Убежище несломленных

Перенесёмся же в тяжёлые для наших героев времена, когда они были на грани смерти. Военный прокуратор городов Круамс и Абьис с гордым видом обходил территорию вверенной его ведению воинской части. Он осматривал одежды воинов, выдавал предписания за торчащие нитки, гаркнул на юношей, в шутку говоривших о генерале армии дворников. С довольным видом он упивался властью, но в целом это ему не вредило. Семён в своей высокой должности знал своё место и не превозносился, за что все его уважали и ласково называли "папочка". Завершив смотр личного состава, он вернулся в свою комнату, увидел лежавший возле его порога табак. Видимо, кто-то выронил его при посещении чиновника. Разъярённый, он бросил его в открытое окно и попал по лицу точно тому зеваке, что и оставил табак там. Собравшись с мыслями, он сменил парадный китель на полевую форму. Направился к Святославу, прослывшему мастером кидания мяча в кольцо из веток. Семён просил друга научить его этому экзотическому ремеслу, что увидел проходивший рядом караул. Пронеслись нелицеприятные смешки, после чего обоих считали идиотами. Семён был научен технике броска мяча, но первое время в этом деле он был подобен нововылупившемуся цыплёнку. Через время он сидел в своём кабинете, читая роман Георга Оруэля "1784", понимая, что писатель предвидел будущее. В этот момент прямо перед кабинетом прокуратора Семёна проходит Святослав, закуривающий трубку. А он-то едва ли не на Евангелии клялся, что с этим он покончил. Прокуратор выронил книгу из рук, в глазах его помутнело, сердце забилось словно злой индюк, бегущий за жертвой. Он побледнел и опустился со стула на пол. Такого сильного разочарования он не испытывал с момента, когда в школе его прижали к стене хулиганы, насмехавшиеся над ним. Мысли Семёна спутались. Он всегда думал, что истинная дружба созидательна. Друг передаёт другу самое лучшее, что в нём есть. Худшее же совместными усилиями искореняют. Ради Святослава он изменился, больше внимания уделял здоровью, ведь пример друга вдохновлял его на большие усилия по самосовершенствованию. Когда же Святослав обещал прекратить табакокурение, Семён на коленях в церкви просил, чтобы его друг образумился, чтобы он смог завершить начатое великое дело, чтобы он стал серьёзнее и избавился от легкомыслия. Но все эти просьбы не были исполнены Небесами. Зачем Семён просил этого? У него не было родных братьев - ни старших, ни младших. Друзей было немного, ведь он очень трезво оценивал людей, видев их насквозь. С дураками он не церемонился вовсе, перед другими он лишь надевал маску доброжелательного приятеля, не имея к ним ни капли расположения. Лишь лучшие из лучших могли быть его друзьями. Но таких людей свет видел мало. И такие заменяли Семёну родных братьев в полной мере. Он относился к ним с трепетным чувством уважения и беспокоился за них, когда им было нехорошо. Беспокоился он и за Святослава как за родного брата. Прокуратор до конца своих дней был никотиновым девственником (как, впрочем, и обычным - ведь женщина для него должна быть такой, какой на свете не сыщешь). Однажды он предлагал другу книгу за авторством пера Жан Жака Рюсселя "Как прекратить баловаться табаком", но внимания эта идея не получила. Он всеми возможными способами пытался отвратить его от этого пути. Но злые псевдодрузья Святослава, поощрявшие и практиковавшие пьянство, курение и наркоманию, взяли своё. Теперь от осознания произошедшего нити сердца прокуратора рвались, он медленно умирал. В его уме крутилась мысль: "мой брат пал, в этом моя вина. Я хотел, чтобы он был сильным". Всю следующую неделю прокуратор лежал в лазарете, никто из врачей не мог понять сущность его болезни, а он только и твердил: "брат", "брат", "я не смог". Святослав, навестив своего друга, лежащего в горячке и ничего не понимающего, судорожно закашлял. Его приступ длился две минуты, его лицо покраснело, затем посинело. Врачи уложили его, послушали сердцебиение, дыхание и поняли страшное. У него была чахотка. Медицина в то время была не настолько сильна, и в наше время сказали бы: рак лёгких. Братья лежали в одной палате лазарета, про них забыли врачи. Ещё чуть-чуть, и они бы увидели свет в конце тоннеля. Но этого не произошло...