.11.
29 января 2023 г., 12:24
Когда позвонила Стелла, в Эраклионе был поздний вечер, но никто еще не ложился. С тех пор прошло уже несколько часов, но заснуть Фаре так и не удалось. Блум уже дремала под боком, решив поддержать мать, оставшись рядом, и фея разума не двигалась, боясь разбудить дочь, пока крупные слезы заливались в уши и падали на шею.
За два неполных месяца Фара потеряла обоих. Два человека, каждого из которых любила всю жизнь, несмотря ни на что, теперь были мертвы, и она не смогла их спасти. Сначала Дафна, потом Сол, теперь Розалинда.
Женщина осторожно отодвинулась от дочери и очень тихо вышла из комнаты. Идти к Камиле в комнату смысла не было — сестра уехала днем к сыну в академию. И почему-то ноги понесли фею к отцу.
— Фарагонда? — Гарольд сидел у окна с раскрытой книгой, а у головы сиял световой шар, освещавший страницы. — Что-то случилось?
— Розалинда умерла, — прошептала Даулинг и опустилась на кровать. Король тут же пересел поближе к дочери. — Я не понимаю, что делать дальше.
— Мне очень жаль, солнышко, — первые капли потекли по щекам. — Она воспитала тебя, была наставницей.
— Роз не воспитывала меня, ей было не до того. Но да, все, что я умею — благодаря ей, — карие глаза встретились с голубыми. — Я очень ее люблю.
— Иди сюда, солнышко, — он осторожно притянул к себе Фару, и та почему-то позволила это. Боль от утраты заставила забыть обиду на поступки родителей. — Ты справишься.
— Устала справляться, — женщина шмыгнула носом и внезапно призналась. — Мне кажется, я не смогу. Рядом всегда были либо Сол, либо Роз, а теперь я одна. Будто в пропасть лечу.
— Ты не одна. У тебя есть сестра и дочь, — руки мужчины сжали плечи Фары. — Мы с Мари ошиблись, оставив вас, но больше этого не повторится. У тебя есть еще и я. У тебя вновь есть отце.
— Думаешь, я смогу доверять тебе? — она грустно усмехнулась и стерла соленые дорожки со щек. — Ты прав, я справлюсь. Извини, мне не стоило приходить.
— Не извиняйся. Знаю, ты зла и обижена на нас, как и Камила, но, прошу, дай мне шанс. Позволь стать вам отцом, а вашим детям — дедом.
— Если хочешь помочь, помоги нам заполнить пробелы о Королевстве Тьмы и заклинании связи. А еще мне нужно, чтобы ты нашел в библиотеке все о связи Верховных и правителей.
— Хорошо, как скажешь, — он действительно был готов на все, и это заставило Даулинг ощутить себя чуть лучше. Мир катился к чертям, она теряла любимых, но все равно были те, кто в нее верили. А если в нее верили самые близкие, как она могла их подвести?
— Спасибо, — а затем вдруг вспомнила. — Кстати. Как насчет встречаться здесь каждый вечер, чтобы ты рассказывал мне историю нашей семьи? Точнее, не только мне, а еще своим внукам и Ками?
— Камила злится на меня еще больше, чем ты.
— Она злится за нас обеих. Даже, скорее, не за себя, а за меня. Они со Стиви всегда видели во мне королеву, даже тогда, когда я сама этого не видела.
— Как погиб Стивен?
Гарольд не до конца осознавал, как мир изменился и, что еще важнее, как изменились его дети. Он пропустил все, потерял сына, а наследница оказалась старше своего отца. Но он вернулся, остался жив, и нужен своей семье. Он был внуком короля, мужем королевы и отцом королевы.
— Сжег себя и Сожженных. спасая людей в Линфее. Десять лет назад.
— Вы с Камилой говорите об этом будто с опаской. Это из-за семейного проклятья?
— Да. Он сходил с ума. То вспыхивал неожиданно, то срывался с места и рвался в любую битву. Он стал агрессивным, не всегда контролировал себя, — Фара очень скучала по младшему брату, но эта боль уже притупилась. — Мне пора, если хочешь, можем поговорить утром.
— Оставайся здесь, если хочешь, — женщина покачала головой и поднялась.
— В моей комнате сейчас Блум, не хочу, чтобы она проснулась и не нашла меня рядом. Но спасибо. До завтра.
***
Марион слушала родителей, и с каждым предложением ей хотелось оказаться все дальше от королевской четы. Родители же будто и не замечали, как мрачнеет лицо наследницы, они были очень увлечены диалогом. Королева Гретта была беременна, и сейчас стояла, подбоченясь и положив руку на массивный живот. Марион же было всего 16 лет, а потому спор родителей о том, за кого наследница выйдет замуж, казался девушкой полным сюром. — Филипп, это необходимо, — женщина повернулась к дочери, будто только сейчас заметила принцессу. — Мари. — Я не хочу замуж, это же глупо. Пап?! — В чем-то твоя мать права. Вы с Гарольдом одной крови и можете стать сильнейшей королевской парой, — девушка собиралась было возразить, но отец властным жестом прервал ее. — Никто не говорит, что вы должны пожениться в ближайшее время. Король Филипп был феей воздуха и, пока говорил с дочерью, два металлических шарика кружились рядом с его головой, повинуясь воздушным потокам. Мужчина использовал этот способ, чтобы успокоиться во время спора с очень эмоциональной супругой. — А вы самого Гарольда спросить не хотите? — Гретта хмыкнула, вызывая еще больше раздражения дочери. — Ну конечно, какое значение имеет мнение одного незначительного человека, если королева чего-то хочет? Да, мама? — Не неси чушь. Марион. Гарольд — мой племянник, родная кровь нашей семьи. Тем более, вы хорошо знакомы, — королева встретилась с голубыми глазами наследницы. — Ты станешь следующей королевой, Мари, и однажды поймешь, что комфорт одного человека — ничто, по сравнению с благополучием страны. — И как же стране поможет мой потенциальный брак с Гарри? — Вы — носители огня Дракона, самой опасной силы Иного мира, — тонкие пальцы коснулись узкого подбородка, чтобы не разрывать зрительный контакт с дочерью. — Если когда-нибудь такая сила выйдет из-под контроля, ее будет невозможно остановить. И твоя задача, как королевы — защитить людей. — То есть я должна держать его рядом ради защиты Драгона? — Да. Это то, что я впитала с молоком матери, и ты должна помнить, милая, — по губам Гретты скользнула грустная улыбка. — Мир может рухнуть, ты можешь не справиться со своей силой, но Драгон должен устоять. — Даже если для этого необходимо умереть, — продолжила Марион. Она все это знала. — Я исполню все, что необходимо. Гарольд в библиотеке уже третий час и, вместе с неожиданно вызвавшимися помогать Террой и Ривеном пролистывал уже, наверное, сотую книгу. Они искали, кажется, всё и сразу — информацию о связи, которая была у Харви по просьбе Терры, любую информацию о Королевстве Тьмы по просьбе Даулинг, возможную причину возникновения Кровавых ведьм по просьбе Блум и хоть что-то а каждым из сошедших с ума носителях огня Дракона по просьбе Аиши. И, кажется, сами уже начинали постепенно сходить с ума. В какой-то момент Ривен перестал искать книги, постоянно оставаясь за столом и пролистывая их на предмет хоть какого-то упоминания важных для них тем. — Мы в полной заднице, — изрёк специалист, закрывая очередную книгу. — Здесь, наверное, около тысячи книг. — Больше десяти тысяч, — отозвался король и положил перед специалистом ещё две книги. — Мы сейчас в секции «история», осталось всего четыре полки — И две у меня, — отозвалась из глубины библиотеки Терра. — К ужину должны закончить. — То есть обедать мы не будем? — грустно уточнил Ривен, и фея усмехнулась. — Надо меньше есть, дорогой, — Харви подошла сзади и положила ещё одну книгу. — Ваше Величество, а Вы сами когда-нибудь слышали о такой связи, как у меня с Сэмом? — Нет, мне известно лишь о связи Неделимых. — Кто это? — опешил специалист, открывая первую книгу. — Это фея и специалист или две феи, которые воюют бок о бок и связаны кровной магией. Но я знал лишь одну такую пару, правда, связь между ними была разорвана. — Как у Даулинг и Сильвы? — Гарольду понадобилось несколько секунд, прежде чем он понял, что девушка говорила о Фаре и ее муже. — Возможно, это лучше знает Фара, — он не был уверен, стоит ли спрашивать, но дети явно были готовы поговорить. — Вы знали ее мужа? — Да, очень хорошо. Они с мисс Ди были друзьями моих родителей, да и я сама буквально выросла под их крылом в Алфее. — Он преподавал в Алфее? — Да. Был директором специалистов, героем войны. Я учился у него, — парень вздохнул, отводя взгляд от страниц. — Все, что я имею и умею — только благодаря ему. — Как он погиб? — Защищал Ская, — тихо отозвалась Харви, борясь со слезами. — Тетя и дядя буквально воспитали его, он им как сын. Сильва уводил его от Сожженных и, чтобы дать Скаю добраться до портала в Эраклион, он остался один на один с тварями. Розалинда сказала, что он успел уложить пять, прежде чем его…убили. — Скай — это король Эраклиона? Этот светловолосый мальчик? — Да, — с усмешкой отозвался Ривен и закрыл книгу. — Хотя мальчиком его давно никто не называл. В этой книге ничего нет. — А кем была эта пара Неделимых, которую вы знали? — Розалинда и Александр. Они оба были феями, она — разума, он — огня. Эту связь разрывали мы втроём, после того, как Роз узнала, что Алекс — Кровавая ведьма. — Офигеть, — ошарашенно прошептала фея, для неё, как и для Ривена, эта информация была очень неожиданной. — То есть она была связана с Кровавой ведьмой. Интересно, а тетя Фара об этом знала? — А почему она должна была об этом знать? Вряд ли они были настолько близки. — Они были парой, — не задумываясь, проговорила Терра, и только видя ошарашенный взгляд Гарольда осознала, что именно ляпнула. Но от миллиона неловких вопросов её спас специалист. — Идите сюда, я кое-что нашёл! Это очень похоже на вашу связь.***
Фара не знала, что ещё сделать, чтобы Андромеда перестала плакать. Малышка капризничала уже несколько часов, и фея понятия не имела, что делать. Спокойная до этого принцесса сейчас напоминала ураган, с которым Даулинг не могла справиться. — Не понимаю, как ты можешь быть матерью троих детей, Даулинг, — Фара обернулась и неожиданно наткнулась на насмешливый взгляд Каллиопы. — Я сидела в соседней комнате, и теперь от этого крика с ума схожу. — Троих? — они не были подругами, Сол даже когда-то предположил, что Каллиопа просто ревновала мужа, поэтому такой лёгкости в общении фея не ожидала. — Дафна, Скай и Блум, — она забрала плачущую принцессу из рук Фары и аккуратно начала гладить по животику. — Вы с Сильвой хорошо воспитали его, он умеет думать. — Ская больше воспитывал Сол, чем я, — женщина хмыкнула, видя, как успокаивается ребенок. — Единственной из детей в таком возрасте я воспитывала Дафну. — Странно. Он только и говорит: «мисс Даулинг то, мисс Даулинг сё». — Мне жаль, что ты потеряла Айдана, — Калли ответила быстрым взглядом, и Фара приняла это. Сама такая. — А мне жаль, что ты потеряла Сильву. Вот и встретились две вдовы, — женщина грустно улыбнулась и села рядом с Даулинг. — Знаешь, я сначала злилась на вашу дружбу, потом ревновала. А сейчас вот сижу тут с тобой, укачиваю принцессу, и нет ни злости, ни ревности. — Наша многолетняя дружба ни шла не в какое сравнение с его любовью к тебе. — Знаю. Разговор сошел на нет, но женщинам было вполне комфортно. Все эти годы они практически не разговаривали — в Алфею Каллиопа приезжала лишь однажды, а когда Даулинг добиралась до столицы, они пересекались во дворце и лишь кивали друг другу в знак приветствия. Но теперь все поменялось. Они были просто очень уставшими феями, которые позволили себе короткую передышку. И, по какой-то неведомой причине вдруг спокойно кушающая Андромеда лишь делала эту тишину комфортнее. — Я рада, что ты здесь. Правда. Скаю нужен кто-то, кому он доверяет, — фея воздуха усмехнулась. — Нам твой парень не верит, хотя, судя по тому, что мне известно, наша Стелла — его друг. — Он просто не привык быть королем. Думаю, здесь дело не в доверии — Скай никого не знает, и он привык полагаться на себя. — В любой другой ситуации я бы этого не говорила, но сейчас у Ская нет времени. Если хочет сохранить трон, ему придется довериться тем, кто рядом, — их взгляды встретились, и женщина передала Фаре абсолютно спокойную малышку. — Но судьба распорядилась так, что все ниточки в этой войне ведут к тебе и Блум, сами истоки войны с Кровавыми ведьмами были заложены в Драгоне вашими предками. Айдан рассказывал мне, какая ты, и я уверена, что ты хочешь найти способ уничтожить ведьм разом. — Не совсем. Я хочу найти способ остановить войну. — Для этого нужно настоящую причину ее начала. Не ту, что лежат на поверхности и всплывает при каждом удобном случае, а реальную, спрятанную в истоках. — Они ненавидят нас, этого достаточно. — Ненависть, как и любовь, не вспыхивает в одночасье. К ней ведут действия. Хочешь остановить войну — найди то, что к ней привело. Ключ ко всему — прошлое.***
Розалинда лежала на узкой кровати, уставившись в потолок. Тело отдыхало после работы с растениями, но в голове, будто на повторе, крутился разговор с Алексом. Спор, если точнее. Ей было 15 лет, и она четко знала лишь одно — ее родителей убили ведьмы. Оставили ее сиротой в три года, и лишь подоспевшие с проверкой солдаты спасли малышку. Роз была обязана Драгону жизнью. — Ведьмы не выбирают быть ведьмами. Они ими рождаются, как и мы. В Драгоне ведьм ненавидели. Другие страны ещё позволяли ковенам существовать на своей территории, если те не были проблемой, но не Драгон. Здесь словно всегда шла война, а детей учили лишь одному: ведьмы — это всегда смерть. — Ведьмы убили моих родителей. Это был выбор. Они выбирают быть монстрами. Хейл помнила, как Алекс дернулся от ее слов, будто она его ударила. Они тренировались бок о бок почти 2 года: фея разума и фея огня, работающие в идеальном тандеме. Он был старше на два года и, в отличии от девушки, жил в городе, приходя в Академию каждое утро. — Нельзя всех под одну гребёнку. Не все феи — ангелы, и не все ведьмы — монстры. И те, и другие просто хотят жить спокойно. Теперь Розалинда думала, отчего их восприятие такое разное. Что тому виной? И ее ненависть к Кровавым ведьмам…что это? Жажда мести или обострённое чувство справедливости? А, может быть, она просто не знает всего?
