"А, спорим?"

Знайка был готов любоваться им вечность, но увы, ему пришлось разбудить своего коллегу. Он слегка потряс того, произнося его имя. Астроном открыл глаза, смотря на учёного, его щеки загорелись ярким румянцем от смущения, ведь Знайка казался ему просто прекрасным. Чёрные, как смола волосы, бледная кожа, больше похожая на снег, глубокие, как озера, голубые глаза, на которых красовались очки, что вечно сползали. Он представлял Знайку, который уселся сверху на его член, двигая бёдрами, как он закусывает рубашку снизу и оттягивает верх, оголяя торс, как на его щеках горит румянец, как он громко стонет и как в его глазах читается лишь удовольствие. Стекляшкин подергал головой, чтобы избавится от подобных грязных мыслишек. — Значит так, если ты не встанешь в течении двух минут, то велика вероятность, что из пункта А в пункт Б будет доставлена подушка со скоростью 15 км/ч. — Знайка строго посмотрел на него, скрестив руки на груди. — На что это вы пытаетесь намекнуть, коллега? — Стекляшкин вопросительно на него посмотрел. Брюнет лишь усмехнулся. — На то, что если ты не встанешь через одну минуту и 40 секунд, то я пришибу тебя этой подушкой. Мы такими темпами опоздаем. — Брови Знайки были нахмурены. Астронома вновь посетили грязные мысли о том, как Знайка заставляет астронома подчиняться ему. Просит называть его господином, притягивает к себе и целует, жадно кусая. Вот только он перестал думать о подобном, как ему в лицо прилетает подушка. — А я ведь тебя предупреждал. Видимо не работает, хорошо. Тогда… Если ты не встанешь в течении 10 секунд, то наш спор выиграл я. — Знайка смотрел на того в ожидании. Стекляшкин, как с цепи сорвался, он резко встал и помчался в сторону выхода. — Можешь, хоть, избить меня этой подушкой, но я никогда не признаю, что ты выиграл в споре! — Астроном выбежал на улицу, не закрывая двери. Знайка пожал плечами и пошел за ним, попутно закрывая дверь. Выйдя из домика звездочёта он побежал за ним. Астроном забежал в актовый зал и уже собирался проходить к стенду с микрофоном, как тут врывается Знайка, он запнулся об коврик и полетел вниз, Стекляшкин успел поймать его, чтобы тот не упал. — Спасибо большое… — Знайка отвел взгляд, краснея. Стекляшкин поставил его на ноги и они прошли к стенду с микрофоном. Знайка заговорил первый. — И так, добрый день. Сегодня мы с моим коллегой будем обсуждать очень важную тему, а именно запуск лунохода на поверхность луны. Наша цель исследования луны заключается в том, чтобы найти проходы внутрь луны, помимо центрального, а так же запечатлить момент когда луна уйдет в тень и не будет светить, будет ли она в самом деле в тени или же просто будет светить на другой части полушария. Через телескоп недостаточно наблюдений. — Знайка передал микрофон Стекляшкину и тот заговорил. — Как известно, луна уходит в тень, когда она убывающая, но когда растущая она наоборот возвращается в превычную для нас форму. А то, что есть и другие проходы к ядру луны — это маловероятно. — Знайка перебил его. — Секундочку! Во-первых. Мы уже выяснили, что луна обитаема, во-вторых. Размеры краторов очень сильно отличается друг от друга, есть краторы от 1 мм и до километра, так что я, более чем уверен, что помимо того прохода есть ещё и другие. А в-третьих. — Знайка забрал шапочку Стекляшкина и стал того передразнивать, говоря его голосом, заканчивая всеми знакомыми смешками Стекляшкина. — «Можешь, хоть, избить меня подушкой, но я никогда не признаю, что ты выйграл в споре!» — Астроном снял с того шапочку и вернул её на место, а вернее на свою макушку, посмеиваясь с нотками сарказма. — Как я понимаю, никто из нас не хочет признавать поражение, поэтому давай поспорим. Да, мы высадим луноход на поверхности луны, но если там не будет ни одного прохода к ядру, то тебе придется признать, что я был прав. — Стекляшкин ехидно улыбнулся, зля Знайку. — Хорошо, но если там будет проход и не один, то уже ТЫ признаешь своё поражение. — Знайка скрестил руки на груди, смотря на того с усмешкой. — Только как мы высадим луноход на поверхность луны? Он тоже должен будет взлететь? Тогда им придется кому-то управлять. — Астроном задумался над этим. Знайка загорелся идеей. Он стал что то рисовать на доске и писать различные формулы. — Всё очень просто! Мы заряжаем одну из ракет топливом или же лунный камень во время полнолуния, тем временем Винтик и Шпунтик сделают отдельный отсек, куда можно поместить сам луноход. Необходимо заняться его разработкой, а так же если мы возьмем ракету номер два, в ракету номер два стоит поместить чуть больше топлива, ведь его может попросту не хватить, так как ракета питает топливо, даже в спокойном положении, не относительно луны, так как она никогда не стоит на месте, а относительно себя, ведь, чтобы работали системы так же необходимо электричество, внутри находится генератор, который питает электричество из бака ракетного топлива. Думаю, что наш луноход будет так же работать от топлива, ведь если от электричества, то это ещё большие затраты топлива для генератора. И именно поэтому я предлагаю высадить луноход при помощи ракеты. — Знайка закончил говорить, он дописал все на доске и выдохнул. Стекляшкин был в лёгком шоке, но вскоре улыбнулся. — Могу сказать только одно, …Знайка… Ты… Ты гений! — Астроном обнял того за талию, Знайка вздрогнул, но обнял своего коллегу. Зал умильнулся от подобного поведения учёных. — Есть у кого нибудь вопросы из зала? — Молчание. Ни у кого не было вопросов, все умилялись от того, что те двое хорошо смотрелись вместе. Кто то крикнул из зала, кажется это был ворчун: " — Раз уж вы такая отличная пара, то тогда попробуйте повстречаться какое то время!». Знайка был возмущен подобным высказыванием в его сторону, он уже собирался ему навалять за это, но Стекляшкин его схватил и притянул к себе. — Послушай!.. А может нам и вправду попробовать?.. — Стекляшкин вновь вогнался в краску, как и Знайка. Ученый не знал что ответить, он с одной стороны и хотел, а с другой, он очень сильно стеснялся реакции зала, он лишь тихо угукнул и губы звездочёта накрыли губы учёного.