Интересные предпочтения Шан Цинхуа

Шан Цинхуа заходит в кабинет своего начальника, а также владельца компании, в которой работает, перед этим постучась, конечно же. Тот не один, а со своим главным юристом, а также другом. Ло Бинхэ. Но Бинхэ также является и другом Цинхуа. В общем-то, это именно он пристроил сюда Цинхуа два месяца назад. Поэтому Шан очень благодарен ему, хотя и боссу тоже. Шан Цинхуа родился в бедной семье, так еще родители развелись и бросили сына, так что он всю жизнь полагался только на себя. В университете он познакомился с Шэнь Цинцю и он стал для него лучшим другом. Хотя, конечно, потом он стал общаться с другими друзьями Шэня, и так у них сформировалась своя компания друзей. С Бинхэ он познакомился давно, и стал он что-то типа свахой, потому что тот запал на Цинцю. И вот теперь те вместе, за что благодарны общему другу. Цинхуа как раз искал работу, когда к нему в гости зашли Бинхэ с Цинцю. Шан имел экономическое образование, а до этого работал секретарем и личным помощником, поэтому очень хорошо справлялся с такой работой, но уволиться пришлось, потому что предыдущий босс бесил его своим присутствием. Цинхуа посчитал эту причину очень даже весомой, а теперь ему приходилось срочно искать новую работу, а то иначе платить за квартиру было бы нечем. Шэнь, конечно, сказал, что взял бы его к себе в издательство, если тот допишет свою книгу. Первая книга Цинхуа, которую он начал писать ещё в студенческие годы, чтобы прокормить себя, очень сильно не понравилась Цинцю. Тот до сих пор, когда он выпускает новые главы, готов убить его, лишь бы этот ужас прекратил выходить. Но Цинхуа сильно привязался к своей работе, поэтому продолжать писать это фансервисное порно. Но вот новый роман, который он начал писать совсем недавно, очень даже понравился Цинцю, хотя он и был специфическим. А когда Шэнь узнал, почему именно он стал писать такое, был, мягко говоря, в шоке, хотя ещё в университете подозревал Цинхуа в нечто таком. Тогда то Ло Бинхэ и предложил Цинхуа работать в компании его босса, а также друга. Но сразу предупредил, что тот должен постараться, потому что босс не любит принимать людей по знакомству, но для Бинхэ сделает исключение, хотя будет искать к чему бы придраться, чтобы уволить. Мобэй был довольно молодым, красивым и невероятно холодным человеком. А взгляд просто дьявольский. Сначала Цинхуа было сложно работать в такой обстановке, но потом он привык. Всё-таки Мобэй был его идеалом, по внешности и манере поведения. Но, конечно же, Цинхуа не выдавал этого. Всё-таки у него специфические вкусы на всё. Поэтому теперь Цинхуа стоит и улыбается Бинхэ под не очень довольный взгляд Мобэя. Они давно не виделись, потому что до этого Цинхуа был занят делами, ведь Мобэй заваливал его работой, а потому Бинхэ уехал в командировку на две недели. Мобэй прокашлялся, чтобы привлечь внимание своего секретаря, ведь тот пришёл сюда по работе, а не к другу. — А, да, это информация о компании, про которую вы спрашивали.— сказал Цинхуа, поднося документы к столу Мобэй–Цзюня. — Всё-то ты о работе, Мобэй.— фыркнул Бинхэ, проверяя какие-то бумаги. — Вообще-то он на работе, а встретиться и поговорить вы сможете и в другое время.— проворчал Мобэй. — Да ладно тебе, Цинцю сказал, что ты его работой заваливаешь так, что тот домой не приходит. — опять сказал Бинхэ, а Цинхуа посмотрел на него таким взглядом, что убить готов. Вот надо было это сейчас говорить, Мобэй ещё подумает, что он жалуется на него. Бинхэ взгляд заметил, но сделал вид, что не понял, что он значит. И вот всегда он был таким! Как вообще его Цинцю терпит?! Цинхуа поднял руку, чтобы поправил волосы, которые выбились из пучка. Рукав свитера слегка задрался, обнажая кожу рук. Бинхэ заметил это и взгляд его стал несколько взволнованным. Конечно, многим может показаться, что Бинхэ заботится только о своем парне, но это было не так. С Цинхуа они знакомы очень давно, поэтому их можно считать очень хорошими друзьями. — Ты всё ещё терпишь это?— спросил Бинхэ. Хотя потом прикусил язык, всё-таки не сказать, что это было против воли Цинхуа, даже наоборот. Мобэй поднял взгляд. Цинхуа же быстро отдёрнул рукав. — Да, ничего, всё в порядке.— смущенно ответил он. — Когда-нибудь это закончится больницей.— предупредил Бинхэ. Сначала он даже не подозревал, что его друг может заниматься подобным, но потом Цинцю ему рассказал. Тот узнал от Цингэ, который по каким-то причинам иногда помогал с этим Цинхуа, хотя раньше никогда никто не видел, чтобы они были слишком близки. — Всё в оговоренных рамках.— настаивал Цинхуа. — Даже с незнакомыми людьми? — скептически заметил Бинхэ. — Даже с ними.— выдохнул Цинхуа. Но тут он немного приврал, потому что не раз ему приходилось ехать к знакомому врачу, чтобы тот залечил его раны, потому что некоторые партнеры были слишком жестоки, конечно, ему нравилась боль, она возбуждала его, но вот быть просто избитым или когда тебя режут ножом не самое приятное чувство, кончить в таких вот условиях ему не удавалось. Ему вообще было неловко говорить об этом здесь, в кабинете Мобэя. Тот всё разглядывал их, пока они говорили, глазами спрашивая, о чём речь. Цинхуа успокоился, потому что Бинхэ, видимо, забил на эту тему, хотя Шан знал, что вечером они вместе с Цинцю будут втирать, что это опасно и тому подобное. Мобэй стал просматривать документы снова. Бинхэ же рассматривал Цинхуа. — Цинцю сказал, что ты сделал новый прокол. Где?— поинтересовался Бинхэ, ему вообще интересно такое, тоже хотел, но Цинцю сказал, что пока не надо, может потом. Цинхуа же покраснел, потому что Мобэй вновь посмотрел на него, а потом вопросительно на Бинхэ. Тот, видимо, забавлялся с Цинхуа. — А, да.— Цинхуа замялся. Всё-таки он старался не говорить о проколах на людях, могут не так понять, хотя если они что-то не так подумают, они будут правы. И все же. Это смущающе.— Как-нибудь потом скажу. Он же не может сказать, что сделал прокол в соске? Хотя, это ещё нормальный такой прокол, а вот в члене… тот заживал долго, и было больно, но Цинхуа был доволен. Бинхэ еще что-то обсудил с Мобэем, а потом Цинхуа остался один на один с боссом. Мобэй разглядывал его внимательно, будто увидел что-то новое и неизведанное. Он и раньше замечал, что у Цинхуа проколото левое ухо, там было довольно много проколов, а также спустя неделю понял, что и язык еще. Но сейчас Мобэй не видел никаких новых, так где же тот сделал прокол? Догадка заставила Мобэя отвести взгляд и несколько покраснеть. Всё-таки несмотря на то, что с виду он казался холодным и неприступным, он был несведущ в отношениях. Когда Мобэй досмотрел документы, он кивнул Цинхуа, сказав так, что тот может быть свободным. Цинхуа, весь красный, вышел из кабинета. Дойдя до своего, он понял, что там Бинхэ. — Наконец-то, Цинцю предложил сегодня встретиться. Мы приедем вечером. — сказал Ло Бинхэ. У них с Цинцю была одна общая черта, они всегда делают то, что хотят. — Думаю, выбора у меня нет.— обреченно выдохнул Шан. Вообще-то, у него были некоторые планы, он надеялся, что справится до их прихода. Шан Цинхуа пришёл домой не так поздно, как обычно. Возможно, Мобэй, услышав слова Бинхэ, задумался над этим и решил дать своему помощнику больше времени на отдых. Шан был только рад, потому что теперь он сможет отдохнуть до прихода друзей. Он зашел в квартиру и почти сразу же пошёл в ванну. Когда он разделся, он стал разглядывать себя. Его тело ему нравилось, оно доставляло ему эстетическое удовольствие. Тонкое, хрупкое, бледное. Но не это главное, а то, что на этом теле есть. Синяки разных размеров, различных цветов, некоторые лиловые, синие, желтоватые. Множество красных полос, шрамов и царапин. Кожа везде расчесанная и воспаленная. На теле отчетливые следы от верёвок. И такой вот след и разглядел сегодня Бинхэ на его руках. Но и не это главная изюминка. Его проколы. Его соски всегда напряжены, потому что там пирсинг. Один из них ещё несколько воспаленный, потому что сделал сравнительно недавно. В пупке был сделан ещё в студенческие годы, хотя, конечно, это было не так давно. Бровь тоже проколота, но он снимает пирсинг на работе, всё-таки даже если ухо и видно, к нему не так много вопросов, а язык тоже плохо заметен, если ему в рот не заглядывать. Но самое главное его творение – это, конечно, проколотый член. Шан сделал его только год назад, и был расстроен тем, что потом он долгое время не мог самоудовлетворяться. А хотелось невероятно. Совсем недавно Лю Цингэ помог ему с некоторыми побоями. Конечно, сначала может показаться, что Лю просто избивает его. Но это не так. Цингэ любил драться, а Цинхуа любил боль, поэтому Шан предложил иногда заниматься вместе. Сначала Лю даже не понимал, зачем Цинхуа на такое идет, ведь это реально больно, но потом понял, когда Цинхуа во время боя несдержанно застонал. Оказалось, что Цингэ задел ещё не до конца заживший сосок, доставляя Шану и боль, и удовольствие. Потом, конечно, Цингэ задумался, насколько правильные такие вот спарринги с Цинхуа, но тот заверил его, что всё хорошо, просто замечательно, поэтому Цингэ согласился иногда помогать ему. Шан довольно умный и сообразительный парень, поэтому быстро научился связывать себя. Конечно, сначала получалось слишком туго и было больно, но дрочить становилось просто невероятно приятно. Но сейчас всё хорошо. Следы от верёвок особенно привлекали его, кожа на этих местах была невероятно чувствительной, а поэтому царапать её, когда Цинхуа дрочил себе, становилось просто блаженным удовольствием. Секс у него тоже был. И, конечно же, не обычный. Сначала он думал, что лучше бы никому, кроме друзей, не знать, но потом зарегистрировался в одном приложении, где мог найти себе партнёра на одну ночь. Таких, которые могли бы доставить ему боль. Сначала ему нравилось, но потом он понял, что ему не достаточно, хотелось чего-то ещё. А затем его осенило. Хотелось заниматься такими вещами не с посторонними, а с кем-то родным, то есть любимым человеком. Сейчас он у него не то, чтобы есть, но тот, кто нравится точно. Он его начальник и невероятно холодный тип. Именно такой, какой нужен Цинхуа. Он нетерпеливо касается себя, думая о Мобэе. Воображает, как бы его рука смотрелась на его теле. Такая большая и холодная. Она бы очертила его чувствительные соски, царапала бы кожу шеи и ключиц, а потом спускалась бы все ниже, сжимая и щипая, сильно и больно, но Цинхуа было бы приятно. Шан встаёт под потоки теплой, почти горячей воды. Он уже чувствует, как возбуждение растекается по всему его телу. Ему не надо много времени, чтобы у него начало стоять, достаточно приятных мыслей и немного боли. Цинхуа берёт свой член в одну руку, водит по нему нетерпеливо, быстро, резко и больно. Второй рукой он сжимает раздраженный сосок, легкая, приятная боль заставляет его судорожно вздохнуть, он сжимает руку и оттягивает штангу, боль становится сильнее. Но это все ещё не хватает. Шан щипает себя за кожу, сначала легко, а потом сильно, так, чтобы остались синяки. Грудь и шея всегда были чувствительны, и сейчас он расчесывает шрамы на ней, горло он сжимает, сильно, там тоже останутся следы. Возбуждение уже невероятное, Шан привык кончать тогда, когда хочет, что он и делает сейчас, раздирая кожу до крови. Он думает о Мобэе, о его строгом голосе, холодном взгляде. Он кончает с громким стоном, который слышен даже сквозь шум воды. Кровь быстро смывается под потоками воды, также, как и сперма. Цинхуа привалился к стене и тяжело дышит. Ему и правда не надо много, чтобы кончить. Мысли о Мобэе часто посещали его голову, а во время оргазма еще больше. Цинхуа не считал это любовью. Возможно, влюбленностью, интересом. Хотя он, конечно, был бы не против узнать его больше, понять, а может и полюбить. Шану нравились такие мужчины, ведь за ними он чувствовал себя, как за стеной, этот авторитет и защита, исходящая от такого статного мужчины, всегда привлекала и нравилась парню. Цинхуа быстренько умылся и оделся. Он вышел как раз вовремя, потому что услышал, как кто-то стучится к нему. Понять, кто это, было не трудно. Цинхуа пошёл открыть и оказался прав в своей догадке. Как только он открыл дверь, Цинцю и Бинхэ сразу же зашли, не особо интересуясь мнением хозяина дома. Когда они наконец-то разделись и прошли в комнату, Бинхэ сразу же поставил на стол пакет, в котором, как догадался Цинхуа, был алкоголь и какая-то еда. Цинхуа понял, что это нормальная еда, а не лапша, которой он питался обычно. — Мы решили накормить тебя едой, а не отравой. — фыркнул Цинцю, когда увидел восторженный взгляд Цинхуа на еду. — Бро, спасибо!— сердечно поблагодарил Шан своего друга. Тот лишь закатил глаза. Они сели прямо на пол вокруг низкого столика. Бинхэ разлил алкоголь. Конечно, Цинхуа завтра на работу, прийти надо рано, ведь завтра совещание, и Бинхэ тоже должен быть там, но тому повезло, он не очень восприимчив к алкоголю. — Твоя квартира мне действительно нравится! Лучше, чем предыдущая.— сказал Цинцю. Он, конечно, был прав, ведь он снял эту квартиру совсем недавно и тратит на это очень много, но жить в комфорте ему нравится, поэтому он готов тратиться на такую роскошь, да и теперь, когда он работает у Мобэя, с деньгами стало действительно легче. Тем более, что у него ещё есть некоторый заработок с его новеллы, которую так не любит Цинцю. — Я тоже так думаю.— сказал Цинхуа, пробуя то, что принёс Бинхэ. Он закатил глаза от удовольствия, настолько это было вкусно.— И вообще, Цинцю, так нельзя, ты нажаловался своему парню, а тот моему Боссу. Вдруг он теперь уволит меня! Он сегодня после вашей встречи весь день на меня странно смотрел.— проворчал Цинхуа, смотря уже на Бинхэ, который просто пожал плечами. — Ну, он тебя точно не уволит, Мобэй очень доволен твоей работой.— сказал Бинхэ, а затем усмехнулся. — А смотрел он, я думаю, по другой причине. Цинхуа покраснел и неосознанно стал теребить штангу на груди. — Тц, оделся бы хоть, смотреть на это очень стрёмно.— проговорил Цинцю, показывая веером на тело. Цинхуа был в футболке, которая не скрывала ключицы, а также в шортах, не очень длинных. Эта одежда не скрывала синяки, следы от верёвок и тому подобное. — Ты просто не представляешь, как это приятно! — воскликнул Цинхуа. — Такое чувство удовольствия! Цинцю скривился. Как-то Бинхэ предложил попробовать, Цинцю, сославшись на воодушевлённые речи Цинхуа, согласился, но быстро понял, что, видимо, это действительно не для него. Но и говорить, что у Цинхуа ужасные предпочтение, не собирался, точнее, не говорил всерьез, ведь Шан был его другом, да и у всех людей разные вкусы. В общем-то, Цинцю с Бинхэ знали также и то, что Цинхуа влюблён в Мобэя, но не так, что страдал от этих чувств, нет, они помогали ему получать эстетическое удовольствие. — Тебе лучше бы найти постоянного партнера, иначе один из тех незнакомцев, с которыми ты встречаешься, может оказаться мерзавцем.— поучительно сказал Цинцю. — Я уже давно ни с кем не встречаюсь, если мне надо что-то, я прошу Лю Цингэ меня побить.— закатил глаза Цинхуа, отпивая пиво. Цинцю и Бинхэ не отставали от него. — Как он вообще согласился на это?— задал вопрос Цинцю, но ответа он и не ждал, потому что Цингэ никогда не бил Цинхуа просто, они дрались, и Шан даже стал неплохим соперником. Они пили долго, обсуждая всё на свете, особенно Цинцю и Цинхуа. Бинхэ же иногда что-то вставлял, особенно, когда дело касалось Мобэя. Потом стало действительно поздно, поэтому Цинцю с Бинхэ собрались домой. — Кстати, на следующей неделе приходи к Бинхэ, у него же день рождения, там будут все.— сказал Цинцю. Шан кивнул, а когда закрыл за ними дверь, пошёл разбирать документы, которые нужны будут завтра на собрании. Проснулся он от будильника. Хотелось выбросить его в окно, но Цинхуа преодолел это желание, поэтому, выключив его, кинул на пол. Вставать не хотелось, выпил он вчера не так, чтобы много, но ощутимо. С большим трудом он открыл глаза и нашёл телефон. И тогда он понял, что проспал. Не слишком много, но теперь времени на то, чтобы поесть и привести себя в божеский вид у него действительно нет. Поэтому он быстро находит первое, что попалось ему под руку, а затем захватив документы, бежит в компанию. Она не далеко, но всё же приходится очень торопиться. Конечно, без завтрака ему будет немного горестно, но так-то он и не так плотно ест по утрам, так что он ничего не теряет. Забегая к себе в кабинет, он сразу же начинает собирать оставшиеся документы. До собрания ещё 10 минут, ему осталось только зайди к Мобэй–Цзюню, чтобы они смогли пойти вместе. Он стучится, а затем заходит в кабинет директора. Бинхэ уже здесь, он, как главный юрист, должен присутствовать на таких собраниях. Мобэй был сосредоточен на бумагах, поэтому не особо обращал внимание на подчиненного. Цинхуа подошёл ближе, и стал ждать. — Эм, Цинхуа...это...— проговорил Бинхэ, чем привлёк Мобэя. Тот поднял голову сначала на Ло, а потом повернулся к Цинхуа. И застыл. — Что?— переспросил Цинхуа. Бинхэ лишь дотронулся до своей шеи, и Цинхуа отзеркалил это движение, и тоже замер. Обычно он носит одежду с высоким воротом, чтобы скрыть следы на шее, сейчас там должен красоваться след от верёвки. Цинхуа с тяжёлым стоном закрывает глаза. Он так старался скрыть это, чтобы его Босс не подумал чего ещё, но не получилось. Да это и ладно, а вот как ему на собрание идти в таком виде, он не знал! Ведь там будет много людей, с которыми он работает. Мобэй же смотрит на него пристально. Такие следы он видит впервые, и они кажутся ему странными. Сначала ему Цинхуа не понравился, а точнее, он просто был против поиска работы по связям и рекомендациям, но не смог отказать Ло Бинхэ. Мобэй думал, что уже через неделю этот паренёк сбежит от него, ведь работы было невероятное количество, да и сам Мобэй не самый приятный человек. Но всё оказалось совсем не так. Цинхуа не только не сбежал, а выполнял всё очень хорошо, от него не было проблем, разве что он много говорит и несколько неуклюж. Со временем Мобэй смирился и решил, что лучшего секретаря ему не найти. Он был сердечно благодарен Бинхэ. Потом Шан Цинхуа стал привлекать его больше, он был действительно удивительным, казалось он никогда ни на чём не сосредотачивался, но всегда был погружен в работу. В эти моменты он выглядел особенно привлекательным. Конечно, он сразу заметил проколотое ухо, украшений на нём было много, потом понял, что и язык тоже проколот. Вчера Ло Бинхэ сказал, что тот сделал ещё прокол. На лице и ушах новых следов нет, а значит где-то на теле, такая догадка обескуражила его. Сейчас же Цинхуа старается придумать, что ему делать. У Мобэя есть решение, но если только Шан согласиться. Мужчина поднимается со своего кресла и идёт к большому белому шкафу. Вообще там хранятся документы, но есть и полка с одеждой на всякий случай. Пока он ищет свитер, Бинхэ уходит, говоря, что пока пойдет в зал совещаний. Мобэй протягивает ему свитер, он белый, с высоким воротом и определенно очень большой для Цинхуа. — Спасибо. — смущенно говорит он. — Переодевайся, как только закончишь, пойдем в зал.— говорит Мобэй и подходит к своему столу. — Здесь? — спрашивает Цинхуа, смотря прямо в глаза Мобэя от удивления. — Да.— просто отвечает тот.— Поторопись. Цинхуа сглатывает, но понимает, что Мобэй ждет, а это делать он не любил. Шан подходит к креслу. Когда Цинхуа снимал свою кофту, он случайно задел сосок, и чего ему стоило, чтобы не застонать, как минимум прокушенной губы. Он лишь шумно выдохнул и продолжил. Сняв кофту, он предстал перед Мобэя в не самом приличном виде. Шан постарался как можно быстрее переодеться в свитер босса, и в общем у него получилось. Но Мобэй видел достаточно, конечно, не смог рассмотреть внимательнее, но и это уже повергло его в смятение. Внешний вид его секретаря...занимательный, но Мобэй так и не знал причину всех этих синяков и следов, так что хотел узнать больше. Они казались ему страшными, точнее, они явно были не просто от избиений. И всё же он слишком сильно посвятил себя работе, так что в подобных вещах он был действительно несведущ. У него, конечно, были некоторые партнёры, но было их только двое, всего на одну ночь, и очень, очень давно. А так иногда он мог просто подрочить и этого ему хватало. До появления Цинхуа в его жизни. Цинхуа осмотрел себя. Свитер ему был большой, даже очень, но он был мягким и приятно пах, Мобэем. — Пошли.— сказал тот. Пока Мобэй шёл впереди, Цинхуа поднёс руку к лицу и вдохнул запах. Мысль, которая пронеслась в его голове, для приличных людей была развратной и грязной, но Цинхуа и не был пай–мальчиком. Он подумал, что подрочить с мыслями о Мобэе в его же одежде, было бы очень приятно, хотя, конечно, если бы он был с ним в этот момент, было бы куда лучше. Он мог бы просто смотреть, как делает это Шан, либо же присоединился бы к нему. Шан даже не заметил, как они подошли к дверям в зал. Он очнулся, только когда врезался в широкую спину Мобэя. Но тот ничего не сказал, а просто вдумчиво посмотрел, затем зашёл. Все уже собрались. Цинхуа быстро раздал все необходимые документы, а затем сел возле Мобэя, на случай если ему что-то понадобится. Шан Цинхуа слушал внимательно, ведь потом что-то может пригодиться в работе, но всё-таки уплывал в свои мысли. Ему непременно казалось, что Мобэй спросит его о теле. Или, ему просто хотелось, чтобы объект его симпатии обратил на него внимание. Шан тяжело вздохнул и погрузился в отчёты, которые предоставляли работники компании. Вообще, на Цинхуа тут смотрели косо, особенно поначалу. Работники знали, что их босс не любит, когда кто-то кого-то советует на работу, да и вообще он не любит принимать в фирму кого попало, так ещё и сразу на высокую должность. Но Шану это досталось легко, по крайней мере, все так думают. И только он знал, сколько бессонных ночей ему пришлось провести, прежде чем Мобэй его признал. Но работу Шан свою выполняет качественно, поэтому и многие другие стали относится к нему по-другому. Собрание закончилось только через час. Цинхуа так устал всё это слушать, что единственное, что ему хотелось, это только попить кофе и сесть за свой роман. Мобэй не дал ему каких-то особых поручений, поэтому Цинхуа пошёл выполнять свою обычную работу. Она была не такой уж и сложной, поэтому настроение парня быстро поднялось. Весь день Мобэй его не трогал, он лишь иногда заходил, но ничего не говорил. Цинхуа казалось, что тот что-то обдумывает. Спросить он, конечно же, не решался. Ему не то чтобы было обидно, что Мобэй не спросил его о том, что увидел сегодня, всё-таки это даже хорошо, но с другой стороны, он ждал этот вопрос, несмотря на то, что ему будет стыдно. Он всё ещё ходил в свитере Мобэя. И ему было от этого очень тепло на душе. Под конец рабочего дня Мобэй снова зашёл к нему, отдал какие-то документы. Цинхуа лишь кивнул, что понял и собирался было уже просматривать их, когда Мобэй обратился к нему. — Я сейчас поеду на одну встречу. Привези мне эти бумаги, после того, как Бинхэ их подпишет, домой. Адрес я тебе скину.— а затем Мобэй ушёл, как только Цинхуа сказал, что сообщение с адресом, пришло. Цинхуа не помнил, чтобы у Мобэя была назначена какая-то встреча, хотя обычно он знал его расписание наизусть. Но эта мысль недолго была в его голове. Он не мог поверить, что побывает в доме Мобэя. Хотелось узнать, как тот живёт. Когда всё было готово, а на часах было уже почти 10 вечера, Цинхуа поехал к Мобэю. Это был очень хороший район. Нужный дом он нашёл быстро, пропустил его очень милый охранник, который сообщил, что Мобэй предупреждал о его приезде. Нужную квартиру он тоже нашёл быстро. Звонить было волнительно, он понимал, что он просто привёз документы, и всё же он тот ещё мечтатель. Мобэй открыл дверь в одних штанах, а также Цинхуа заметил, что тот только из душа. — Проходи.— сказал Мобэй. Цинхуа пошёл за ним. Конечно, он хотел разглядеть квартиру, но не смог оторвать взгляда от Мобэя. Его тело было идеальным, Цинхуа так хотел к нему прикоснуться. Они прошли в гостиную, Мобэй предложил кофе и Цинхуа согласился. Когда ещё он попробует кофе от самого Мобэй–Цзюня. Сначала они говорили о работе. Цинхуа иногда поглядывал на время, всё-таки до дома ему отсюда далеко. — Цинхуа.— сказал Мобэй, когда все документы были отложены. — Что?— спросил Шан. — У тебя всё хорошо в жизни? Твоё тело...— начал было Мобэй. — Все в порядке… это никак не повлияет на мою работу, можете не переживать из-за этого...— лепетал он, но вздрогнул, когда услышал голос Босса. — Цинхуа! — серьезно проговорил Мобэй, затем он выдохнул. — Я спрашиваю тебя не как твой начальник, а как человек, которому ты нравишься. — Я понимаю, что...— продолжал Цинхуа, но затем запнулся.— Что? Нравлюсь? Он не очень хорошо понимал, что сейчас ему сказал Мобэй. Он ему нравится? Но как такое возможно? — Да.— просто ответил Мобэй, как будто это обычные слова. Хотя, конечно, для него может и обычные, но для Цинхуа это очень важно. Он замолчал, не зная, что сказать. Ему казалось, что это невозможно, что это просто сон. Он ущипнул себя, но было приятно больно, так что он не спит. Затем он вновь посмотрел на Мобэя. — Так ты скажешь мне откуда у тебя столько травм?— вновь спросил Мобэй. — Я...— он запнулся, все-таки говорить такое ему было неловко. Но Мобэй действительно за него волновался, поэтому Цинхуа лишь тяжело выдохнул. — У меня действительно всё хорошо в жизни, меня никто не избивает и тому подобное. Просто меня возбуждают болевые ощущения, не то чтобы я прям мазохист, но что-то такое. Мобэй выглядел задумчиво, казалось, что он что-то решает у себя в голове. — Откуда у тебя так много синяков? —Сам. — ответил Цинхуа, ему не очень хотелось говорить, что он просит бить его своего друга, или что раньше встречался с не пойми кем. — Тогда я спокоен. Я думал у тебя проблемы, хотя мне сразу показались эти следы странными. — пояснил Мобэй.— Я...не очень хорошо разбираюсь в подобных вещах. — Спасибо за беспокойство, мне действительно приятно. — улыбнулся Цинхуа. Затем он кое-что вспомнил, и ему показалось, что сейчас самое время.— Вы мне тоже. — Что? — переспросил Мобэй. — Вы мне тоже нравитесь. — ответил ему Цинхуа, а затем смущенно опустил глаза. — Правда? Я думал, что такого человека, как я, сложно принять. — Ну думаю, мне вы подходите. Они какое-то время молчали. Это было и неловкое, и уютное молчание. — Сейчас уже поздно, так что оставайся у меня. — Не надо, я вызову такси...— опять забеспокоился Цинхуа. Оставаться здесь ему было неловко. Он вновь посмотрел на Мобэя, но тот был непоколебим. — Нет, останься здесь, я буду волноваться, если ты поедешь так поздно домой. — сказал Мобэй, беря Цинхуа за руку. Цинхуа застыл. Он уже два месяца работает на Мобэя, но впервые видит, чтобы тот так себя вёл, это было для него несвойственно что ли. Обычно он редко показывает свои эмоции или хоть как-то проявлял заботу по отношению к другим. Шан думал, что такому мужчине ничего кроме работы и не нужно. Мобэй же пытался следовать советам Ло Бинхэ. Мужчина следовал своему девизу: вижу цель, не вижу препятствий. Шан Цинхуа начал привлекать его уже на следующий же день после того, как начал работать на него. Необычная личность. Он казался несколько ленивым, казалось, что он любит зарабатывать деньги, ничего не делая. Так-то оно так и было. Но он всегда прекрасно выполнял свою работу. Цинхуа был очень привлекательным внешне, хотя иногда Мобэй не понимал его вкуса в одежде. Шан был умным. Мобэй всегда знал, что когда-нибудь у него будут отношения. Ему не важен пол и возраст, если, конечно, это не старик и ребёнок. Просто он хотел, чтобы на всю жизнь, чтобы человека он действительно любил. И так получилось, что именно Цинхуа стал этим человеком. Но Мобэй привёл свою компанию к вершинам, так что мог трезво оценивать свои шанс на привлечение Цинхуа собственными силами. Поэтому попросил совет у Ло Бинхэ, но тот сказал, что ничего кроме признания и не нужно. Как бы дал намёк, но Мобэй не понял. И Бинхэ всё-таки дал пару советов. Сейчас Мобэй действительно не хотел отпускать Цинхуа домой, ведь на на улице поздно, мало ли какие там упыри ходят. Но он упирался, Мобэй так же заметил, что тот краснел, и сначала ему показалось, что тот заболел. Шан и правда был весь красный. Он никогда не думал, что Мобэй разрешит ему остаться. Ему не снилось такое даже в самом мокром сне. Хотя, конечно, раньше он здесь не был, так что и представить себе не мог, а вот как они в офисе… — Ну, ладно….— согласился Цинхуа, ещё больше краснея, хотя, казалось, больше уже некуда. Вообще, он впервые стеснялся. Точнее, только когда речь идёт о Мобэе, он может так краснеть. Он занимается не самыми невинными вещами, но когда Мобэй так на него смотрит, ему хочется, чтобы он что-нибудь сделал, не самое невинное. Иногда такие желания мешали ему работать, но он всё-таки работать устроился не для того, что плохо её выполнять. — Хорошо. Мобэй, как самый любезный хозяин, накормил его самой вкусной едой, которую только ел Цинхуа. Сначала он думал, что тот заказал её где-то, но оказалось, что сам приготовил. Цинхуа влюбился в него ещё больше. Потому что вкуснее он ел только у Бинхэ, но, как и всегда бывает, от любимого всяко лучше. Они немного поговорили, затем Мобэй отвёл его во вторую спальню, куда и поместил его на эту ночь. Также он дал ему одежду, она, конечно же, была ему велика, но Цинхуа был рад. Он только думал, как-бы не обкончаться. Когда они собрались уже ложиться спать, Мобэй долго стоял в проходе в комнату, смотря на Цинхуа. Шан подумал, что, возможно, это шанс для него. — Почему вы не уходите?— спросил он. — Просто, смотрю.— Цинхуа вскинул брови, очень информативный ответ.— Не хочу. Цинхуа несколько не понял, что именно не хочет Мобэй, но тот увидел это по взгляду парня. — Уходить не хочу. — Ааааа.— протянул Цинхуа, а затем улыбнулся. — Тогда, может, вы ляжете...со мной?— несмело спросил он. Мобэй не ответил и вышел из комнаты. Цинхуа уже думал, что ничего не вышло, поэтому расстроился, но затем настроение несколько поднялось, ведь он спит у Мобэя дома, в его одежде, а ещё тот признался, что он ему нравится, а потом он услышал, как дверь открывается вновь. Мобэй вернулся. — Я ходил переодеваться. — сказал он. Цинхуа освободил часть кровати, чтобы Мобэй мог лечь. Сначала они лежали молча, было неловко. Оно и понятно, у Мобэя вообще отношений не было, а у Цинхуа лишь секс с какими-то мужиками, конечно, приятно, но не идёт ни в какое сравнение даже с просто лежанием вместе с Мобэем. Шан думал недолго, конечно, раньше он мог волноваться, что его просто уволят за такое поведение, но Мобэй первый признался в симпатии, да и лёг здесь по доброй воле. Он придвинулся ближе к мужчине, а затем положил голову ему на плечо, рукой обнимая за талию. Мобэй затаил дыхание, а затем просунул руку так, что теперь тоже обнимал Цинхуа. — У меня раньше не было отношений, так что я могу делать что-то не так.— сказал мужчина. Цинхуа был поражён, потому что не думал, что такой человек, как Мобэй, сможет признать, что чего-то не знает. Шану было невероятно комфортно, именно поэтому ему и нравились такие мужчины. Ему нравилась эта статность, защита и покровительство. — Тогда, мы с вами… в отношениях?— начал было Цинхуа. Всё-таки это все еще его босс. — А. Я же не спросил твоего мнения. Тогда ты согласен со мной встречаться? — спросил Мобэй. — Конечно! — просиял Цинхуа. Он приподнялся и посмотрел на Мобэя, тот тоже смотрел на него. Цинхуа улыбнулся ещё шире, он наконец добился того, чего так хотел. Конечно, он не особо надеялся когда-нибудь встречаться с кем-то вроде Мобэя, но раз такой шанс выпал, Цинхуа использует его по полной. Он приблизился к Мобэю ещё ближе, так, что они касались носами друг друга. Мужчина первый придвинулся ближе и поцеловал Цинхуа. Он положил свою руку на шею и слегка сдавил. Они целовались несдержанно, страстно, но эта рука подавляла его, заставляя больше подстраиваться под Мобэя, и ему нравился этот контроль. Их языки ласкали друг друга. Вторая рука легла Цинхуа на спину, сжимая. Шан несдержанно застонал, потому что мужчина надавил прямо на синяк, из-за чего по телу прошлась приятная боль. — Больно?— обеспокоенно спросил Мобэй. — Ага.— довольно улыбнулся Цинхуа, облизывая губы Мобэя.— Больно. И очень приятно. Мобэй усмехнулся. И правда, как он мог забыть о особо интересных предпочтениях своего подчиненного, а точнее уже парня. Он ещё раз провёл рукой по спине и пояснице, надавливая, заставляя прогнуться сильнее. Цинхуа плавился от этого, хотелось подчиниться. Конечно, у него раньше было очень много партнёров, вот только по большей части активным участником таких вот игр был он. Тех, что были ещё молодыми, ему приходилось направлять, говорить, что делать. Именно поэтому ему нужен был кто-то опытнее, кто-то властный, способный довести до подгибающихся ног лишь взглядом. И таким человеком для Шан Цинхуа стал Мобэй. Мобэй лизнул его шею, а затем укусил его, так, что Цинхуа застонал, прижимаясь сильнее. Мужчина же ещё раз провёл своим языком от шеи до ушка, а затем отстранился, любуясь укусом, который был очень хорошо виден на фоне светлой кожи. Цинхуа же смотрел на Мобэя, как на божество, хотя, вероятно, так оно и было. — Пора спать, завтра на работу. — сказал Мобэй. Цинхуа некоторое время просто смотрел на него, а потом лишь выдохнул. На самом деле, он был таким человеком, который довольно быстро возбуждается, и вот теперь Мобэй просто не мог не почувствовать, как ему в бедро упирается вставший член Шана. Шан Цинхуа ещё немного посверлил его недовольным взглядом, но затем лёг на плечо мужчины, обняв его за талию. Всё-таки завтра и правда на работу, лучше бы выспаться, хотя с таким-то возбуждением, заснуть он сможет нескоро. Они просто молча лежали, Мобэй гладил его по спине, иногда забираясь рукой под футболку, что вообще-то было приятно, но вот только отвлекало. — А, кстати, — начал Цинхуа, он тут вспомнил кое-что, что хотелось бы уточнить сразу. — ты же меня не уволишь? — А почему я должен? — задал вопрос Мобэй, на несколько секунд он даже прекратил гладить его, но затем снова продолжил. — Ну, многие говорят, что ты против отношений внутри компании, особенно своих помощников и директоров. — пояснил Шан. Конечно, отношения с таким-то мужчиной это хорошо, но если они ещё и на работе будут видеться, то будет просто замечательно, но также ему так-то нравится, он хотел бы продолжить работать на Мобэя, пока не закончит новую книгу. — Правильно говорят, я против. Но я начальник, так что увольнять я тебя не буду, да и ты прекрасно выполняешь свою работу, а искать кого-то лучше тебя я буду долго. — сказал мужчина, перебирая волосы парня. — И так я смогу видеть тебя каждый день. — Да вы пользуетесь своими полномочиями в личных целях, директор. — пролепетал Цинхуа, ведя рукой по торсу мужчины. Тот лишь усмехнулся, а затем поцеловал его в лоб. — Мне можно, а теперь спать. Все следующие дни после той ночи проходили почти одинаково, одинаково хорошо, потому что целоваться со своим начальником на его же столе оказалось очень приятным занятием, особенно, когда он руками сжимал его соски, теребил пальцами его проколы, раздражая такую чувствительную кожу. Это было настолько приятно, что Цинхуа не сдерживал громкие стоны, что так и выходили из него. Мобэй ему ничего по этому поводу не говорил, потому что наслаждался этими звуками, будто музыкой. Цинхуа так нравилось всё это, что хотелось продолжения, но вот Мобэй никогда не заходил дальше дрочки или минета, смешивая это с болевыми ощущениями от проколов и некоторых синяков. Мужчина знал о проколотых сосках, пупке, но вот про член нет, поэтому очень сильно удивился сначала, но потом лишь хмыкнул и стать играть с ним, как ему нравится. Часто мужчина любил его дразнить, играя, оставляя на грани, не давая кончать, что было очень трудно для такого, как Цинхуа, который привык получать удовольствие, когда ему захочется. В такие моменты он хныкал и умолял, но Мобэй был непреклонен, наслаждаясь каждым стоном и слезами удовольствия на глазах Шана. Они не сказали, что встречаются, даже Бинхэ с Цинцю, потому что Цинхуа хотел сказать на день рождения Ло, куда они оба были приглашены. Сначала будет более официальная часть, где будут разные знакомые и родственники, а потом было решено посидеть вчетвером. Бинхэ давно хотел поближе познакомить друга с парнем, но до этого было всё никак, поэтому они виделись всего пару раз, а Цинхуа вообще его не видел и не знал, пока работать не начал на него. Именно в этот момент он хотел рассказать такую хорошую новость своим самым близким друзьям. Собирался Цинхуа недолго, вообще одежды у него было немного, потому что большая часть денег уходила на квартиру, которую он снимает, а остальное на еду, правда, ел он довольно редко, чему был благодарен, но отказаться от своего жилья он не мог, потому что раньше жил в квартире, которую вообще сложно так назвать, а потом его взял к себе Шэнь Юань, но вот стеснять своего друга он не хотел, поэтому съехал. За ним приехал Мобэй, который последнее время всегда подвозит его на работу, хотя Цинхуа жил недалеко от офиса, а также подвозил с работы, хотя за эту неделю не раз оставался у Шана дома, чему тот был очень рад. Но вот обычно после пары поцелуев с мужчиной ему приходилось справляться со своим стояком самому, либо обходиться взаимной дрочкой, что очень сильно бесило, ведь раньше Цинхуа хоть и не был в отношениях, но в сексе обделён не был, поэтому привык трахаться сразу, как бы грубо это не звучало. Ему казалось, что если он не почувствует этот огромный член у себя в заднице в ближайшее время, то он уйдёт в монахи. Но говорить об этом открыто он не мог, потому что несмотря на свою некую распущенность, он сильно стеснялся о таком говорить, особенно перед Мобэем. Как только Цинхуа вышел из подъезда, Мобэй сразу же вышел из машины, чтобы поцеловать Шана и открыть ему дверь, хотя тот мог сделать это и сам, но никогда не говорил ничего по этому поводу, потому что было очень приятно. Раньше его партнеры иногда тоже его подвозили, но вот им было всё равно и это была просто вежливость, а другие просто хотели чего-то большего. — Поехали, а то итак опаздываем. — сказал ему Мобэй, как только они сели в машину. Цинхуа лишь кивнул, опаздывали они из-за него, потому что он ждал, когда ему доставят подарок, который он хотел вручить Бинхэ. Конечно, у того и так всё есть, но это чисто символический, который отражал их дружбу. Но так как там и должно было быть много людей, Шан наделся, что их опоздание никто не заметит. Они зашли вместе, чем привлекли внимание Цинцю, поэтому сразу же разошлись. Цинхуа сказал Шэнь Юаню, что расскажет, когда они будут вчетвером, а сейчас они решили немного выпить, да поговорить на разные темы, потому что не виделись целую неделю, хотя и переписывались очень часто. Шэнь Юань звонил ему, когда Цинхуа выложил новую главу своего гаремника, и очень сильно ругал его, говоря, что такую безвкусицу никто не читает, хотя многие комментаторы писали, что очень рады новой главе и ждут ещё. А вот на новую главу нового романа он отозвался очень даже хорошо, но это был бы не Цинцю, если бы не критиковал хоть что-нибудь. Праздник прошёл хорошо, Цинхуа поздравил Бинхэ, а потом через часа три, они поехали к Цинцю домой, чтобы отпраздновать вчетвером. Пока Цинцю и Бинхэ готовили есть и несли это всё в комнату, Цинхуа сел рядом с Мобэем, тот не стал долго ждать и притянул его ближе, положив руку ему на колено, ощутимо сжимая. Цинхуа хотел бы большего, но они не у него дома, или хотя бы не одни, так что пришлось довольствоваться этим. Но вот у него был очень хороший план, он хотел чтобы сегодня они поехали к нему, а если опять ничего не будет, то хотя бы поговорить и выяснить почему. Цинцю и Бинхэ уже вскоре зашли в комнату и сели напротив них. Они сегодня хотели неплохо так выпить, потому что вчетвером они сидят впервые. Цинцю весь вечер хотел спросить у Цинхуа, почему они с Мобэем приехали вдвоем, а когда увидел, что тот держит свою руку на его колене, то сразу же навёл на них свой веер с вопросительным взглядом. — Ну? Ничего не хочешь мне сказать? — спросил Шэнь у Шана, а затем перевёл свой взгляд на Мобэя, который сидел, будто ничего не произошло. Цинхуа лишь усмехнулся и неловко почесал затылок. Бинхэ тоже посмотрел вопросительно, спрашивая, какого чёрта. — Ну, мы… — на самом деле, хотя Цинхуа очень хотел поделиться этим со своими друзьями, ему всё ещё было неловко, потому что раньше его интересовал секс без обязательств, а потом даже если он и хотел отношений, всё равно встречался с незнакомыми людьми ради одной ночи. — Мы встречаемся. — просто ответил Мобэй, смотря на Цинхуа, который лишь шире улыбнулся, потому что мужчина всегда говорил об этом так легко, как не смог бы сам Шан. — И как давно? — вновь спросил Цинцю. — Неделю. — сказал Цинхуа. — Ладно. — выдохнул Шэнь Юань, а затем вновь повернулся к Мобэю. — Не смей его обижать, мне итак хватает его нытья. — сказал Цинцю. — Эй! — воскликнул Цинхуа. Вообще-то он не так много и ноет! Ну, если только совсем чуть-чуть. Они сидели долго, много говорили, обсуждали разные темы. Цинцю сошёлся с Мобэем довольно легко, поэтому они иногда обсуждали своих парней, Шэнь не поленился рассказать все самые смешные и позорные моменты в жизне Цинхуа, за что получит потом. Мужчина слушал очень внимательно, потому что ему было действительно интересно, да и смотреть, как Цинхуа при этом злится и краснеет, ему очень нравилось. Цинцю смотрел на Цинхуа как-то хитро и с весельем, что не очень понравилось Шану. Такая улыбка ничего хорошего не предвещала, но вот только они все были довольно пьяны, а значит язык у Цинхуа будет развязан, чем и собирался воспользоваться Цинцю. — Я вот что хотел спросить, — начал было Шэнь Юань, конечно, он и сам бы не задал такой вопрос, если был трезв, но вот алкоголь и из него делает более сговорчивого человека. — а Мобэй удовлетворяет тебя с твоими-то запросами? Цинхуа от такого вопроса покраснел, но подумав немного, решил, что свои возмущения держать в себе вредно, да и с Цинцю они и не таким делились. Мужчина же заинтересованно посмотрел на своего парня, ему было интересно, что тот скажет. — Если бы! Я ведь даже не могу знать, будет ли он меня удовлетворять или нет, потому что у нас так ничего и не было! — возмущённо сказал Цинхуа, затем он сердито посмотрел на Мобэя. — Всё заканчивается раньше, чем мне хотелось бы. Ло Бинхэ засмеялся, смотря на недовольное лицо Мобэя, что неотрывно смотрел на парня, что сидел рядом. — Главное, что теперь ты не спишь с незнакомыми людьми. — сказал Цинцю. Он очень сильно переживал по этому поводу, потому что знал, что если что-нибудь и случится, то Цинхуа всё равно не расскажет. Мобэй оставшийся вечер сидел тише, чем до этого. Цинхуа это заметил, но ничего говорить не стал, надеясь, что поговорят они потом. Когда они уже ехали домой, никто не проронил ни слова. Когда они на такси уже подъезжали к дому Цинхуа, парень долго думал, стоит ли ему спросить или нет. Вечер они провели просто замечательно, но вот только Мобэй был слишком задумчив, поэтому Шан уже и не надеялся на какое-то более интересное проведение ночи. — Останешься у меня? — всё-таки спросил он, глядя на мужчину. — Да, если ты не против. — ответил ему тот. — Конечно, я только за! — улыбнулся Цинхуа. Настроение сразу же поднялось, когда Мобэй ответил ему легкой и еле заметной, но улыбкой. Шан сплёл их руки вместе, не обращая внимание на то, что они едут в такси. Вообще Мобэй-цзюнь никогда не скрывал особо их отношения, просто они их и не раскрывали, мужчине было всё-равно на мнение окружающих, если это не касалось работы. Доехали они быстро, поднялись тоже. Когда они зашли в квартиру Цинхуа, тот хотел предложить попить чаю перед сном и принять душ после, но не успел, потому что мужчина впечатал его в стенку, страстно целуя. Шан сначала растерялся, но быстро смекнул, что раз Мобэй сам захотел, то почему бы и не продолжить, тем более он надеялся, что сегодня это зайдёт дальше. Мобэй же продолжал его целовать, больно сжимая бёдра, доставляя так больше удовольствия Цинхуа, что уже тихонько постанывал под таким напором мужчины. Ловкий и настойчивый язык Мобэя уже давно завладел ртом Шана, что был только рад, особенно, когда мужчина поднял его, положив руки на задницу и прижав к стене сильнее. Когда воздуха уже стало просто не хватать так, что кружилась голова, Мобэй всё же отстранился, но уже скоро стал покрывать быстрыми поцелуями шею и скулы, иногда кусаясь и посасывая. Цинхуа плавился под таким напором всё больше, член от таких поцелуев стоял просто каменный, поэтому всё, о чём сейчас мечтал Шан, так это кончить, и, желательно, от члена Мобэя в заднице. — Так значит… я тебя не удовлетворяю? — спросил Мобэй, забираясь рукой под рубашку и сильно сжимая проколотый сосок, который ещё не до конца зажил, от чего Цинхуа закатил глаза и очень громко простонал, чем вызвал лёгкую улыбку на губах мужчины. — Да… — Цинхуа снова прервался на очередной стон. Он ответил не совсем правду, конечно, Мобэй мог довести его до пика одними прикосновениями, но Шану нужен член, и он прекрасно знает, что Мобэя эти слова раззадорят. — Но я буду очень удовлетворён, если ты просто жёстко меня трахнешь… Мобэй тяжёло вздохнул, а затем вновь поцеловал его так, что если бы он сейчас стоял, то его ноги обязательно подкосились бы. Не особо напрягаясь, мужчина поднял его на руки и понёс в спальню. В этой квартире он был всего пару раз, но помнил каждую деталь, потому что она ему очень нравилась, в ней была жизнь и уют, чего не было у него, там был холод, работа и одиночество, и только когда там был Цинхуа, ему нравилось быть у себя дома. Цинхуа сильнее обвил ногами талию мужчины, а руками шею, стал целовать доступные участки кожи, вдыхать дорогой одеколон, который так хорошо сочетается с его мужчиной, хотя ещё больше ему нравился запах тела Мобэя после душа, свежий и приятный, не особо броский, но такой манящий. Иногда Цинхуа не понимал, как всего за неделю отношений пришёл к тому, что хочет вдыхать этот запах каждую минуту жизни, будто это его воздух, без которого он не сможет жить. До спальни они добрались с ушибами, потому что часто Мобэй отвлекался с пути на дразнящие прикосновения Цинхуа, чьи руки постоянно скользили с плеч на широкую сильную спину, затем вновь на плечи, шею и лицо, не прекращая при этом целовать губы, вылизывать шею, оставляя пару засосов, чтобы потом любоваться ими, затем смотреть на свои и понимать, что он наконец-то нашёл того человека, с которым хотел бы проводить своё время. Это было подобно наваждению, но Шан был не против, а очень даже за. Мобэй сел на кровать так, что Шан оказался у него на коленях. Тот немного поёрзал, а затем простонал в губы мужчине, когда стал сильнее тереться о член Мобэя, тот на это сдавленно выдохнул. Цинхуа уже не раз видел член мужчины, поэтому знал, каких тот размеров. Ни у одного из партнёров Шана не было такого, а даже если и были похожи, пользоваться ими у них не получалось. У Цинхуа мурашки шли по всему телу, когда он только думал о том, что этот член будет внутри него, это было настолько приятной мыслью, что от удовольствия во всём теле, он закатил глаза. Мобэй неотрывно следил за реакцией Цинхуа. В том, что мужчина несколько избегает секс, Шан был прав. Цинхуа сразу же рассказал ему, что испытывает удовольствие от боли, но вот сам он с таким не сталкивался, поэтому несколько переживал, что может где-то перегнуть, да и вообще он никогда не причинял такого рода боль кому-либо. Но также парень и предупредил, что он хоть и мазохист, но вот унижения в обычной жизни он не потерпит. Как-то Бинхэ сказал ему, что с таким характером, он никогда не найдёт себе пару, но вот Цинхуа полюбил его за холодность снаружи и огонь внутри, за заботу, которую Мобэй просто не показывает, за искренность и за то, что за таким мужчиной он чувствует себя очень комфортно. Мобэю же в Шане нравилось всё, но особенно его неординарность, то, как он живёт, какой он яркий человек, словно солнце в его скучном мире. Раньше мужчине казалось, что ему хватит и одного Бинхэ, потому что тот действительно хороший друг, но сейчас ему кажется, что без Цинхуа жизнь снова станет серой. Именно поэтому он не хотел что-то испортить в их первую ночь, хотелось, чтобы это было незабываемо, горячо, страстно и так, как понравилось бы самому Цинхуа. Мобэй не очень хорошо разбирался в подобном, но понял, что Цинхуа любил жёстче, чтобы над ним доминировали, приказывали, делали больно, но в тоже время, были нежны. И Мобэй мог это дать, а сейчас был полностью готов. Просто для него оказалось несколько сложно понять, как ему самому будет хорошо, когда он будет причинять любимому боль, но потом он понял, что реакция Цинхуа на боль возбуждала его невероятно сильно, потому что тот готов был принять его таким, он хотел, чтобы мужчина делал ему больно, кайфовал от этого. — На колени, малыш…— низко прошептал он на ушко Шану, а затем прикусил его. Шан вздрогнул, мужчина хорошо знал, как стоит назвать его, чтобы тот всё выполнял, каким голосом это говорить. Всего неделя, а он уже знает всё. Цинхуа, не думая, сполз на пол, удобно устроившись между ног мужчины. Он поднял взгляд, чтобы ещё разок посмотреть на такого властного мужчину, что говорит таким томным и сексуальным голосом. Мобэй же не мог оторвать взгляд от такого Цинхуа. Раскрасневшийся, глаза смотрят с желанием и подчинением, готовый на всё, лишь бы он продолжал, лишь бы наконец-то взял. Мужчина рукой повёл по щеке, видя, как Цинхуа ластиться к нему, совершенно бессовестно прикусывая губу, а затем переключился на ухо Шана. Он стал оттягивать украшения, затем наклонился и стал вылизывать каждое, раздражая и так зудящее ухо. Цинхуа плавился от такой лёгкой, приятной боли. — Высуни язык и держи его так. — прошептал Мобэй, от чего Шан вздрогнул, но то, что ему сказали, конечно же, сделал. Просто не мог иначе, потому что чувствовал, что его не попросили, а приказали. Мобэй смотрел на проколотый язык не слишком долго, потом взял штангу пальцами и стал оттягивать, а затем снова переключился на ухо, так и не отпустив язык. Шану было неудобно, ухо раздражалось всё больше, язык был напряжён, а слюна так и норовила стечь по подбородку. Но засунуть язык обратно и сглотнуть он не мог, потому что рука Мобэя мешала, да и нарушать приказ он не хотел. Поэтому Цинхуа поднял руку, чтобы стереть слюну. — Руки. — только и сказал Мобэй, из-за чего Цинхуа сразу же опустил её. Мобэй поднялся и стал смотрел на своё творение. Лицо и ухо покраснели, язык всё также высунут, глаза закатываются от удовольствия. Как только мужчина убрал свои пальцы от языка, Шан сразу же вытер рот. — Можешь приступать. — сказал Мобэй, рукой подтягивая Шана к своему паху, как бы говоря, что тому надо делать, хотя Цинхуа и сам знал, что от него требуется, и очень ждал этого момента. Надо признаться, отсасывать он любил, особенно, когда его просто жёстко ебут в рот. От этого собственный член вставал сразу же, хотя Шан ещё ничего и не сделал. Шан Цинхуа кивнул и стал расстегивать ширинку, затем он стянул брюки и нижнее бельё, наблюдая за органом мужчины. Он видел его не впервые, но каждый раз внутренне содрогался от восторга, настолько сильно ему нравился этот член, так сильно он уже жаждал его в своей заднице. Мужчина, в отличие от Шан Цинхуа, не возбуждался так быстро, поэтому он взял в руки член, чтобы довести его до полностью возбуждённого состояния, на что не ушло слишком много времени из-за всех тех ласк, которыми он его осыпал. А затем он принялся мастерски сосать, лизать, часто прикусывал, из-за чего слышал рычание сверху и чувствовал, как рука, что сжимала только сильнее, не могло не заводить Цинхуа ещё сильнее и хотеть ещё немного подразнить мужчину. Конечно, это далеко его не первый минет, поэтому умениями он действительно мог похвастаться немалыми. Рвотный рефлекс у него отсутствовал напрочь, а поэтому он старался заглотить как можно больше, но вот, конечно, такие агрегаты не могли зайти в его рот полностью прямо сразу, а поэтому с каждым разом он брал всё больше и больше, пока не смог взять до конца. Он поднял взгляд, так и оставляя член во рту, и во взгляде этом Мобэй прочитал: “Ну что? Я молодец?”. — Хорошо, ты молодец. — со смешком сказал мужчина, а потом резко поднялся, чем очень удивил Цинхуа, который теперь смотрел на него вопросительно. Но отвечать ему мужчина был не намерен, он оттащил за волосы Цинхуа от члена, а затем, после того, как нежно погладил его по щеке, ударил, не слишком сильно, но и не слабо. Цинхуа так и сидел какое-то время, пытаясь понять, что это сейчас было. А вот Мобэй же ждал хоть какой-то реакции, потому что уже думал, что переборщил. Но когда Цинхуа всё же поднял свой взгляд на него, мужчина не увидел там обиды, боли, отвращения, лишь одно. Желание. Сильное, невозможное желание, которое сложно было перебороть. — Ещё. — тихо выдохнул Цинхуа. Мобэю не надо было повторять вновь, он ударил по другой щеке, всё также натягивая волосы, не давая прийти в себя после первого удара, он занёс руку вновь. И каждый раз после удара, он видел, что парню нравится, что тот хотел больше. А затем он остановился, Цинхуа даже не понял, что от него хотят, когда его сразу же направили к паху, да и мужчине от него ничего не нужно было. Он просто натянул Цинхуа на свой член и стал трахать его так, что у того навернулись слёзы на глазах. Мобэй смотрел на это восхищенным взглядом, словно на произведение искусства. И Шан Цинхуа пользовался этим, потому что ему не раз говорили, насколько прекрасно он выглядит в такие вот моменты. Мобэй так и продолжал двигаться сильно и резко, чувствуя, как тот от каждого такого толчка, стонет. Мужчина знал, что скоро кончит, но не стал того отодвигать, а лишь сильнее и глубже толкнулся, и излился тому в рот, чтобы тот проглотил всё до единой капли, с довольно громким стоном. Конечно, если бы Цинхуа не нравилось подобное обращение к себе, но бы уже давно дал понять и просто оттолкнул его, но он лишь сильнее сжимал его бёдра, пытаясь расслабить горло. Ему было настолько хорошо, что лишь одного касание к себе стало достаточным для того, чтобы кончить. Когда они оба кое-как отдышались, Мобэй вновь посмотрел на Цинхуа. — Цинхуа, ты же… — Мобэй чувствовал себя несколько виноватым, потому что был так увлечён своим удовольствием, что забыл о Шане. Тот как будто прочитал по его взгляду, что тот имеет в виду, а поэтому ловко встал на ноги, а точнее попытался, и если бы Мобэй его не придержал, то просто упал бы на пол. — Не волнуйся… — сказал Цинхуа, затем он невольно покраснел. — Я кончил вместе с тобой. Мобэй смотрел удивлённо, а потом лишь усмехнулся. Он вновь сел на кровать, а потом потащил Цинхуа к себе на колени, тот сел без сопротивления и сразу же полез за поцелуем, на который мужчина ответил с удовольствием. Голова всё ещё несколько кружилась из-за алкоголя, а поцелуй был слишком сладок, поэтому неудивительно, что когда Мобэй залез к нему под рубашку и стал гладить его, сжимать соски, ласкать шею и плечи поцелуями, он возбудился вновь. Он стал ёрзать на коленях мужчины, так, чтобы возбудить того вновь, он не хотел заканчивать всё так, хотя и было невероятно хорошо. Мобэй понимал, что делал его возлюбленный и был совершенно не против, а очень даже за. Вскоре они оба были возбуждены, поэтому Мобэй решил, что пора бы им приступить к самому главному и интересному, а поэтому стал снимать всю одежду с Цинхуа, но также не переставая целовать его. Как только Шан был полностью раздет, мужчина стал покрывать поцелуями грудь, не забывал про проколы на сосках, уделяя им больше всего внимания, особенно тому, что ещё не до конца зажил, вызывая тем самым всё больше стонов Цинхуа, что старался сильнее потереться о мужчину, возбуждая того ещё сильнее, хотя, казалось бы, куда больше. — У тебя есть… — начал было Мобэй, так и не отрываясь от груди, на которой были заметные синяки. Цинхуа старался не калечить себя больше подобным образом, потому что Мобэй попросил его об этом, да и у Лю Цингэ нет времени на спарринги. Но прошлые увечия так и не зажили до конца, что очень нравилось Цинхуа. — Да, я сейчас… — сразу же понял о чём речь Цинхуа. Конечно, вставать и идти куда-то он не хотел, так же, как и Мобэй не хотел отпускать его. Но тогда они не смогут продолжить, а они этого ждали слишком долго. Кое-как Шан встал и пошёл в сторону ванны, там он хранил смазку и презервативы. Конечно, легче было бы оставить их у кровати, но к Цинхуа любил заявиться Цинцю, а потому когда находил нечто подобное на кровати, на которой сам часто валялся, был недоволен. Да и сам Цинхуа любил поразвлечься в ванной. Он быстро нашёл всё необходимое и сразу же пошёл к мужчине, что ждал его в спальне. От предвкушения у него подгибались ноги, а мыслить здраво не получалось совсем, потому что уже хотелось Мобэя, всего и без остатка себе. Он, конечно, не сексуально озабоченный, и только сексом не живёт, но вот отрицать, что любит этим заниматься, он не может. Но для него также и важна связь, что установилась между ним с Мобэем. Конечно, прошлым партнёрам он никогда об этом не говорил, но для него были очень важны прелюдии, иногда даже больше, чем само проникновение. Но он и так уже ждал слишком много, особенно для него, так недели таких вот прелюдий ему вполне достаточно. Мужичина так и сидел на кровати, но уже полностью раздетый, он даже не шевелился, пока в комнату опять не вошёл Цинхуа. Сейчас Мобэй мог только завороженно наблюдать, как тот идёт прямо к нему. Он был красив, хрупок и невероятно сексуален. Полностью голым, с пирсингом в различных очень интересных местах, он соблазнял и влюблял Мобэя в себя всё больше и больше. Цинхуа же, сверкая своими глазами в темноте, плавно сел ему на колени и сразу же поцеловал, так будто они не виделись месяц. И Мобэй отвечал с такой же страстью. Он уже хотел дать Цинхуа больше, потому что видел, как тот этого хочет, и видел всю эту неделю, когда оставлял его без самого главного, ограничиваясь лишь ласками и отсосом. И поэтому он забрал баночку со смазкой у Шана и вылил её себе на руку. Она была холодной, и поэтому, когда Мобэй стал вести пальцами от шеи до ягодиц, Цинхуа весь покрылся мурашками и вздрогнул, когда пальцы наконец-то нашли вход, массируя его и едва проникая, выходя вновь, будто дразня. — Пожалуйста… — томно прошептал Цинхуа, хотя всё равно прозвучало несколько жалко. Но этого он и хотел, потому что знал, как подобное будет действовать на мужчину. Всё-таки добиваться своего Шан умел всегда, поэтому уже скоро почувствовал, как один палец вошёл в него полностью. О, как же он любил эти пальцы! Не раз мечтал, как они будут его растягивать, как будут душить и дразнить. Конечно, сначала было несколько некомфортно, но когда Мобэй до боли и синяков сжал свободной рукой его бедро, он забыл об этом пальце, а вспомнил, только когда Мобэй вытащил его и вставил уже два. Конечно, стало труднее, но это не мешало Цинхуа тихо поскуливать Мобэю на ухо, показывая, что очень доволен, прося так большего. Мужчина же вновь стал целовать грудь, ключицы и шею Шана, ставил там множество засосов, которые кроме них никто не увидит. Цинхуа казалось, что он в раю. Было слишком хорошо. Они даже ещё ни к чему не приступили, а он уже знал, что такого замечательного секса у него никогда не было, а будет только с Мобэем. Всё-таки чувства очень сказываются на подобном. Когда третий палец вошёл в него, он громко простонал, а затем потянулся к мужчине за поцелуем. Он уже очень хотел, чтобы вместо пальцев в него ввели член. — Давай…пожалуйста, Мобэй… — сбивчиво проговорил Цинхуа, он уже готов был кончить от одних только пальцев, которые так хорошо орудовали в нём. Мужчина и сам был на пределе, а поэтому быстро вытащил пальцы и начал натягивать презерватив. Цинхуа наблюдал за этим жадно, во рту пересохло от предвкушения и желания. Он немного приподнялся, чтобы Мобэю было легче входить. Тот старался входить аккуратно, но вскоре Цинхуа не выдержал и быстро опустился на член сам, чем вызвал несдержанный стон у мужчины и пару синяков на боках, так сильно Мобэй сжал их. Член у Мобэя был и правда большим, а поэтому Цинхуа, как только опустился до конца, очень громко простонал, потому что ощущения были невероятными, хотя и немного неприятными сначала, но его это, честно, мало волновало. Они некоторое время сидели так, пытаясь перевести дыхание, а затем Шан приподнялся вновь и снова опустился. И продолжил так, неспешно и непривычно мягко. Мужчина не выдержал, потому что Цинхуа просил его жёстче и сильнее, а как он мог ему отказать? Он вышёл из Шана и быстро перевернул его на спину, так, что теперь нависал над ним. Наклонился, чтобы поцеловать, и вошёл снова, за что его укусили за губу. Руками Мобэй стал сминать бока и бёдра, наверняка оставляя там синяки, на которые потом будет смотреть, кусал его за шею, также не забывал про проколотое ухо. Он входит в Цинхуа быстро, резко и невероятно глубоко, так что каждый раз задевал чувствительную точку, от чего Шану хотелось плакать. Мобэй же несколько приподнялся и обратил внимание на стоящий и проколотый член парня. Конечно, сначала наличие прокола в таком интересном месте его очень удивило, но потом понял, что ему слишком это нравится, потому что это штучка доставляла Цинхуа невероятное удовольствие. Взяв его в руку, он стал надрачивать в темп своим толчкам, заставляя того метаться по кровати и очень громко стонать. Мобэй смотрел на него, будто на божество, настолько красивым он был. Слегка приподняв Цинхуа, он припал к его губам, а затем Шан почувствовал, как большая и сильная рука ударила его по ягодицам, отчего он вскрикнул, но ничего сказать толком не успел, потому что удар повторился снова. Он не мог больше терпеть, а поэтому кончил себе на живот с громким стоном, который Мобэй впитывал в себя. Самого мужчину надолго тоже не хватило, Цинхуа так сильно сжимал его в себе, что ему хватило пары толчков, чтобы кончить со сдержанным стоном, который больше напоминал рык. Мужчина почти завалился на Цинхуа, но тот был не против, потому что сильно прижимал того к себе. Ему было хорошо, ягодицы горели, потому что бил Мобэй и правда сильно, грудь раздражена, а из-за того, что Мобэй лежал на нём, ещё проколы болели. Такого оргазма у него ещё не было. Дышать было тяжело обоим, Шану казалось, что он теперь неделю ходить не сможет. Спустя минут пять Мобэй всё же поднялся и вышел наконец из такого желанного тела, снял презерватив и кинул его куда-то у кровати, конечно, потом Цинхуа будет недоволен, но это будет потом, а сейчас мужчина поцеловал его, мягко и нежно. — Замечательно. Это было просто замечательно… — прошептал Цинхуа. Мобэй на это лишь улыбнулся, потому что Цинхуа был прав. Мужчина понимал, что в ванну они уже точно не пойдут, поэтому нашёл в комнате салфетки, которыми обтёр Шана, а затем лёг рядом, укрыв обоих одеялом. Они лежали так около десяти минут, просто в тишине, слушая дыхание друг друга, Цинхуа головой лежал на его груди, руками водил по торсу, переходя на соски. Было хорошо, хотелось засыпать так каждый раз, а не пару раз в неделю. — Цинхуа, ты бы не хотел переехать ко мне? — серьёзно спросил мужчина, он почувствовал, как рука на его животе замерла. — Если ты считаешь, что рано, то ничего. — Нет, я…я не против, очень даже за! — сказал Шан, поднимаясь, чтобы посмотреть на Мобэя. — Просто это первый раз, когда мне такое предлагают. — признался он. Вообще, это его первые серьёзные отношения, поэтому это было очень неожиданно. — Но, честно говоря, я бы хотел, чтобы это ты переехал ко мне… — Тебе не нравится моя квартира? — спросил мужчина. — Нет! Просто моя мне нравится больше, да и к работе ближе… — проговорил Цинхуа, затем он покраснел, но всё же сказал. — А ещё мне бы хотелось остаться здесь, ведь тут мы впервые занялись этим. Мобэй лишь улыбнулся, а затем поцеловал Цинхуа. — Хорошо. — прошептал он. — Я люблю тебя. — Я тоже.