Кара, настигшая в одном из переулков

      Льёт сильный дождь. Дует нескончаемым потоком ветер. Нужно поскорее вернуться домой. Сегодня были соревнования. Хах, как всегда первое место. А кто сомневался? Никто, я лучший.       Наступаю в очередную лужу. Блять, белые кроссы испорчены теперь уже точно. Вот как я умудрился забыть кошелёк дома, придётся добираться пешком. Почти полпути пройдено, а победительская улыбка не сходит. Я красавчик. Пройду по мрачному району, быстрее будет. Я известен. Мне ничего не грозит.       Беру телефон. Открываю Instagram. Несколько фоток с золотым кубком летят туда. Затем ещё несколько с моим ахуенным лицом. Секунды не прошло, а уже отовсюду летят комплименты. Думаю, для девятнадцатилетнего это очень даже хорошо. Столько лайков, бесконечные комментарии — аж тошно. Кто-то пишет, что я сас. Будто сам не знаю.       Все эти подписчики жалки. Сидеть и в тихушку дрочить на меня — жалкое зрелище. Снова наползает издевательская улыбка. Чувствую себя королём.       Снова заворачиваю за угол дома. И врезаюсь. Блять, кто тут ещё ходит. Пинаю в ногу. Совсем ахуели. И тут же получаю удар в пах. Внизу моментально все скручивает. Падаю на пол. Сжимаюсь. Давно так не получал. К глазам подступают слёзы. Только не это. Сильно вдыхаю и тут же выдыхаю. Постепенно становится легче.       Слышу грубый и к тому же злой хрип:       — Мальчик, давно не получал?       Что за мудак, блять. Поднимаю глаза. Передо мной кто-то стоит. Пиздец шкаф. В темноте лица не разобрать.       — Блять, смотри куда идёшь, пидр ебан…       И получаю второй удар только уже по самим яйцам. Уже не сдерживаюсь, слёзы начинают идти потоком. Сука! Что сегодня не так?! Тело пробирает дрожь. Чувствую ботинок у себя на голове. Начинает больно вжимать в асфальт. Блять, моё лицо, что, сука, будет с ним?!       — Ты, котёнок переоценённый, вставай по команде.       К моему облегчению, нога была убрана с моего тела. Урод!       — Вставай…       Его шёпот. Я его точно помню. Тихий, но до боли устрашающий. Ни за что не встану! Хоть убейте. Эго не позволяет.       — Вставай.       Видно, этот незнакомец начинает терять терпение.       Лежу так ещё минуту.       — Я, блять, говорю, сука, вставай!       И мгновенный удар в затылок. Лицом провожусь по дороге. Чувствую, как кожа срывается. Жгучая боль. В глазах тут же потемнело. В голову ударила острая боль, до такой степени, что подкатила тошнота.       — Повторяю ещё один раз: вставай!       Эго растопчено… Сил сопротивляться нет. Это конец. Осторожно перемещаюсь в позу на коленях. Ну же, я смогу. Теперь уже поднимаю голову. Уже на одном колене. Ещё чуть-чуть и встану. Резкий удар под дых. Опять оказываюсь лицом в луже.       — Быстрее, что ты там возишься?       — С-сейчас.       Кто бы это не был, он легко убьёт меня. Встаю так быстро, как только могу. Прижимаюсь к стене облезлого дома.       — Ну наконец-то. Хех, Кольт, согласись, неожиданная встреча?       — Блять, я не ебу, кто ты, первый раз в-вижу! — говорю, совсем забыв о возможных последствиях.       — Я смотрю, тебя совсем жизнь не учит? Ладно, прощаю. Вспомни, кого ты засудил. Предал. Испортил мне судьбу! — голос мужчины дрогнул и сорвался на рёв.       И его кулак со всей силы врезается в стену, об которую я, собственно, и облокотился. Миллиметр от моего лица!       — Сука! Я сидел из-за тебя! Скотина! Нашептал мне, возбудил и кинул, не дал и нажаловался! Ненавижу!       И его второй кулак ударил стену по левый висок. Теперь его лицо было в точности перед моим.       — До сих пор не помнишь, да? Чёртов ублюдок. Из-за тебя год в тюрьме и крест на репутацию на-все-гда… И всё из-за тебя! Я, я любил тебя! А ты?! Нет, нихуя. Врал мне! Я рисковал из-за тебя, потому что любил всем сердцем! А ты вершил мне судьбу! Спасибо!       Его дыхание. Запах дешёвых сигарет. Явный перегар. Э-это Б-булл? Как же он изменился… Огромное золотое кольцо в носу. Он… Я помню! Он говорил, если я его предам, он сделает пирсинг! Он… Выполнил… Неужели он не врал… Чёрт! Это плохо.       — Я-я тебя помню… Булл… Это ты?       — Догадливый.       — Тогда… Я тебя засудил не просто так! Ты хотел меня изнасиловать!       — Ты тупой? Я спросил, хочешь ли ты этого! Ты согласился. Тёрся об меня. Возбуждал!       — Булл, мне было пятнадцать! Совсем мальчишка. Тебе же было тридцать. Не мой сверстник. Мог бы думать мозгами! Я. Был. Подростком. Подростковый максимализм! Слышал о таком? Конечно мне хотелось возбудить взрослого дядьку.       — Игрался, значит? А как же чувства, ты говорил, что любишь, что отдашь свою девственность мне! Ты врал?       — Да! То есть нет! Было такое, но повторю: я был мальчишкой. Всё казалось новым, играли гормоны. Что ещё можно ожидать?       — А я, дурак, влюбился. Любил, понимаешь. Ночами не спал, думал о тебе. Мучался с совестью. Уже даже записал себя в педофилы. Господи, даже лечился, а ты довёл. Я, блять, краснел, думая о тебе. Дрочил на твои фотки, кончал, блять, возбуждение было!       — Не мои проблемы. Ты во всём виноват. Послал бы меня. Было бы всем легче… А ты, блять, на полном серьёзе хотел посадить меня на свой хуй!       — Кольт, ты никогда не поймёшь. Я любил так, что сердце порой разрывало грудь. Болело, понимаешь? Знаешь, я и сейчас тебя люблю. Представляешь, с того момента. Никогда о тебе не забывал. И теперь… Сейчас время получить то, что мне принадлежит!       — Что блять?       Его обезумевшие глаза смотрели прямо в душу. Резко наклонившись, он поцеловал. Сильно, в засос.       — Ммм!       Его щетина сильно колется, прямо как в тот раз. Блять, сейчас вся одежда провоняет этим ублюдком. Толкаю руками в грудь. Ничего не происходит, абсолютно! Будто стену толкаю. Пытаюсь хотя бы отойти. Тоже тщетно. Его колено прислонено к стене, между моих ног. Ахуено, блять.       А смотри-ка, происходит. Он ещё сильнее прижал меня к стене. Обхватил моё лицо. Гладит мои щёки, волосы. Его шершавые руки нежно и бережно ходят по моим свежим ранам, будто заново разрывая их. Но это больше даже приятно. Сам себя удивляю подобными мыслями.       Он тихо отошёл от меня, отвернулся. Схватился за голову. Пнул стену. И заорал так, будто в нём пробудился свирепый монстр.       — Сука, а! Зачем я стою и мучаюсь, зачем нежно целую тебя, зачем? Ты все мне сломал, значит, и я сломаю тебя!       Всё начало происходить будто в замедленной съёмке. Вот он поворачивается ко мне. Заносит кулак и попадает точно в нос. Тут же проносится треск. Блять, он мне нос сломал. Оттуда моментально начинает течь кровь. Да что там течь, она хлынула, пачкая лицо, а потом и новую спортивку. Пинок в пах. Сука! Сколько сегодня я ещё получу в это место?! Сгибаюсь напополам. Удар сбоку. Блять, не разбираюсь в биологии, но думаю, по печени пришлось. Смысл стоять опять отпадает, и я уже не знаю в который раз валюсь на грязный сырой асфальт.       Блять, со стороны смотрится убого. На кой чёрт я зашёл в этот переулок?! Пошёл бы по главной и был бы цел. Чёртов день!       — Подставляй задницу. И тогда ты не пострадаешь.       — В смысле? — оторопело спрашиваю я. — Блять, в смысле?! — не дождавшись ответа истерично повторяю.       — В прямом, сука!       Этот громила наклоняется и легко, будто пушинку, поднимает меня. Свирепо смотрит в глаза.       — На четвереньки!       Обходит меня и пинает своим тяжёлым ботинком, заставляя упасть на колени.       — Хотя передумал: сначала отсосёшь.       Я до сих пор не верил в это… Оно не должно было случится. Со всеми, но только не со мной. Не бывает, сон! Не должно… Как?! Тихо, словно тигр, встаёт напротив меня. Его бугор в штанах ровно передо мной. Нет, не верю… Не собираюсь. Не хочу верить. Нет! Грязно, блять, как?! Откуда вся эта хуйня приплыла ко мне? Чувствую руку у себя на затылке. Резкий толчок вперёд. Щекой прижимаюсь к его стояку. Нихуя! Даже через его плотные штаны чувствуется возбуждение. Горячий… Это не шутка! Реально горячий.       — Чувствуешь? Как думаешь, сколько сантиметров? — задаёт он вопрос.       Как будто не мне, в пустоту.       — Не знаю и не хочу знать! Отпусти меня, ублюдок!       — Ты меня уже начинаешь раздражать. Не хочешь по-хорошему, будем по-плохому.       Его рука тянется к ремню. Угрожающе расстёгивает ширинку.       — Оближи через ткань… — он почти не говорит, шепчет.       Его размеры впечатляют. Лишь чёрные боксеры закрывают этот агрегат. Я смирился. Может, этот удолбок отъебётся, если я выполню его прихоть. Осторожно подношу лицо почти в плотную. Невольно принюхиваюсь. Блять, он вообще моется?! Чёрт, как бы не блевануть. Пытаясь не думать, делаю еле мокрую дорожку на его трусах по всему периметру ощутимого члена.       Я вопросительно поднимаю взгляд, но не нахожу его глаз — голова была откинута назад. Вот сучара, кайфует значит. Блять, скорее всего ему нужно только кончить и уйти. Да он же на пределе! Сейчас точно в трусы кончит. Побыстрее закончу и свалю. Пытаюсь как можно сильнее намочить его боксёры, что есть силы надавливаю на его член.       — Ммм… правильно… мальчик, правильно…       Не знаю, сколько прошло, но думаю, вечность. В горле уже начинает першить от недостатка слюней. В рот уже будно на всю жизнь въелся вкус ткани…       — Всё, этого достаточно, — сквозь пелену в сознании слышится это волшебное по содержанию предложение.       Сначала до меня это даже не доходит. Я дальше продолжаю проводить однотипно длинную полоску по его трусам. Длина, по которой вожусь из раза в раз, давно намокла и теперь высвечивала больше деталей члена. Чувствую, как меня оттаскивают за волосы.       — Хорош, ещё успеешь, отдохни.       Наконец-то до меня доходит. Ура! Блять, ура! Этот уебок наигрался. Злобно смотрю на него.       Он с блаженством сует руку в боксёры. С его губ слетает тихий мимолетный стон.       — Я готов отъебать тебя на полную силу. А теперь не тяни. Подставляй задницу.       Пячусь. Спотыкаясь, падаю на асфальт. Блять, прям на камень. Осторожно подбираю его. Огромный. Сжимаю в руке.       — Сука, получи! — и кидаю прям в его ебало.       По крику боли Булла, видно, попало в нос. Он мгновенно зажимает рукой место ушиба. Надо бежать!       Вскакиваю как ужаленный. Боли в ногах, в животе и в голове будто и не было. Выношусь с этого чёртова переулка. Сворачиваю. И на развороте чувствую чью-то подножку. Блять! И опять лечу лицом вниз. Приземляюсь на в кровь расцарапанные ладони.       — Далеко собрался?       Как?! Стой, это совсем другой голос. Если Булл говорит сухо и грозно, то этот… Какой-то… Хуй знает как сказать. По-отцовски, с иронией… Будто сейчас какая-то игра. Смотрю на него. Синие спортивные штаны, голый торс. И лицо… Оно в маске?! Блять, что сегодня не так: от одного убежал, второй приебался.       — А ты знаешь, сбегать не красиво.       Этот кто-то подхватывает меня под мышки и тащит обратно. Нет! Только не это…       Пытаюсь вырваться. Никак. Он ещё сильнее Булла. Ну или я вымотался. Тем не менее через несколько минут мы уже были снова в первоначальном месте. Меня, будто мешок картошки, бросили на пол.       — Привет, бро, вижу, убежала твоя любовь, — с нескрываемым ехидством произносит неизвестный.       — Примо, сколько лет, сколько зим?! Рад встречи, — сухо, но уже более оживлёно отвечает Булл.       — А я заметил, тебе ебло покрасили. Хех, как в старые добрые… — начинает говорить человек, названный «Примо».       — Идиот, заткнись! — рявкает на него моё сегодняшнее несчастье. — Хватит это вспоминать! Нашёл чего! — видно, как от напряжения играют его желваки. — Ещё раз, и!..       — Ладно, ладно, что завёлся? Хоть поприветствуй старого приятеля.       Булл хоть и неохотно, но отыгрывает «пять», под конец они переплетаю мизинцы. Нихуя! Это же целый обряд, так когда-то я делал с друзьями в детстве. Примо с размаху хлопает по плечу Булла. Тот же тихо шипит и отходит.       — Ты где так накачался? — потирая плечо, спрашивает Булл.       — Тоже мне скажешь. Накачался. Спортзал и спор сделали своё дело.       По их лицам было видно, что старые знакомые разговорились, и возможно, сейчас самый лучший момент для побега. Нервно озираюсь в разные стороны. Как бы незаметно исчезнуть. Пытаюсь тихо привстать. Всё тело ужасно болит. Кое-как проползаю несколько сантиметров и… вскрикиваю от боли. Прямо в ладонь вонзается приличный такой осколок стекла.       — Булл, смотри-ка, от нас пробуют сбежать.       — Вот мудак! Я тебя!..       — Да, ладно тебе, мальчик принимает жалкие попытки, и всего лишь.       Ко мне подходит Примо, его руки легко подтаскивают меня за шиворот и отпускают ровно между быком и ним.       — Теперь можем продолжить, Булл, на чём мы остановились?       — Хм… А вспомнил, ты опять на ставки дерёшься?!       — Угу, лихая молодость же была?       Они будто ни в чём не бывало, начинают разговаривать снова. Вот как так у людей получается?!       — Сумасшедший. А кстати, ты как меня нашёл? И этого поймал…       — Пф, сомневаешься в моих способностях… Тут я был, на крыше — бесплатное порно. Увидел, как убегает, решил поймать. Вдруг старый друг вознаградит, — свободно, с лёгкой усмешкой, говорит Примо.       — Блять, сталкеришь?!       — Не-а, сам удивлён. Награда будет?       — Что ты хочешь? Тысячу, две?       Человек в маске задумчиво потирает подбородок.       — Хочу… Потрахаться хочу.       — С кем?       — В тройничке. Думаю, ты так же хорош, как раньше.       — Блять, нет. Его жопа только моя. И это, я больше не снизу.       — Ну по-братски…       — Нет.       Булл демонстративно толкнул его в бок и уставился вниз. Блять, опять он про меня вспомнил. Кролик смотрит на удава — так я смотрю на него. Хватает и легко ставит на четвереньки. Шлепок. Блять, ради выпендрежа. Тц! Пряжка ремня ударяется об асфальт. Звук растягивающийся молнии. С меня с бешеной скоростью сдирают штаны. Это конец. Сломлено склоняю голову. На глазах образуются слёзы. Плохо. Хуёвее некуда! Бля! Чувствую мокрую головку члена, скользящую по анальному отверстию. Меня аж передёргивает.       — Булл, мне кажется, у этого парня в первый раз.       — Я знаю, хочу разорвать его задницу.       — Вот это правильно. Я думал, ты тряпка, а теперь вижу наш. Удачи. До крови!       — Да, Эль, да…       Приставляет свой член ко входу… Мнётся? Не знаю, мне всё равно не убежать. Геи же трахаются, не умирают. Это всего лишь миг, всего лишь… Нихуя, не миг! Сдохнуть можно. Раздражённо плюю вниз. Ну вот, теперь ещё и под носом слюни. В предвкушении момента закусываю губу. Сука, там же, вроде, ещё растянуть нужно…       — Слабо?! — слышится провокационный вопрос Примо.       Его член резко врывается внутрь. Мою мысль прерывают бешеная боль и крик. В болевом шоке руки уже не держат. В голове полный туман. Уже почти впечатываясь в асфальт лицом — успеваю подложить руку. Рот так и застыл в немом крике. Тело дрожит, бьётся в треморе. Кусаю своё запястье.       — Нет! — в подгоняемом порыве рычит Булл.       И высовывает обратно.       — Он в крови…       — Так хорошо же. Порвал ты его жутко. Брат, поздравляю. А теперь хорошенько выеби, за меня.       Снова по самые яйца. Нет-нет. Ааа! Несколько таких входов, и мужчина внутри меня сливается. Уже просто реву. Нет, не больно. Уже абсолютно похуй. Ничего не чувствую. Ничего, блять! Всего-то разорванный анал, жжение и махина внутри. Ничего!       — Отпусти, сука! — рычу сквозь пелену ярости.       — Мальчик, что ты там тявкаешь. Я хотел бы услышать твои стоны… Ох, — недовольно простанывает Булл.       — Не дождёшься, еблан, сдохни в канаве!       — Ха, что-то он у тебя…       — Блять, Примо, можно без комментариев. А ты пасть закрой, шавка.       — Закомплексованный неудачник! Что, весело отрываться на других, сволочь?! — огрызаюсь я.       Получаю сильный шлепок ремнём по заднице.       — Примо, можешь идти сюда. Разберёмся с этим гандоном.       — Наконец-то, думал, не позовёшь. Его ротик я заткну, так уж и быть.       В полной уверенности в своей скорой смерти встаю обратно на колени.       — Так, малолетка ебаная, мякнешь куда-нибудь, и ты труп. Понял? — ранее улыбчивый мужчина превратился в кого-то похуже Булла.       — Д-да.       — Молодец. А теперь хочу отлить.       Примо встаёт напротив меня. Снимает синие штаны. Оголяет достоинство. Даже в невозбуждённом состоянии оно огромно. Как такое может быть?       — Открой-ка ротик.       По стечению обстоятельств послушно выполняю и тут же жалею. В самую глотку летит поток мочи. Горьковатый привкус заволакивает, прерывает все остальные вкусы. Отдёргиваюсь, за что получаю точный пинок в ногу. Примо продолжая ссать на что попало, хватает меня за волосы и подтаскивает к члену, быстро пихает по самую глотку. Захлёбываюсь, рвотный рефлекс подкатывает и… срабатывает. Всё немногое, что было во мне, начинает поступать к горлу. Задыхаюсь.       — Мм-ммм!       В глазах в который раз темнеет. Пинок в грудь, и наконец-то могу продышаться. Никогда так не радовался удару затылком об асфальт.       — Так, я поссал, можем продолжить. Булл, ставь.       Словно тряпичную куклу меня снова ставят на четвереньки.       — Что ж, мальчик, продолжаем.       — Примо, ты уверен?       — Абсолютно. Я затыкаю?       — Конечно.       Эль проводит по моей щеке чуть возбуждённым членом, возится по губам. И насильно входит в рот. Блять, сегодня точно блевану. Может, откусить, а? Словно прочитав мои мысли, Примо сказал:       — Испачкаешь меня — вытрусь тобой, и не обязательно живым. И только попробуй куснуть. Зубы пересчитаю. Понял?       — Ммм…       Пытаюсь ответить, но получается сплошное мычание.       — Булл, входи.       И снова это разрывающее действие.       — Ммм!       Чьи-то холодные пальцы начинают жутко сжимать яйца.       — М-мм…       Примо ещё сильнее вжимает член в горло.       — М!       — Не дёргайся тут. Сейчас вообще по самый конец вобью.       Ирония, но сейчас реально не чувствую боли. Привык. Кто бы мог подумать, что сам Кольт — самовлюблённый красавчик, будет выебан двумя ебланами. И ещё у меня нет истерики. Нет, вообще нет.       — Я к-кончаю… — Булл уже не говорит, лишь удовлетворённо шепчет.       Вход по яйца и… Чувствую, как внутри растекается горячая жидкость. Мерзкое чувство.       — Э, меня подожди!       Несколько глубоких движений в моём рту, и конча стекает по глотке.       — Булл, с меня выпивка. Давно так не возбуждался.       — А что будем делать с этим?       — Говорю же: мякнет — без хуя останется, пошли…       Так они ушли…

***

      Прошло несколько часов, а я все ещё в этом переулке, смотрю на небо. Солнце начинает вставать… Одежда давно промокла, а дождь закончился…