Danganronpa: The Truthful

      Запах горелой плоти отталкивал их обоих, поэтому было принято негласное решение вернуться к ручью. В запачканных почти по локоть в крови руках Ома держал то немногое, что осталось от человека, действовавшего ему на нервы: смятый, еле разборчивый договор да пистолет с парой царапин. Негусто, но обычно с мутантов можно снять разве что обрывки одежды.       Несмотря на отвращение, Шуичи всё равно то и дело оглядывался на зарево среди стволов деревьев. Он, на удивление, согласился с мыслью, что тело стоит сжечь, дабы «отравленная» плоть не начала гнить и не привлекла внимание ворон. Конечно, сжигать доказательства произошедшей битвы немного глупо, однако, даже если бы Харукава была здесь, — эту тушу они втроём в жизни бы до лагеря «Надежды» не дотащили. А иметь дело с мутировавшими птицами вряд ли кто хотел, поэтому, собрав хворост в округе, двое выживших соорудили костёр, который разгорелся от нескольких щелчков пальцами.       — А это… — начал было Саихара, наблюдая за странноватым использованием огненной магии, и не нашёл нужных слов. По его воспоминаниям разведчики, обладавшие подобными навыками, казались… Более устрашающими, что ли.       — Чё? Эт сё, на чё я способен в плане колдунств. Может, если б остался с сестрой на подольше, то смог б лучше чёт делать… — последнее Кокичи пробормотал себе под нос и тотчас нервно улыбнулся: — Впрочем, руку отчекрыжить я могу самостоятельно, так что не велика потеря! — бандит не стал уточнять, что распрекрасный и всесильный глава банды «DICE» банально не имеет таланта к магии, в отличие от той же Маки. В мире, где всё решается силой, ему очень «повезло» даже здесь.       Одной искорки, сошедшей с ловких пальцев, хватило, чтобы пламя начало жадно поедать палки, принося с собой и запах жареного мяса. Правда, на этот раз о еде никто и не смел думать. Неприятного металлического привкуса крови во рту хватало.       Отмыв хорошенько руки, Ома плюхнулся на уже знакомый поваленный ствол дерева, где, будучи в раздумьях, Шуичи смотрел на увесистое оружие на коленях. От молча протянутой самокрутки тот отказался покачиванием головы, после чего всё же начал осматривать чудаковатый пистолет. Лидер никогда не разбирался в огнестреле, да и не особо хотел, поэтому просто закурил, позволяя любимому делать, что душе угодно.       Кстати о том, чтобы делать…       — Эй, Шуйка. Я, канеш, понимаю, у каждого свои тараканы в башке, и рассматривать очередную бесполезную без патронов железяку пиздецки интересно, но нам, типа, над чёт делать терь, — выпустил облако ядовитого дыма Кокичи, чувствуя знакомые накатывающие волны спокойствия. Курение не раз спасало расшатанные в край нервы, и сегодняшняя затяжка — не исключение. Сейчас вообще лучше оставаться в здравом уме, иначе в дальнейшем всему «DICE» придётся несладко.       — Просто хотел глянуть поближе револьвер, который он носил, — Шуичи тяжело вздохнул и положил на колени интересовавшую вещицу. Дядя в целом немногое ему доверял, а повидавшее немалое оружие вообще запрещал трогать. Сначала племянник был слишком мал, потом… Ну, об этом вспоминать хотелось меньше всего.       Тем временем Ома, осознав, что ляпнул, хотел попросить прострелить свою тупую голову. Назвать единственное, что осталось от последнего родственника «бесполезной без патронов железякой» — ну надо же додуматься? Либо он всё ещё не до конца восстановился после истерики, либо, что ещё хуже, расслабился рядом с тем, кому… Доверяет.       Резкая, сбивающая с ног мысль заставила мародёра смять окурок и встретиться своим напряжённым разноцветным взглядом с ожидающим серо-золотым. Чтобы неуверенный в завтрашнем дне Кокичи с раздвоением личности доверился какой-то пешке — должно случиться чудо. И Саихара являлся тем самым чудом, иначе не объяснить крепко засевшее в голове желание завершить этот безумный план вместе, рука об руку. Шуичи, в целом, казался кем-то невероятным, нереальным. Шутка ли, за месяц завоевать сердце самого отпетого бандита в округе, толком не стараясь!..       «Ты сам не особо-то сопротивлялся, знаешь ли», — отозвался тот, возвращения кого глава банды ждал меньше всего на свете. Для успокоения ему нужно привести мысли в порядок, не заставлять хаотично передвигаться между чужими репликами. И было бы неплохо, если бы бывший разведчик этому посодействовал. Ну, как в прошлый ра…       — Ома-кун, ну не опять!.. — вмешался отпрыск «Надежды», когда невысокий паренёк начал судорожно бить себя по щекам. Схватив на удивление тонкие запястья, он с беспокойством оглядел человека, буквально полчаса назад хотевшего убить себя. И ему это, мягко говоря, не нравилось. — Что? Что не так?       Пока Шуичи невольно вспоминал, как раньше лидер с опаской относился к, если можно так выразиться, встрече с Накаджимой, сам Ома не знал, что ответить на заданный вопрос. Возникшее желание получить ещё маленький кусочек взаимности? Да за подобный бред можно и с горы сброситься, лишь бы избежать позора!       — Я не… Блять… — чёрт возьми, услужливая мимика и умение делать каменное лицо не помогают, щёки всё равно горят от непередаваемого стыда!       Интересно, а самоубийством ещё можно всё закончить?       — Попробуй сказать первое, что в голову придёт. Может, так будет легче? — попытался подсказать Саихара, не понимая, что же происходит внутри черепной коробки главы банды. Хотя, он бы слукавил, если бы отказался признавать, что именно эта неизвестность и притягивает, словно статическое электричество шерсть.       — Э… Хочучтобтысноваменяпоцеловал! — в итоге выпалил Кокичи настолько быстро, насколько возможно. Его произношение и так довольно жёсткое, обрывистое, поэтому оставалось надеяться, что среди сей каши слов бывший разведчик ничего не поймёт. Идеальный план…       Который тотчас провалился, подобно невероятной задумке с помощью шантажа выторговать мир. Да, Шуичи бывший, но до сих пор разведчик, привыкший внимательно слушать и запоминать даже пьяные бредни. Диалект большинства бандитов ему тем более известен, по этой причине хватка на запястьях ослабла, а сам парень смутился:       — В-вот как… — сплошные американские горки из эмоций начинали понемногу изматывать, однако недовольства Саихара, почему-то, не ощущал. Напряжение, шок, вина, смущение и лёгкое облегчение — испытав настолько разную палитру за один час, ему хотелось большего. Узнать, на что ещё способен мародёр, ниже него на полголовы.       В конце концов… Они до сих пор не в «Новой надежде», чтобы сдерживать себя.       — Только… — Шуичи вздохнул, собирая внутри себя последнюю кроху смелости. — Только один раз, пока никто не видит, хорошо? — пальцем он аккуратно провёл по испещрённой сразу двумя шрамами щеке, смахивая пару свежих кровяных брызг. Вот уж действительно, не хватило немного удачи… И, пока не посыпался шквал отрицаний и противоречий, бывший пленник бережно накрыл губы надзирателя собственными. Уверенный шаг, который раньше никто не позволил бы себе даже во сне.       Честно говоря, глава банды в жизни бы не подумал, что ехидные подколки Правящей Семёрки, мол, мужика у тебя нормального не было, вот и бесишься, правдивы. Что ж. Ребята либо умеют видеть будущее, либо слишком хорошо узнали своего начальника и друга за пять лет. Как ещё объяснить тот факт, что накопившееся напряжение с неловкостью отошли куда-то далеко на второй план?       Сам поцелуй, а точнее прикосновение губ, вышел довольно безобидным. Особенно если вспомнить пьяную ночь, о которой без смущения говорить невозможно. Однако Шуичи сказал, что это «один раз, пока никто не видит», верно?..       «Тогда запомни его надолго, Саихара-чан», — тихо усмехнувшись, Ома притянул возлюбленного к себе за шею, вызвав тем самым удивлённый вдох, и впился в желанные губы по-новому. Жадно. Чувственно. Будто перед смертью. Так, как делал это под влиянием выпитой бутылки вина. Сердце забилось лишь чаще, стоило на столь сильный напор встретить робкий ответ.       Где-то за ними продолжала гореть туша мутанта, бывшая когда-то суровым деспотом. Племянник того самого деспота наверняка должен горевать по погибшему, но, вместо оплакиваний, он остервенело целуется с не-совсем-убийцей своего невольного опекуна. Раньше Шуичи была неприятна даже идея какой-то близости, сейчас же пальцы сами собой запутались в непослушных вихрах коротких волос, пока их обладатель в бешеном порыве расцеловывал уже линию скулы. Приятное покалывание от лёгких укусов на шее, казалось, стирало любую возможность на возражение. Да и смысл возражать, когда тебя готовы буквально на спине таскать? Ох, будь они среди «культурных», то сдерживаться пришлось бы меньше, чем в самой «Надежде»…       Точно. Каэде с её ребятами. Ещё не всё потеряно!       Разгорячившегося бандита резко отпихнули, прерывая безрассудный порыв влюблённого сердца, что немного да отрезвило. Хотя, тот факт, что руки Саихары до сих пор находились на его плечах, заставлял позорно краснеть. Вот тебе и «один раз»…       — Кхм, в итоге… — кашлянул бывший инвалид, решивший вернуться к более важной теме. Всё-таки, не один Кокичи виноват в том, что теперь им надо срочно найти способ сдружить две враждующих группировки. — У меня есть предложение, как можно попробовать разрешить всё. Правда, это будет непросто.       — Если твоё предложение включает в себя ползанье в ногах у умников, то хуйня идея. Ни я, ни остальные кланяться не собираемся, — довольно категорично отметил глава банды, после чего резко вскочил на ноги, потягиваясь. — Народец мы свободолюбивый! — наконец привычно усмехнулся он, повернувшись к собеседнику. — Ну и лично я Акамацу-чан, как лидера, не уважу никада, уж звиняй.       И как бы Шуичи не хотел возразить, защитить старую подругу, но тот вдруг осознал, что… Неожиданно, разделяет его мнение. После смерти отца девушки, предыдущего лидера «культурных», среди этих ревностных охранников наследия цивилизации разгорелось самоуправство. Мягкая в прямом и переносном смысле Каэде банально не могла успокоить всех и сразу, угроза в виде одного (пусть и сильного!) разведчика не работала. И вряд ли ситуация изменилась за месяц, если не стала хуже. Здесь нужна твёрдая, крепкая, а главное проверенная временем рука, способная разогнать предрассудки и объединить…       Шуичи глянул на Ому, ищущего что-то в своей маленькой записной книжке с каракулями вместо иероглифов. Наверное, если бы Момота узнал, что вот этот низкий паренёк пять лет успешно вселяет страх в половину острова — в жизни бы не поверил.       — Мы можем попробовать пробраться в лагерь «Надежды» ночью…       — Чтоб отпинать всех излишних драчливых пидоров среди «культурных» и, в качестве платы, попросить не отпинывать уже бандитов? — резко договорил Кокичи, вырывая листик с угольной мазнёй. — Неплохой план, жаль ток неработающий. У твоей милой-хорошей Акамацу-чан вместо мозгов разведённый травяной настой из пропаганды, забыл? Кто меня слушать-то будет… — и он вздохнул, будто только что объяснил неразумному ребёнку в десятый раз почему на небе появляются облака. И нельзя не сказать, что в словах мародёра нет зерна истины.       И всё же…       — Тебя она, может, и не будет слушать. Но есть я, — несмотря на внутреннюю неуверенность, Саихара действительно захотел помочь, ведь был бы рад покончить с бессмысленной враждой. Лишь психопаты и совершенно безумные люди не устанут от бесконечной череды сожжённых трупов.       Тем временем глава банды с недоверием прищурился, прожигая строгим взглядом насквозь:       — А с хуя ль ты решил побыть таким добреньким и переметнуться на другую сторону? Хошь после смерти повыше в семейной иерархии стоять иль чё?       — Желать мира и стабильности — недостаточная причина? — честно выразил свою позицию Шуичи, пожимая плечами. Он не особо понял, причём тут семья после смерти, ведь, в отличие от дяди, никогда не верил в богов или карму. Впрочем, мысль о возможной религиозности Омы показалась ему даже ироничной.       «Тут уж крыть нечем», — и настоящий, и притворный Накаджима признали, что прикопаться к чему-то ещё и отсрочить неизбежное больше не получится. Им в любом случае придётся хотя бы разок заглянуть в убежище умников, если хотят попытаться сохранить как можно больше жизней. Попытаться… Реально поговорить, а не мериться дутым авторитетом. Честно говоря, каким бы гуманистом и пацифистом не был лидер «DICE», давить неугодных силой в разы проще…       В итоге Кокичи достал карту острова, начерченную его разведчиками, и начал набрасывать быстрый маршрут для их маленькой ночной прогулки до всё-ещё-но-как-бы-не-совсем врагов. Правда, все пути, почему-то, представляли собой большой крюк, обязательно захватывающий рисовые поля на территории, подконтрольной «Надежде»… Что, конечно же, не ускользнуло от внимания Саихары.       — Там ведь ничего, кроме этого риса и нет, — отметил бывший разведчик, пока перед ним не потрясли той самой вырванной бумажкой вместо ответа. — Ома-кун, даже если ты перестанешь трясти, я всё равно не прочитаю, что ты тут написал, понимаешь?       Кто притворно-обидчиво закатил глаза угадывать не стоит.       — Ты прост не пытался! Лады, мы щас не мой почерк обсуждаем. На рисовых полях у моего брата есть убежище, он там иногда отдыхает от беготни по острову… Умнее человека, чем он я не знаю, так что, если застанем его — вполне возможно, что мир у нас в кармане! И, эй, не то чтоб мы не справимся, но лучше ж перестраховаться, да? — явно довольный своим очередным планом, работающим исключительно при определённых условиях, Кокичи мастерски скрыл неуверенность в собственных силах. В конце концов, с бандитами очень редко получается поговорить без жертв и угроз, уж кому, как не ему это знать.       — Допустим… — Шуичи не особо хотел начинать спорить даже в шутку, ведь уже начинал чувствовать накатывающую усталость от произошедших за сегодня событий. Впрочем, не поинтересоваться определённым вопросом не позволило его любопытство: — Сколько у тебя ещё нерадивых родственников, раскиданных по Сёдо?       — Ха-ха, о-о-о-очень смешно, — фыркнул Ома, смяв оторванную бумажку и парой щелчков пальцев спалив дотла. Недовольным он, конечно, особо не выглядел. — Ток старшие брат и сестра, если не считать этого хуилу в моей башке за очень злобного близнеца. И ещё братик Киё буквально сделал из меня нормального человека, када как сестрёнка Маки…       Резкая хватка-щипок за ухо, такая знакомая и одновременно пугающая до жути, заставила Кокичи ругнуться с непонимания происходящего, пока всё не разъяснило прозвучавшее:       — Когда я что, м? — внезапно не пойми как появившаяся Харукава продолжала оттягивать мочку братца, будто отчитывая нахулиганившего ребёнка. Хотя… Невысокий мародёр действительно знатно нахулиганил с гораздо более примерным, кхм, другом на пару. — Давно не виделись, Саихара.       Этот самый Саихара лишь нервно усмехнулся и махнул рукой, наблюдая воистину абсурдную картину: Накаджима Сеичи, страшный и опасный лидер самой большой группировки на острове, капризно ныл и махал руками, чтобы стоящая на одном месте одиночка наконец отпустила его многострадальное ухо. А когда это наконец произошло, то потерял равновесие и чуть не шлёпнулся прямо на землю, благо, вовремя ноги переставил.       Что за… Интересное семейство.       — Бля, ну я ж сказал, чтоб ты вечером приходила, если я не вернусь! Чё тут неясного?! — потирая ноющее место, «великий и ужасный» бандит уже с настоящей обидой смотрел на старшую сестру, которая наверняка способна сложить его пополам одним выпадом.       — Солнце почти село, идиот, — скрестила загорелые руки на груди Маки, после чего они все глянули на небо, окрашенное в фиолетово-розовые тона. — К тому же, я учуяла запах гари. Зная тебя, это вряд ли означает что-то хорошее, и, судя по твоему виду, я недалека от правды. То, что вы, два извращенца, буквально в дёсны долбитесь и никого больше не замечаете — не моя проблема.       — А ты не завидуй! С кем хочу, с тем и долблюсь, хоть в дёсны, хоть в зад! — пока Кокичи на кураже без какого-либо стеснения отстаивал своё право действовать, как заблагорассудится, его партнёр хотел провалиться под землю от стыда и смущения. Опустив голову, тот прикрыл пылающее лицо рукой, пытаясь сосредоточиться на более важной теме. Вся эта романтическая ерунда когда-нибудь точно доведёт его до инфаркта!..       Тем временем неродные брат и сестра, обменявшись ещё парой грубых колкостей, всё же успокоились и выдохнули. Верно, в очередной раз ссориться, когда вы, вроде как, более-менее помирились, будет довольно глупо.       — Так и в итоге… Чего ты хочешь добиться от Киё, Кокичи? Он тоже не горит желанием ввязываться в ваши разборки, как и я, — Харукава решила оставить в стороне догорающий труп мутанта, ведь ей не нужно никаких лишних объяснений. Ученик всегда следует за учителем, в конце концов.       — Поверь, я в курсе. Однако раз ты нас злостно подслушивала, то должна понимать, почему в подобном хитровыебанном пиздеце без него не разобра-а-а-аться, — с важным видом заявил Ома, тыча пальцем в недовольную физиономию девушки. На мгновение могло показаться, что сейчас она не выдержит и задушит провокатора, но та лишь вздохнула и кивнула. — А вот без тебя мы разберёмся с лёгкостью, так что можешь уходить куда хошь, подальше от твоей нелюбимой поли-и-и-итики.       И всё же, руку невысокого мародёра настолько быстро и крепко схватили, что до сих пор сидящий Саихара невольно вскочил. Лежавший на его коленях позабытый револьвер плюхнулся на землю, прямо в шуршащую траву.       — Ещё чего. Раз ты у нас делаешь, что хочешь, то и я буду. С детства что ты, что Киё были не в ладах с головой, вместе так вообще… — одиночка вздохнула и позволила чужому запястью выскользнуть из своих цепких пальцев. — До полей я вас провожу, не то опять какую-то херь вытворишь. А твоему парню явно нужна передышка от твоих выкрутасов.       На этот раз смолчать не смог даже стеснительный Шуичи:       — Не то чтобы мы встречаемся!..       — Э, никакой он мне не парень!..       Резко воцарившаяся тишина, на фоне шумящего листвой ветерка, казалась почти комичной. Почти, ведь избегающих очевидной правды парней более зрелая Маки считала теми ещё придурками. Ну, когда дело касается романтики, разумеется.       — Трахаетесь и целуетесь вы тоже чисто веселья ради, да? — задалась риторическим вопросом она, прервав небрежным махом руки любые вопросы по поводу того, откуда Харукава это всё знает. Не её вина, что кое-кто плох в сокрытии своей первой влюблённости. — Я думаю, нам лучше начать выдвигаться, пока совсем не стемнело. Ночевать посреди леса на голой земле — так себе затея.       …Ну, хоть с чем-то Кокичи может согласиться с сестрой на все тысячу процентов.