Ангел в изумрудном обличии

Этот день я не забуду никогда! В этот день моя жизнь раздробилась на две части… Ее не стало, значит и одна часть из меня улетучилась. Я осталась одна… Мне позвонил Олег, не знаю откуда он узнал, но для меня в тот момент, да и сейчас, было это не важно. Я сорвалась с работы и поехала туда. Вижу тебя, твои окровавленные лицо и руки, лужи крови и водителя, который сбил тебя. Твой веки немного подрагивают, тем самым ты прощаешься со мной. Мои глаза начали гореть. Больно. Не замечаю как по моим щекам бегут дорожки слез. Сейчас не так важен макияж, мне хочется, чтобы ты жила… Подбегаю и падаю на колени. Начинаю убирать твои светлые волосы с разбитого виска. Руки трясутся, не могу сдержать дикого вскрика. Забываю, что я врач, что я могу помочь. Понимаю, что всё… Я больше не увижу тебя с утра такой милой и домашней; не смогу почувствовать на себе строгий взгляд начальницы после шутки на операции… Ты открываешь глаза на последних минутах жизни. Смотришь на меня и пытаешься улыбнуться. Но я вижу всю боль в твоих глазах, которую ты стараешься не показать мне. — Я люблю тебя… — еле шепчешь мне и закрываешь глаза. Это последний раз, когда я видела твои зелёные глаза и слышала твой чудесный голос. Ты обмякла в моих руках. Ты умерла на моих руках. Разбита и сломлена вместе с тобой!

***

О чем вспоминать, когда все закончено? Когда не осталось ничего, о чем хотелось бы сожалеть? Когда не осталось ничего, кроме физической и душевной боли? Мне хочется кричать от невыносимых мук, безжалостно ранящих разум и тело, потому что слезы уже не приносят облегчения, но это бессмысленно. Я точно знаю, что меня никто не услышит, мне не станет легче, и все же…

***

Кто-то представляет боль черной и мрачной, как клякса. Не ночь, а именно пятно, которое застилает свет. Я же всегда ассоциировала боль с красным цветом. Я всегда ненавидела красный (но на работе это никак не отражалось), и теперь цвета: ярко алый, винно-красный, густой багровый, пунцовый оттенок, клюквенно-красный, похожий на свежую кровь, и рубиново-червонный, это оттенок загустевшей крови, раскрасили мой мир, не дав появиться в нем другим краскам. Боль пульсирует в моем мозгу, который перестает функционировать от многодневной бессонницы, чем с лёгкостью можно вызвать инсульт. И только в некоторые моменты мне кажется что, то и дело мелькает перед глазами что-то зеленое, мелкое, бесформенное, не имеющее четких границ. А может это галлюцинации уже. Хотелось бы. Но эти видения успокаивают мою душу, заранее помогая мне морально к расставанию с телом. Я страшно боюсь, что не смогу покинуть ее тело, что мои мучения, мои муки будут продолжаться до бесконечности, что, даже если я убью себя, я застряну в истлевающем теле. Ведь я так любила свою жизнь, как бы жестоко она не испытывала меня. Я вспомнила! Вспомнила! Зеленый — цвет любви и жизни. Моя Вечность была зеленого цвета. Это цвет Ее глаз. В христианской вере зеленый — цвет надежды и возрождения из мертвых, новой земли, жизни, весны, цветения природы, юности. А у меня не осталось ни того, ни другого. Новая жизнь живёт и пахнет счастьем, чувствующей, ограниченной верой, а моя надежда давно пала под гнетом тяжести. Она стала прахом. Мне не на что и не на кого надеется, я одинока со всех сторон. Мне ничего не нужно. Мне не помогает ни работа, ни друзья, не тем более дом. Наш с ней дом. Там все напоминает о ней. Поэтому у меня остается Любовь и Вечность. Они — самое главное, что осталось. Если даже сейчас, в страхе и проблемах, я помню и думаю о Ней, значит, Она останется жить и после того, как меня не станет в этой жизни. Если Она сумела найти и пробраться ко мне, остаться в моей душе и сознании, значит, Она сможет выжить и без моей личности. Вот это посмертие мне по душе. Пусть, когда меня не станет, я растаю в Ней. Как я держала память о моей Любви, так пусть Она примет меня и сохранит мой слабый дух над пропастью… Мне, кажется, зеленое пятно стало ближе, или я все-таки сошла с ума от боли? Теперь мне не надо напрягаться, чтобы рассмотреть его. Теперь оно приобрело знакомые черты. Мучительная пульсация в голове стала меньше, сердце так не выпрыгивает из груди, и внизу живота, что невероятно, боль тоже стала потише. Правду говорят, что зеленый цвет успокаивает. Боже, я так устала от красного цвета… Ее глаза. Это первое, что я увидела, это первое, что я узнала о ней. Я никогда не осмеливалась смотреть людям в глаза, но Ей я смотрела в лицо и в прекрасные изумрудные глаза. Они были похожи на то, как-будто цветы тянуться к солнцу. Так люди с мольбой и надеждой молятся в храмах Богу. Она и была моей Богиней. Герой. Венерой. Афродитой. Она и останется Ей. Я готова была превозвышать Ее и слова и молитвы, обнимать Ее колени, талию и руки, но Ей ничего этого не нужно сейчас. Это останется в нашем общем прошлом. Она была добра ко всем, даже ко мне, особенно ко мне, к той, у которой жизнь была тяжёлой, болезненной, без капельки любви и уважения! Ее все обожали, даже в состоянии вздорной начальницы, и не могли не завидовать мне за то, что я была ближе всех к ней. Я была любимецей. Избранной. Единственной. Ее.

***

Мы были как Свет и Тень. Не внешне, а внутренне. Я занимала позицию Тени. Ирина же была яркой, светящейся изнутри, идущая до конца и не боявшись никого. Но никто не знал, что ей стоило такого внутреннего состояния, сколько боли и разочарования она пережила. Но ее нельзя сломать, она с каждым днём распускается и дарует всем счастье и спокойствие. Она верила в Бога, слышала его и молилась, и пыталась научить меня всему этому. Но я верила лишь в Нее, в мою Богиню, поэтому Бог забрал Ее у меня. Бог не любит конкуренции, тем более такой, какой была Ирина. У нее были пшеничные волосы, всегда бледного оттенка кожа и до безумия красивые зеленые глаза. Хоть внутренне мы были разными, но внешне — одинаковы, только у меня были голубые, холодного оттенка глаза, которые со временем потеряли природный цвет и стали прозрачными практически от пролитых и еще непролитых слез. Какой огрубевшей, бесчувственной сволочью со временем стала я! Как кусок глины в руках у начинающего гончара. Скорее всего, сейчас бы Она меня не узнала и не признала…

***

Я знаю только одно — она была моим ангелом, а как мы знаем, что ангелам не место на нашей Земле. Поэтому ее забрали у меня.

***

Я опять вижу это зеленое пятно, но сейчас оно какое-то другое, темнее что-ли… Оно приближается с огромной скоростью! Это галлюцинация, я уверена. А что я хотела, столько дней я спала или не спала без боли и страдания. Я знаю, это Она пришла за мной. Моему Ангелу не хватает меня там, рядом с ней. Мой Свет во Тьме. Ты светишься во мне и я принимаю тебя внутри себя. Не покидай меня больше. Но в то же время, мне так стыдно, что я встречаю Тебя в таком страшном виде, грязных колготках и дырявой майке в крови, с грязным лицом, потому что вчера я забыла смыть косметику, мне тяжело видеть твои вещи в ванной, мне больно… Мне безумно стыдно, что я стала такой для Тебя, но я никогда не помню выгнать. Забери меня. Забери свою Тень к себе в Свет… Твои зелено-изумрудные глаза горят и светятся так ярко и прям рядом с моим старым и грязным лицом. Ты опять со мной, ты в моем сердце навсегда, не уходи больше от меня… НИКОГДА!