Демиурандар

«7. Его мучения, их находка.» Эльвермин        Ночь наступила слишком быстро. И сейчас мы стоим возле маленького озера. Демиурандар, не мигая, смотрит на луну, и его глаза цвета серебра начинают отсвечивать золотистым. Но вдруг что-то меняется, Дара сгибает пополам, его кожа иссушивается, трескает, из ран течет кровь. Через несколько минут он не сдерживается и начинает кричать. От такого ужаса я хочу отвернуться, но не получается, перевожу взгляд на Мирта и риэру Лисарлин. Они тоже не отрывают взгляд от полностью залитого кровью Дара. Я более чем уверен, что им так же страшно, как и мне. Его крики, полные боли, из каждой трещины ручьем стекает красная жидкость и впитывается в землю. Сейчас мне понятно, почему Дар извинялся и просил помочь. Я сомневаюсь, что хоть кто-то смог бы пережить нечто подобное. Изменить свою сущность может только Демиург, и я теперь не сомневаюсь, кто такой Демиурандар, но даже для него этот процесс стоит немалых усилий.        Бедный, он сорвал голос и сейчас просто скулит. Я не знаю, сколько времени прошло. Луна все также светит на открытую маленькую поляну, показывая всем находящимся здесь эту жуткую кровавую картину.        Дар лежит возле воды, его кожа сошла и теперь валялась вокруг него на траве. Я уже хотел было подойти, но меня остановила рука риэры. — Подожди, это еще не конец. Полное обращение будет, когда он превратится в зверя.        И я ждал. От нечего делать рассматривал деревья, цветы и все, что попадалось на глаза. Нужно же было хоть чем-то себя занять? Прошло где-то полчаса, и вдруг послышался рык. Я обернулся.        Дар все так же лежал, но его кожа, вся израненная, начала заживать. Я уже думал, что конец его мучениям. Но он резко дернулся, и я услышал хруст. Риэра подошла ко мне и начала шептать. — Эльвер, если тяжело, то не заставляй себя, закрой глаза. Изменения тела требуют не только линьки кожи и изменений на более прочную, подходящую оборотням, но и внутренней смены структуры тела. Раньше его оболочка подходила только под определение человека. Но у оборотней во время первого перехода в другую ипостась ломаются все кости и срастаются так, чтобы следующий оборот был уже быстрым и безболезненным. Сейчас Дар проходит второй этап. После, когда он покроется шерстью, и мы увидим, кем наш друг стал, сможем его помыть и уложить спать. Хорошо? Так что потерпи еще немного.        Смотреть, как в его теле шевелятся кости, а некоторые вспороли кожу изнутри и выходят наружу, невыносимо. Но облегчало то, что это почти конец.        После слов риэры я понял, что хочу помочь ему всем, чем смогу. Ведь он теперь мой друг. Независимо от происхождения.        Наконец-то хруст закончился, тело Дара зажило после открытых ран, только кровь осталась, но ее легко можно смыть. Ведь для этого мы затеяли все возле озера.        Меня уже не сильно удивила звериная форма Демиурандара после того, что было. Из-за слишком сильной грязи трудно было увидеть, какого цвета красивая, в чем я не сомневаюсь, шерсть. Демиурандар        Все, что я чувствую — это боль и ничего больше. Неужели такое я буду должен терпеть каждую перекройку тела под новую сущность? Интересно, я выдержу? В конце обращения только почувствовал, как меня подняло множество рук и начало мыть. Сознание крякнуло: «До скорой встречи», и ушло по делам. Резко стало темно, будто кто-то выключил свет.        Пришел в себя я наутро. Чьи-то нежные руки гладили меня по голове. Пр-р-риятно. Вдруг услышал кошачье урчанье. Что? Резко подпрыгнул и приземлился на четыре лапы. Спина непроизвольно напряглась, и почувствовалась неприятная натянутость в области таза. Я обернул голову и увидел… хвост? Пушистый серебряный хвост. Так я в звериной форме проснулся? Фух, уже думал испугаться всерьез…        Сейчас, успокоившись, увидел свою компанию, которая заинтересованными глазками хлопала в мою сторону. — «Ну и чего уставились? Кошачьих никогда не видели?», — но вместо слов произнес несколько мявков и рычаний.        Оу-у-у, так они меня не понимают... Только другие оборотни услышат мою речь. Хотя… — «Дем! У меня тут вопросик назрел, ты не сильно занят?», — со всем этим совсем забыл, что у меня под рукой хороший помощник есть. — «Привет, киса. Ты теперь такой миленький стал. И не забывай о распределении на альф, омег и бет. А то я пока не пойму, кто ты». — «Не волнуйся, не забуду. Слушай, а я могу ведь мысленно общаться с эльфиками? Ведь они меня не поймут, когда буду в форме зверя к ним обращаться». — «Дар, ну ты пустоголовый. Мы это уже проходили, вспомни. Все, кроме русалок, имеют человеческую ипостась и могут общаться на одном языке. Оборотни в звериной форме могут общаться между собой, но другие их не поймут. Драконы в звериной ипостаси тоже могут разговаривать друг с другом, а прочим только передавать мысли, но они не телепаты, а только эмпаты. Некоторые маги среди людей тоже владеют слабым даром к эмпатии и телекинезу. Также передавать свои мысли могут и русалки, у них все почти то же, что и у драконов (только изменить хвост на ноги они не могут). Ты — другое дело. У каждой из рас своя собственная магия или способность. Твоя же душа владеет всеми ими, только вот тело служит ограничителем, и для того, чтобы пользоваться какой бы то ни было силой, тебе, Дар, придется изменять свою расовую принадлежность. Но не забывай, у тебя есть и собственная магия, о возможностях которой ты еще будешь узнавать во время путешествия. Так вот, как завершение, могу обрадовать — ты телепат, единственный на Дорфэме. Достаточно объяснил?» — «Да-да, только затянул слишком, меня уже Эльвер по мордочке бьет, чтоб я очнулся. Но спасибо».        Ладно, лучше мне пока обернуться в человека. А то уже достали дергать за ушки и хвостик, это же больно!        Превратился я быстро, но вот одежда… — Вот, держи и быстренько оденься, нечего здесь риэру смущать, — сказал Альмирт, протягивая мне кое-какую одежку. — Ой, да кто смущается. Наоборот, есть на что посмотреть.        А вот на это покраснел я. — Ах, боже, какой же ты миленький стал, Дар! Ты точно должен быть омегой и никем больше! — Лис все продолжала пищать, щупая мои бедные покрасневшие щеки. — Я сильно изменился? — Это первое, что меня волновало. Эльвер и Мирт переглянулись, и вместе произнесли: — Ты стал еще больше милашкой! — Какой дуэт пропадает…        Боже, неужели я стал таким смазливым? Вроде и я, а вроде и не совсем…        Цвет души у меня теперь золотистый какой-то, а не просто желтый. И пахну я оборотнем. Коготки и острые зубы — в наличии. Осталось только адаптироваться к обостренным ощущениям, но буду привыкать, пока дойдем до границы. — А я большой? — Что? — Лисарлин, наверное, не поняла о чем я. — В кошачьей форме я большой? — А-а-а. Ну, по росту, как волк… Только вот, Дар, нужно придумать тебе историю. О том, как оказался с нами, сколько лет и так далее. — А, ну, если считать, то мне человеческих 18 лет. По-эльфийски где-то 450 лет, как оборотню — мне 225-230 лет. А историю я сам соображу по ходу, если спросят. — Ну смотри, чтоб проблем не было. Тебе с ними еще жить. Кстати, ты к оборотням надолго? — Не знаю. Когда помогу следующему, тогда, наверное, и уйду, но как быстро это произойдет — не знаю. — Хм, все проблемы свалились на твои плечи… Ну, зато думай об этом, как о практическом применении своих знаний, и вообще — просто живи! Ты же теперь из плоти и крови, так что волнуйся о других, но и себя не обижай. — Насчет обижай… Ты уверена, что я именно омега? Может — все же бета? — ехидная улыбка и вздернутая бровь были мне ответом. — Дар, ты же свое отражение видел. И все еще сомневаешься? — Уф, тогда еще одна проблема. К какому клану мне идти? Я же не знаю… — но меня бесчестно перебил Альмирт, который всю дорогу слушал, о чем мы с риэрой говорим. — Да-а, только Демиург, наверное, знает.        Точно, на вопросы «кто» и «куда», Дем мне так и не ответил! — «Боженька, услышь просьбу бедного…», — и снова меня бессовестно прервали. — «Не надо столько пафоса. Ты же знаешь, как я это не люблю. Слушай уж, коли спросил. Всего сейчас есть четыре клана: клан Клыков, клан Листвы, клан Теней и клан Ветра. Главный альфа среди «Клыков» — это орэ Кран. У клана Листвы альфу зовут орэ Даррад, у Теней — орэ Сармад, а вот с кланом Ветра… Их альфа умер, защищая сына. Все держится на хрупких плечах его супруга-омеги Денирана и помощника-беты Урмека. Уже прошло достаточно времени, сын вырос, но с некими отклонениями, Дениран все еще в трауре, а его друг Урмек ничего не может с этим поделать. Дальше разберешься сам. Будут экстренные ситуации — зови. Направляйся пока к вождю варрэ Мардеку, он, если так можно сказать, главное правящее лицо над всеми кланами. Заодно познакомишься с его омегой Кирраном. А, и пока есть возможность, напомню — ты можешь колдовать и использовать силу, как пожелаешь, в разумных пределах, конечно. Понимаешь, на что я намекаю?» — «Кажись, да. Я могу быть как воином, так и целителем, алхимиком, магом и еще кучей всего, да? Только сначала нужно будет разобраться в возможностях тела. Я правильно понимаю?», — короткое «да», и на этом наша беседа закончилась. — Ну что, узнал? — спросила Лис. — Да, знаешь, где варрэ Мардек живет? Пока что идем в ту сторону. — Знаю. Хм? — Лисарлин начала оглядываться. — Что случилось? Ты что-то ищешь?        Риэра развернулась к Альмирту, который шел позади с задумчивым лицом. — Мирт, а где Эльвер?        Эльф аж дернулся и тоже закрутил головой по сторонам. — Он же был минуту назад здесь… — такой удивлений и испуганный у Мирта голос.        О, ну супер, у нас один потерявшийся ребенок. И где его носит?..        Как в ответ на мой вопрос, из кустов вылетел запыхавшийся Эльвермин. — Там такое… такое…        Альмирт, подбежав к Эльверу, порывисто обнял и спросил: — Что случилось? Что ты там увидел? — Там оборотень лежит… между деревьев… и едва дышит.        Мне вот любопытно, где эльф вообще пропадал? И я спросил, зачем же зря гадать. — Решил пойти прогуляться вокруг… Я сам так далеко не заходил, и мне было интересно посмотреть, есть ли уже что-то впереди. — И что, что-то увидел?        Эльвер только ткнул пальцем куда-то вперед и сказал: — Вот его там и увидел.        Мы все вместе двинулись в сторону этого «там».