, как мне кажется, тебе сейчас не помешает… Парень улыбается. - Только если она вмещает двоих. Минхо ухмыляется. - Конечно… Я хорошо умею подгонять вещи под нужные размеры.