Не возгордись, о Смерть…

Не возгордись, о Смерть, хоть и зовут тебя Отчаянья и слез безмолвную сестрою… Победу жизнь одержит над тобою, И ты сама умрешь, как времени дитя. Джон Донн Пролог «Это так глупо – умереть сейчас», - думает Сэм в свои последние секунды. Сейчас, когда Дин так нуждается в нем. Когда Сэм так нуждается в Дине. Когда от Сэма (в том числе от него) зависит судьба целого мира. Ему просто хотелось замочить пару-тройку обычных монстров. Им так нужна была эта маленькая победа, чтобы снова почувствовать себя на коне. «Я не хочу умирать», - думает Сэм. – «Только не сейчас. Не так.» Он отчаянно царапает мужские руки, сдавившие его горло. Взгляд цепляется за след укуса на правом предплечье убийцы. Понимание застает Сэма врасплох. Оборотень, вервольф. Мужчина скоро обратиться. Но пока в глазах напротив Сэм видит страх, а не ярость. - Нет, - хрипит Сэм, пытаясь вдохнуть. – Нет. Мужские ладони накрывают его рот, зажимают нос. Сэм отчаянно старается разогнуть вцепившиеся в лицо пальцы. - Прости, - шепчет мужчина. Делая последний вздох Сэму кажется, что он видит, как глаза напротив блестят от слез. Часть 1 Всё старательно катится в пропасть. Несется как товарняк под откос. Кажется, что так ПЛОХО не было ещё никогда. Люцифер в Касе, Амара во тьме, бог… Ну бог, очевидно, в жопе. И ещё Дин, передвигающийся по бункеру хранителей знаний с видом человека, несущего на своих плечах все беды мира. У братьев Винчестеров в кои веки столько проблем, что Сэм просто мечтает откатить их счастливые денёчки лет так на пять-семь назад, чтобы вернуться к обычным охотничьим будням. Ну, знаете там призрак, перевертыш, вендиго какой-никакой тоже сойдет. Поэтому, наткнувшись в сети на статью Idaho Daily Press «Поиски пропавших туристов продолжаются», он чувствует, как внутри него просыпается прямо-таки детский энтузиазм. Дину в ответ хочется уронить голову на руки, всем телом распластавшись на огромном столе в самом центре бункера и покрепче приложится щекой к горизонтальной поверхности. - За 3 месяца в лесу исчезло 5 туристов. Дин отчаянно пытается сосредоточится на словах брата, роняя вялое: - Заблудились. - Да, рейнджеры тоже так подумали, - Сэм делает значительную паузу, наконец добиваясь полного внимания. – Но пару дней назад нашли тело. Дин смотрит на брата, заряженного энергией утренней пробежки, благоухающего мятным шампунем после освежающего контрастного душа, и выдавливает из себя: - Дай угадаю – сердца не было? Глаза напротив загораются. - Да. Они думают, что на него напало животное. Дину не хочется продолжать этот разговор, но Сэм в этом не виноват. - Позвони кому-нибудь из охотников. На лице Сэма появляется беспроигрышное щенячье выражение. Он перегибается через стол, чтобы накрыть пальцы Дина своей широкой ладонью. - Ди-и-ин, - просит младший. – Из дома надо иногда выбираться. Проветрить голову, знаешь. У нас есть дело, - Сэм осторожно сжимает пальцы брата. – Давай займемся привычной работой. Дин не умеет отказывать младшему, так и не научился. Часть 2 Они добираются до места к полудню следующего дня. Заселяются в придорожный мотель. Сэму не терпится приступить к осмотру окрестностей, он даже готов взять на себя опросы свидетелей. - Нет, нет, нет, - Дин расчехляет костюмы ФБРовцев, качая головой на манер китайского болванчика. – Вечером мы идем в бар. - Ты планируешь оторваться? – Сэм не умело маскирует расстроенное выражение лица. - Не-е-ет. Вечером мы пойдем в бар, чтобы собрать информацию. - А сейчас? - Вот, - Дин торжественно потрясает руками над огромной двуспальной кроватью. Сэм настроен скептически. Надо было брать Twin, двухместный номер с двумя раздельными кроватями определенно смотрелся бы уместнее. - Да нет же, придурок, - возмущается Дин, читая брата как открытую книгу. – Это же та САМАЯ кровать. Ну? Сэм чувствует себя глупо, когда Дин подходит к кровати вплотную и откидывает покрывало в сторону, чтобы продемонстрировать скрытый механизм. - «Тысяча пальцев», чувак! Сэма затапливает волна воспоминаний. Ему 16. Отец заселяет братьев в мотель всего на одну ночь, чтобы помочь другим охотникам зачистить вампирское гнездо. Поздним вечером брат открывает ему секреты современных массажных технологий. Кровать «Тысяча пальцев» давно не выпускается. Заявленная производителем как массажная, она совершенно не справляется со своими функциями. Она просто трясется! Да так, что Сэму кажется, что он ощущает дрожь земли всем своим телом. Дин лежит в самом центре кровати, раскинув руки и ноги на манер морском звезды. Сэм сворачивает свое тонкое сухое тело в теплый комок и пристраивается сбоку. Кровать трясется за отдельную плату и Дин, разменявший все оставленные отцом деньги, запихивает монетки в нужное отверстие почти беспрерывно. У Сэма гудит голова, его подташнивает, в животе тянет от голода. Ему удалось урвать только пару сэндвичей и банку колы. Остальную еду схомячил Дин. А деньги, все оставшиеся деньги (!), исчезают в прорези для монет адской трясущейся машины. Зато стоны Дина, звуки его чистого удовольствия – это просто музыка для ушей Сэма и мука для его тела. Сэм подтягивает колени поближе к груди. У него стоит. До боли. Но он боится пошевелиться. Просто ёрзает немного, пытаясь устроится поудобнее. Дин поворачивает к нему лицо. - Сэ-э-эмми, - протяжно стонет брат. – Это кайф. Ты чувствуешь какой это кайф? Сэм торопливо кивает, мечтая, чтобы эта пытка, наконец, закончилась. - Ох, мелкий, - Дин придвигается ближе. – Как же я люблю это. Он тянет руку, чтобы коснуться щеки Сэма ладонью. - Как же я люблю это, - повторяет он снова, растягивая слова. – И тебя. - Чего? – испуганно таращится на него Сэм. - Я люблю тебя, су-у-учка, - выпевает Дин. Он поглаживает большим пальцем руки острую скулу младшего братишки. - Иди ко мне. Сэм боится пошевелиться. Живот пульсирует от боли. Дин придвигается еще ближе. Кровать дрожит. Но это к лучшему, потому что Сэма колотит почище кровати. Дин осторожно касается его губ своими. Проходится кончиком языка по верхней, затем осторожно посасывает нижнюю. Немного надавливает на зубы, пытаясь углубить поцелуй. Сэм едва сдерживает стон. Сердце бухает в голове, к паху приливает горячая волна, живот режет ножом. Дин что-то шепчет ему в рот, но сквозь нарастающий в ушах звон не проходит ни одного звука. - Что с тобой? Сэмми, что с тобой? – он читает по губам. Это простой вопрос. Он его понимает. На коже выступает холодный пот и Сэма скручивает судорогой. - Господи боже, - Дин спрыгивает с кровати, подхватывая брата на руки. Они едва успевают добраться до ванной. Полупереваренные сэндвичи оказываются в унитазе. - Я поверить не могу, как ты тогда умудрился отравиться. - В сэндвичах была несвежая ветчина, - отвечает Сэм, стряхивая воспоминания. - Ну у тебя всегда был слабый желудок. Дин скидывает тяжелый ботинки на пол и, стащив через голову рубашку, мешком валится на покрывало. - Заряжай. Монетки в боковом кармане. Сэм покорно заправляет массажный механизм кровати деньгами. Дин проваляется тут до самого вечера. - Хочешь повторить? - Что? – спрашивает растерянно. - Прошлый раз. Сэм скептически качает головой. - Не терпится посмотреть как я блюю? - Нет, не это. Хочешь? Сэм проводит рукой по волосам. - Мы можем продолжить с того места, где остановились в прошлый раз. В прошлый раз на кровати было зеленое покрывало. Сэм помнит это совершенно отчетливо. - Это предложение? – рискует он уточнить. - Не знаю, - улыбается Дин, раскидывая руки. – Принцесса уже планирует свадьбу? Сэм вспыхивает как от пощёчины. Взрослый мужик – пора бы уже привыкнуть. Но он реагирует до сих пор. Так же как раньше. Дин проводит рукой по покрывалу. - Иди ко мне. Сэм делает осторожный шаг вперед. Тело Дина вибрирует на кровати. - Иди, всё нормально. Брат протягивает руку, смотрит выжидая. Сэм медленно укладывается на кровати и Дин обнимает его со спины, всем телом, вжимая лицо между лопаток. - Это никогда не изменится? – шепчет Сэм. - Нет. Дин прижимает губы к выступающим позвонкам у самого основания шеи брата, рука скользит вниз по впалому животу. - Что между нами? Что ты чувствуешь, Дин? – по-прежнему шепотом спрашивает Сэм. - Должно быть любовь. Часть 3 Первая зацепка по делу появляется этим же вечером, в соседнем баре. Им рассказывают о летних домиках в местном парке, которые так нравятся туристам. Сэм все еще полон энтузиазма, несмотря на поздний вечер. А здесь, в лесу, он кажется прямо-таки непроглядной ночью. И Дин настроен скептически. - Это как поход. Будет весело. Они копошатся возле машины. Дин оглядывается по сторонам. Темень. Ему отчаянно хочется вернуться в бункер, ну или хотя бы в номер мотеля, принять душ и залезть под теплое шерстяное одеяло. Хорошо бы затянуть под него и Сэма. Вот там бы его долбанный энтузиазм пришелся как нельзя кстати. Может им не торопиться возвращаться? В конце концов одна ночь в мотеле не решит судьбу мира? - Что именно? – интересуется Дин. Ему совершенно не понятно, что Сэм находит здесь веселого. – Морозить яйца посреди леса? Они как никогда мало времени потратили на подготовку, вцепились в крошечный обрывок информации и ломанулись обследовать ночной лес. - Да ладно тебе, - примирительно шепчет Сэм, толкая брата плечом. Дин забрасывает сумку с оружием за спину и делает шаг в сторону леса… Пропавшая парочка глупых туристов: парень и девчонка. Братья натыкаются на логово оборотней в одном из домиков. Простое дело принимает серьезный оборот, когда один из вервольфов стреляет Сэму в живот. - Надо вытащить пулю, - Дин раздирает пальцами аптечку. – Будет чертовски больно. Сэм тихо стонет, стараясь не отключиться. Дина ломает вынимать пулю здесь, на грязном полу лесной хижины, без анестезии. Ему хочется дать брату немного утешенья, сжать пальцами плечо, позволить уткнуться лицом в свою грудь. Но Дин не может. У них нет на это времени. И никогда не бывало. Он не станет нежничать, ни при свидетелях. Дин ковыряется в ране. У Сэма закатываются глаза. - Почти достал. Вот. Оставим на память. Будет потом о чём вспомнить и поржать. Дин врет. Такая память им не нужна. У них этого добра вагон и маленькая тележка. Склад в бункере набит артефактами. Сплошные воспоминания. И ни одно не вызывает даже тени улыбки. Дин прикладывает марлевую повязку к ране, закрепляя её широким пластырем. К грязной коже, испачканной потом и кровью повязка не клеится. Испуганная парочка таращит глаза, цепляясь друг за друга. Дин волчком вертится по периметру домика, мечется с телефоном от окна к двери и обратно. Кидается к Сэму: - Послушай меня. Тут не ловит, - он тычет брату в лицо мобильник. – Я пойду поищу связь. А потом мы отвезем тебя к доктору. Он не выдерживает, перехватывает окровавленные пальцы брата, прижимает к губам. Ох, Сэмми, не уберег. Как же это? Как же? - Всё будет хорошо, - ну это для всех: дёрганной парочке, Сэму, себе. – Обещаю, - это только брату. Люблю тебя. Смотрит. Выжидает. - Да. Я знаю. И про обещание, и про любовь… Дин тащит Сэма через лес. ВОлоком. Перепуганная парочка трусИт рядом. Они обшаривают дом за домом в поисках проводного телефона. Один из домов кажется более обжитым. Дин зажигает керосиновые лампы найденными спичками. - Держишься? Сэм заставляет себя ответить «да». Спасенный парнишка заметно нервничает. - Надо двигаться дальше. Тем, кто может. Дин свирепеет. Едва сдерживается, чтобы не разорвать мальчишку надвое. В конце концов они оказались здесь по вине этой придурошной парочки. Дин уже готов бросить их обоих на съедение вервольфам. - Он нас задерживает, - объясняет парень, притягивая девчонку поближе. - Мы спасли вас, - цедит Дин сквозь зубы. – Спасли обоих. Черт его дернул поддаться на уговоры брата. Надо выбираться почаще. Вот вам! Выбрались! Сэма подводят ноги, он тяжело опирается плечом о стену. Надо что-то делать – он слабеет от потери крови. А Дин всё что-то возится ничего не предпринимая. Сэм собирается с силами. - Перестань. Дин метает молнии глазами. - Идите уже. Найдёте помощь – вернетесь за мной. Дин мотает головой. Ну уж нет, не сегодня. Ему плевать. Сэма он не оставит. - Мы понесем тебя на носилках, я сделаю. Тут всего пара километров. Но ничего не выходит. У него даже нет топора. Он не может свалить ни одно чертово дерево. «Сука!» - кричит он в своей голове. Ему придется оставить Сэма тут, одного. Вывести ребят из леса и вернуться. Если поторопится он обернется за пару часов. Но надо спешить. Спешить! Время ни на его стороне. И он возвращается в дом. - Сэм? – брат лежит на полу. Дин прижимает пальцы к его шее, пытаясь нащупать пульс. Парнишка влезает с объяснениями: - Он упал. Дин не слушает, не смотрит. Только Сэм. Он толкает его в плечо. - Сэмми? Девчонка воет от ужаса. - Они придут. Дин вытаскивает нож. - Пусть приходят. Ему плевать. Сэм на полу. Мёртвый. Сэм! Мёртвый! - Слушай, он умер. Мне очень жаль, но он умер. Снова чертов пацан. - Помоги нам. Пожалуйста. - Пожалуйста, - вторит девчонка. Помоги. Помоги. Сколько их таких было. Помоги. Руки, тянущиеся навстречу. Прикрой, защити, вытащи. Дин сжимает в руке нож. Сэм мёртвый. Как это? Как это может быть? Он не чувствует слезы на своем лице. Просто смотрит. Девушка вцепляется в его руку как утопающая. Тянет к двери. Бормочет. Спаси. Спаси. Дин смотрит на Сэма. Сэм мёртв. - Я за тобой вернусь, слышишь? – голос дрожит. - Обещаю. Дин на секунду мешкает в дверях. Всего на секунду. Часть 4 Девушку зовут Мишель. Она приходит в палату, чтобы навестить Дина. Они оказываются в местной больнице под присмотром врачей и шерифа. С последним Дин предпочел бы больше не сталкиваться. Он хотел вернуться за братом, а получил в спину шокером. - Мне очень жаль, - шепчет девушка. Это она о Сэме не сразу понимает Дин. - Вы нам жизнь спасли. Ему хочется, чтобы она ушла. Не из-за Сэма. Даже через горе Дин чувствует фальшь, хотя девочка кажется искренней. Просто все происходящее похоже на фарс. Девушка говорит что-то про свою мать. «Наша мать умерла», - думает Дин. - Она говорила, - словно заискивая бормочет девчонка. – Смерть ещё не конец. Он знает. Они умирали столько раз. Инструкция по возвращению кажется уже отработана до автоматизма. Девушка не отказывается помочь. Но это не удивляет. Дин способен уговорить кого угодно. Он через силу включает свой обаяние и вот уже глупышка готова следовать за ним хоть на край света. А следует в больничную аптеку. Дин засыпает её словами, девчонка просто не успевает перевести дух. - Мне нужно поговорить с одним, не то чтобы, другом. С адской машиной смерти, - черно шутит он. – А чтобы поговорить – мне надо умереть. Девушка замирает в шоке. Дин подталкивает её к шкафу с лекарствами. - Если хочешь помочь, ищи баночку с надписью барбитал. Это снотворное. Но он находит её сам. Такое количество таблеток свалит слона. Не оставляя себе времени на раздумье, высыпает всё содержимое банки в раскрытую ладонь. Девушка испуганно пятится к двери. Дин оттесняет её в глубь комнаты. - Когда я вырублюсь – зови врача. Скажи, пусть откачает меня, если, конечно, сможет. Мишель энергично кивает, но Дин безошибочно отмечает момент, когда та решается сбежать. - А если нет – всё равно. Без обид. О, да! Слова попадают в цель. Ей становится легче. Дину важно, чтобы девочка дошла до конца. И ещё, он видит что-то в глубине её глаз. Теперь он знает, что это. Угадывает легко. Он видит это каждое утро в своём отражении в зеркале. Это вина. Боясь упустить момент чистого адреналина, он горстью запихивает в рот таблетки, заливая их баллоном виноградного сока. От дешевой конфетной сладости сводит зубы. Дин валится на пол, язык отказывается шевелится, и он мысленно умоляет Мишель не ступить. Женщина-врач склоняется над телом молодого мужчины. «Нужно поставить капельницу», - быстро соображает она. Вот только не знает, что он принял. Взгляд мечется кругом, пока не падает на банку, откатившуюся в сторону двери. - Подай налоксон, - командует она Мишель. «Хороший врач. Быстро сообразила», - думает Дин. Ему отлично видно, как две жешщины суетятся над его телом. Мишель не убежала. Это хорошо. Врач вроде попалась расторопная. Глядишь, откачают. У него немного кружится голова от их всполошенных дёрганых движений, и он вздыхает с облегчением, когда мир замирает, поставленный на паузу. В дверях его ждет Билли. - Зачем остановила? Они знакомы сто лет, поэтому не здороваются. - Любуюсь моментом, - улыбается Билли. Сейчас, когда внутри удивительно спокойно и легко, Дин как будто впервые внимательно рассматривает её. Билли не просто жнец, она эффектная женщина, думает он. Высокая, длинноногая афроамериканка. У неё прекрасное сильное тело с соблазнительными округлостями, совсем не похожее на тощих моделей. Взгляд Дина скользит по высокой груди третьего (возможно четвертого) размера, поднимается к привлекательному лицу, обрамленному тугими кудряшками. Билли красотка. Дину кажется, что она видит его насквозь, когда их взгляды встречаются. Полные алые губы изгибаются в едва заметной усмешке. - Я думала о том, как ты умрешь. Секунду назад Дин думал о том, насколько сексуально смотрится её задница в обтягивающих джинсах. Его как будто окатывает ведром холодной воды. - От сердечного приступа или от чьих-то острых клыков, - Билли в упор рассматривает Винчестера-старшего. – А может, бургером подавишься за просмотром порно. Воображение Дина услужливо подкидывает простенький сюжет, в котором Билли приглашает сантехника-качка прочистить её трубы. Но жнец заметно хмурится и образ мгновенно растворяется в дымке, даже не успев толком сформироваться. - Самоубийство. Этого я от тебя не ожидала. Не вяжется с образом вечного мученика. Билли действительно огорчена. Даже больше, она чувствует себя разочарованной. «Какого черта», - думает она. – «Я же ведь ясно объяснила им обоим, что с воскрешениями покончено. Смерти Винчестеров теперь будут окончательными». Она внимательно смотрит на красивого молодого мужчину напротив. Она видит внутри него боль, страх и любовь. Жнец сверхъестественное существо. Может ей и не дано испытывать эти чувства так, как их переживают люди, но понять она способна. Билли искренне интересуется в чём дело. Она уже давно поняла, что ей не всё равно на эту парочку. Она заглядывает в глаза напротив и видит что-то в этих окнах души цвета ранней весенней зелени. - Надо поговорить о Сэме. Ну, конечно! Она чувствует острый укол ревности внутри. Хотя нет никаких причин для этого. Просто Билли, почему-то, решила, что он смирился. И она станет первой кто встретит его на той стороне. - А что с ним? – невинно интересуется она. На самом деле Билли уже в курсе случившегося. Она просто ждет вопрос или просьбу. - Верни его. Какой быстрый! Билли с удовольствием рассматривает лицо напротив. Винчестер-старший просто отрада для глаз. А Билли разбирается в мужской красоте. Навидалась. И этот его командный голос… Но Билли продолжает играть. - Вернуть? - Ты забрала. Я хочу вернуть. Я хочу. Однако. Как он произносит это слово «хочу». Так сексуально… Винчестер скользит по губам кончиком языка. Билли слегка пугают собственные мысли. Жнецу не полагается эмоционировать. - Договоримся, - бросает охотник. Билли мысленно потирает руки. Ох, она бы зажгла! Сначала прикусила бы эти пухлые губы, пожёстче, протолкнула свой язык в его шелковый рот и вылизала десны, потом прихватила зубами небритый подбородок, может даже потерлась щекой о колкую щетину на челюсти. Она бы позволила ему стянуть свои скинни одним рывком и возможно (!) опустилась бы перед ним (человеком!) на колени, чтобы взять в рот. Она дождалась бы, когда он скинет с себя джинсы (естественно, вместе с бельём) и легко запрыгнула бы на его вставший член. Без всяких сомнений!.. Билли была жнецом, но ещё и женщиной. И будучи женщиной, знающей себе цену, Билли никогда не стала бы второй. А тут у неё нет шансов. - Я пас, - говорит она и отворачивается, чтобы уйти. - Вот так просто? В голосе Дина звенит металл, но Билли все равно. Она уже выкинула из головы свои эротические фантазии. Работа прежде всего. - Ты ведь знаешь, что Тьма на свободе. Миру грозит гибель, и когда всё начнется – конец придет всему, и тебе тоже. Только Сэм может её остановить. Жнец закатывает глаза. - Хм. И как же? Билли видит, что Дин не может подобрать слов, и ей даже жаль его. Немного. - Я так и думала, - отрезает она. – Притворяешься, что спасаешь Сэма ради всего мира, но на деле (и мы оба это знаем, Винчестер!) ты делаешь это ради себя. Трусливый мальчишка не в состоянии признаться в собственных чувствах. Ну что ж, Билли ткнет его в это носом. - Ты без него не можешь! На мир тебе плевать! Дин вздрагивает как от удара. - Но даже если бы Сэм мог победить в финальной битве, - гремит её голос. – Я бы всё равно отказалась. Мой ответ всегда будет нет! Она видит, что убивает его, но карты открыты. Она должна продолжить. - Конец игры, Дин. Сохранения не предусмотрены. Как и дополнительные жизни! Она кричит ему в лицо, словно истеричная любовница. И он ломается. Его маска идет трещинами. - Я прошу тебя, - шепчет он так тихо, что ей приходится напрячься, чтобы расслышать его слова. – Умоляю. Пожалуйста. Верни его. Билли сжимает губы в линию. - Возьми меня вместо него. Это прям дежавю какое-то. Эти Винчестеры знают иные способы решать свои проблемы, кроме как подставляясь попеременно? - Я не базарная торговка. Я жнец, - напоминает она ему, и немного себе. И всё же заставляет себя произнести ЭТО, глядя как он рассыпается на части на её глазах: - А самое интересное, что Сэм жив. Она берет драматичную паузу. - А вот ты скоро умрешь. Уже вот-вот. Она с удивлением отмечает, как пленяют её его распахнувшиеся в удивлении глаза, приоткрывшиеся с вопросом губы. - Как? - Уж поверь, если бы Сэм откинулся – мне бы сообщили. Она не хочет объяснять ему, что уже некоторое время братья Винчестеры находятся под её личным наблюдением. И это её собственная инициатива. - А теперь идем, Дин. Пора. Билли протягивает руку, намереваясь, наконец, коснуться его. - Он жив, - раздается откуда-то сзади. Билли опускает руку, замершую было в воздухе. - Слава богу. Она ещё несколько секунд не сводит глаз с молодого красивого мужчины, приходящего в себя на больничном полу. - Вряд ли ему. Часть 5 Дин кидает обратившегося парня на пол в коридоре больнице. Чертов ублюдок только что порвал шерифа и кого-то из персонала. У этих новообратившихся чертовски быстрая реакция и не занимать силы в мускулах. Они попеременно валяют друг друга по полу. Человеческая подружка оборотня испуганно жмется к стене, прикрывая лицо руками. Дин переводит взгляд в сторону, чтобы убедиться, что она в порядке и пропускает подсечку, оказываясь на лопатках. Руки молодого вервольфа смыкаются на его шее. Борьбу прерывает раздавшийся выстрел. Дин спихивает с себя труп оборотня и поднимает глаза на стрелявшего. - Долго же ты добирался, братишка. Сэм тяжело сползает на пол, прижимая руку к окровавленному животу. Час спустя Импала выезжает со стоянки от больницы на Пятьдесятчетвертой улице. В голове Дина звучит голос врача: «Когда он душил вашего брата, тело Сэма впало в шоковое состояние: пульс, дыхание почти остановились. Так что он практически умер». Дин растирает кожу на горле, пытаясь избавиться от фантомного ощущения чужих пальцев на своей коже. Вот и всё. Влили два литра крови и свободен. - Швы не разойдутся? – заботливо спрашивает он. - Неа, - Сэм вроде как улыбается, смешно морща нос. – Профессионалы штопали. Пара дней антибиотиков и хорошего сна. И всё нормально. «Нормально», - думает Дин. У них всё снова нормально. Осталось только спасти мир. Ну так, для полного счастья. Старший исподтишка рассматривает младшего. Для мертвеца тот выглядит совсем неплохо. Может только бледноват слегка. Он замечает капельки пота на его виске и заставляет себя сжать руку в кулак, чтобы не потянуться навстречу. Сэм поворачивается к нему лицом. - Ну и что ты сделал, когда решил, что я умер? Дин улыбается с облегчением. Это не ТОТ вопрос, что он ждал, и он рад, что они не говорят о чувствах. - Подумал, как переделать твою комнату: поставить джакузи, может даже повесить диско-шар. - Дин, я серьезно. Старший ласкает взглядом обиженную мордочку напротив. Отвертеться нет никаких шансов. - Я просто знал, что ты жив. Врет. Не знал. Но Сэмми об этом знать не обязательно. Ни об этом, ни о разговоре с Билли. - Ясно, - Сэм смущенно улыбается. Отлично. Вроде как пронесло. Но внутри разливается что-то щемящее, теплое и Дин не может удержаться, чтобы не добавить: - Не просто знал, Сэмми. Чувствовал.