Моя первая

      Сказать, что я была удивлена — ничего не сказать.       Эта была красивая девушка с длинными тёмно русыми волосами, пряди волос которые ложились на её плечи; в голубых глазах было видно, что она слегка была удивлена и нервничала; сама девушка была стройной и в отличной форме, неужели ходит в спортзал или ей так хорошо сохраниться позволяют гены? Надо бы спросить, авось и найдём общие темы. Одета же русая была в стильную трикотажную кофту и облегающие голубые джинсы, что так подчёркивают её бедра и форму.       В общем, по внешности она выглядела нормально, даже то, что она как-то скромно держалась рядом с братом и бросала на меня волнительные взгляды, меня даже слегка порадовало, вполне возможно, она с добрым сердцем. Да даже видно невооружённым взглядом, что они оба нервничали: приму ли я то, что у брата появилась девушка и в будущем жену или же нет. Сейчас мой голос решает, потому что брат заботился обо мне и желал счастья, поэтому и не решался с кем-либо начать встречаться. Я буду последней тварью, если лишу его этого счастья, сказав, что она мне не нравится, хотя первое впечатление она вызывала хорошее. Кто знает, что будет в будущем? Возможно, я найду себе парня, а брат будет помнить обиду и откажется его принимать.       — И кстати, она была первой, кто позвонил в скорую… — возможно ли, что он это говорит, чтобы показать, какая она была хорошая?       — Перестань, на моём месте так поступил любой, — я только сейчас заметила, какой у неё был приятный и успокаивающий голос, он словно убаюкивал, как мать с ребёнком, что своим пением заставляла чувствовать себя как за каменной стеной, ощущать тепло, любовь и счастье.       Как её там зовут? Вроде, Вероника?       — Я счастлива, что твоя любящая сестра в порядке, — о боже, она так ласково улыбнулась, что у меня сердце пропустило удар. Какая же она милая! Брат точно не ошибся выбором.       Нет. Я только за. Брат заслуживает такой девушки.       — Рада познакомиться, — и я улыбнулась ей, хотя чувство тревоги никуда не ушло, оно снова ворвалось в мою грудь, разрывая лёгкие пополам, заставляя задыхаться, терять сознание и уйти в бездну.       Я хоть и старалась делать вид, что всё в порядке, эта девушка, насколько я помню, на год старше брата, видимо, всё поняла. Иначе, зачем ей нужно было подходить ко мне и осторожно поглаживая, обнимать. Я от такого застыла в шоке. Никто так мне не делал, кроме мамы. Она всегда чувствовала моё настроение и всегда поддерживала. Опекала.       Я не сдержалась и расплакалась, понимая, что мама никогда не сможет меня обнять, успокоить и прошептать ласковые слова, прижимаясь к ней и пачкая слезами её кофту. Но видимо девушке на это было всё равно. Она лишь сильнее прижала к себе, пока Саша крутился рядом, но не мог подойти ближе, ведь Вероника не давала пройти, выставляя руку вперёд, мол, я и сама могу справиться.       Я успокоилась, наверное, спустя часа два. И то, потому что мне принесли успокоительное. После я была такой расслабленной, что практически сразу уснула, но перед этим я отчётливо помнила нежные руки на моей голове, отчего мне было приятно, из-за чего я невольно улыбнулась во сне. ***       Как-то не сразу я поняла, что нахожусь во сне. Мне снились родители, они что-то готовили на кухне и о чём-то оживлённо рассуждали. Я почувствовала сладкий аромат и, облизавшись, быстро побрела на кухню и оказалась прямо перед столом, на котором были уже готовые кексики с клубничным кремом и будущий шоколадный торт. Такая вкуснятина! Хочу съесть.       Я вытянула руку, как получила ложкой по руке. Обиженно вытянув губы, смотрю на маму, которая только качает головой.       — Подожди немного. Когда будет готово, тогда и можно будет.       Эх, а ведь неизвестно сколько этот торт будет готовиться.       Всё это время я смотрела телевизор и ждала еду. Есть хотелось ужасно, у меня уже громко начинал урчать живот и вот, наконец, торт был готов. Я была даже готова к тому, чтобы забыть, что не могу есть горячее, у меня просто язык обжигает и в течении нескольких часов я вообще никак не могу чувствовать вкуса пищи. Я была к этому готова. Хочу сладкое!..       — И чего это ты вертишься? — я вертелась вокруг стола, как неожиданно на мои плечи опустились чьи-то руки, а потом они вытянулись и меня обняли, а я, к тому же, почувствовала на своей спине чью-то грудь.       — А? — поворачиваюсь и удивляюсь, увидев неизвестную мне русую девушку с кучей драгоценностей. Хотя нет… Где-то я её уже видела…       — Ты не умеешь ждать, Рори. — на кухню вошёл брат, только он выглядел как повзрослевший мужчина, весь в деловом костюме. Только он и папа называли меня таким именем.       Девушка отпустила меня и, подойдя к брату, обняла и поцеловала его. Я удивилась такой картине. Кто это?       — Рори, ты что, не узнаешь Веронику, мою жену? — брат поднял одну бровь вверх и я ахнула, вспоминая всё: от того, как брат однажды привёл симпатичную девушку домой, до свадьбы, где мы все, обливаясь слезами, желали им счастливой жизни. И сейчас эти двое живут с нами, родители предложили и молодожёны поначалу отнекивались, потом согласились. — Смотри, чтобы такого не было с Кириллом.       Саша подмигнул мне и рассмеялся. Кирилл — мой парень, появившийся в моей жизни полгода назад. Мы встретились в магазине: я не могла достать с полки муку, её ещё так высоко положили, что хрен достанешь. И тогда на помощь пришёл Кирилл. Он был высоким, поэтому с лёгкостью смог достать муку и с тёплой улыбкой помог её донести не только до кассы, но и до дома. Мы обменялись номерами и всю ночь болтали, а я чувствовала, что его слегка хрипловатый голос успокаивал и возбуждал.       Мы с ним гуляли, пока что как друзья. Но потом, после прогулки он спросил, не хотела бы я стать его девушкой. И я согласилась. Наш первый раз случился как раз таки через полгода. Я, конечно, хотела близости, но боялась этого. Он всё прекрасно понимал и не затрагивал эту тему. Единственное, что мы могли делать втихаря, так трогать друг друга — меня за грудь, его за пах. И после одного такого раза, я поняла, что была готова.       Я пошла к нему с ночевой и перед этим папа пошутил, не отдать ли мне презерватив. Я тогда на него посмотрела и без лишних слов кивнула. Я не была маленькой девочкой, мне было за двадцать два года. Но для родителей мы всегда будем детьми. Кирилл нравился моим родителям, он был нежным, ласковым, заботливым и добрым. У нас, конечно, разница была в два года, но он уже работал и неплохо разрабатывал, а значит, мог в будущем обеспечить семью, так что родители к этому отнеслись с пониманием.       В ту ночь, перед сексом мы слегка выпили, потому что я всё равно волновалась. Его слова успокаивали меня, но к сожалению, это не повлияло на то, что первый раз был болезненным. Его головка члена только вошла в меня, как из глаз потекли слёзы, и когда он был наполовину во мне, я закричала, а Кирилл остановился, давая мне время привыкнуть к новым ощущениям. Боль потихоньку отходила на второй план и я начинала стонать от удовольствия. Он двигался во мне медленно, а после ускорял темп и входил так глубоко, касаясь головкой матки.       Мы одновременно кончили. И если бы не презерватив, то скорее всего, я бы почувствовала, как его сперма заполняет меня до краёв и возможно я даже забеременела от Кирилла. Это был первый раунд. Ко второму мы приступили через полчаса и уже любили друг друга гораздо дольше, истратив на всю ночь все презервативы, которые были у него, тогда я и предложила без них. Это было такое офигенное ощущение, что я практически сразу кончила. И только под утро заснули. ***       Открываю резко глаза, чувствуя, как горло пересохло. Нихрена себе сон… Да ещё и такой ярко запоминающий. Предполагаю, что он мне приснился после новости о том, что у Саши появилась девушка и в глубине души я тоже хотела, чтобы у меня хоть кто-нибудь появился и любил меня так сильно, как родители. В комнате было темно, и только звук работающих часов нарушал тишину.       Смотрю на время и удивляюсь. Час ночи. А я была бодра как свежий огурчик.       После такого сна я чувствовала себя слегка намокшей, но дрочить самой себе не хотелось — боялась, что сделаю себе больно, поэтому я просто в такие моменты стараюсь думать о чём-нибудь другом и остываю довольно быстро.       Хочу пить. Встаю с кровати и, осторожно открыв дверь, выхожу из комнаты и тут же слышу стоны. Отчётливо слышу женский стон и замираю. Вероника решила остаться у нас с ночевой? Неожиданно. Стоны становятся всё громче и я даже слышу, как они становятся приглушёнными, но всё равно, даже так их было слышно.       Выхожу из транса и осторожно, чтобы их не беспокоить, иду на кухню и, достав кружку, набираю из крана воду и начинаю пить. Перед тем, как вернуться в комнату, иду в туалет, а потом я всю ночь просидела в телефоне, смотря видео на ютубе и играя в игры. ***       Я встала ближе к одиннадцати часам, вроде легла в четыре утра, а такое чувство, будто только что. Я чувствовала себя не выспавшийся. Поэтому на автомате пошла к холодильнику и достала молоко, дабы приготовить хлопья.       Слышу, как кто-то проходит на кухню и смотрит на меня. Поворачиваю голову и вижу Веронику — она была такой смешной, когда была лохматой.       — Доброе утро, — поприветствовала русую, на что она тепло улыбнулась.       — Доброе. Чувствуешь себя лучше?       О боже, я уже успела позабыть о том, как вчера расплакалась перед незнакомым мне человеком. И от этого так стыдно стало.       — Д-да… Слушай… Извини за вчерашнее, — я почесала голову. — Просто… Недавно случилась трагедия, о которой я ещё не отошла, поэтому могу рыдать без причины.       — Саша уже всё рассказал.       Вот даже не знаю, мне приятно её сочувствие или же нет.       — И я хотела бы помочь тебе с этим. Ты можешь мне всё рассказать, тебе станет легче.       И я ей всё рассказала. Все свои чувства, беспокойства и страхи. Она слушала, не перебивала и изредка кивала. И вправду мне стало лучше, хотя это не уберегло от ненужных слёз.       — Спасибо, Вероника. — она обнимала меня, а мне были приятны объятия, может, она даже сможет в какой-то степени заменить маму.       — Вера. — поправила девушка и только сильнее прижала. И только сейчас я уловила от неё приятный аромат, смешанный из кокоса и ванили.