Стихия одиночества

После нашей первой встречи, мною было дано обещание. Отныне Ворон Диаваль был сердечно предан только одной госпоже — Малефисенте. И хоть она не всегда признавала его стараний, ворон понимал, что так будет намного лучше чем совсем ничего. Когда фея рассказывала о своей судьбе и лишении крыльев, я слушал её как никогда внимательно, запечатывая в памяти каждое тихое слово, каждый вздох и резкие движения рук. Её искренние слёзы боли и грустную улыбку. Я запомнил всё. И она тоже. Впервые, когда Госпожа отчаянно признала мою необходимость в её одинокой жизни, я долго не мог нарадоваться этому. В тот тихий вечер мы находились в умиротворённой серой пещере на горе. До этого, Малефисента долго истерила, нервничала и волновалась, потому что малышка Аврора пропала из её поля зрения. Это был не тот случай, когда она чувствовала каждый её шаг и защищала о жизни крохи-чудовища. Тогда она думала, что девочка уже мертва и в один прекрасный момент, вышла на цветущую одуванчиками поляну и увидала, как маленький ребёнок гоняется за вороном и не выпускает его из нежных детских ручонок. —Диаваль... —Спокойный взгляд завораживающе притянул к себе взгляды двоих, —Я всё болото обыскала. Где вы были? —С умиротворённым тоном говорила Малефисента, взмахнув рукой и превратив пернатого в человека. —Прошу прощения, Госпожа, но человеческий ребёнок за время вашего отсутствия чуть не наелся ядовитой травы и пыльцы гробоцветов, что... —Молодец, Диаваль, —Прервала мужчину фея, спустившись на колено к ребёнку, —А ты, чудовище, прекращай брать в рот всё что попало. —Госпожа, она... —Ворон поднял руку, но словив недовольный взгляд девушки криво улыбнулся, сделав несколько шагов назад. В его душе горела радость за признание себя не бесполезным. Это же чувство он испытал тогда, на болоте. Малефисента вернулась совсем не в духе. Люди сумели выкрасть некоторых жителей болота. К тому же бесследно пропал один из клипс. Сегодня она видела пару охотников, которые без задней мысли выстрелили в неё из ружей. Оставшись с дырой в плече, Малефисента усыпила тех, стерев память, чтобы охотники позабыли, что видели. После чего со спокойной душой покинула границу. Однако что-то на сердце феи не могло полностью улечься. Диаваль чувствовал это. За эти годы он научился жить с Малефисентой, чувствовать её, как себя и практически жить её жизнью. Для него было обидным, что из-за глупых выходок людей страдает и она и болото, которое уже давно не играло теми красками. Фея далеко не уходила. Всё равно в это время вокруге стояла гробовая тишина, а на том холме под деревом, где Малефисенту когда-то лишили крыльев никогда не было ни души. Даже самая смелая фея не осмеливалась туда сунуться. Каждая, кроме Диаваля. Он, как верный слуга и друг хранительницы пошёл вслед, не оборачиваясь. Ведь когда-то он дал обещание, которое подчастую не мог исполнить на все сто. Ворон сел на камень неподалёку, положив руку на согнутое колено. Его взгляд медленно метался от феи к виду вдалеке. К тому, на который она смотрела, не сводя глаз. На её худом лице уже очень давно не появлялась улыбка и какие-то её признаки. В один момент, Диаваль задумался и без какого-либо контроля и задней мысли не сводил взгляда с прекрасной Малефисенты. Только вот она была не в восторге от такого внимания. —Я что, картина? —Сказала она тихо и уравновешенно, —Или статуя? Хватит на меня так глазеть. —В голосе слышались лёгкие нотки тоски и нескрываемой грусти. —Ах... я... —Диаваль пришёл в трезвое сознание и стал соображать на ходу, —Просто не могу налюбоваться на прекрасное. —Странный ты, —Малефисента, будто пропустив сладкую речь слуги опустила голову на руки, сложенные крестом на коленях, —Просто не смотри на меня. —Почему же? —Парень привстал, сев ближе к одиночке, —Я же обещал... —Обещал не оставлять одну, а не следить за каждым движением. —Глаза феи не сходили с дальнего вида. —Каждое обещание имеет потайной смысл. —Дурак. —Девушка вздохнула и прикрыв глаза опустила голову на мужское плечо. Рога остались за спиной, но один из них приятно касался шеи пернатого. —Только для вас, Госпожа... —Малефисента. —Прошептала не совсем уверенно та, —Малефисента... —Подствердила слои слова фея. —Хорошо, —Диаваль кратко выдохнул, —Госпожа Малефисента. В этот день, фея подарила первый поцелуй ворону. Она выпрямила спину, смотря в глубокие глаза ничего не подозревающего слуги и взяв того за тёплые щёки притянула ближе, одаривая волшебным блаженным поцелуем, после положив голову на грудь смущённого ворона и тихо шепча простое, но такое чувственное: "спасибо" Был день, когда Диаваль сильно накосячил и долго об этом жалел, надеясь что Госпожа не злиться. Он избегал её взглядов, неловких разговоров и частых встреч. Тогда, под шум листьев, шуршащих на ветру, двое сидели под деревом. Малефисента рассказывала какую-то историю, которую ворон умудрился прослушать, а потом и вовсе незаметно заснуть, положив голову на ствол древа. Фея и сама не заметила, когда слуга задремал и не стала будить и ругать его. Она сама тогда сильно устала и опалив щёки Диаваля бархатным поцелуем, легла рядом, не отпуская слугу из рук. Наутро, многие обитатели болота разносили слух о беззаботной любви этих двоих, но произносить что-то вслух после их пробуждения боялись. Было и время, необходимое для восстановления не только морального, но и физического здоровья. Диаваля подстрелили охотники и в полуживом состоянии долетев до болот, он пал с отчаянным вороньим воплем на землю. Малефисента лёгким взмахом руки превратила его в человека, осматривая сверху. —Как дела, Диаваль? —Да, как всегда, Госпожа, —Пернатый глупо улыбался, пытаясь не шипеть от сильной боли. Фея вздохнула и опустилась к ворону, залечивая магией прострел, —А вы, я смотрю, лишь хорошеете, —Слуга морщился и прикусывал губу, не издавая лишних звуков, и не сводя глаз с прекрасной девушки. —Глупо, Диаваль, глу-по, —Говорила та, отстраняя ладони, —Вот вдруг ты помрёшь, —Малефисента обвила руку в чёрном одеянии, притягивая на себя, —А меня рядом не будет, —Она приблизилась, игриво улыбаясь. Холодные пальцы забрались под рукав, щекоча кожу, —Не увидишь меня больше, Диаваль. —Глупости, —Ворон стыдливо увёл глаза, смотря куда-то в сторону, —Такой проворный ворон, как я, переживал и не такое. —Посмеиваясь возгордился слуга. —Но даже такой проворный мужчина, как ты, —Малефисента спустила холодную ладонь с шеи на грудь, где рядом была рана, —Не сможет пережить удара сюда. —Фея тыкнула пальцем, сильно надавив, заставляя слугу поморщиться. Диаваль тихо шикнул и Хранительница убрала руку, положив её за шею ворона. Второй она провела по его руке вверх, подсвечивая зелёной магией. Всё внимание ушло на пыль, но после довольно внезапного тёплого поцелуя, Диаваля быстро вывели из раздумий. И вновь, не своеобразное смущение, потупленный взгляд и учащённый стук вороньего сердечка. "Диаваля надо целовать чаще. Но не злоупотреблять" - подумала фея и закрыла глаза, топя в блаженном омуте своего покорного слугу. Однако, не всё без скандалов. Когда-то в будущем будет биться посуда, ломаться ветки и плескаться вода. Но этот случай был особенным. Тогда, когда Диаваль, сам того не осознавая нарушил своё правило и обещание. Но, как не странно, тем самым смог добиться большего. И вот, в день, когда Малефисента свергла короля и вернула свои родные крылья, который стал для всех огромным праздником, случилось чудное под покровом ночи. Все были счастливы и на протяжении дня праздновали как могли. Аврора развлекалась со всеми, а с теми, кого не успела узнать пошла гулять в ночь по болотам и осматривать дикие просторы, до которых раньше не доходила. Диаваль долго пропадал. Он не появлялся с последней их встречи у замка. Это было странно. Это волновало Малефисенту. Пока все отдыхали, она ушла с болот, куда вело её сердце, на поиски своего покорного. Тогда, в суматохе, она позабыла о его просьбе и по-случайности превратила в ворона, даже не дослушав. Долетев до высокого замка, она взмыла в воздух, в самое небо, долетая до верхушек огромного здания. В округе было тихо, почти не души. Спустившись на одну из башен, Малефисента сложила руки на перилах и стала всматриваться. Тогда-то она и увидела своего ворона. Он сидел на одной из оград на башне пониже, грустно смотря на горизонт. Его когтистые лапки крепко сжимали перила. Слабо улыбнувшись, фея махнула рукой, превратив птицу в человека. По её задумке, это казалось весёлым. Диаваль, не ожидав своего перевоплощения соскочил и с прерывистым криком стал падать в самый низ через туманы и низкие облака. Малефисента насмехнулась и взмыв в воздух, пулей бросилась за ним, с огромной скоростью пролетая по потокам воздуха. Руки Диаваля уверенно схватили ручки повелительницы тьмы. Крылья расправились и двое стали лететь по порыву ветра, плавно спускаясь ниже. Тогда-то фея и почувствовала леденящий холод рук слуги и мелкую дрожь, охватывающую его. — В чём дело, Диаваль? —Малефисента оттряхнула рукой плечо, глядя на стоящего спиной напротив слуги. — "В чём дело?", "В ЧЁМ ДЕЛО, ДИАВАЛЬ"?! —Пернатый резко повернулся к той, окинув бледным взглядом, — Ты чуть не убила меня! —Ворон странно жестикулировал полуподнятыми сильно дрожащими, как и плечи руками, — Это было ужасно! Отвратительно! Было такое чувство, будто я умираю! Фея не менялась в лице, и лишь какая-то малая искра в её глазах показывала скорбь и мелкий испуг. Прямо перед ней, Диаваль обмяк, и вновь развернувшись спиной, убито уставился в тротуар, обняв себя за плечи. Фея, не показывая чувства вины легко махнула рукой, превратив человека в птицу. Ворон повернул головёху, проследив за тенью на тротуаре и не оборачиваясь на Госпожу, взмахнул крыльями и взмыл в небо, улетая за реку и в чащу. Малефисента томно вздохнула, внимательно засматриваясь на воду в сверкающих звёздах, пока крылатый уже перерабатывал пережитое в их "уютном" гнёздышке. Фея вернулась не так скоро, к полнолунию, когда луна озарила ей дорогу над листвой деревьев и кустов. Вновь летать над землёй было слегка непривычно после столь долгих лет разлуки с крыльями. Чёрный ворон всё это время сидел в одном углу пещерки, сливаясь с кромешной тьмой, окутывающий её стены и смог даже задремать. Малефисента развеяла осевший туман взмахом крыльев и приземлилась босыми ногами на прохладные камни. Её взгляд уловил глубокое дыхание и она направилась к нему, с большой осторожностью. Легонько перебрав пальцами руки, она жёлтой магией обратила птицу в человека. От этого, парень очнулся, открыв уставшие чёрные глаза и поднимая их на свою Владычицу. —Диаваль, —Строгим тоном позвала девушка, слегка приклонив голову на бок, но не успела продолжить. —Прошу прощения, Госпожа, —Собравшись после слов феи, Ворон привстал и опустился на колено, приклоняясь перед той и невнятно извеняясь сонным хрипловатым голосом, —Вы были правы. Я сильно провинился, и готов... —Диаваль, —Малефисента положила ладонь на плечо слуги, прервав его незаконченную фразу, —Я тоже должна извиниться. —Н... нет, нет, —Стараясь внятнее говорить, так и не оклимавшись после дрёма, парень встал на ноги, держа в руках ладонь Госпожи, —Вы не... Малефисента прикрыла глаза, пока ворон продолжал оправдывать ситуацию. Фея тихо цокнула и в желании заткнуть невнятно тарахтящего слугу, обхватила холодными пальцами его щёки, впиваясь в тёплые губы. Диаваль сильнее потупив не двигался, лишь сгорая от смущения и метаясь чёрными глазами с места на место. Чувствуя эту неуверенность, Малефисента опустила руку, обхватив ею запястье разгорячённого Диаваля и опуская ниже, переплетая пальцы, прижалась к нему телом, прерывисто вздохнув. Уловив ауру спокойствия и гармонии, ворон в блаженстве закрыл глаза, уже более уверенно поддаваясь страсти и желанию. Он аккуратно обхватил талию девушки, положив тёплую ладонь на поясницу. Малефисента улыбалась сквозь поцелуй и шумно дышала. Её крылья рефлекторно подрагивали, как и обнажённые руки. Тепло чёрного ворона согревало её тело и долго пустующее сердце. —Эй?... —Тихо и боязливо позвал Диаваль, стыдливо пялясь вниз, пытаясь не смотреть в глаза девушки. Вместо ответа, фея улыбнулась и расправила крылья, закрывая двоих от лунного света, накрывшего их и всё вокруг. Она подняла голову ворона рукой, смотря глубоко в чёрные глаза застенчивой пташки. —Всё правильно, —Тихо ответила та, вновь впиваясь в горячие губы. По телу прошла мелкая дрожь, фея сильнее прижалась к тёплому мужчине. Отрываясь от мягкого поцелуя, Малефисента приклонилась лицом к шее Диаваля, тихо простонав на ухо тому. Ворон кратко выдохнул, перестав дышать, лишь изредка дёргаясь от холодных прикосновений женских пальцев по обнажённой коже. —Уверенней, —Будто заколдовывая проговорила фея, обняв руками Диаваля за талию, —мх... Мы же помирились? —Конечно, моя Госпожа. —Ворон улыбнулся, обнимая девушку за плечи и спину. —Ты знаешь... —Заговорила та, легонько помахивая крыльями, —Когда-то я дала себе обещание... Что никогда больше не буду любить. —Фея потёрлась головой об грудь ворона, создав недолгую паузу, —И, как мне кажется, мы оба нарушили свои обещания. —Думаю, вы правы, Малефисента. Диаваль притаил дыхание, совсем не двигаясь. Тепло обдавало всё его тело. Он знал свои границы и понимал, что переступить черту - огромный риск сдохнуть. Однако Малефисенту кажется взбесило именно это. Теперь, вновь имея часть себя, она чувствовала себя целой, свободной и как ранее могущественной. Но и это не мешало ей чувствовать что-то кроме власти. Возможно... Не меняя положения, фея потянулась руками по шее Диаваля, заползая ими под чёрный воротник и спуская всё ниже и ниже. Ворон дрогнул, и шумно выдохнул, смотря на макушку владычицы. —Госпожа М-малефисента? —Слуга задрал голову, по шее которой потянулись пальцы феи. Та назло молчала, тихо посмеиваясь с реакции воронёнка. Она путаными движениями расстегнула две пуговицы его рубахи сверху, наконец посмотрев в лицо Диавалю, который лишь криво улыбнулся той утопая в диком смущении и желая найти ответы на свои вопросы. Хмыкнув, Малефисента сделала уверенный шаг вперёд и прильнула к открытой коже шеи Диаваля, держа её сзади руками. От неожиданности с уст ворона сорвался скромный стон. Фея сделала несколько шагов вперёд, тем самым прижимая птицу к каменной стене пещеры. Ворон повернул голову вбок, прижимаясь горячей щекой к холодным камням, однако Малефисенте это не нравилось. —Смотри на меня, Диаваль. —Она хитро улыбалась, держа того за щёки, —Мне нравятся твои глаза. —Головой что-ли ударились? —Сильно. —Фея вновь сомкнула неугомонный рот в страстный поцелуй, не желая слушать шуток ворона. Уже увереннее отвечая девушке, Диаваль почувствовал, как тёплая рука спала с щеки на шею и потянулась ниже, попутно расстёгивая пуговицы выше, доходя до низу и оставляя всего пару посередине. Ловкие пальцы протиснулись под ремень чёрных брюк, не торопясь отстёгивая его. Нежная ручка совершенно неожиданно проникла под ткань, сбив темноволосого на громкий стон. Он изогнулся в спине, съехав по стене чуть ниже, задрав голову. Хитрые глаза феи не сводили с мученика ехидный взгляд, продолжая ворошить и щекотать рукой горячую плоть. Ту ночь Диаваль вспоминал как прекрасный сон, который очень долгое время не имел продолжения или сего повторения. После схватки с людским народом, когда в жизни Малефисенты появились и другие феи, ворону показалось, что он навсегда потеряет её внимание. Его Владычицу окружали сильные крылатые мужчины и женщины с детьми. Диаваль оставался в стороне. Даже когда видел, как весело проводят время вместе этот сильный фей, с которым Малефисента вела войну. Всё длилось... Но недолго. И как каждая хорошая сказка, всё заканчивается хорошо. Верно, читатель?